Что такое топонимика?

ВВЕДЕНИЕ

Жизнь человека тесно связана с различными местами, которые обозначаются с помощью особых слов – географических названий, или топонимов (от греческого слова topos 'место' и onoma/onyma имя, название) 1.

[1 В конце книги дается небольшой терминологический словарь.]

Изучением географических названий, выявлением их своеобразия, историей возникновения и анализом изначального значения слов, от которых они образованы, занимается топонимика – одна из отраслей языкознания, или лингвистика (науки о языке). Слово «топонимика» включено в последние издания энциклопедических и отраслевых словарей. Правда, там ему отводится маленькая колонка, в которой невозможно представить все то богатство, которое накоплено топонимистами за многие годы кропотливой работы.

Предлагаемая книга ставит своей задачей расширить рамки общеизвестного, подкрепить энциклопедические сведения живыми примерами из современной практики и из достижений прошлого, показать различные аспекты изучения географических названий, роль географических имен в жизни общества, а также пути и способы создания новых названий.

Совокупность географических названий обозначают словом топономия, а человек, изучающий географические имена, зовется топономист. Совокупность географических названий иногда называют и иначе: географическая номенклатура, ср. латинское слово nomenclatura 'роспись имен'. Такое обозначение вводит географические названия в один ряд с номенклатурами других отраслей знания, ср., например, химическую, биологическую, техническую номенклатуры. К характерным особенностям номенклатур относятся следующие: 1) неоднородность и разновременность происхождения отдельных элементов, их составляющих; 2) особое положение в языке; 3) тщательная оберегаемость номенклатурных единиц; 4) периодические пересмотры номенклатурных списков. Все это в полной мере касается географических названий и будет показано на страницах книги.

Первое, основное и главное, значение и назначение географического названия – фиксация места на поверхности земли. Точные науки предлагают другой способ такой фиксации – с помощью системы координат. Но такой способ локализации объектов был создан относительно недавно. Он доступен лишь специалистам с серьезной и длительной подготовкой, да к тому же еще и с хорошей памятью на числа. В повседневной практике он неудобен. У, людей всех стран с незапамятных времен выработался способ фиксации окружающих их объектов с помощью слов.

Обозначая географические названия словом топонимия, мы подчеркиваем их родство с другими собственными именами, такими, как антропонимия (различные именования людей), зоонимия (клички животных) и т. д., и одновременно противопоставляем их именам нарицательным. И собственные, и нарицательные имена развиваются вместе с эволюцией языка, однако следуют при этом различным закономерностям, выявить которые можно лишь на основе тщательного анализа материала.

Особое положение имен собственных в языке можно сравнить с обособленным положением планет на своих орбитах. Если общую лексику сравнить с солнцем, вокруг которого вращаются планеты, то каждый тип специальной лексики '(географические названия, имена людей, научные термины, различные номенклатуры) можно представить себе в виде своеобразных спутников, сопровождающих общий словарный состав. При этом каждый тип специальных слов находится на своей «орбите» и поэтому не сталкивается с другими.

Подобно другим собственным именам, географические названия относятся к тем особым словам, которые остаются непонятными до тех пор, пока не будет сделано уточнение, к какому объекту они относятся. Это касается любых географических названий, начиная от самых простых и близких нам: Трёхгорка, Чернушка, Серебрянка, Лесная Поляна, Зайкин Лог, Тетёркин Ключ, Шапка, Красно бумажник и кончая самыми экзотическими: Килиманджаро, Кракатау, Альгамбра, Катарангра, Попокатепетль, которые в своих странах могут, однако, оказаться достаточно заурядными словами соответствующих языков.

Географическое название делается понятным в речи лишь тогда, когда собеседники точно знают, к какому объекту оно относится. Читатель без труда скажет, что старая мельница – это пришедшее в ветхость сооружение, на котором когда-то мололи муку. Но что «Старая мельница» – это ресторан в Сочи, а Старая Мельница – лесное урочище в Крымских горах, где во время войны собирались партизаны, знает далеко не всякий. Таким же образом черной речкой можно назвать любую темную текучую воду. Но Черная Речка в Ленинграде – район в северной части города, Черная речка в Севастополе – река, впадающая в Севастопольский залив, а Черная речка близ Алушты – это речка, и урочище, связанное с партизанскими боями, и часть заповедника. Названия Чаны, Секты, Большедорожное, Кабинетное относятся к остановочным пунктам Западно-Сибирской магистрали, названия Гребешок и Щебзавод – к странциям Закавказской железной дороги, Кислый Клюк, Пеньковое, Трудный, Глубокий, Бедовый, Горелый – к станциям Забайкальской железной дороги. Без подобных объяснений все перечисленные слова непонятны.

В отличие от имен нарицательных, составляющих в каждом языке вполне обозримый фонд, которым владеет каждый образованный человек, имена собственные, в частности географические названия, насчитывают миллионы единиц. Даже самый скромный атлас для учителя средней школы содержит свыше 20 тыс. названий. Указатель к Большому советскому атласу мира включает более 100 тыс. единиц. Но это далеко не предел. В атласах не учитываются названия многочисленных мелких объектов (болот, прудов, ручьев, лесов, холмов, пашен и т.п.), обычно известные лишь небольшим группам местных жителей. По подсчетам американских специалистов, в одном только штате Калифорния зафиксировано 150 тыс. географических названий (без названий улиц) 2, в то время как английские словари общего типа обычно содержат около 60 тыс. слов, а один из наиболее полных словарей русского языка (под ред. Д. Н. Ушакова) содержит лишь 85 289 слов 3. В отличие от имен нарицательных, топонимы относятся к той категории слов, которые во всем своем объеме известны лишь всему человечеству в целом. Каждый отдельный человек знает небольшое количество названий окружающих его объектов, а также тех мест, где он когда-либо бывал. Кроме того, люди, учившие географию, читающие книги и газеты, помнят наиболее часто встречающиеся названия тех мест, где они никогда не бывали, причем для каждого человека этот набор различен.

[2 Gudde E. G. California place-names. A geographical dictionary. Los Angeles, 1949.]

[3 Толковый словарь русского языка/Под ред. Д. Н. Ушакова. М.,.1935-1940. Т. I-IV]

Отдельные классы топонимов имеют свои обозначения. Так, названия населенных мест называются ой кони мы, от греч. oikos 'жилище, обиталище', названия рек -гидронимы, из греч. hydor 'вода5, названия гор – о рои и мы, из греч. oros 'гора', названия внутригородских объектов- урбанонимы, из лат. urbanus 'городской', названия улиц – годонимы, из греч. hodos 'путь, дорога, улица, русло', названия площадей- агор о ни мы, из греч. agora 'площадь', названия путей сообщения – дромонимы из греч. dromos 'бег, движение, путь' + уже известное нам -оныле; названия небольших незаселенных объектов – микротопонимы, от греч. mikros 'малый'- + -топоним.

В целях специального научного исследования можно изучать географические названия лишь одного из указанных типов. Это позволяет выявить ряд закономерностей их развития, обнаружить наиболее показательные названия для каждой категории объектов, проследить, как с течением времени менялись их формы, выявить новые тенденции в развитии отдельных, узких секторов топонимии, дать рекомендации относительно форм новых названий. Тем не менее, вычленяя таким образом узкий топонимический сектор, мы всегда «режем по живому», поскольку топонимы разных типов очень тесно связаны друг с другом и с другими классами собственных имен.

Есть мнение, что топонимика – это синтез лингвистики, географии и истории. Однако с этим едва ли можно согласиться. Прежде всего представители исторических наук занимаются лишь некоторыми типами географических названий, интересующими их и не имеющими существенной ценности для географов. То же можно сказать о географах, которых интересуют не те топонимы, которыми занимаются историки. Только лингвисты могут и должны анализировать все типы географических названий в их связи друг с другом, с прочими собственными именами и со всей системой языка, в котором они создаются и употребляются.

Только лингвистическими методами могут быть проверены гипотезы относительно происхождения ряда географических названий. Также только лингвисты дают ответ на многочисленные вопросы географов относительно написания географических названий на данном языке и передачи их средствами других языков, целесообразности выбора тех или иных новых названий и замены старых.

Представитель каждой науки смотрит на топонимы своими глазами, обращает внимание на различные их особенности и делает выводы совершенно равного характера, подтверждающие, например, концентрацию земель в руках небольшой группы земельных магнатов (историк, социолог), подтверждающие наличие полезных ископаемых (геолог, географ), И то и другое лишь косвенно интересует лингвиста, изучающего законы создания и изменения слов, закономерности накопления характеристик одного типа и убывания особенностей иного типа в разное время, в разных говорах данного языка, в разных местах страны.

Топонимика – это отрасль лингвистики, изучающая историю создания, преобразования и функционирования географических названий. Исторический компонент в топонимике обязателен. Но это не история государств и народов, а история языка. Ни одно историческое событие не отражается в языке непосредственно. Следы его могут быть лишь косвенно обнаружены в отдельных словах, поскольку язык представляет собой достаточно автономную систему, с трудом подвергающуюся внешним влияниям, но постоянно изменяющуюся по своим собственным законам. Не стоят в стороне от этих законов и топонимы, хотя их развитие может быть и достаточно автономным, не всегда согласующимся с общими тенденциями данного языка.

Географический компонент также не чужд топонимике. Но и это особая, лингвистическая география, занимающаяся изучением «расселения» по поверхности земли отдельных слов и даже отдельных оттенков значения некоторых из них, «путешествий» некоторых слов, «переселения» их на другие территории.

Следовательно, топонимисты продолжают традиционные лингвистические исследования с привлечением дополнительных объектов и материалов, подобно тому, как биохимики, оставаясь химиками, переносят свои наблюдения на химические процессы, происходящие внутри я^ивых организмов, т. е. также распространяя их на иные объекты и привлекая дополнительные материалы исследования.

Однако сама специфика имен собственных (ведь имена это не весь язык) подразумевает ряд ограничений в применении методов общего языкознания и некоторое их видоизменение, продиктованное характером ономастических исследований.

В данной книге осуществляется исключительно лингвистическое исследование географических названий. Они рассматриваются как слова, независимо от того, приняты ли они теперь или подверглись изменениям, поскольку они представляют интерес как определенные топонимические единицы, соотносящиеся с известными типами имен, а не только как слова, существующие сегодня. В связи с тем, что географические объекты часто переименовываются, прежние названия не исключаем из рассмотрения только потому, что они больше не существуют. Они существовали, а следовательно, представляли определенный тип топонимов, характерный для известной эпохи. И если для современной географии они больше ничего не значат, в языке они могли оставить определенный след и повлиять на дальнейшее развитие топонимических моделей и систем.

Ушедшие из активного употребления топонимы представляют значительный интерес для исторической географии, изучающей состояние территории в прошлом, для всего комплекса исторических наук, а также для историй культуры отдельных народов, в особенности тех, чье прошлое недостаточно полно отражено в исторических памятниках письменности и в других источниках.