Жена по контракту. Развода не будет?!

Глава 12

И почему я так наивно надеялась, что долг отдавать не придется? Во всяком случае, так быстро. Два поцелуя за один вечер — как-то перебор для старых друзей.

— Именно сегодня? — ехидно поинтересовалась я. — Что, так не терпится?

— Ну как же! — Ал показательно прижал ладонь к груди. — Долги по спорам священны, об этом и мое сердце говорит.

— Оно с другой стороны, — хладнокровно сообщила я, хотя у самой отчего-то отчаянно билось сердце. И, подумав, предложила. — Слушай, может, подсократим программу?

— В каком смысле? — насторожился Аласдэр. Под его взглядом даже как-то не по себе стало. Но чем больше я с ним общаюсь в последние дни, тем сильнее понимаю — этого мужчину я не знаю совсем и даже не представляю, что от него можно ожидать.

— Ну я по-быстрому верну тебе долг, и ты отправишься к себе домой, — разъяснила я. — А я пойду спать. Без чая обойдешься. А то этот вечер что-то оказался слишком долгим. Может, тебя потеряли где?

Меньше всего я ожидала, что он рассмеется. Искренне и в то же время с легкой долей досады. Ну и чего он? Я же не отказываюсь вернуть этот самый долг, раз уж он так священен. Другой вопрос, зачем ему вообще это надо, но это так, лирика. Я не настолько наивна, чтобы ждать на это ответов.

— Ну уж нет, прелесть моя, — покачал головой Ал. — Возвращать, так уж по полной. С чувством, с толком, с расстановкой. И вообще, не будешь же ты со мной целоваться на пороге. А вдруг кто увидит?

Не сдержалась, и по-детски показала ему язык. Других аргументов просто не нашлось. Не на усталость же ссылаться, когда я выпила зелье бодрости. Ложь он точно почувствует и не постесняется на нее указать. Иначе бы это был просто не Ал.

— Ну увидят, и что? — со вздохом поинтересовалась я в ответ на его издевательство.

— Как что? Ты испортишь себе репутацию! — в деланном испуге округлил он глаза. — Тебя же за меня замуж выйти заставят!

— То есть, появляясь с тобой под утро я себе репутацию не испорчу, а еще и целуясь с тобой — да? — развеселилась я. — Слушай, и разве это не решит все твои проблемы с фиктивной женой?

Спросила легко, без всякого подтекста. Понимала, что он вряд ли будет меня так подставлять. Да и вообще, меня можно узнать только по тому, что стояли мы возле моего крыльца. Плащ скрывал лицо, да и на территории стоял специальный артефакт, чтобы любопытные соседи не могли разглядеть, что у меня тут творится. Между прочим, изобретение этого нагло скалящегося гада!

— А это идея! — приподнял указательный палец вверх Аласдэр. — И как только я не подумай? Хорошо, я согласен! Целуй! Я готов лишиться репутационной невинности!

Не выдержав, я рассмеялась. Держать на него зло отчего-то не получилось. В этом было несомненное достоинство Ала. Человеком он, возможно, был не самым простым, иногда откровенно бесящим, но ему как-то очень легко давалось меня успокаивать. Даже странно.

— Какой же ты все-таки балбес, — покачала я головой, понимая — чаем поить придется. И целовать тоже. И вообще… Главное, не дать ему заболтать меня до той степени, чтобы я согласилась фиктивно за него выйти замуж. А то мало ли. Лучше не рисковать и подобный подарок отдать Лориане. И нет, мне не жаль. Совсем. Ни капельки.

— И снова ты ранишь меня в самое сердце, безжалостная ты девушка, — не унимался этот паяц, пока я снимала охранное заклятье с двери и пропуская его в дом.

— Другая бы тебя давно прибила, а потом бы траурно страдала на твоей могилке, — парировала я. — Или влюбилась бы по уши и караулила тебя на каждом углу. Оно тебе надо?

Как и мои поцелуи, впрочем? Ответа на этот вопрос у меня не было, а от Ала я его вряд ли получу. Хотя есть у меня один вариант развития событий. Все дело в том, что я отказала. И поэтому в нем включился охотничий инстинкт. Подозреваю, что как только он получит принудительно-добровольный поцелуй, самолюбие будет удовлетворено, инстинкт притупится. Так что лучше купировать это сейчас, чем когда оно достигнет пика.

Чай я отправилась готовить на кухню, оставив непрошенного гостя в гостиной. Краем глаза отметила отсутствия Пауля и порадовалась, что мой приятель сейчас спит. Иначе есть шанс, что кто-то из них двоих пострадает.

Вот только я подогрела чайник заклинанием, как услышала за спиной шаги.

Обернувшись, я увидела с любопытством оглядывающегося по сторонам Аласдэра.

— Вот, значит, как выглядит кухня настоящей ведьмы, — задумчиво произнес он. — Мне нравится. Уютно.

— Ты просто не застал момент варки зелья, — попыталась отшутиться я, стараясь избавиться от странного комка в горле. Он ступил на запретную, личную, территорию, я бы даже сказала, святую святых любой ведьмы. Что дальше? Проникнет в мою спальню? Ну так, чисто из любопытства.

— А жаль, — улыбнулся Ал, но тут же протянул. — Хотя… Подозреваю, в таком случае мне пришлось бы квакать. Или крякать. Или мычать. Или блеять.

— Как много вариантов, — хмыкнула я. — И от чего же они все-таки зависят?

— От того, в какое животное ты бы решила меня превратить, — хмыкнул Ал, без труда оценив мое настроение. А ведь прав, зараза. Сейчас оно еще было довольно благодушным.

— В ящерицу, — не задумываясь, ответила я. — Как правило, они довольно молчаливые и мелкие. Довольно неплохой вариант. Не слышно и толком не видно, много места не занимает, при желании можно хвост оттоптать, новый отрастет.

На мгновение в кухне повисла тишина. Гнетущая, я бы даже сказала, шокированная. Воспользовавшись этой заминкой, я добавила в заварочный чайник травы и залила их кипятком. Немножко успокоительного эффекта моему гостю точно не помешает, а то больно он прыткий. И да, даже превращение в ящерицу его особо не остановит, разве что минут на десять. Сильный, зараза. У него прямо какой-то иммунитет на мою магию, к великому сожалению.

— Это ты, конечно, ящерицам польстила, — хмыкнул Аласдэр. — Я тебя как-нибудь познакомлю с одним ящером. Его не заткнешь.

Я удивленно посмотрела на приятеля, ожидая пояснения. В первый раз слышу, что у него там какой-то ящер. Хотя и не могу сказать, что мы с ним так уж сильно делились секретами. Да, мы знали друг друга, но это едва ли говорило о том, что мы знаем многое друг о друге. Поведение, реакции, какие-то детали — да, такое было. А вот какие-то повседневные факты… Это могло ускользать. Тем более, если оно из этой, взрослой жизни.

— Давай попьем чай здесь? — неожиданно предложил Ал. — Мне здесь нравится. Легко. Уютно. Спокойно. По-домашнему.

Пожав плечами, я кивнула и начала накрывать на стол. Пару чашек с блюдцами, пирожные из кондитерской моей приятельницы, в задумчивости отрезала несколько кусков хлеба. Сообразила, что делаю, только когда поставила на стол тарелку с бутербродами. М-да, что-то я излишне гостеприимна к напросившемуся ко мне Властелину.

Чай мы пили как-то спокойно, размеренно, почти по-семейному, болтая о всякой ерунде, например, обсуждая недавно прочитанную нами обоими книгу. Даже не говорили о происшествии в доме леди Луизе и ее родственниках. Не знаю, как Алу, а мне хотелось это просто переварить. Переспать, так сказать, с произошедшим. А шансов на это оставалось все меньше и меньше, весь за окном потихоньку начинал собираться рассвет.

Бутерброды были съедены, пирожные тоже, чай выпит, а Ал уходить все не спешит. И со своим священным долгом не торопил. Я говорила, он слушал, подавал ответные реплики, спорил. Время летело неумолимо, но почему-то у меня язык не поднимался намекнуть, что мне пора. Да что лгать — мне нравилось проводить с ним время.

Осознав этот простой факт, я машинально начала убирать со стола, сгрудила грязную посуду в емкость и очистила их специальным заклинанием. Простые и привычные движения успокаивали, хотя кожа, кажется, горела от пристального взгляда моего гостя. Ал смотрел на меня так, словно ничего интереснее в моей кухне и не было, кроме того, как я мою посуду. Может, он никогда самого процесса не видел и мне стоит научить его чистящему заклинанию? Я улыбнулась этой бредовой мысли, представив вытянувшееся от подобного предложение лицо друга. Усмехнулась, повернулась и уперлась носом прямо в грудь предмета моих мыслей. Ал еще и руки положил по обе стороны от меня, словно перекрывая мне любую возможность сбежать.

— Спасибо за чай, прелесть моя, — хрипло проговорил он, не сводя пристальных глаз с моих губ. И это «прелесть моя», повторенное уже не в первый раз за сегодняшнюю ночь, резануло слух. — А теперь час настал.

От его близкого присутствия в голове почему-то спутались все мысли, и я нервно хихикнула:

— Какой час? Превратить тебя в ящерицу?

— Нет, прелесть моя, — он коснулся моей щеки большим пальцем и провел практически до контура губ. Я, кажется, даже не дышала во время этой мимолетной ласки. — Время отдавать долги. Священные.

С моих губ сорвался смешок. Ну да, долги. Конечно. Но в голове точно чертик поселился. Мы были в моем доме. Одни. Пауля можно не считать. И это могло закончиться, чем угодно. Но я совсем не боялась. Во всяком случае, не того, что Ал может сделать, нет. Я опасалась только собственной реакции, которая столь неожиданно проявилась сегодня. И в то же время в моей голове точно чертик поселился, подталкивая делать глупости.

— Священные? — повторила я, точно пробуя это слово на вкус. — Ну что ж, если они священные, значит, надо отдать. Я же не хочу, чтобы боги игры предали меня анафеме, правда?

— Ну разумеется, — согласился со мной Ал, как зачарованный всматриваясь в собственное отражение в моих глазах. А я… Я не стала больше грешить перед богами игры и, приподнявшись на цыпочки, закинула руки блондину на шею и притянула к себе.

Если какие-то боги игры и существовали в реальности, они бы ни за что не могли утверждать, что долг я отдавала плохо. Нет, я целовала Ала со всем пылом, на который только была способна, и он отвечал. Руки скользили по моей спине, спускаясь все ниже и ниже, а прижимал Властелин меня к себе так, словно пытался впечатать меня в себя. Ну и, как следствие, я чувствовала его реакцию на меня. Физическую так точно. А потому в определенный момент просто оборвала поцелуй, слегка оттолкнув его от себя. Отступить сама не могла — мне мешал сам стол, на который я в какой-то незаметный момент оказалась усажена.

Дышали мы оба тяжело, сердце билось так, что, кажется, его можно было бы услышать и на соседней улице. Глаза Ала лихорадочно блестели, а сам он так и порывался вновь шагнуть ко мне. Но я со всей ведьминской вредностью просто взяла и испортила момент:

— Ну что, долг теперь по праву можно считать отданным? — весело спросила я. Точнее хотела спросить. Голос подвел. Слишком хриплым он оказался, а еще в какой-то момент едва уловимо дрогнул. Впрочем, не только он. Дрожали и пальцы, которыми я за своей спиной судорожно вцепилась в столешницу. Нельзя, Селена, нельзя так реагировать на мужчину, которого ты знаешь сто лет! Это же противоречит всем законам логики, это же тот самый, привычный мне Ал, которого я еще в детстве проклинала. Да и сейчас бы проклясть не помешало, но, Тьма побери, карточные долги и долги по спорам священны! А я всего лишь пыталась не грешить.

Я ехидно усмехнулась этой мысли. Не грешили мы так, что, кажется, даже воздух, и тот дрожал между нами от напряжения. И сама атмосфера накалилась, и внутри меня разливалось что-то такое, непонятное, и требовало выхода. И не находило.

— Вполне, — хрипло ответил Ал и искривил губы в усмешке. — Ты очень старательно отдаешь долги, прелесть моя. Не хочешь еще поспорить?

Бамс! С моих подрагивающих пальцев легко и даже как-то привычно сорвалось проклятье. Я даже понятия не имела, какое на этот раз, пока не увидела, как пальцы и кожа Ала вдруг приобретают зеленый оттенок. Зато голос прозвучал неожиданно твердо:

— Не вижу повода. Тебе пора.

Он не спешил уходить. Смотрел на меня так, точно пытался проникнуть в мысли. Какое все-таки счастье, что телепатом он не являлся, менталистом тоже! Потому что я сейчас больше всего на свете боялась не удержать лицо.

— Хорошо, — наконец кивнул Ал. — Ты права, ночь уже поздняя. А ты крайне нервная, судя по изменившемуся оттенку моей кожи.

— Скорее утро раннее, — с легким сарказмом поправила я, но Ал пропустил издевку мимо ушей. — А я уставшая.

— И правда, пойду-ка я. До завтра, Селли. Проводишь?

— Сам заблудиться боишься? — фыркнула я, но все-таки довела его до двери. Вдруг действительно заблудится и решит прикорнуть на любом стуле в моем доме? Нет уж, пусть лучше в экипаже своем, оставленном в начале улице, спит. Но не у меня.

На прощание этот гад цапнул мою руку и поднес к губам, воскресая чертовых мурашек. Так что дверь за ним я захлопывала с таким чувством, словно демона в Бездну выгоняла. Еще и прислонилась потом к деревянной поверхности, невольно прижимая ладонь к горящим губам.

Тьма, и как нас только угораздило во все это влезть? Больше никогда!