Алина и Валькур, или Философский роман. Книга вторая

Письмо шестидесятое ВАЛЬКУР — ГОСПОЖЕ ДЕ БЛАМОН

Париж, 16 марта

Сударыня, как мне выразить мою к Вам признательность! Я и так был обязан Вам очень многим. Вы заставляете меня полюбить несчастья, ибо в затруднительном положении я по достоинству могу оценить Вашу исключительную доброту. С какой ловкостью — о сладостная надежда! — с какой деликатностью Вы оказали мне эту неоценимую услугу! Да, сударыня, я вынужден покинуть Париж. До отъезда из Парижа я, заботясь о моей безопасности и подчиняясь Вашим советам, буду жить инкогнито в доме одного моего вполне надежного друга

О сударыня, доброта Ваша вселяет в мою душу смелость. Признаться ли Вам? Прошу Вас меня благожелательно выслушать: я расстаюсь с Вами надолго, уезжаю в далекие края, так и не повидавшись с Вами на прощание, не воздав должного поклонения моим обожаемым женщинам. Неужели Вы отличаетесь такой суровостью? От всей души умоляю Вас отнестись ко мне снисходительно. В первые дни по приезде в Вертфёй, пока вы там будете одни, хотя бы на час... на минутку... Меня насильно вырвали из Ваших объятий; я покидаю родину, и мне даже на мгновение не дают увидеться с моими лучшими подругами... Нет, не требуйте от меня такой жертвы, не обрекайте меня на лишения, по жестокости сравнимые лишь с гибелью. Скажите, какие я должен принять меры предосторожности, по какой дороге мне следует подъехать в Вертфёй; советы Ваши будут мной исполнены безоговорочно, только бы Вы согласились оказать мне такую милость. Жду Вашего решения, отвечайте: одно Ваше слово превратит меня в счастливейшего человека или же, напротив, в несчастнейшего из влюбленных.