Искра. Волчьими тропами

Глава 26. Доставка заказа в замок и последствия освобождения оборотней

Осенний месяц после визита к вампирам пролетел как один день! Не успели оглянуться, как пора вновь отправляться в дорогу и везти хлеб в город. Искра стояла возле телеги и следила за тем, как Торр привязывает короба с выпечкой друг к другу, чтобы они не вывалились на кочках.

Вид полной телеги напомнил ей о том дне, когда они вернулись из опасного путешествия. Время промчалось так быстро, что казалось, это было вчера, но окидывая хозяйским взглядом стаю, Искра убеждалась, что это не так.

Деловая малышня споро сновала между взрослыми, подавая им требуемое и отчитываясь о проделанной работе. Несмотря на то, что уезжали в этот раз ненадолго, дом и погреб консервировали на совесть, чтобы дикие звери не разорили припасы.

Все детки щеголяли новенькой одёжкой, осторожно обходя лужицы, чтобы не намочить коротенькие войлочные сапожки с кожаными подошвами. А ещё у каждого был собран собственный короб с перекусами на время дороги. Об этом позаботились девочки, и мальчишки гордились обретённым имуществом.

Наблюдая за детьми, Искра невольно улыбнулась и получила в ответ такие же приветливые улыбки. Она привычно опустила руку на чуть округлившийся живот и погладила, делясь хорошим настроением со своим будущим малышом.

— Я тебе положил подушечки, чтобы удобно было, — подошедший Рохх накрыл её ладони своими.

— Спасибо.

— Ты такая красивая! — он наклонился, коснулся носом кончика её носа и с сожалением отстранился.

В последнее время он с трудом отходил от неё, понимая, что надо работать, но ему все время хотелось быть рядом. Приходилось бороться с собою и удерживать себя от ежеминутного желания оберегать жену и любоваться ею. В Искре появилась несвойственная ей медлительность и мягкость, плавность и какая-то особенная притягательность. Рохх рядом с ней ощущал душевный покой, а когда Искра улыбалась, то он выпадал из жизни, погружаясь в благостно-счастливое состояние.

Шаман смеялся и говорил, что любая счастливая оборотница, вынашивающая ребёночка, источает особенную энергию, и обращал внимание Рохха на остальных членов стаи, крутящихся возле Искры. Каждый норовил устроиться рядом с ней и делать свои дела поблизости. Войтек был прав: рядом с женой все постепенно впадали в умиротворяюще-созерцательное состояние, и Рохху приходилось мириться с этим.

— Ты замёрзла, — забеспокоился он, почувствовав, что Искра поёжилась. — Где твоя куртка?

Она поискала глазами короб с вещами и показала мужу. Рохх поворчал, что надо было сразу надеть её, достал куртку и накинул на плечи жены.

— Давай помогу залезть, — предложил он и, дождавшись кивка, посадил Искру на телегу. — Мы управимся, а ты поспи, ещё слишком рано.

Она кивнула и, устроившись поудобнее, прикрыла глаза. Давно у неё не выдавалось свободной минутки, чтобы обдумать свою жизнь. А думать теперь о ней было приятно.

Первым делом вспомнилась та радость, что охватила всех, когда увидели мешки с хлопком, которые привёз Зан. Он всех очень выручил, но удача на этом не закончилась. Недалеко от поляны оборотней началась миграция лохматых быков. Они шли, не торопясь, и с них начесали ещё несколько мешков шерсти, так что девочкам хватило работы и ещё осталось.

Это были сумасшедшие дни! Вся женская половина стаи пряла, ткала, валяла, красила и училась шить. И при этом никто не отменял выделку шкур, сбор птичьего пера и пуха, заготовку еды на зиму, возню в огороде и саду, лепку посуды на продажу, а также учёбу и пробу своих сил в создании украшений, намывании золота, выпечки хлеба.

У мужской половины было работы не меньше, чем у девочек. Они все вместе ходили за солью, углём, рудой, дровами, глиной, охотились! Иногда мальчики брали на себя самую неприятную часть работы по выделке шкур, но чаще помогали плавить руду или ковать инструмент Рохху, изучали территорию вместе с шаманом, учились у Рёха мастерить ловушки, а у Поррта — искусству поделок из камня и дерева. Понемногу стало заметно, у кого из ребят какие предпочтения, и их распределяли на работу по имеющимся склонностям.

Все уставали, особенно в первые дни, но за обедом теперь всегда царил весёлый гомон, а ужин окончательно превратился в любимые всеми посиделки, во время которых кто-то из взрослых рассказывал что-то из своей жизни. И всем было хорошо.

Ехать никому никуда не хотелось, но договор есть договор! О нём все знали и помнили, так как каждому выпала обязанность перебирать и очищать зерна, крутить жернова и просеивать муку. Это было утомительно, но все понимали, что потом времени на это не будет.

Шаман часто пропадал в лесу и загадочно улыбался, обещая сюрприз ко дню отправки. Он вправду удивил, заявив, что уговорил готовящийся к зимнему сну лес закрепить прямую тропу, ведущую к городу.

— По ней мы попадём прямо к окраине леса, но идти придётся без остановок от зари до заката.

— Это тяжело, — заволновалась Искра.

Если бы не было груза, то можно не беспокоиться, но ведь мужчинам самим придётся впрягаться.

— Зато весь путь займёт один день, — обратил её внимание шаман и она одобрительно закивала.

— Но в город мы не успеем попасть, — закусила губу Искра, — и будем валиться с ног от усталости.

— Это так, — кивнул Войтек. — Мы выскочим из волчьей тропы перед закатом, и нам всем потребуется отдых.

— А на земле вампиров это может быть опасно.

Искра высоко оценила подарок Войтека, но надо было всё продумать заранее, чтобы поистине бесценный дар лесных духов не обернулся бедой.

— Дети не смогут всё время идти по тропе, и мы их повезём, так что они отоспятся в дороге, а ночью мы поставим их сторожить, — предложил подошедший Рохх.

— Детей? — ахнула Искра.

— Да, на них можно положиться, — твёрдо ответил Рохх.

Она хотела было объяснить, что они ещё слишком малы, чтобы не спать ночью, но увидела, как загорелись решимостью лица мальчишек — и согласно кивнула. В конце концов, Рохх наверняка заставит ехать её на телеге, и она тоже может поспать днём и последить за ребятнёй и за отдыхом взрослых ночью. Да и лес ещё не спит, так что шаман может попросить духов посторожить сон оборотней.

Всё так и вышло. Рохх устроил её на телеге, только сон не шёл. Мальчишки вполголоса хвастались перед девочками новыми умениями, не догадываясь о том, что маленьким оборотницам было бы приятнее, если бы мальчики похвалили их за сшитую одежду или за собранную в дорогу еду. Во многом благодаря усердию девочек все были укомплектованы полностью.

После бахвальства мальчишки вспомнили о своей прежней стае. Им очень хотелось, чтобы могучий Старх и другие оборотни увидели, что они не никчёмные щенки и что они очень сильно нужны Рохху с Искрой.

Рохх и Рёх тянули телегу, а Поррт и Ая шли рядом, приглядывая за детьми и шаманом. На волчьей тропе всегда сумрачно, а этот раз совсем темно, и помимо самой тропы не зги не видно. Иногда мерещатся тени в клубящейся по бокам тьме, но если не вглядываться, то тени остаются тенями.

Время от времени Искра перехватывала тропу у шамана, давая ему отдохнуть, но в основном вёл он. Дети тоже спрыгивали с телеги, чтобы помочь сменить впрягшихся вожака с охотником на Поррта с Аей и сколько могли подталкивали телегу по бокам, помогая взрослым. Как и сказал Войтек, они ни разу не остановились на отдых и выскочили на окраину леса в последний момент.

— И ведь всё время бежали, — сетовал Рёх после того, как поел. — Я даже похудел!

— В следующий раз нам придётся разделиться, — признал очевидное Рохх.

Они все очень много спорили по этому поводу, но никак не могли прийти к соглашению. Искра не могла не ехать к вампирам, так как у неё у единственной была действующая защитная метка. Рохх не мог не сопровождать её, потому что… не мог. С ними обязательно должен был идти шаман, так как Искре не давались столь длинные тропы. А ещё необходим был Рёх или Поррт, чтобы впрягаться в телегу.

И что получается? С детьми остаётся Ая и один взрослый оборотень, а это опасно. Вот и не могли они решиться на разделение. Достаточно один раз ошибиться — и случится непоправимое! Но и сейчас чуть не потерялись на тропе, не рассчитав свои силы и выскочив в последний момент.

Так что вывалились они на окраину взмокшие и напуганные поглощающей тропу тьмой. Но не бывает худа без добра!

Дети соскочили с телеги и принялись хлопотать, не дожидаясь указаний. Притащили хвороста, разожгли костёр, разогрели еды, расчистили площадку для сна и разошлись группками сторожить сон взрослых. Даже Искре не дали помочь. Копируя поведения Рохха, мальчики заявили, что ей следует сытно поесть и отдохнуть.

Детская забота оказалась удивительно приятной для всех! Это было трогательно, и Искре показалось, что взрослые оборотни, принимая детскую заботу вновь что-то осознали для себя. А она гордилась ими всеми! За каждого она чувствовала ответственность и переживала. Иногда сильно уставала от этого, но зато ей больше не приходило в голову спрашивать судьбу, ради чего она живёт. Эта глупая тоска и гонка по самосовершенствованию ушла в прошлое.

Всю ночь Искра вполглаза приглядывала за детьми, но они не подвели и действительно дали отдохнуть взрослым. Утром все поднялись, перекусили и поспешили к городу, чтобы поспеть привезти хлеб к завтраку лорда.

Торопились, но не могли не заметить перемен в поселениях оборотней. Во многих местах виднелись следы пожарищ, кое-где были обрушены землянки, а местами оказались брошены целые деревни. Всё это настораживало, и невольно возникал вопрос, где бродят ныне свободные оборотни и вообще живы ли они?

Но ближе к городу в поселениях оборотней царил порядок. Оставшиеся на своих местах жители в этот раз казались более любопытными. Некоторые даже разговорились с Роххом, признавая в нём серьёзного оборотня, несмотря на то, что он впрягся в телегу, и интересуясь откуда он, куда и по какому делу едет.

Его ответы обескураживали местных, а доносившийся хлебный дух из коробов выбивал из равновесия. В конце концов Искра даже стала опасаться за хлеб так, как будто она везёт казну.

При входе в город один из стражников без просьб и лишних разговоров отправился проводить их, и до замка добрались без проблем. Во всяком случае, никто больше не пытался напасть или утащить детей, а косые взгляды и обидные слова можно пережить.

Тания на месте не оказалось, но это и к лучшему. Гостей поприветствовала юная вампирша, она же проследила за тем, как повар принял хлеб и передала ещё зерна.

— Следующую партию жду через неделю, — важно заявила девушка, старательно игнорируя подмигивание Торра.

Выйдя за ворота города, все переглянулись. Никто не ожидал, что передача хлеба произойдёт так быстро. Искра думала, что ей опять придётся с Аей печь пироги на кухне, но, видимо, молоденькая Шани не решилась брать на себя ответственность за жизнь оборотней в замке, и выпроводила их поскорее подобру-поздорову.

— Если мы войдём сегодня в лес, то не успеем до заката сойти с тропы, — озабоченно предупредил шаман. — А если идти короткими тропами, то это не один день пути.

Рохх кивнул, приняв к сведению его слова и оглядываясь по сторонам, предложил:

— Мы можем переночевать у кромки леса, но чую, что без проблем не обойтись.

Мужчины согласно угукнули. Поселения возле леса разорены, и спокойная ночёвка в тех местах скорее всего была удачей.

Искра с тревогой посмотрела на Рохха. Она видела, что ему неприятно признаваться в неспособности контролировать ситуацию. Он вожак, и не из слабых, но рядом с ним слишком много детей и на честную схватку в нынешних условиях рассчитывать нечего.

Если нашлись оборотни, которые решили разорить собственные деревни, то они будут действовать исподтишка при столкновении с более сильным соплеменником. Но и в этом случае Рохх смог бы одержать победу, вот только ему пришлось бы пользоваться силой вожака вблизи от щенят или устраивать кровавое побоище. И Искра была благодарна мужу за то, что он пытается избежать ненужных рисков и хочет оставить в памяти детей наиболее приятные впечатления от поездки.

Ситуацию помогли разрешить в первом же поселении оборотней. Разговоры Рохха с любопытными жителями не прошли даром и на обратном пути их зазвали в гости.

— Так ты говоришь, — подал голос хозяин большой землянки, — что ведёшь торговлю с хозяевами?

— Они нам больше не хозяева, дед! — выкрикнул молодой оборотень, осуждающе сверкая глазами на главу семьи, за что получил подзатыльник от отца.

Искра улыбнулась краешками губ.

Когда их всех пригласили в дом, она приготовилась к тому, что не сможет находиться внутри землянки из-за вони и грязи, но всё оказалось не так плохо. Внутри пахло дымом и едой, лица хозяев дома были в копоти, но волосы женщин были убраны под платок, а мужчины смазывали волосы каким-то маслом и заплетали их в косу, так что никаких насекомых на их головах Искра не увидела.

Да и во дворе возле землянки было прибрано, а навозом воняло из огороженным плетнём площадке. С той же стороны несло туалетом. Так что приходилось признать, что бывшие в рабстве оборотни следят за чистотой, но не имеют возможности организовать своё пространство и жизнь так, чтобы избавиться от запахов.

— У меня с лордом вампиром заключён договор, — Рохх произнёс это с достоинством короля, игнорируя семейные споры, которым стал свидетелем.

Искра с любопытством следила за дедом этой семьи. Мужчина был крепок и находился в расцвете сил. Она уже знала, что оборотни в этом мире живут меньше, чем в её, но глава семьи прожил максимум треть предназначенного, и быть ему ещё прадедом и прапрапрадедом, если не убьют.

— Договор, значит, — поскрёб подбородок молодой дед, окидывая заинтересованным взглядом гостя. Он чувствовал его силу. Обычно вампиры не давали долго жить потенциальным вожакам, но этот оборотень из диких. Ходили слухи, что дикие свирепы и безжалостны, но гость сидит спокойно и щенки возле него крутятся без боязни. Много щенков! Очень много и не все его… или даже вообще нет его щенков.

— И защита, значит, есть? — продолжал спрашивать дед.

Рохх внимательно посмотрел на хозяина дома и ничего не ответил.

— И платят хорошо? — ничуть не смутившись, уточнял любопытный оборотень, на что Рохх только вопросительно приподнял бровь.

Хозяева землянки поделились информацией только о том, сколько им предложили денег за кровь, а в остальном мялись, юлили, путались. Из-за этого можно было подумать, что они задумали что-то плохое, но судя по тому, как семья оглядывалась во дворе на прислушивающихся соседей, становилось ясно, что здесь началась великая конкуренция.

Оборотни получили свободу и как бы потеряли работу, но у них появилась возможность заново предложить свои услуги вампирам и доказать свою полезность, получая вознаграждение.

А вознаграждение оказалось разным!

Кому-то недельного заработка едва хватило один раз купить еды на вампирской ферме, а кто-то неожиданно осознал, что появились новые возможности, и заработать можно больше, а полученные деньги надо тратить с умом или… вкладывать в своё хозяйство.

Все эти догадки-открытия щекотали получившим свободу оборотням голову, но дельные мысли никак не могли оформиться во что-то основательно-понятное, поэтому все смотрели друг на друга, надеясь подглядеть что-то умное и нужное.

Всё гостеприимное семейство, а принимать гостей тоже всем было в новинку, старалось задержать чужаков, чтобы послушать, что они расскажут, а заодно понаблюдать за ними.

Всем было удивительно видеть, как вожак диких подкладывал своей самке лучшие кусочки, а на щенков одобрительно щурился, разрешая им самим распределять между собою еду из поданной им общей детской миски. Хозяйки сначала беспокоились, думая, что детвора небрежно отнесётся к угощению, но девочки-соплюшки быстро установили порядок и их послушались.

Хозяева и гости посидели за столом, отобедали, потом Рохха пригласили посмотреть хозяйство.

— Ну вот, у нас это… значит тут… а тут уже это… а дале нельзя было… — ронял слова дед, размахивая руками. — Так ты, значит, ещё приедешь?

Рохх кивал. Глава семьи уже не один раз задавал этот вопрос, как будто не верил в то, что его гостя всё-таки связывают какие-то дела с самим лордом вампиров.

— Так ты говоришь… — начал заново дед и, наконец, поймал ту мысль, что все время убегала от него. — Щенков-то у тебя много, — выпалил он, — а взрослых маловато будет.

Рохх заинтересованно посмотрел на воодушевившегося хозяина дома, а тот, остановился, и с таким видом, как будто в обрыв прыгает, предложил:

— А возьми-ка ты к себе моих внуков-дармоедов! — сказал и тут же замотал головой. — Отличные самцы! Работящие, толковые, ловкие… — под скептическим взглядом гостя немного смутился и оправдался: — Я дармоедами-то их обозвал любя! Молодые они, кровь гуляет и всё им кажется скучным, обыденным, а жизнь, она такая… не балует, так что работать они приучены.

— Что ж ты отдаёшь мне таких ценных работников?

— Я ж говорю, скучно им здесь! Хозяева волю дали, и щенки на сторону смотрят, думают там, где их нет лучше. Дураки! Боюсь, что сбегут, а везде то же самое или хуже. Говорят, дале от города разбой начался, и селения пожгли.

Рохх слушал оборотня и усмехался: был дед, едва связывающий одно слово с другим, а стал сладкоголосый оратор.

— Может, я и взял бы твоих внуков, да только мужских рук у меня в стае хватает.

— Эка… — опешил оборотень, — так есть у меня самки… только молоденькие, но я смотрю, ты к щенятам хорошо относишься?

Рохх развернулся, и серьёзно глядя ему в глаза, подтвердил:

— О детях у нас заботятся, а девочкам почёт и уважение, потому что они все у меня рукодельницы. Даже самая маленькая… — Рохх поискал глазами крошку Рюю и увидев, что она скучающе водит прутиком по земле, вычерчивая выученные фигуры, подозвал её. — Познакомься с моей самой маленькой мастерицей. Это Рюя, — Рохх присел и взял ручки девочки в свои и приподнял их: — Вот этими маленькими тоненькими пальчиками она вместе со всеми шила рубашки и ткала полотно.

— Така махонька? — не поверил оборотень.

Рохх не стал повторяться, а поднял Рюю на руки и спросил её:

— Ты чего одна? Устала?

— Не-а, я не устала. Просто хочу домой.

Потом девочка извернулась и показала на огороженный птичник.

— Мне понравилась яркая птичка, что в клетях сидит, и я хочу дома такую же на рубашке Риско вышить. Искра обещала научить меня.

И так она все складно сказала, что старый оборотень рот приоткрыл от удивления, а когда до него дошёл смысл сказанных слов, то не нашёлся, что сказать гостю. Таращился в удивлении, глупо приоткрыв рот. Это ж надо какая мастерица!

А вечером ему домашние рассказали, что мальчики сами легко починили клеть для птиц, а одну сторону так вообще полностью обновили. А одна из пришлых самок пошепталась с болезным оборотнем, не имеющим зверя, и вскоре принесла пук травы, которую велела кидать каждый вечер в выгребную яму, обещая, что вонь оттуда уменьшится.

Рохх обещал хозяину дома подумать над его предложением. Вообще-то он предпочёл бы забрать с собой деда, а не молодняк, но оборотень настроен был развивать своё хозяйство. Его опыта хватало, чтобы выращивать овощи и ухаживать за птицей, но до встречи с Роххом он не знал, как использовать свои умения на том клочке земли, что принадлежал ему. Теперь же он решил обратиться за помощью к вампирам и попробовать договориться с ними о взаимовыгодном сотрудничестве. Это слово он услышал от гостя и несколько раз повторил, смакуя.

Вечером Рохх обсудил с своими возможное пополнение в их стае.

— Не отказывайся. Работы много, а будет ещё больше, — решительно ответила Искра.

— Но прокормим ли мы всех? — обратился он не только к жене, но и к Ае.

— Эту зиму продержимся, — одновременно ответили Искра с Аей, но Рёх предупредил:

— Весной придётся расселяться, иначе всё зверьё перебьём в округе.

Рохх согласно кивнул. Стая должна расти, но при этом нельзя повторять прошлых ошибок.

— Войтек, что скажешь? — обратился он к шаману.

— У меня на примете есть много глухих мест, где лесу не хватает жизни, так что проблем с расселением не вижу.

— Как далеко?

— Альфа, это неважно. По волчьей тропе я или твоя жена всегда можем провести любого за малое время, так что связь между поселениями останется.

— На тебе много обязанностей, а Искра в положении…

Шаман прикрыл глаза и, шевеля губами, что-то подсчитывал, прежде чем ответить:

— Ну, моим шагом до ближайших мест идти половину утра, а если волком бежать, то не успеешь запыхаться.

— Войтек, — воскликнула Искра, — мы же учили время, и ты сказал, что всё понял! Что значит половина утра? Это час, два часа или три?

Шаман смутился и жалобно посмотрел на Рохха.

— Ладно, разберёмся. Это не к спеху. Главное мы решили.

Спокойно переночевали возле землянки гостеприимного оборотня, а на исходе ночи, когда ещё даже светать не начало, во дворе сидело с десяток молодых ребят, прикрывающих стайку разновозрастных девчушек, ещё не вошедших в возраст, но почти уже взрослых.

— Э-э, — хмурился Рохх и вопросительно поглядывая на хозяина дома.

— Так это… тут это… в общем, тут мои и другие… мы тут все пообщались и решили…

Дед снова стал косноязычным и с трудом объяснил, что не только он решил отправить с Роххом своих внуков и внучек.

— Вместе им не так страшно, — под конец добавил он, и подошедшие селяне согласно закивали. Их волнение было понятным, но Рохха интересовало, что скажет Искра и шаман. Готова ли жена кормить такую ораву, и сможет ли Войтек удержать тропу с таким количеством оборотней?

— Рохх, если будет трудно, то мы всегда можем отправить молодняк обратно, — развеяла его сомнения Искра. — Нам в любом случае раз в неделю ездить в город, так что…

— Хорошо. Войтек, что скажешь?

— Если они готовы впрягаться и бегом тянуть телегу, то это даже лучше. Проскочим!

Рохх кивнул и начал собирать свою стаю в дорогу. Однако в следующем поселении к нему попросилась ещё группка молодых оборотней, потом ещё и ещё. Дед оказался шустрым, и пока его гости спали, он предупредил родню о своеобразной возможности уберечь сопляков от необдуманных поступков.

В лес входили с осторожностью, но стая из более чем двух десятков взрослых оборотней не могла стать лёгкой добычей, и всё обошлось.