Лисья тень

Глава 13

Обратно к Тигриному Логу Ю ехала уже на рейсовом автобусе. Том самом, который с открытием Поветинки курсировал между шахтой и ближайшими посёлками. Судя по всему, рейс пользовался у местных жителей большой популярностью, потому что попасть в салон автобуса Ю не смогла. Когда открылись двери она уперлась в чью-то широкую спину, полностью загораживающую проход. Наверное, можно было бы поработать локтями, попытаться протиснуться в это душное, недовольно ворчащее скопище людских тел, но Ю не стала, отступила от автобуса. В тот самый момент, когда она сдалась, открылись двери, ведущие в водительскую кабину.

– Залезай давай! – послышался из её недр недовольный голос. – Быстро! Не задерживай народ!

Ю не стала ждать повторного приглашения, бросила быстрый взгляд на кусты, в которых прятался Лаки и забралась в кабину.

Водитель автобуса был не так весел и приветлив, как утренний мужичок. Он был мрачен и грузен. Крупное тело его занимало большую часть кабины, поэтому для Ю оставалось совсем мало места.

– Почему одна? – спросил водила голосом строгого учителя и тронул автобус с места.

– В смысле? – не поняла Ю.

– Почему ты бродишь по лесу одна, девочка?

– А что не так? – спросила она с вызовом.

– Всё не так, – сказал водила и закурил чудовищно вонючую сигарету. – В тайге сейчас опасно. Тебе не объяснили?

– Я местная. – Ю с вызовом вздёрнула подбородок. – Я здесь выросла!

Водила снова бросил на неё взгляд, на сей раз, чуть более внимательный, а потом сказал:

– Если ты местная, то должна понимать, что происходит.

– А что происходит? – Ю вдруг стало интересно, что она пропустила. – Я просто давно не была дома, – добавила она чуть смущённо.

– Оно и видно, что давно. – Голос мужика смягчился. – А родители твои куда смотрят? Почему отпускают одну шастать по лесу?

– Я сирота, – сказала Ю. – Из местного приюта. Был тут такой поблизости. Знаете?

Некрасивое, точно топором рубленное лицо водилы при её словах просветлело.

– Как же не знать?! Директрису как звали?

– Дора. Доротея Аркадьевна. – Вот и пригодилось знакомство с Дорой. – Я как раз от неё. Заезжала в гости.

– В гости, говоришь? – Мужик снова скосил на неё взгляд, теперь уже заинтересованный. – Оно и понятно, к Доре вечно её детишки наведываются. Такой уж она человек. Мы с ней соседи. Были лет тридцать назад. Жили на одной улице, – сказал он и замолчал, будто решил, что и без того наговорил лишнего.

Ю тоже молчала, думала, как тесен мир, и как переплетаются в нём человеческие судьбы.

– И как она тебя одну отпустила? – снова заговорил водила. – Почему не подвезла? Не похоже на неё.

– Она предлагала. Я отказалась. А с каких пор нельзя гулять по тайге в одиночестве? Из-за чёрных старателей?

– И из-за них тоже, – сказал водила с неохотой. – Неспокойно стало. Как с ума все посходили с этим чёртовым золотом. Ищут всё, рыскают по тайге, творят всякое…

– Что именно? – Вот сейчас ей стало по-настоящему интересно. Что такое происходит в тайге? О чём забыла предупредить её Дора?

– Убийства.

Убивали в тайге во все времена. И случайно на охоте, и из-за золота, и беглые зэки тоже бывало. Про всё это Ю знала от деда. Дед не считал нужным щадить её чувства, рассказывал всё, как есть. Чтобы опасалась, не лезла на рожон, обходила чужаков стороной. Но в голосе водилы слышалась какая-то особенная, тревожная недосказанность.

– А можно поподробнее? – попросила Ю и улыбнулась. Не факт, что на этого дядьку подействуют её чары, но попробовать стоит.

Может подействовали, а может ему просто стало её жалко. Хотя, чего её жалеть?

– У меня дочка такая, как ты, – заговорил он, наконец. – В городе учится на маркетолога. Значит, она там на маркетолога, а я тут рулю, чтобы она никогда больше в Трёшку не вернулась. Понимаешь?

Про Трёшку Ю всё прекрасно понимала, поэтому молча кивнула.

– И ты уезжай, – сказал водила. – Подальше от этой бесовщины. Совсем люди с ума посходили. Про тёмных блюстителей что знаешь? Коль уж ты приютская, должна знать.

Про блюстителей в Доме знали все. И за пределами Дома тоже. Страшная сказка, не лишенная исторической подоплёки, а оттого ещё более жуткая. Тёмными блюстителями называли погибших в шахтах старателей. Погибали обычно под завалами, в адских муках. Потому, наверное, после смерти становились злыми и опасными. От боли и мучений. Так объяснял маленькой Ю дед. Без лишней надобности местные в такие шахты не совались, боялись потревожить неупокоенные души. А если случалось потревожить, вольно ли или невольно, происходило разное, от повторного обрушения сводов, до страшных видений, которые насылали призрачные хранители. От этих видений, бывало, даже крепкие телом и духом мужики сходили с ума. Об этом шептались в Доме, делились страшными и, наверняка, выдуманными подробностями во время вечерних разговоров. Маленькая Ю сначала верила, а когда подросла, нашла этим историям рациональное объяснение. Легенды о злобных призраках были нужны, чтобы отвадить от опасных шахт чужаков и любопытных детишек. Такая вот своеобразная профилактика несчастных случаев.

– Кто ж не знает про блюстителей? – сказала Ю беспечно. – Байки из склепа!

– Может и байки, но нашлись уроды, которые в них поверили.

– Я блюстителей не боюсь. – Ю и в самом деле не боялась. Сколько заброшенных штолен облазила, а ни одного не повстречала.

– А обезглавленных? – спросил водила, не сводя взгляда с дороги.

Сердце с разбегу стукнулось о ребра и заныло. Было в этом слове что-то жуткое и безысходное, что-то пострашнее детдомовских страшилок.

– Каких… обезглавленных? – спросила Ю севшим голосом.

– А говоришь, местная. – Мужик покачал головой. – Первую часть байки знаешь, а вторую, выходит, нет.

– Расскажите, – не попросила, а потребовала она. – Не молчите, раз уж всё равно начали.

– Я тебе сначала сказку расскажу, девочка, а потом то, что из неё получилось, – проворчал водила и глубоко затянулся своей вонючей сигаретой. – Блюстители нужны, чтобы не пускать излишне ретивый народец в шахты. Так?

– Так. – Ю кивнула.

– И предполагается, что именно в этих шахтах можно найти золотишко.

– Ну, это само собой. – У каждого клада непременно должен дежурить охраняющий его призрак. Так уж повелось.

– Управиться с тёмным блюстителем трудно, почти невозможно, но есть способ. – Мужик посмотрел на Ю, а потом продолжил: – Это я тебе сейчас сказочки рассказываю. Ты должна понимать.

– Сказочки. Понимаю. – Ю кивнула. – Так что за способ?

– Отыскать в штольне останки блюстителя и забрать его голову.

…Они сказали, что заберут мою голову, когда я сдохну… В её собственной голове сейчас звучал испуганный, полный отчаяния голос Василька. Ю потянула ворот майки, освобождая сжавшееся горло.

– Зачем? – прохрипела она. – Зачем нужна голова?

– Про навигаторы слыхала? – спросил водила очень серьезным тоном.

– Слыхала.

– Вот голова – это тоже навигатор. Только, конечно, не голова, а череп. Тот, у кого в руках окажется череп тёмного блюстителя, тот сможет отыскать золото где угодно. Как тебе такая сказка, девочка?

– Дичь, – сказала Ю и потрясла головой, прогоняя из неё голос Василька.

– Ясное дело – дичь. – Водила согласно кивнул. – Но нашлись уроды, которые решили проверить. Вот только рыскать по заброшенным штольням в поисках старых трупов – занятие небыстрое и хлопотное. Гораздо быстрее создать собственного блюстителя. Понимаешь, девочка, куда я клоню?

– Как… создать? – Она понимала. Понимала, вот только верить не хотела.

– Ну как создать? Сгноить в шахте живого человека, погубить божью душу, а потом прийти за его головой.

– Это же неправда? – прошептала Ю. – Это очередные байки? Чтобы отвадить от тайги таких вот, как я?

– Я тебя отваживаю. Всё верно. – Он согласно кивнул. – Но народ в Трёшке стал пропадать. И местные, и пришлые. Уже с десяток случаев наберётся. В основном молодые девчонки, навроде тебя. Ну и алкаши, ясное дело. Знаешь, почему?

– С такими проще?

– Вот теперь вижу, что ты наша. – Водила одобрительно похлопал Ю лапой по плечу. В этом его жесте не было ничего… предосудительного. По крайней мере, Ю ничего такого не почувствовала.

– Так может всё гораздо проще? – спросила она, сама себе не веря. – Сколько народа каждый год пропадает в тайге? Есть же статистика?

– Статистика есть. У меня кум работает в МЧС, ты мне про статистику не рассказывай! Я тебе сам расскажу. В процентах. Из ста процентов пропавших в тайге примерно восемьдесят благополучно находят живыми. Девять процентов находят мёртвыми и столько же не находят никогда. Такой расклад. Каждый год плюс-минус одно и то же, но в этом году расклад уже совершенно другой. Процент погибших тот же, а вот пропавших без вести стало в два с половиной раза больше.

– Золотая лихорадка. Поветинскую шахту расконсервируют. Много новых людей. Не все они подготовлены. – Ю старательно искала и даже находила аргументы.

– Сколько тебе лет? – неожиданно спросил водила. – По виду, не больше двадцати. Значит, интернетом пользоваться точно умеешь. Вот и погугли, что у нас тут творится.

– И погуглю, – пообещала Ю. – Как интернет появится, так сразу.

– А я тебе пока расскажу, чтобы отбить охоту. Коль уж Дора свою работу не сделала. Началось всё с учителя истории – нашего, Трёшкинского идиота! Решил приобщить молодежь к истории и не придумал ничего лучшего, чем рассказывать в интернете местные байки. И ладно бы рассказывал что-то безобидное, про призрак купчихи Левашовой или про Колчаковский клад. Тоже ж интересные байки! А он сразу начал с тёмных блюстителей и обезглавленных. Ещё и с подробностями, о которых старики веками молчали, никому не рассказывали, а этот полудурок, значит, решил поделиться информацией со всем миром.

– И что? – спросила Ю, прислушиваясь к пробегающему по позвоночнику холодку.

– И всё. Началось. Уродов же везде хватает, а тут такая история увлекательная! И на открытие Поветинки народу понаехало. Кто-то на шахту устроился, а кто-то решил сам золотишко добывать.

– Но ведь доказательств же никаких нет. Или… есть?

– А какие тебе нужны доказательства? Статистики тебе мало?

– Тела, например. Находили тела?

– Да, похоже, ты в самом деле давненько на родине не была, а то б знала, что вся Трёшка уже неделю на ушах стоит. Одно дело, когда никому не нужный бомж пропадает. Ну, пропал и пропал. И совсем другое, когда единственный сынок хозяина лесопилки. Ушёл с другом на охоту и не вернулся. Тут сразу розыск. Вертолёт МЧС в воздух подняли. Поисковую бригаду снарядили. С Поветинки добровольцев направили на подмогу.

– Нашли? – спросила Ю с надеждой.

– Нашли, только не того. Когда тайгу в радиусе двадцати километров прочесали, кто-то из поискового отряда решил проверить ближайшие штольни. Сунулись в одну, а там вход завален. Завалы разбирать, ясное дело, никто бы не стал, если бы не собаки. Они ж натасканы, чтобы не только живых, но и покойников искать. Ну и нашли жмурика. Федька Лукашик, наш Трёшкинский алкаш. Пропал две недели назад, а поскольку жил бобылем, никто его искать не собирался.

– Без головы? – спросила Ю.

– С головой.

– С головой, но в заваленной снаружи штольне?

– Так и есть. И можно было бы подумать, что это его кто-то из дружков по пьяной лавочке замуровал. Наверное, так бы и подумали, если бы не нужно было сына уважаемого человека искать. По штольням и шахтам уже пошли прицельно. И снова нашли покойника.

– С головой? – опять спросила Ю, чувствуя, как к горлу подкатывает дурнота.

– На сей раз без головы. И не в штольне, а поблизости.

– Дикие звери? – Она все ещё искала пусть ужасные, но разумные объяснения.

– Ага, руки-ноги целы, а головы нет. Где ты таких зверей видела, девочка, который сразу с головы начинают? К тому же экспертиза показала, что голову отрубили топором уже после смерти. По всему видать, бедолага был вольный старатель из пришлых: хлипкий, но хорошо экипированный. Наши Трёшкинские столько денег на всякую тактическую ерунду тратить бы не стали. Поначалу подумали, что убийство произошло на почве бытового конфликта. Не поделили золотишко – вот и итог. На теле были следы от побоев, несколько поломанных рёбер, но почти сразу выяснилось, что умер бедолага не от побоев и не от переломов, а от истощения. Ну и в штольне, той, что поблизости, нашли следы.

– Его тоже сначала замуровали?

– Выходит, что так. Замуровали, дождались, пока помрёт и дойдёт до нужной кондиции, а потом вытащили из штольни, отрубили голову, а тело бросили. Может поленились обратно заносить, а может побрезговали. Место глухое, зверья много. Если бы не пропал тот, кого все кинулись искать, этого бы никогда и не нашли. А так пошли слухи, народ всполошился. Придурка того, что легенду про обезглавленных в интернет выложил, даже на допрос вызывали. Припугнули как следует и отпустили домой. Но своё чёрное дело он сделал.

– Ещё тела находили? – спросила Ю. – Такие, без голов.

– Нет, насколько я знаю. Но статистикой заинтересовались. Пропадают людишки в округе. Понимаешь?

Водила разговаривал с ней так, словно она была неразумным ребёнком, пытался вразумить на доступных примерах. Вот только кто ж станет рассказывать ребёнку про обезглавленные трупы?

– Это я понимаю. – Ю кивнула. – Я не понимаю, зачем их столько?

– Кого? – нахмурился водила.

– Обезглавленных блюстителей. Почему исчезло столько народа, если достаточно только одной… головы?

– Кто ж их знает, этих нелюдей? Может отрабатывают технологию.

– Отрабатывают технологию… – Ю потянулась за банкой энергетика. – Какая технология? Это же просто сказка!

– Для кого-то сказка, а для кого-то, выходит, инструкция. Их когда-нибудь поймают, этих тварей. А пока не поймали, ты бы поостереглась, девочка. Раз из Трёшки вырвалась, значит, в этой жизни чего-то да добилась. Вот и живи себе, не ищи приключений на пятую точку.

Сказав все это, водила замолчал. Наверное, посчитал свой гражданский долг выполненным. Или дело не в гражданском долге, а в том, что где-то в городе училась на маркетолога его дочка, и с ней, молодой и доверчивой, тоже могла случиться беда.