Вечное возвращение Сальвадора Дали

Гала

У Дали была жена, чья манда останавливала ход будильников.

Будильники, точь-в-точь как на картинах Дали, плавились.

Пизда этой женщины была как щель того кошелька, о котором бесплодно мечтал Франсуа Вийон.

Да, она была блядь, эта Гала.

Блядь, блядь, блядь, блядь.

Но не простая, не бульварная.

Она была такая блядь... как небесная полиция.

Которая приходит к тебе в кровать.

Чтобы арестовать.

И больше не вылазит из этой кровати — ни ночью, ни днём.

И ты уже не можешь ни спать, ни бодрствовать.

А только сидеть тет-а-тет с этой небесной полицией.

И тереться о неё своими гениталиями.

Вот какая это была блядь.

О ней ходили сплетни — довольно дешёвые.

Будто она заставляла Поля Элюара вставлять ей в жопу длиннющий африканский фетиш, купленный у некоего конголезского барышника.

Это был настоящий африканский бог, а не просто брусок дерева.

И Гала желала, чтобы этот бог побывал в её заднице!

Элюар — слабый человек — исполнял все её желания.

Ещё она любила, чтобы в неё спереди проникал поэт, а сзади — художник, то бишь Макс Эрнст.

И чтобы они кончали ей в уши единовременно: она хотела слышать агонию их сперматозоидов.

Но потом она решила унизить Эрнста и Элюара, отдавшись в их присутствии русскому анархисту Евгению Никанорову, который, дрюча Галу, матом поносил сюрреализм.

Говорили, что она насиловала своих любовников антикварными предметами.

Элюар и правда ходил в синяках и ссадинах.

Следуя заветам Маккиавелли, Гала предпочитала, чтобы её скорее боялись, чем любили: страх сильнее похоти, а оргазмы от ужаса более волнительны.

Но с Сальвадором Дали у неё получилось идеальное: он и боялся её, и любил, а также — и это главное — под её руководством он научился хорошо зарабатывать.

Даже сверхъестественно.

Для Галы это было важнее, чем секс, хотя секс никуда не делся — его было хоть отбавляй.

Недееспособность Дали как любовника не смущала Галу — даже наоборот.

Сальвадор любил наблюдать как она ебётся с другими мужчинами: с профессорами и эмигрантами, спортсменами и грузчиками, аристократами и барменами, биржевиками и издателями, офицерами и банкирами...

Его вуайеризм добавлял перца в оргии Галы.

Вопрос: это была перверсия или эмансипация?

Удачи в осмыслении этого казуса!

Возможно, здесь имел место вампиризм с обеих сторон?

Похоже на то.

Или отношения Сальвадора и его жены являются всего лишь частным случаем поголовной проституции, проистекающей из всесторонней зависимости индивидуумов от инфраструктуры капиталистического универсума?

Не исключено.

В любом случае: это крайне нездоровая вещь — позволить твоей жизни изо дня в день покоиться в руках твоего истязателя.