Академия севера: ставка на победителя

52

Когда всё так изменилось? Я ехала сюда, понимая, как может быть небезопасно, но совершенно не будучи готовой к реальности.

И, видимо, во всём абсолютно виноват мой отец. Если б он не открывал порталы, магов бы не было, но не было бы и нечисти, атакующей простых людей. Скольких жертв можно было бы избежать.

Мир был бы иным.

И хочу я или нет, уже не имеет ни малейшего значения — моя задача остановить отца.

В комнате у Глеба я чувствовала себя одновременно и более стеснённо, чем у Джина, и в то же время менее. С одной стороны, он мой преподаватель, но зато с ним я чувствовала себя спокойно, он не трогал меня и не пытался поцеловать. Оказывается, этого тоже может не хватать. Просто покоя.

— Иван уходит, — Глеб вернулся поздно вечером, когда я уже легла — у него, в отличие от Джина, нашлась для меня раскладушка. — Якобы патрулировать. Думаю, это наш шанс.

Адреналин ударил в виски. Я села на раскладушке, сердце колотилось как бешеное. В комнату вошли Джин и Тхэн.

— Стоит поторопиться.

Я вскочила, одеваясь.

— Ты останешься! — рыкнул Глеб.

— Нет уж! Я блокатор, куда вы собираетесь без меня в тайгу?! Туда, где отец, вероятно, открывает порталы?!

Мужчины переглянулись, после чего Глеб нехотя кивнул:

— Только потому, что ты и без того считаешься мёртвой.

Джин повернулся ко мне, бровь чуть приподнялась.

— Ты не готова к операциям такого уровня, Соколова.

— Я блокатор, — парировала я, глядя ему прямо в глаза. Страх тлел где-то глубоко, но его перекрывала ярость. — Другого у вас нет.

Джин замер на секунду, его взгляд скользнул по мне, оценивающе.

— Ладно, — кивнул он. — Но идёшь позади с Тхэном.

Глеб лишь хмыкнул, уже проверяя снаряжение.

— Поняла, — ответила я коротко.

Мы выскользнули из академии, и тайга встретила нас ледяным дыханием и гнетущей тишиной. Лунный свет пробивался сквозь плотный полог ветвей, создавая зыбкие, обманчивые тени. Глеб шёл первым, бесшумно и явно зная местность. Джин — чуть сзади и в стороне, Тхэн замыкал, его присутствие ощущалось где-то за спиной. Я шла следом за Глебом, стараясь дышать ровно.

Мы углубились в чащу, двигаясь по следу. Внезапно Глеб поднял руку — сигнал «стоп». Он присел, коснувшись пальцами земли, потом ствола сосны. Его лицо стало жёстким.

— Сильный остаточный резонанс. Не от прорыва... от чего-то другого.

Джин подошёл, тоже присел. Он что-то шептал, его пальцы выписывали в воздухе сложные знаки. Воздух загудел.

— Нет, что бы это ни было…

Щёлк.

Тихий звук раздался не из леса, а сзади нас. Как ветка под неосторожной ногой.

Тхэн обернулся мгновенно, беззвучно, как пружина. Его рука с когтями уже была готова к удару. Джин и Глеб развернулись в боевую стойку, магия сгустилась вокруг них. Я инстинктивно рванула фиолетовые нити для щита, но остановилась, потому что из-за большого сугроба, в пятнах лунного света вылезли, растерянные и смертельно бледные, три фигуры.

Андрей. Кристина. Женя.

— Вы не должны были идти сюда! — вырвалось у меня, голос дрожал. — Это опасно! Уходите! Пожалуйста!

— Если ты рискуешь жизнью, то и мы можем, — заявил Андрей.

— То есть, зная, как это опасно для Русланы, ты всё равно всем разболтала, да? — холодно спросил Джин у Кристины, но она не смутилась:

— Не всем, а только тем, кому она дорога! Мы всё знаем, и вам понадобится помощь.

— Вы первокурсники, Кристина, — Глеб покачал головой. — Если Женю я ещё могу взять, она опытнее Русланы, то от вас будет больше проблем, чем пользы.

— Или мы идём с вами, или мы идём к ректору! — пригрозил Андрей.

Глеб пожал плечами:

— Кто я такой, чтоб мешать вам умереть? Идём. Но ни единого звука.

Андрей бросил неуверенный взгляд на подруг, но я ободряюще кивнула. Они не струсили, они пришли за мной! Душа моя пела, каким бы ни был мой отец, у меня есть совершенно замечательные друзья!

— Так что здесь? — спросила я.

— Старый след, — отмахнулся Джин. — Молча идём.

Мы продолжали идти через лес, стараясь не шуметь. Я пыталась что-то почувствовать — как осенью, в тот день, когда погибла Ира. Я же чувствовала тогда направление, так же, как и Лейла. Но нет, либо у меня что-то не работало, либо прорывов не было.

— Есть! Они впереди! — едва слышно произнёс Джин, жестом заставив нас всех остановиться.

Подобравшись чуть ближе, я тоже разглядела фигуры отца и Михаила, освещённые светом накладываемых чар.

— Снимаем! — приказал Глеб. У Джина была камера, остальные достали телефоны.

Отец действительно открывал портал! Я не ошиблась. Все эти смерти, кошмары, страдания тысяч и тысяч людей — это всё из-за него…

Не прошло и нескольких минут, как пространство разрезало невидимым клинком, и, под выверенными движениями рук Маковеева, открылся портал. Уж точно не прорыв…

Отец продолжал создавать какие-то чары, связка улетела внутрь портала. Тишина. Мы ждали, боясь шевельнуться и даже просто вздохнуть лишний раз. Наконец из портала высунулась морда… одна, две, пять, семь…

— Волкодлаки… — ошарашенно прошептал Глеб. — Вот дьявол!

В морозной холодной тайге хорошо поставленный голос отца был отлично слышен.

Это было прекрасно — его точно будет слышно на всех записях.

Это была проблема.

Я ошарашенно смотрела, как он кидает волкодлакам, похожим на крупных, изломанных, изуродованных волков, моё золотое платье.

— Найдите мою дочь и уничтожьте её!