Свобода или гибель

Глава 11

Одиночество убивало. Несмотря на то, что ошейник уже не так уж и давил на шею, дышать становилось тяжело. Я почти не испытывала голода. Это было странно, поскольку мне выдавали по-прежнему лишь несколько кусков хлеба и изредка пару яблок. Но все мои желания словно сосредоточились на сердце и в голове. Разве что жажда… Губы и горло всё время были сухими. И кувшин воды помогал лишь ненадолго.

Со мной никто не разговаривал. Я стала как будто пустым местом, и хорошо ещё, что с меня снимали цепи хоть на несколько минут и давали возможность почувствовать себя живой и настоящей. Но стоило мне открыть рот и задать вопрос о Торрелине — ощущение никчемности накатывало вновь. Ни император, ни Варлена — никто не отвечал мне. Они даже как будто и не слышали. И из-за этого хотелось просто кричать.

Со временем я решила, что всё же их слова о состоянии Торрелина были ложью. Если бы мой ингис умер… они бы с радостью уничтожили меня этой новостью. Я бы, наверное, не выдержала такого сообщения. А раз ничего такого не было слышно — значит, с ним уже всё в порядке.

Я хотела в это верить и всеми силами старалась не допускать иных мыслей. Страхи и сомнения слишком ломали мое и без того хрупкое спокойствие. А я должна была оставаться разумной и уверенной. Безумно сложно, да… Но я делала всё, что могла.

Кроме мыслей и поведения моих врагов, меня тревожили даже сны. Потому что во снах оживали мои воспоминания. Самые светлые, добрые, чистые, прекрасные. Полные добра, дружбы и любви. Поддержки и заботы. Теплые и живые…

После этих снов открывать глаза и видеть безучастный белоснежный мрамор было больно.

Иногда я представляла, что разговариваю с теми, кто остался на другом краю космоса.

Воображала, как Наставник рассказывает мне о новой Песне, и я вместе с ним учу непривычные пока сочетания звуков, а вскоре под моей Песней расцветет нечто прекрасное.

Воображала, как Амдир с обычной своей ехидной улыбкой рассказывает, как правильно строить электрическую схему, а потом довольно кивает, когда я добиваюсь верного результата.

Воображала, как Вистра, восторженно размахивая руками, рассказывает мне о странных и сложных проектах Инновии, которые она видела, и жалуется на «ледышку» Амдира.

Воображала, как Торрелин, осторожно касаясь пальцами то моей щеки, то ладони, рассказывает мне о традициях Громариса, а я жадно впитываю чужую культуру… и его тепло.

Правда, эти мысли слишком легко сменялись кошмарами.

Мгновение — и я почти наяву вижу окровавленный нож в животе моей подруги.

Мгновение — и я вижу, как старший брат заносит кулак, чтобы ударить меня по чужому приказу.

Мгновение — и я вижу блеск острого лезвия у горла моего Императора.

Нет, всё же сохранять разум оказалось очень сложно…

Измерять время было сложно. Единственные события, которые хоть как-то повторялись, — когда Варлена приносила мне поесть. Но я не знаю, как часто это было и всегда ли в одинаковое время. Следить за сменой дня и ночи тоже было невозможно: окон в гостиной императора не было, а свет всегда был одинаково ярким. Я, правда, не видела отдельных светильников, но, скорее всего, они были укрыты по периметру потолка. Во всяком случае, свет никогда не менялся.

Я отсчитывала количество приемов пищи. Всё стало меняться после седьмого с той минуты, когда Варлена и её император пытались убедить меня в том, что Торрелин слишком тяжело ранен.

Началось с того, что меня вновь разбудили. Не знаю, ночью я спала или нет, но меня во время сна почти не тревожили. Только вот сейчас…

Меня снова разбудил брат. Вернее, тот друис, которого я когда-то считала своим братом…

— Чего тебе? — не собиралась я любезничать.

— Возьми, выпей, — Ниор снова протянул мне кружку воды, как и в прошлый раз.

Я зло улыбнулась.

— Возьми? Тебя цепи не смущают, нет?

Я демонстративно позвенела оковами. Я, как всегда, сидела на полу, а руки были заведены повыше. Взять что-либо было попросту невозможно.

— Да, верно… Извини. Попей так, я их не могу снять.

Я не хотела пить из его рук! Но вечная жажда всё же была сильнее. Пришлось наклонить голову и позволить всё-таки напоить меня.

М-м-м, какое всё же наслаждение — обычная вода. Особенно когда её очень не хватает…

— Послушай, Алатиэль… Я хочу тебя предупредить, — серьезно произнес Ниор, чуть дергая хвостом.

Я вгляделась в его лицо. Под глазами залегли тени, словно он слишком мало спит. Интересно, как он здесь живет? Что делает?

Хотя кому я вру… Неинтересно.

— О чем предупредить? — не скрывая своего неприязненного отношения к друису, спросила я.

— О том, что… планируется, — мне показалось, что он произнес это через силу. — Ты… послушай, просто послушай и запомни. Я тебя, между прочим, в прошлый раз предупредил! И сейчас скажу важную вещь.

Я снова холодно улыбнулась.

— Что ж, раз так приспичило — говори.

Ниор тяжело сглотнул. Опустил ресницы, словно пряча от меня глаза.

— Не верь никому. Всё совсем не так, как тебе говорят.

Я нахмурилась. Учитывая, что со мной уже неизвестно сколько не разговаривали, его предупреждение звучало очень странно…

— Не пояснишь?

— Не могу.

Дикое пламя, неумолимое, как огни вулканов Громариса, вспыхнуло внутри. Если бы не цепи — кое-кто бы точно познакомился с моими когтями.

— Ах не можешь⁈ — сгорая от гнева, прошипела я. — Это почему же⁈ Ты всё равно уже пришел и разговариваешь со мной! Так объясни всё как должно!

— Ты не понимаешь, Алатиэль!

Ниор вскочил на ноги. Позабытая кружка жалобно звякнула о белый мрамор. Брови сошлись почти в сплошную линию, сразу сделав лицо друиса мрачным.

— Я и так делаю то, что не должен! Не заставляй меня ещё больше предавать своих!

— Я-то думала, свои — это… Ошин, например. Я. Заиль. Мы разве не «свои»?

— Не тебе говорить мне о верности! — возмущенно возразил он и даже взмахнул наискось рукой. Какая экспрессия… — Я предан тому Повелителю, которого выбрал, и уж кто-кто, а ты должна понимать, что это не пустой звук!

— Верность и слепое подчинение — это разные вещи! — раз уж брат сам стал кричать, я тоже решила не сдерживаться. — Знаешь, моему мужу тоже многие верны, но если они видят, что он принял неверное решение, они обсуждают это! И по-хорошему именно так строятся нормальные отношения между правителем и его подданными!

— Да что ты понимаешь…

И у Ниора хватило наглости просто махнуть рукой! Он подобрал кружку и не оглядываясь ушел.

— Идиот, — буркнула я ему вслед, хоть он уже и не мог слышать.

Может быть, я и не была гением в политике, но всё же кое-что понимала. И в своей правоте была уверена. Даже сейчас мой брат не нашелся, что мне возразить, а просто ушел!

Ну и пусть идет… Я откинула голову на прохладную стену, вновь закрывая глаза.

Снова начинала мучить жажда.

Тишина… Хрустальная и немного жуткая. С самого моего пробуждения не видно было никого и ничего. Это напрягало. Словно что-то случилось, и всё вокруг замерло в ожидании.

Я, как всегда, ничего не могла сделать. Сидела, прислонившись к стене, стучала стопами по полу — что ещё было делать со скуки? Пыталась прислушиваться к тому, что происходит за пределами покоев императора, но ко мне не проникал ни один звук.

Ждать, ждать, ждать… Думать. Я принялась напевать про себя одну из Песен. Вслух не решалась: я не хотела показывать в Империи свои способности. Ниор, конечно, мог бы рассказать о моих умениях Жрицы Леса, но ни разу меня об этом не спрашивали. Может быть, это никому и не было нужно, но… лучше не рисковать.

Словом, я как всегда тянула время. Услышать тихий скрип двери было несложно, и я повернулась к выходу.

От радости хотелось закричать и расплакаться.

— Госпожа Шиана!

— Здравствуй, девочка, — тепло улыбнулась мне мендка, входя.

Она пришла! С ней всё хорошо! Может быть, она даже расскажет мне что-нибудь!

— Госпожа Шиана, как я рада Вас видеть!

Женщина быстро сняла с меня цепи и протянула мой привычный то ли обед, то ли завтрак. Я с проснувшимся аппетитом вгрызлась в хлеб.

— Расскажите же мне что-нибудь! Вас так долго не было…

— Я разузнала немного об Императора Громариса, — кивнула она спокойно. — Он пока жив, но его состояние всё ещё хрупкое. Никто не ручается за то, что будет с ним дальше.

Воодушевление мигом схлынуло. Я опустила руку.

А я-то уже убедила себя, что он идет на поправку… Неужели всё в самом деле так ужасно?..

Что, если… вот-вот случится что-то ужасное?..

Нет-нет-нет, пожалуйста…

— Тише, девочка, что ты… — госпожа Шиана ласково погладила меня по волосам. — Переживаешь за него?..

— Конечно, — я шмыгнула носом, в который раз уткнувшись лбом в её плечо. — Я же люблю его. Мне так хочется рядом с ним быть…

— Кстати об этом… Я ещё кое-что узнала.

Я вскинула голову. На её лице мелькнула теплая ободряющая улыбка. Точно, она же обещала узнать о кораблях в Астрокварту… Неужели… Я скоро вернусь домой?..

— Неужели я… Вы нашли способ помочь мне вернуться?..

— Думаю, что так, — женщина довольно улыбнулась. — Есть кое-кто, кто доставит тебя туда, где ты должна быть. Готова?

Я стерла побежавшие по щекам слезы. Впервые за эти долгие тяжелые дни хотелось искренне улыбнуться.

— Конечно, готова! Когда?