Хочу тебя себе (СИ)

38

Я стою у дверей, под плащ ветхий укрыв цветок,

и беззвучно молю, чтобы мне не открыл никто.

honey_violence

Игнат ведёт машину быстро, напряжённо, взгляд его прикован к дороге, а пальцы на руле сжимают кожу так сильно, что костяшки белеют. Мышцы на руках опасно бугрятся, плечи напряжены.

Он не говорит ни слова, но это меня еще больше напрягает. Я сижу тихо, вжимаясь в кресло, не решаясь спросить, куда мы едем и зачем.

Дорога тянется бесконечно. Сначала трасса, ровная, широкая, за окнами мелькают пустые поля, серое небо давит сверху. Потом Игнат сворачивает с трассы, и асфальт резко сменяется на грунтовку, машину немного потряхивает, и я ощущаю, как напряжение внутри меня растёт с каждым поворотом. Мы уже минут сорок как выехали из города, и чем дальше, тем тревожнее мне становится.

Куда мы вообще едем? Что здесь делает Игнат?

Через некоторое время мы въезжаем в маленький городок. Дома тут невысокие, максимум пять этажей, повсюду деревья, уже пожелтевшие, улицы пустынные, если сравнивать с краевым центром. Вроде бы обычное место, но оттого, что я здесь впервые, меня не покидает ощущение, будто я попала в чужой, закрытый мир.

Игнат паркуется во дворе старого дома. Здесь видно, что всё сделано давно и давно же забыто: облупленные качели, самодельная лавочка, старая покосившаяся урна. Он глушит мотор, бросает на меня быстрый взгляд.

— Сиди здесь, — коротко приказывает и выходит из машины.

Я прикусываю губу, наблюдая, как он идёт к подъезду. Домофон пиликает, дверь открывается ему навстречу, и я вижу женщину. Ей, наверное, лет сорок пять, может, чуть больше. Она красивая, темноволосая, с острыми чертами лица и строгим взглядом. Рядом с ней стоит мальчик лет двенадцати, такой же темноволосый.

Женщина улыбается и обнимает Игната, а он.… отвечает ей тем же. Спокойно, без привычного напряжения. Я замираю, наблюдая за этой сценой. Это выглядит… не так, как я привыкла видеть его. Совсем не так.

Кто она? Его любовница?

Нет, слишком взрослая.

Родственница? Мне в голову не приходит ни одной версии, которая объяснила бы, что здесь происходит.

Игнат берёт у женщины небольшую дорожную сумку, кивает, а затем идёт обратно к машине. Женщина и мальчик следуют за ним. Я сжимаюсь в кресле, не зная, что делать.

Когда дверь открывается и они садятся на заднее сиденье, я машинально поворачиваюсь и робко улыбаюсь.

— Здравствуйте. Я.… Варя.

Женщина оценивающе смотрит на меня, взгляд ее становится чуть жёстче.

— Анна, — коротко отвечает она, явно не настроенная на беседу.

Я опускаю глаза, чувствуя себя не в своей тарелке. Игнат не смотрит ни на меня, ни на неё. Просто садится за руль и разворачивается, двигаясь прочь из двора.

Мы едем минут двадцать, пока он не поворачивает к какой-то железнодорожной станции. Совсем маленькая, почти пустая, пара платформ и ветхий павильон с расписанием. Он выходит, забирает сумку Анны, уходит с ней внутрь, а я остаюсь сидеть в машине.

Зачем он ее привёз сюда? Кто она для него? Почему это всё выглядит так… странно? Словно она бежит куда-то, а он покрывает ее.

Я не знаю, сколько проходит времени, но когда Игнат возвращается, его лицо мрачное, брови сдвинуты. Он садится за руль, пристёгивается, заводит мотор.

Мы отъезжаем от станции и возвращаемся на трассу. Уже почти стемнело, в машине тоже сумрачно, и отблеск огоньков с приборной панели на лице Игната кажется немного жутким.

— Кто она? — решаюсь я наконец спросить. Хотя, возможно, это и не очень хорошая идея. Но я слишком напряжена была всё это время, и мне нужна хоть какая-то разрядка.

Он молчит несколько секунд, прежде чем всё же коротко отвечает.

— Моя мать.

Я ошеломлённо моргаю, не зная, что сказать. Он никогда о ней не говорил. Я вообще не знала, что она есть.

Я.… почему-то думала, что она умерла.

— Если кому-то скажешь — сверну тебе шею, — добавляет он ровным голосом, не глядя на меня.

Я сглатываю, отводя взгляд. Внутри комом сжимаются чувства: удивление, тревога, страх. Я не знаю, что всё это значит, но чувствую, что невольно прикоснулась к тому, во что мне лучше не лезть.

Игнат прибавляет скорость. Мы снова мчимся по трассе, и внутри меня растёт ощущение, что эта поездка оставила больше вопросов, чем ответов.