Свобода или гибель

Глава 4

Спустя время местный Император вышел из той комнаты, куда уходил было. К сожалению, дверь открывалась и закрывалась быстро, так что я не успела приглядеться к тому, что было за ней.

— Не надумала побыть покорной? — полюбопытствовал он, но как-то механически, словно уже знал, что я отвечу. Быть может, я и впрямь была слишком предсказуемой, но мой ответ был тем же.

— Не надумала и не надумаю!

С колен, наверное, стоило встать, чтобы придать веса своим словам, но тело пока ещё отказывалось слушаться. Поэтому я ограничилась гордо вскинутой головой.

— Как знаешь, — слабо усмехнувшись, «Повелитель» пожал плечами. — Приятного аппетита.

Пожелание звучало странно с учетом отсутствия вокруг меня какой-либо пищи. Но он, ничего не добавляя, просто ушел. Видимо, основной сарказм заключался в том, что из-за своей «гордости» я осталась без еды. Что ж, не так уж страшно. Думаю, рано или поздно он что-нибудь мне всё-таки даст: ему ведь будет невыгодно, если его пленница так просто и быстро умрет?

Хотя кто его знает, конечно…

Понимая, что изучать мне нечего, да и никто не даст мне оглядеться в месте моего заключения, я откинула голову на стену и постаралась расслабиться и заснуть. С учетом болящих мышц и неудобной позы задача была ещё та, но спустя какое-то время я всё же погрузилась в дрему.

Ровно до тех пор, пока меня не привели в чувство легким и небрежным пинком сапогом по голени.

— Эй, девочка! Выспалась?

Император Менд снова безэмоционально изучал меня взглядом. Я спрятала зевок в плече. Ощущение было такое, словно он разбудил меня буквально после минуты сна.

— Нет, не выспалась — честно пробурчала я.

Поймала себя на мысли, что мне очень хочется умыться. И пить. А ещё избавиться от металла, сдавливающего шею и руки. Мне безумно хотелось размять мышцы — их очень ломило.

— Что ж так? — с долей ехидства поинтересовался он.

Я подняла на него глаза. Он слабо усмехался, разглядывая меня, и вдруг схватил меня за подбородок. Я дернулась было вырваться, но хватка была цепкой, даже болезненной. Я задержала дыхание.

— Скажи мне вот что, девочка… Какие слабости есть у того мальчишки, что так старательно, но глупо о тебе пекся?

От одной только мысли о Торрелине стало больно. Как будто что-то острое изнутри резало грудь. Как он там? Жив ли, в порядке? Что вообще происходит в Астрокварте?

— Ни одной, — упрямо прошептала я.

«Кроме меня, разве что,» — добавила мысленно. В этом пришлось убедиться на практике. Но этой слабости его уже лишили…

— Не бывает такого, — «Повелитель» снова хмыкнул. — Даже у тебя я найду несколько точек давления. Например, боль.

Быстрый пинок всё тем же сапогом куда-то в живот, под ребра, — и я охнула, повиснув на цепях.

— Ты тонкая и слабая, — равнодушно продолжил император, хоть я и не видела его за спутанными волосами. — Хватит и пары недель, чтобы научить тебя послушанию. А может, и меньше. Но это слишком простой способ — скучно. Хочешь узнать, что я планирую с тобой делать? На меня смотри!

Он снова задрал мою голову, только в этот раз дернув за волосы.

— Так вот, у каждого есть разные слабости, — несколько наставительно произнес он, что разозлило меня ещё больше. — Не всегда они связаны с физической болью. Тебя я мог бы так сломать, а вот твоего мальчишку — уже вряд ли. Но он сломается сам, трех месяцев более чем хватит… Знаешь, что ещё может подкосить таких, как он?

Он смотрел на меня выжидающе и с интересом, словно бы действительно ожидал, что я сейчас начну рассуждать, что же может причинить моему Императору боль. Если бы я сейчас и задумалась об этом, то лишь для того, чтобы точно знать, о чем нельзя упоминать. Но нет, не сейчас!

— Умыться дай, — дружелюбно оскалилась я.

Ха-ха, я сломала местного властелина! Он выгнул бровь и медленно моргнул. Мне показалось, я слышу, как он спрашивает сам себя: «Что за наглость я только что услышал?».

Но его удивление, к сожалению, быстро прошло. Он снова чуть усмехнулся и выпустил мои волосы.

— Нет, — спокойно произнес он. И, больше не сказав ни слова, просто развернулся и ушел.

А я так и осталась висеть на этих проклятых цепях. Желание разодрать чье-то лицо когтями становилось всё отчетливее.

Но негодяй своего добился! Теперь, вместо того, чтобы тихо-мирно дремать, я стала думать. И, как следствие, переживать.

Что я точно знала о происходящем сейчас на моей планете, на Громарисе, вообще во всем Союзе Астрокварты? Уходя, мой пленитель приказал «вырубить» Торрелина, значит, тот остался жив. И… пожалуй, это единственное, что я знала наверняка. Заиль? Сестренка, как и все друисы, была спрятана в подвалах, их не должны были найти. Шионасс? Я не знала, жив ли Генерал, когда я видела его, он был тяжело ранен. Амдир и Вистра? Они на Спесии, надеюсь, там безопасно, но вряд ли они знают о случившемся. Или Торрелин с ними всё же связался? Я не успела узнать, есть ли контакт с этой планетой. С другой стороны, а какой им теперь смысл быть на этой Спесии? Тенебрий всё равно не поможет. Наш противник дал лишь три месяца, и я очень сомневалась, что они успеют найти и разработать эту руду, научиться верно с ней управляться, договориться с Инновией, чтобы Конгресс управления дал доступ к тем разработкам космических корбалей, суметь создать с нуля производство принципиально новых аппаратов, а значит, и другого их внутреннего устройства… Нет, это было слишком масштабно для такого ограниченного срока. Единственное, что могло бы помочь в борьбе с Империей Менд, — это настоящее, искреннее объединение всех наших планет. И, если так прикинуть… Перикулотерр и Орионта уже оценили опасность. Наверняка они теперь будут куда внимательнее слушать Торра. Только Инновия могла не прочувствовать на себе всю прелесть внимания Империи Менд, но после таких нападений, может, им и не понадобится? К тому же нас поддерживал Амдир, который всё ещё был членом Конгресса управления! Или после побега с Инновии его сняли с этого поста?

Ох, сколько вопросов! И как же мне не хватало достоверной информации!

С тихим стоном я снова стукнулась головой о стену. Как бы не сойти с ума от тревог и волнений?

Ладно, Алатиэль, спокойно! Я всё равно никому ничем не помогу, если проведу эти месяцы в панике. Разве что поседею, но Торр, наверное, не оценит такое изменение в моей внешности. Зато наш враг порадуется. Нет уж, обойдется! Словом, стоит поберечь сердце и цвет волос.

— Всё. Будет. Хорошо! — твердо и раздельно произнесла я. Убеждала в этом скорее сама себя, но кого же ещё просить о поддержке, находясь в полном одиночестве?

А вот что интересно… А я увижу кого-нибудь из других обитателей дворца? Слуг, например, здесь же должны, скажем, убираться? Да и собирался же «Повелитель» радовать своих собеседников моим внешним видом.

Хотя внешний вид у меня… Простая белая рубашка да светло-зеленые штаны, как всегда, босиком, волосы мало того что недавно безжалостно обрезаны, так ещё и неприятно спутались. Под кандалами наверняка наливались синяки — слишком уж жестко они впивались в запястья. Про шею и думать не хотелось! Нет, только совершенно сумасшедшие будут радоваться такой картине.

К тому же вокруг было слишком ярко. Белоснежный мрамор, золото — всё так сияло и сверкало, что начинало злить. Почему он не мог выбрать более приятные и спокойные цвета для своей гостиной? В этой обстановке невозможно было существовать.

Я в который раз напряженно выдохнула.

Погодите-ка, а почему… я так уверена, что останусь здесь?

Может быть, мне стоит подумать о другом? Например, о том, что… отсюда можно сбежать? Наверняка же можно! Вопрос только в том, как найти нужный корабль и пробраться туда. Но ведь это точно же реально, не может быть иначе! Надо только придумать способ, как освободиться из этих ненавистных уже цепей да найти подходящий транспорт. Я должна справиться!

Если, конечно, это не спровоцирует новое нападение на Астрокварту… Но я уверена, что все вместе мы одолеем его!

От этих мыслей вдруг захотелось улыбаться. Я хочу вернуться, я вернусь! К своим планетам, родным и привычным, и к своей семье — и родной, к сестре и брату, и к своей собственной — Торру. Да, его мне не хватало больше всего. Его надежности, силы и уверенности. Никто больше не внушал мне такого же чувства доверия и защищенности. Нет, конечно, и Вистре, и Амдиру я бы тоже доверила что угодно, и они бы тоже постарались мне помочь, что бы ни случилось. Но всё же восприятие друзей и любимого естественным образом разнилось.

Ох, что-то меня совсем уж занесло. Пожалуй, пока лучше не задумываться о том, кто меня ждет, — буду слишком волноваться и меньше думать! Уж лучше поразмыслить над способом побега.

Мне, конечно, нужен кто-то, кто знает об этой планете больше меня… Кто-то, кто мог бы хотя бы подсказать самый удачный момент или выпустить меня. Проблема в том, что для этого придется придется довериться неизвестно кому, что как-то слишком уж легкомысленно… Но, с другой стороны, хуже уже и не станет.

Слишком много-много мыслей!

— О чем таком серьезном думаешь, девочка? — раздался всё тот же, уже изрядно поднадоевший голос. Сейчас в нем звучали легкое, словно ленивое, любопытство и веселье. Мне даже почудилось, что он так попытался намекнуть на то, что я не способна думать о чем-то важном. Но я только поджала губы, не собираясь отвечать ни на вопрос, ни на провокацию. Даже смотреть на императора не стала.

— В цепях и ошейнике строить из себя обиженную девочку крайне глупо, — заметил он и резко отодвинул стул от стола. От мерзкого резкого скрипа я вздрогнула.

Между тем Повелитель, как оказалось, принарядился. И я почувствовала, что меня скоро стошнит.

Он оделся… в белое! С золотым! Да его в этой гостиной теперь и не разглядишь — сливался с обстановкой! Практически мимикрировал!

На этой мысли я сглотнула, вновь прокляв ошейник. Мимикрия… Я сумела достучаться до своей врожденной способности буквально пару раз в один и тот же день: на тренировке с Торрелином да уходя из комнаты, где бурно мирились Вистра и Амдир. И с тех пор о мимикрии почти не вспоминала. А ведь здесь она вполне может стать моим козырем, если я сумею выбраться! Меня почти и не заметно будет, и я смогу пробраться на любой корабль, да ещё и путешествовать незамеченной. Это ведь настоящий шанс! Вряд ли кто-то знает, что я сумела наконец найти общий язык с мимикрией, наоборот, скорее всего, все считают, что у меня с ней проблемы… Ох, как же я рада!

Правда, покосившись на императора, я снова сосредоточенно нахмурилась: при нем не стоило выдавать слишком уж явных эмоций.

Кстати о нем: он с деловым видом перебирал какие-то плотные листы и пару раз глянул на дверь.

— А кого мы ждем?

Мне очень кстати захотелось зевнуть, и я не стала себе отказывать в этой приятной мелочи.

— Твоих старых друзей, — холодно улыбнулся мне владыка Империи, и я невольно напряглась. Кого это он, интересно, имел в виду?

Но спросить не решилась. Следующие несколько минут прошли в тишине, пока дверь не отъехала в сторону, и…

— Повелитель, мы счастливы… кхм… лицезреть Вас!

Заметив меня, первый из вошедших запнулся и побледнел, но последующие, бросив на меня победные взгляды, чуть ли не впихнули его внутрь, тоже рассыпаясь в льстивых приветствиях.

А я, глядя на слишком знакомые лица, пыталась сдержать накрывшую меня волну ненависти и ярости…

И не задать вслух вопрос: «А как они могли здесь оказаться⁈».