Хочу тебя себе (СИ)

22

— И ты реально его отпустишь просто так? — вскидывает брови Агай. — Насколько я в курсе, у него даже все кости целы. Ну, кроме пары рёбер.

— Это вообще херня, как по мне, с учётом, что малышка Игната в хлам, — ухмыляется Фокс, выпуская облако вонючего ягодного пара.

— Фу, Дэн, выкинь эту твою хуету в окно, опять у меня в машине как в сортире после освежителя воздуха, — морщусь, а Фокс снова ржет. — У тебя что нормальных сигарет нет?

— Не курю я это ваше вонючее говно.

— Это еще более вонючее говно, — кривится Агай. Ему тоже эта фруктово-ягодная хрень не по нраву, в отличие от рыжего.

Агай заворачивает за угол, и вот мы подкатываем к моему гаражу. Выходим из машины и идем к воротам. Фокс натягивает на морду свою маску со скелетом. Не то чтобы он стремался палить лицо, просто ему по приколу. Нравится выглядеть устрашающе. Но как по мне, он больше похож так на курьера из продуктовой сети.

Отпираю замок и распахиваю ворота. Охуевший братец девчонки сидит в углу. Он поднимает на меня глаза и смотрит с такой ненавистью, что мне улыбнуться хочется.

Смотри, блять, борзый какой.

Слишком смелый, чтобы быть умным.

— На выход, Джимми, — киношным голосом вещает Фокс, прокручивая нож между пальцами. Рыжий конь увлекается кинжалами и какой-то кельтской шнягой, и очень любит на подобных мероприятиях нагнать дыма для понтов. Ему бы в кино сниматься, но без него будет как-то скучно.

Вижу, как парень бледнеет, сжимая зубы. Он хоть и дебил, решивший отпидорасить мою тачку, но, похоже, не настолько, чтобы не понимать, что ему сейчас вероятнее всего придёт тотал пиздец.

И так как он не шевелится, то Агай с Фоксом берут его за шкирку и выволакивают на улицу. Он даже не сопротивляется. А смысл?

Когда швыряют его мне под ноги, тот отталкивается от земли и встаёт. Смотрит прямо в глаза, явно не собираясь умолять меня не ломать ему хребет.

Смелый и дико тупой, судя по всему, как я и думал.

Смотрю на него внимательно. Они похожи с сестрой. Тоже белобрысый, немного курносый, черты лица слишком девчачьи как для того, кто битой отходил мою тачку.

— Значит так. Сейчас ты берёшь руки в ноги и валишь отсюда, — говорю ему спокойно. — И я чтобы больше тебя не видел, понял? Не заставляй свою сестру отрабатывать твой финт еще дольше.

При упоминании девчонки у парня в глазах вспыхивает такой лютый огонь, что мне кажется, он и сам сейчас весь загорится. Он дёргается в мою сторону, но тут же встречает на пути плечо Агая и крепкую ладонь Фокса.

— Ты что с ней сделал, мудак? — выплёвывает, а самого трясти начинает.

— Ты лучше спроси, что я с ней сделаю, если ты не перестанешь поднимать перья. Я, блять, тебе их обломаю, несмотря на договор с твоей сестрой.

Он бледнеет и сглатывает. Дышит тяжело, шумно. Глаза кровью наливаются.

— Какой еще договор? — шипит, а самого аж трясти начинает.

— А такой. Когда выёбистые пиздюки не думают своей деревянной башкой, их сладким сестричкам приходится идти и договариваться.

Вижу, как у него руки дрожать начинают. То сжимает пальцы, то разжимает.

— Ну а чего ты хотел, пацан? — качает головой Агай. — Думать надо было прежде, чем быковать на кого попало. Наука будет и тебе, и сестре твоей. И ты давай, вали лучше, пока реально хуже не сделал. Вернёт тебе Касьян твою сестричку, если ни ты, ни она тупить не будете.

— Поезжай к мамке домой, — подмигивает Фокс. — Дел по хозяйству, думаю, невпроворот. К тому же у тебя еще две сестрёнки есть, да?

Парень бросает на Дэна острый взгляд.

Да, малыш, а ты чего хотел?

Конечно, мы всё знаем и про тебя, и про твою сладкую сестрёнку. И про остальных тоже в курсе. Там и мать такая ничего, кстати. Агай вон у нас любит девочек за тридцать.

— Давай, топи отсюда. Дорогу сам найдёшь, думаю, — бросаю пацану, пока Агай захлопывает гараж.

А потом мы оставляем его и идем с парнями в машину. Думаю, любитель вендетты всосал, что я хотел ему сказать.

— Куда катим? — Фокс заводит машину. — Или ты, Игнат, домой? Тебя же там теперь девушка ждёт. Семейная жизнь, всё такое.

Ржут с Агаем, и оба получают по тумаку в плечо. Эти двое — единственные, кому можно шутить в мою сторону. Вместе мы ещё с самой школы, в которую закрыл меня мой дорогой папочка. Элитную. Но что там в застенках творилось — лучше никому не знать.

А эти двое знают.

Илья Агаев учился на два курса старше нас с Фоксом. И недолго. Год там провёл. Потом его отец решил, что нехер на него бабки такие тратить. Его вообще в городе последние десять лет не было, с матерью жил в Ставрополе. Вернулся три дня назад.

А рыжую дылду Фокса, по паспорту Дениса Ивановича Сотникова, даже тюрьмой для богатых детишек не пронять. Этот лис умел даже там очаровать этих блядских учителей-тюремщиков.

С Фоксом мы, кстати, и еще парой парней и сожгли эту ёбаную школу. Сразу после выпускного.

— Да дай девке отдохнуть, — ржёт Агай. — Поди устала после ночи.

— Она хоть живая там? — подмахивает рыжий. — Я же видел, как ты смотрел на неё. Никогда не видел, чтобы ты так хотел тёлку, Игнат.

— Живая, — отрезаю, не желая развивать тему. — Поехали к Амине.

Рыжий вскидывает брови, повернувшись ко мне. Ну точно сейчас по своей лисьей морде отхватит.

— Нахрена тебе к шлюхам, если у тебя дома…

— А может, не дала? — ржет Агаев.

— Ну, тебе твоя милфа, походу, тоже не дала, судя по тому, как ты на неё пялился в клубе, — ухмыляюсь.

— Та-а-а-ак, что за милфа? — рыжий разворачивается теперь к Агаю.

— Ладно, поехали к Амине, — подчёркнуто спокойно пожимает плечами Илья, игнорируя любопытный взгляд рыжего.