Искра. Волчьими тропами

Глава 23. Договор о глобальных переменах

За столом витали запахи жареного мяса. Его было много, как и соусов к нему. Свежие овощи совсем немного разбавляли мясное царство в качестве украшения. Аккуратно порезанная кружочками, палочками и соломкой морковка, цветочки из свеклы, разобранная на листья капуста, тончайшая лапша из редьки — всё это больше украшало накрытый стол, чем выступало в роли еды. Искра ещё в прошлый раз отметила своеобразное меню вампиров, но делать категоричные выводы поостереглась из разового визита.

Сейчас же явно был накрыт праздничный стол, и Искра не могла скрыть, как рада тому, что туманные перспективы в плане заработка для оборотней становятся очевидней. Они займут нишу хлебобулочных изделий и консервации овощей, куда войдёт соление, квашение, маринование. На первое время этого достаточно, а потом появятся кулинарные книги от оборотней, какие-нибудь особенные сладости, самобытные напитки, национальная одежда… А дальше — больше, вампиры и не заметят, как оборотни займут прочное место среди них, и законы будут писаны одни для всех.

— Искра, — чуть сжал её ладошку Рохх, — ты замечталась.

Она моргнула и подала тарелку мужу, чтобы он отрезал ей кусочек мяса.

Ох, какими взглядами одарили его кровососы! Если бы они могли, то бросились на него, но лорд насмешливо смотрел на своих подданных и более того, при всех обратился к Искре:

— Расскажи, что это ты принесла нам в дар?

Девушка поднялась и потянулась к ближайшей хлебной корзинке, которые служанки при молчаливом одобрении Тания расставили на столе. Взяла её и направилась к нему. Рохх подскочил и последовал за ней. Его хотели остановить, но лорд с пониманием отнёсся к нарушению этикета, и дал знак оставить ревнивого оборотня в покое.

Искра же с поклоном протянула лорду корзинку, давая выбрать кусочек хлеба, и начала рассказывать:

— Это хлеб! — торжественно и жизнерадостно объявила она. — Он бывает разный по цвету, по структуре, по вкусу, но одно неизменно: хлеб — важнейший продукт питания, насыщающий наше физическое тело и энергетическое.

Она говорила и говорила, прося лорда понюхать хлеб, попробовать, помазать соусом и вновь продегустировать его. Учила собирать ломтём мясную подливку, делать бутерброд, оставлять корочку, чтобы съесть её напоследок. Сыпала пословицами: «без хлеба и мёдом сыт не будешь», «без хлеба всё приестся», «хлеб на стол, и стол — престол»…

Искру слушали все и повторяли за ней, как заворожённые. В своём мире ей часто приходилось устраивать презентации для знатных разумных, которые мало что понимали в устройстве новых разработок, но хотели чувствовать себя разбирающимися во всем специалистами. Для того, чтобы их заинтересовать, а их поддержка требовалась по многим вопросам, мало было занимать высокую должность.

Ей пришлось создать себе репутацию и особенный образ, научиться использовать свой голос, мимику, жесты для привлечения и усиления требуемого ей внимания, а также чётко продумывать подачу информации. Никаких экспромтов, надежды на чудо или ожидания, что кто-то из простой симпатии поддержит и поможет. Всё это можно было позволить себе потом, когда репутация стала работать на неё.

Так что Искра очень хорошо чувствовала свою аудиторию и держала её крепко.

Правда, в этот раз она осталась без обеда, как и её муж, но все представленные виды хлеба были оценены высоко, и единственной проблемой оказалось его малое количество.

— Мне сообщили, что ты ещё что-то готовишь? — откинувшись на спинку кресла, спросил довольный презентацией нового продукта Таний.

После он ещё обдумает, как иномирной оборотнице удалось заставить всех слушать себя и делать то, что велит. Весь цвет клана по её указке жевал, макал, отделял корочку и прислушивался к себе, прикрыв глаза в поисках новых вкусовых ощущений.

— Да, надеюсь, что к ужину нам удастся управиться с тестом и приготовить ещё более вкусную еду, — меж тем отвечала Искра на его вопрос.

— Тесто? Это что?

— Это специально приготовленная масса из размолотых зёрен, из которой печётся хлеб и всё то, что я предоставлю вечером.

— Зёрна? Это же еда травоядных животных?

— Во-первых, я не предлагаю есть зёрна в чистом виде. Во-вторых, разделять пищу на подобные категории как минимум странно и нецелесообразно. В-третьих, разумные на то и разумные, чтобы уметь извлекать пользу для себя из всего, и сюда входит приготовление пищи на огне.

— Хм, мои повара смогут приготовить… тесто?

— Ну, как вам сказать? В конце концов, при должном упорстве справиться можно с чем угодно, но вот результат? Тесто в некотором роде живой продукт, и в нём есть энергия. У представителей моей расы хорошо получается раскрыть природную силу зерна и приумножить её, а вот у других… — Искра с сомнением оглядела вампиров, всем своим видом показывая, что ей очень жаль, но не всё дано столь замечательной расе хищников.

Таний задумчиво кивал и наконец произнёс:

— Я доволен тобой. Вечером жду тебя на ужин. Можешь взять с собой одного сопровождающего.

— Благодарю, — склонила голову Искра и, не возвращаясь к столу, отправилась на выход. Остальные оборотни подскочили и присоединились к ней с Роххом.

Все смогли выдохнуть только тогда, когда закрылась дверь в их покои.

— Я думала, у меня от страха остановится сердце, — первая поделилась своими впечатлениями Ая.

— А на меня всё время смотрела вампирша напротив и постоянно облизывалась, — пожаловался Поррт.

— Она гладила тебя ножкой под столом! — уличил его Рёх и заржал, но стоило малышке Рюе посмотреть на него своими дивными чёрными глазками, как он осёкся и принял благопристойный вид.

— А нас кормили, — заявили мальчишки. — Один дядечка-вампир порезал нам мясо на маленькие кусочки и сказал, что мы славные.

— У вампиров редко рождаются дети, — пояснил Войтек. — Они даже к новорождённым животным относятся с трепетом, но не стоит обольщаться. Поросята, телята, цыплята вырастают — и их едят!

— Альфа, — обратилась к Рохху Ая, — у нас получилось?

Никто не уточнял, что именно. Цель поездки обсуждалась много раз, как и возможное будущее.

— Ещё рано судить о чём-либо, — осторожно ответил мужчина. — Пока мы ни в чём не ошиблись, и это подтверждает то, что мы находимся здесь в качестве гостей. Это небывалое событие, но давай поговорим об этом, когда покинем город.

— Живыми, — добавил Рёх.

— Да, живыми, — согласился альфа.

Ещё какое-то время поговорили о собственной храбрости. Шутка ли, побывать на обеде у вампиров и разделить с ними еду!

А потом Рохх проводил жену и Аю на кухню, и остался там. Все метки, которые они придумали в покоях, оказались нетронутыми, и девушки продолжили спокойно готовить.

Ужин прошёл более эмоционально, чем обед.

Оборотни не догадывались, как замковая знать бурно обсуждала их появление, внешний вид, поведение и представленный ими хлеб. Вампирша Рамина даже успела исследовать хлебные крошки и дала однозначно положительную оценку. Правда, она собиралась провести полноценное исследование и наблюдать за теми, кто решит включить в свой рацион новый вид продукта, но это в любом случае означало, что надо договариваться о его поставке в замок.

Это потом её исследования прогремят на весь континент и за его пределы. Окажется, что ежедневное употребление хлеба насыщает вампиров энергией и снижает жажду крови, а если всё же довести до пика это состояние, то срыв у хлебоедов происходит мягче и почти без потери контроля над собой.

А ещё благодаря хлебу легче происходит первая трансформация тела у детей. Но что не сразу заметила даже такая учёная дама, как Рамина, так это то, что с появлением в рационе хлебобулочных изделий всё общество стало менее агрессивным. Непримиримая категоричность сменилась жаркими, но интересными спорами, состояние раздражения стало считаться болезнью, а вспышки ненависти вдруг тоже стали редкостью.

Но эти изменения в обществе происходили постепенно, не за один год, и тому было много причин, однако же всё та же Рамина смогла быстро выявить пользу хлеба и доказать, что он насыщает вампиров теми веществами, о которых они даже не догадывались и не знали, что нуждаются в них. Она не стала знакомить общество со всеми своими исследованиями, но завещала относиться к хлебу с тем же уважением, как к крови.

Но сейчас никто ничего этого не знал. Искра с мужем ужинала вместе с вампирами, испытывая колоссальное напряжение и не зная, удастся ли им встретить хотя бы ещё один рассвет. Обстановка была странной.

Вроде бы выпечка произвела ещё большее впечатление на Тания и его подданных, но атмосфера сгущалась. Что-то происходило в этот момент в обществе кровососов, и это касалось Искры, Рохха, а возможно, и всех оборотней. Усиление накала эмоций хозяев замка заставляло думать о самом плохом.

— Прошу в мой кабинет, — встав из-за стола, лорд Таний пригласил Искру и Рохха.

Воцарившаяся тишина за огромным столом давила на уши. Слабое освещение большого зала, скрытые полумраком вампиры и их взгляды, устремлённые на двух гостей. Искре казалось, что их сейчас разорвут на кусочки из-за того внимания, что уделил им глава, но вскоре они с Роххом поняли, что оказались втянуты в перекройку всего вампирьего общества.

И хотя Искра сама когда-то делала провокационные намёки Танию на застой и последующее угасание его расы, но она даже подумать не могла, во что это выльется.

— Я дам свободу всем своим рабам, — буднично произнёс лорд Таний в своём кабинете после того, как выслушал, каким образом и в каком количестве Искра намеревается поставлять продукт в город.

Он одним махом решил её проблему с зерном и поставил задачу обеспечить хлебом как минимум обитателей замка или научить замковых поваров печь все эти вкусности. Рохх и Искра получили больше, чем хотели и, честно говоря, давились озвученными милостями. Шутка ли печь и ежедневно доставлять хлеб на сотню вампиров!

Их маленькое сообщество на сегодняшний день не способно выполнить все условия лорда, а разгневать его не хотелось. И вдруг Таний огорошил сообщением о своих намерениях дать свободу всем оборотням на его землях, а это десятки тысяч двуликих, если не больше. Для этого мира неслыханный шаг! Безумный и вызывающе дерзкий! Тания могут не понять свои, а чужие объединиться и ополчиться.

— Мы не ослышались? — спросил крайне взволнованный Рохх, подаваясь вперёд.

— После дня кормления я дам всем вашим сородичам свободу, — повторил Таний.

— После дня кормления… — задумался Рохх, — понимаю. Но сейчас осень и если оборотни захотят уйти в лес, то многие погибнут от голода.

Лорд усмехнулся и выжидающе смотрел на крупного оборотня, что оказался не так уж глуп.

Рохх рискованно сверлил взглядом лорда, пытаясь понять, что у того на уме.

— На каких условиях вы позволите остаться оборотням в их домах? — наконец задал он вопрос.

Искра боялась, что Таний рассердится на мужа, но вампир, наоборот, всё с большим интересом смотрел на Рохха.

— На общих, — ответил лорд. — Все вампиры, проживающие на моей земле и под моей защитой, выплачивают налог. Вы, кстати, тоже должны заплатить мне.

Рохх нахмурился, потому что лес считался вроде как свободной территорией, но Искра улыбнулась и быстро ответила:

— Заплатим, но раз уж вы готовы дать нам зерна в долг, то думаю, что мы сможет договориться о небольшой задержке с выплатой налога. Мы будем самыми добропорядочными налогоплательщиками! — проворковала Искра.

О, она сразу оценила затеянные вампиром перемены и не собиралась обособляться от них из-за сладких слов о свободе. Иногда обладание свободой трансформируется в добровольную тюрьму, и в такую ловушку попала стая Старха. Искра не даст мужу повторить его путь.

Вампир довольно улыбнулся и добавил несколько цифр в тот столбик, что уже появился в графе о расходах.

— Значит, — Рохх снова вступил в разговор, — вы хотите взять плату с оборотней, у которых никогда не было денег?

Искра уже спокойнее следила за беседой между лордом и её мужем. У них получался мужской разговор.

— Но у вас тоже их не было… и нет, однако же, госпожа Искра нашла выход, — хмыкнул Таний.

Рохх заиграл желваками, и его челюсть немного выдвинулась вперёд, при этом он не отпускал взглядом вампира. Ему не нравилось, как много внимания тот уделяет его жене. Вот и сейчас он назвал её госпожой!

Таний беззаботно рассмеялся, наблюдая напряжение и переживание здоровяка. Давненько ему не то что не бросали вызов из-за женщины, а даже не смели выразить своё неудовольствие жестом или словом. И Таний с удовольствием подразнил бы этого ревнивца, но вампир затеял важное дело и вряд ли он найдёт других оборотней для его исполнения.

Лорд решил немного прояснить свои планы необычным гостям:

— Я не враг себе и моим горожанам. Даруемая оборотням свобода не милость, а продуманный шаг. Если у них хватит ума остаться и попросить работу, а ещё продавать за деньги свою кровь, то они могут жить-поживать да добра наживать.

— А если не хватит ума? — хмурился Рохх.

— Дураки побегут в лес, и я надеюсь, что там их встретишь ты.

— А если они ВСЕ побегут?

— Тогда я вычеркну их… — гостям стало жутко от того, как заледенел взгляд вампира, — и куплю себе новых, а проект «о конкуренции для потомков» посчитаю неудачным.

— Так вы хотите растормошить своих? — бодренько спросила Искра, лишь бы не думать, что означает «вычеркнуть» из уст Тания.

— Ты была права, красавица. Немного соперничества взбодрит наше общество, но я боюсь, что слишком многого жду от вашей расы.

— Вы… великий вампир! — чуть польстив, но всё же искренне воскликнула Искра. — Вас многие не поймут, но надеюсь, что вы со всем справитесь.

— Не сомневайся, — хмыкнул Таний. — Но рассказываю я вам всё не за тем, чтобы услышать очередную лесть. Мне нужна твоя кровь, — лорд повернулся к Рохху.

— Э, а почему не моя? — «обиделась» Искра, понимая, что кровь мужа даст Танию возможность влиять на него.

— Девочка моя, — ласково произнёс Таний, не обращая внимания на рычание её мужа, — ты деликатес, и я ещё успею насладиться тобой. Но сейчас дело важнее всего. Я мог бы не просить, а взять своё, но я прошу добровольного согласия.

— Но это же… — кусая губы, Искра с тревогой переводила взгляд с мужа на вампира и обратно.

— Да, а как иначе? — усмехнулся лорд. — Я даю свободу тысячам оборотней и должен иметь гарантию, что у меня всё под контролем. В городе я сам прослежу за этим, а в лесу это сделаешь ты! — он небрежно ткнул писчим пером в грудь Рохха.

— Я должен следить за оборотнями в лесу, а ты… — Искра одёрнула мужа, — а вы за мной?

— Ты не просто должен следить за своими. Ты возьмёшь их в стаю и научишь работать. Не об этом ли всё время говорит тебе твоя супруга?

Искра покраснела. Похоже, Таний не упускал её из вида все эти месяцы, и много ли он знает? Вроде не должен, так как защита ограждает её от тотального контроля и внимания, но это другой мир.

— Если я не соглашусь? — угрюмо спросил Рохх.

— О, ты думаешь, что не выйдешь отсюда живым, если не согласишься? — хохотнул Таний. — Да иди куда хочешь! Я найду более сговорчивого, и сотни, тысячи оборотней окажутся под его властью. Только не жалуйся потом, что ты лишний.

— Другого? — нахмурился Рохх. — Вы ведь хотели, чтобы оборотни работали и развивались?

— Хотел и хочу, но не настолько, чтобы сидеть и уговаривать тебя. Я даю свободу рабам, и это уже достаточно всколыхнёт моих подданных, чтобы придать движения их жизни. А если оборотни окажутся бесполезной массой, гадящей в лесу, то мы устроим большой поход и вычистим лес от ненужной мерзости.

Рохх прятал появившиеся когти, понимая, что кинься он сейчас на кровопийцу, то сделает только хуже, и старался искать нужные слова, чтобы продолжить переговоры. Пусть Таний говорил с позиции силы, но он готов был слушать, и этим необходимо было воспользоваться.

— Оборотни не будут уважать того, кто связан кровью и подчиняется вампиру, — Рохху показалось, что он нашёл правильный аргумент против грозящего ему поводка.

— А кто об этом узнает? — хмыкнул хозяин замка. — Или ты думаешь, что я собираюсь ежедневно вмешиваться в вашу жизнь и учить тебя управляться со стаей? Я достаточно узнал о тебе и не собираюсь лезть в волчьи дрязги, но все вы продолжаете жить на моей земле.

— Лес — свободная земля! — воскликнул Рохх, не выдержав.

— Как сказать, как сказать, — покачал головой вампир. — С одной стороны столь обширные лесные угодья мне, как и моей расе не нужны, но с другой я не могу позволить себе оставить их без контроля, тем более заселёнными. Я разрешаю оборотням жить рядом с нашими городами и развиваться по своему усмотрению, но вожак всегда должен быть подчинён мне!

Искра сидела, опустив глаза. Она понимала, что не было бы её, то Рохх никогда не согласился бы добровольно дать испить своей крови главе клана вампиров. Это подчинит не только его, но и стаю, которая будет думать, что она свободна.

Но что, если здешние орочьи шаманы сумеют ослабить поводок? Не просто так вампиры опасаются связываться с ними? А ведь ещё остаётся вариант ухода в её мир, а там Таний их не достанет, и те кто уйдет с ними получат настоящую свободу. Вот только кто тогда возглавит оставшихся здесь?

— Я согласен, — глухо произнёс Рохх, стыдясь и проклиная себя за это согласие. — Пей.

Таний протянул нож и бокал, на что оборотень только хмыкнул. Он с нажимом полоснул ножом по запястью, и Искра ахнула. Кровь полилась ручьём.

— Довольно, — произнёс лорд, когда четверть бокала была наполнена. Он сделал глоток и поморщился. — Сколько ненависти! Слишком терпко. Дорогая, — обратился он к Искре, — твоя кровь вне конкуренции.

И одним махом допил кровь Рохха, давая нож Искре. Она постаралась успокоиться и аккуратно проткнула себе один палец, потом другой. Ей удалось едва-едва прикрыть донышко бокала, выдавливая кровь по капелькам из разных пальцев. Таний слегка смочил губы и довольно улыбнулся:

— Ты вкусна, но как-то по-новому. Твоя кровь действует на меня умиротворяюще и рождает в сердце нежность. Такие чувства я испытываю, только глядя на свою дочь. Моя прелестная иномирянка полна сюрпризов. Мне нравится.

Он плеснул воды в бокал, разбавляя крохи крови, и ещё раз пригубил.

— Да, так хорошо, — удовлетворённо произнёс он и махнул рукой. — Можете с утра отправляться домой. Мешки с зерном получите сегодня. Первую партию хлеба жду не позже, чем через месяц.