Хочу тебя себе (СИ)

21

— Как думаешь, он ее сожрёт? — Касьянов постукивает пальцами по мягкому подлокотнику дивана.

Я не отвечаю. Продолжаю сидеть в углу дивана, обняв коленки.

Пошевелиться боюсь. Но виной этому не страшный фильм про вампиров и чудовищ, который заставил меня смотреть с ним Игнат.

Виной этому — он сам. Он здесь главное и единственное чудовище.

А фильм… фильм просто атмосферный и пугающий. Я такие не люблю, но кого тут вообще волнует, что я люблю, а что нет.

Свет в большой гостиной выключен. Горит только лазерная паутина у стены и экран огромной плазмы.

Ну и мой страх. Наверное, он светится вокруг меня, как электромагнитное излучение, пылает яркими красками, а чудовище рядом на диване этим питается, наслаждаясь.

— Или сначала трахнет, а потом уже сожрет? — косится, чуть прищурившись, а у меня по спине мурашки колючие ползут.

Дёргаю неопределённо плечом, намеренно стараясь не реагировать на провокацию.

Что я скажу?

Я понимаю, что он играет. Тыкает палочкой свою жертву, прежде, чем сожрать. Забавляется. Развлекается.

Вампир на экране толкает дверь в комнату, где за большой, массивной кроватью с бордовым балдахином забилась в угол девушка. Он медленно подходит к ней и останавливается, широко расставив ноги.

— Ты правда думала сбежать? — говорит с насмешкой. — Это так глупо, Элен.

С нечеловеческой скоростью он бросается к девушке, и когда она вскрикивает, я крепко зажмуриваюсь. Мой пульс рвёт виски, как будто на месте этой Элен я сама. Как будто это в мое горло вопьются острые клыки.

Но.… чем я отличаюсь?

Ничем. Совершенно ничем.

Я ведь даже не могу с полной уверенностью сказать, что Касьянов не пожелает выпить моей крови после того как…

— Тебе страшно, Варя? — голос Игната звучит обманчиво мягко. — Иди ко мне.

После этих его слов дыхание сбивается. Вся кровь бросается к лицу, во рту пересыхает.

Машу головой, не открывая глаз. Замираю, как та Элен за кроватью.

— Быстрее. — Уже приказ, хотя пока и без грубости. Но ему не надо грубить, от его ровного тона адреналин в кровь выстреливает не меньше.

Делаю глубокий вдох и сглатываю. На выдохе подвигаюсь к нему ближе, но оставляю между нами сантиметров десять. Продолжаю смотреть в экран, где вампир с ухмылкой наслаждается кровью, струйкой стекающей по плечу бездыханной девушки.

Дышать рядом с ним тяжело. Ноздри забивает его запах. Грудь словно плитой бетонной придавило. Застываю, будто меня враз заморозило насквозь.

Фильм продолжается. Элен со стоном открывает глаза и смотрит на своего мучителя, а тот, оскаливается и нападает на её рот кровавым поцелуем.

На это смотреть… странно. Особенно в присутствии Касьянова.

Я обхватываю себя за плечи, чтобы моя дрожь была не такой заметной.

Неожиданно стон Элен меняет тональность. Она запрокидывает голову, сама подставляя шею. Её бледные тонкие руки ползут по плечам чудовища, цепляясь ногтями за его воротник и… притягивают его к себе ближе.

Внезапно я чувствую прикосновение к тыльной стороне своей шеи. Лёгкое, едва уловимое. Это заставляет застыть меня камнем и перестать дышать.

Не двигаюсь. Не шевелюсь.

Игнат ведет пальцами вверх к самым волосам и вниз к выступающему позвонку. Снова медленно вверх и вниз.

Эти прикосновения пугают меня до жути, потому что я понимаю, что это только начало. Предвестники кошмара. Прелюдия перед тем, как он вонзит мне в горло свои клыки.

Элен на экране выгибает спину и вдруг сама впивается поцелуем в рот вампира, а тот прижимает её к стене, задирая юбку.

Кончик пальца парня скользит вниз по моему позвоночнику. Я чувствую, как мои мышцы каменеют.

— Перестань… — тихо шепчу, не выдержав.

Всё происходит резко. Я даже вскрикнуть не успеваю.

Игнат хватает меня за шею и опрокидывает на диван. Нависает сверху, прижав собой. Его колено отодвигает в сторону моё бедро, и я оказываюсь перед ним раскрытой и совершенно незащищённой.

Упираюсь руками в его грудь, но даже на миллиметр сдвинуть его не способна. Он как скала — твёрдый и нерушимый.

— Перестать? — впивается тёмным взглядом. — Я еще не начинал, Варя. Я, знаешь, даже пытаюсь быть гостеприимным вроде как. Хотя выебать я хотел тебя ещё тогда на переходе. Прямо на капоте.

Его пошлая откровенность бьет жаром в лицо, и внутри меня внезапно растёт волна возмущения. Я пытаюсь столкнуть его с себя, вложив в это все свои силы.

Конечно, он ломает мое сопротивление практически моментально. Сковывает мои запястья над головой одной рукой, а второй сжимает скулы, заставляя посмотреть ему прямо в глаза.

— Сопротивляешься? — ухмыляется, показав идеальные белоснежные зубы. — Это хорошо. Это, знаешь, мне тоже нравится. Но я даю тебе сто процентов — скоро ты будешь течь от одного моего взгляда, Варя. Будешь умолять натянуть тебя так, чтобы на ноги потом не встала.

— Не дождёшься, — шиплю с дрожью в голосе.

— Поверь, — толкается бёдрами, и я ощущаю промежностью кое-что твёрдое, что пугает меня на чёртиков. — Мы быстро разделаемся с твоей целкой, а потом ты сама слезать с меня не будешь.

— А с чего ты решил, что я… — договорить не получается, потому что Касьянов меняется в лице. Его взгляд наливается свинцовой тяжестью, и он прищуривается, всматриваясь, кажется, в самую глубину моей души.

— Ты пытаешься зародить во мне сомнения, Варя? — выгибает бровь. — Так я сейчас быстро это выясню.

Его глаза продолжают пристально смотреть в мои, а ладонь скользит по телу и останавливается у пояса джинсов, и меня словно ледяной водой обдаёт.

— Нет-нет, — шепчу. — Я никогда не…

Элен на экране телевизора начинает громко ритмично стонать, а у меня внутри всё сводит от странного ощущения. Живот наливается тяжестью, сердце крушит рёбра до трещин, по нервам импульсами бежит ток.

В мгновение я чувствую себя свободной — Игнат отпускает меня и встаёт с дивана.

— Идем в постель, Варя, — бросает и уходит из гостиной.