Забытая жена из горного края

Глава 6

— Кто помимо магов и людей населяют ваш мир?

— Драконы. Мой супруг, кстати, принадлежит к этому виду.

— Настоящий? Это не просто слова, характеризующие умелых воинов или даже целый род…

— Настоящий! Он оборачивается огромным летающим зверем. Они всегда пахнут небом и огнём, который извергают. Именно они — самые сильные маги, ведь их оборот имеет под собой магическую трансформацию. Когда мои свёкр с сыном прибыли на нашу свадьбу, они прилетели. Я тогда единственный раз видела их оборот. Испугалась… Тётя с трудом уговорила меня спуститься в парадный зал к гостям… Но не будем дальше о супруге, ведь в нашем мире на юге ещё живут оборотни. Дикие и безобразные существа, хорошо, что их поселения не затрагивают наши земли. Ещё на севере обитают хладные. Кровавые монстры, лучше тебе никогда не быть в их власти. Считают себя венцом творения матери сущной, а людей принимают за скот. Радует только, что солнце — их враг, а потому они смирно сидят в царстве вечной ночи. Есть ещё мелкие разумные животные — редкие, а потому такие ценные. Их шкуры и клыки продают за огромные деньги. Поговаривают, что ещё существуют духи стихий, но я их сама никогда не встречала и не знала никого, кто бы видел…

Я вновь нырнула, изо всех сил вглядываясь в толщу воды. Она где-то здесь! Я пыталась нащупать её золотистые волосы или тонкую руку, но не выходило. Когда я уже почти отчаялась, мне показалось, что в воде есть какой-то блеск. Словно что-то закрутилось перед моим лицом, и я испуганно отпрянула, с силой вырываясь на поверхность.

Хватая ртом сладкий и желанный воздух, я глазам своим не поверила, когда на берегу на большом валуне заприметила кузину, отжимающую длинные волосы.

— Давина! — вскричала я облегчённо, моментально подплывая к ней. Вот только облегчение тут же сменилось злостью. — Давина! — рыкнула, несмотря на то, что в её имени и нет рычащих звуков.

— Ли-ин… — с сомнением протянула она.

— Что — Лин?! Ты меня испугала!

— Глупышка, — с умилением взглянула на меня девушка, от чего я ещё больше зверела, — ты же знаешь, что я плаваю как рыбка!

— Вот будет у меня на обед жаренная рыбёшка, — почти ухватила я её, но та, сорвавшись, с громким смехом понеслась прочь. Ведомая азартом, я кинулась следом, ощущая лёгкость в теле и задор.

Я долго гонялась за ней, смеясь, а после мы вместе повалились на траву.

— Не делай так больше, — повернув голову, я встретилась с её ярким небесным взглядом, — это незнакомое место, оно могло быть опасным.

— Хорошо, — покладисто проговорила девушка, мягко улыбнувшись, — я не думала, что ты так испугаешься… прости меня!

— Прощаю, но только на этот раз! — хмуро буркнула я, вызвав очередную порцию смеха. — Что такое? — хмурилась я, не понимая, чем вызвана её реакция.

— Похоже, ты решила, что нам пора поменяться местами. Раньше я была заботливой мамочкой, а теперь ты…

— Это плохо? — затаив дыхание, я ждала ответ.

— Нет. Это замечательно! Это же прекрасно, когда ты кому-нибудь не безразличен! Каждому человеку нужна забота, а у нас есть мы! Пойдём искупаемся, а то теперь мы в траве и грязи…

— Давай посмотрим другие чаши. Эта так глубока… — не стала говорить, что мне мерещилось в ней неизвестное, в конце концов, я и сама не поняла, что видела. Это фантазия мозга, который лишили кислорода, или что-то ещё.

Вторая чаша оказалась не так глубока. Даже с берега мы прекрасно видели её каменное дно. И хоть она была шире, но доходила нам всего до грудей. Вода здесь была теплее, и мы с удовольствием посидели, прогреваясь.

Когда я, прислонив голову к камню, блаженно прикрыла глаза, мне почудилось, что у первой чаши на берег выбрался полупрозрачный зверёк, но стоило распахнуть глаза, чтобы внимательно его рассмотреть, и я ничего не нашла.

— Лин, всё в порядке? — тут же отреагировала Давина.

— Да. Померещилось… Пора нам возвращаться домой, к чулкам.

— Тебе это дело не по душе, — хмыкнула она. — Не смотри на меня так! Ты никогда не любила рукоделие, предпочитая свои книги. И, видно, правильно делала, раз это помогло тебе избавиться от проклятия. Так что не мучай ни себя, ни нитки… я тебе пару сама свяжу. Лучше читай! — подмигнула мне девушка, поднимаясь.

Я с лёгким сожалением последовала за ней, нам ведь нужно ещё просохнуть. Всё время, что медленно перебирала свои тонкие безжизненные волосы, я посматривала на первую чашу, ища свой мираж. К тому моменту, когда мы заплели слегка влажные волосы в косы и, надев платья, направились к дому, я почти полностью уверовалась, что это была галлюцинация разыгравшейся фантазии.

Дома же, помимо Морганы, мы застали старую женщину, что скрюченными пальцами заваривала отвар около очага. Казалось, что она прожила на этом острове, объятом ветрами и непогодой, как минимум век. Кожа задубела и изрезалась морщинами, зубы сгнили, но это не мешало ей улыбаться леденящей душу гримасой.

— Девочки, познакомьтесь, это Инга. Она — травница…

— Говорили же, что на острове нет ни лекаря, ни даже травника, — с сомнением я посмотрела в её выцветшие глаза. От старухи у меня не просто побежали по коже мурашки, а табунами заходили, да и волосы, так и казалось, что дыбом встали.

— Думали, что померла, дураки! — с неожиданной бодростью проговорила та. — А я-то всего лишь на лодке сплавала на соседний остров. Там красота, никого нет, никто не тревожит, думаю туда перебраться на постоянное жительство. А какие там сочные травы, шустрые змеи и чудесные грибы!.. — с удовольствием причмокнула старуха.

— Змеи и грибы? — севшим голосом переспросила я, с сомнением посматривая на булькающий котелок. Мне почудилась в нём голова змеи.

— Лечебные, — жестом фокусника она вынула засушенную поганку и бросила в жижу.

— Стойте! Вы что делаете?!

— Собираюсь вытащить мальчонку с того света, — фыркнула она, резко подавшись в мою сторону, — а ты бы, милочка, была осторожнее с Лохам, она, как-никак, дитя келпи.

— С кем?.. — нахмурилась я, переглянувшись с такой же ошарашенной Давиной.

— С тем, кто живёт в мелких чашах на западе отсюда.

— Там никого нет, — подбоченившись, опровергла её слова кузина, — зачем запугиваете?

— Ты тоже думаешь, что там никто не живёт? — с насмешкой старуха взглянула в мою сторону. Я же, хмурясь, молчала. Как назло, моя память тут же подкинула и блеск в воде, и непонятное существо на берегу.

— Оно злое?

— Духи не бывают ни злыми, ни добрыми… — пожала она плечами, — они себе на уме и не поддаются человеческим меркам! — помешивая жижу, довела её до кипения и тут же сняла, налив в чашу. — Ну-кась, вместо того, чтобы глупости спрашивать, поди-ка мальчонку напои, а после подпитай зажжённую тобой искру…

Давина многообещающе посмотрела на меня, но, понимая, что сейчас не время задавать вопросы, стала помогать тёте готовить обед.

— Как?.. — удивлённо спросила я, принимая из её рук керамическую чашу. — Ты магичка?

— Нет, мне не нужно быть магичкой, чтобы видеть, — пошаркав, она уселась за стол рядом с Морганой, что перебирала крупу. — А ты пои-пои…

Вновь оглянувшись на неё с сомнением, присела около парня. Жидкость была горячей, я аккуратно намочила в ней тряпочку, подождала, чтобы стала терпимой температуры, и коснулась его сухих губ. Это заняло больше времени, чем я думала, отчего я практически впала в медитативное состояние, усугублял это тихий бубнеж Инги. Я с лёгкостью нашла его магический канал в ноге и искру, что стала больше. Напоив её своей силой, я задумчиво замерла около парня.

— Когда он поправится, то будет твоей обузой, — старуха внезапно возникла за спиной, — помни это и не бросай! Ты зажгла искру, тебе и нести это бремя…

— Вы можете говорить прямо?

— Могу, но не хочу. Тебе, девочка, уже пора. Через пару дней море до конца успокоится, тебе не место на нашем острове.

— Ты нас выгоняешь? — я удивлённо пыталась уложить её слова в голове. — Но Дави без сознания, и перевозить его сейчас — плохая идея.

— Он очнётся к утру, — направилась она к выходу. — Тебе пора ехать, иначе, глупая, ты ничего не успеешь… Только когда будешь спешить, остановись у знака клевера, а когда кровавая луна взойдёт на небе, будь готова потерять любимое существо, — старуха оглянулась через плечо и улыбнулась. В этот момент её глаза, казалось, помолодели на пару десятков лет, но прежде, чем я успела уточнить у неё, что она имела в виду, женщина вышла за дверь.

Я вскочила, желая догнать, но Дави ухватил меня за руку и застонал.

Мы засуетились около мальчонки, и только через час я смогла выбраться из дома.

— Где живёт Инга? — поинтересовалась у охранника — брюнета и бородача Каллума, что за время пребывание здесь совсем обленился. Ни он, ни его товарищ ни разу не пытались остановить нас с Давиной и даже не следили… Зато со своими голубями он всегда находил время пообщаться: покормить, почистить перья, дать им сделать круг над островом. У него было три практически полностью белых птицы, что прожорливо поедали щедро отсыпанную им крупу. В основном его бездействие мне было на руку, но червячок возмущения уже грыз нутро. Деньги-то платятся из моего кармана… Хотя он сейчас и не мой.

— Не знаю, госпожа. Поищите её там, где встаёт солнце, но местные говорят, что это бесполезно. Она всегда приходит сама…

— Благодарю, — скрепя сердце, ответила я и пошла на восток, искать нужный домик.

Но чем дольше бродила по острову, тем меньше верила, что найду. Я обошла всё поселение к востоку, но тщетно. В моём мире сказали бы, что она — ведьма, но кто эта старуха в мире магии? Я не знала, но решила с серьёзностью отнестись к её напутствию.

— Через три дня мы должны уехать, — сообщила, вернувшись, уже когда ночная мгла мягко укутала в свои объятия наш дом. Звёзд не было видно, но я была уверена, что, когда тучи разойдутся, они будут ярко сверкать, словно россыпь бриллиантов. — Нужно готовить лодку, — обратилась к Грэхему, что, открыв дверь, продолжал стоять на пороге.

Мужчина нахмурился и устремил взгляд на Моргану; её лоб также пересекла глубокая морщина, а губы недовольно поджались.

Я же ничего не стала больше говорить, подойдя к Дави, что теперь не просто пришёл в себя, но даже с помощью Давины занял положение сидя. Коснувшись его, я с удивлением отметила, что искра опять стала больше.

— Ты не поверишь, но зелье Инги сотворило чудо! Посмотри на его раны! — поделилась радостью Давина.

— Они… затягиваются, — удивлённо констатировала я.

— Простите меня, леди Йолайр, — хрипло и взволнованно проговорил мальчик.

— За что? — с нежностью поинтересовалась у него.

— Я доставил вам столько хлопот…

— Ерунда, — проведя ладонью по его запутанным каштановым волосам, я на мгновение позволила слабость, представив, что вот так же буду трепать собственного ребёнка. — А где его дед? — подняла взгляд на Давину.

— Он ещё утром ушёл наловить зайцев, да дров набрать.

Мужчина вернулся позже, когда в свете единственной свечи мы тихо беседовали с тётушкой. Мальчонка вновь спал, но к утру, как и предсказывала Инга, он бодрствовал и больше не засыпал.