Хранить ее Душу

Глава 22

Орфей шагал сквозь серый туман Покрова, где вечные сумерки плотно висели между деревьями. На плечах под плащом у него лежал мёртвый олень — ноги свисали по обе стороны его шеи, но запах добычи был скрыт его собственным.

Найти оленя было делом нехитрым. Куда сложнее было застать его врасплох и сломать шею так, чтобы не пролить ни капли крови. Он не мог тащить кровоточащую тушу через Покров, не привлекая лишнего внимания и не ввязываясь в драки с Демонами за свое мясо. Была и другая проблема: если бы оленю удалось заставить Орфея пуститься в погоню, тот мог бы впасть в охотничий азарт, туманящий разум.

Тем не менее, он справился с поручением Реи за день. Ему повезло: один олень отбился от стада вскоре после того, как Орфей в приступе безумия вырезал добрую половину его сородичей. Он поднял правую руку; его взор застилал ярко-желтый свет, пока он смотрел на свою вторую находку.

Надеюсь, она будет довольна тем, что я нашел.

Добыть это было легко, но удерживать — больно. Он содрогнулся, облизывая саднивший распухший язык. Награда? Орфей надеялся, что она даст ему что-то взамен. Улыбку. Еще одно объятие, как то, что он получил перед уходом. Прикосновение к телу, как тогда, когда у неё было то странное кровотечение, случавшееся лишь у человеческих женщин, которых он забирал. Он не знал, что это приносит им боль, и до сих пор не понимал, зачем оно нужно.

Он опустил руку, бережно сжимая свою ношу в огромной ладони, чтобы не раздавить. Путь был сравнительно коротким — он не вел человека и не должен был подстраиваться под короткие шаги. Жители окраин пытались выведать, что у него под плащом, понимая по его странной форме, что там что-то есть. Отогнать их было проще простого: стоило лишь предупреждающе щелкнуть челюстью, и они отступали. Если бы добыча истекала кровью, всё было бы иначе.

Как ни радовало его возвращение к его маленькому человеку, в душе крепло гнетущее чувство тревоги. Он боялся обнаружить, что она сбежала или мертва. Чем ближе он подходил к дому, тем сильнее чувствовался запах пролитой крови Демонов. Это его почти не беспокоило. Ветер не доносил запаха крови Реи — значит, она цела. Демоны часто калечили, убивали и жрали друг друга; их вонючая кровь не была поводом для тревоги.

Она всё еще здесь. Её аромат был густым. Она осталась, как и обещала, и напряжение Орфея спало. Но был и другой запах. Кровь Мавки. Он не понимал, что это может значить. Демонов вокруг было слишком много, чтобы бежать — они бы пустились в погоню, и он мог потерять мясо для Реи, — но он ускорил шаг.

Он вышел из леса на край поляны. И сразу увидел её — она стояла посреди двора и уже смотрела на него. Сияя прядями солнечных волос и белоснежной кожей, она улыбалась ему своими ярко-зелеными глазами. Это было самое нежное приветствие, которое он когда-либо получал, возвращаясь домой.

— Рея? — спросил он, склонив голову и пересекая соляной круг. — Что ты делаешь на улице?

Он допускал, что она может выйти погулять днем раньше, но ей следовало знать, что не стоит бродить вне дома без его защиты.

— Ну… это долгая история. — Её глаза метнулись к его руке и расширились. Она шагнула к нему. — Погоди, это то, о чем я думаю?

— Ты говорила, что внутри них есть мед. — Он поднял пчелиный улей; несколько пчел всё еще упорно сражались за свое гнездо. — И что ты его хотела.

Но как бы ему ни хотелось насладиться моментом вручения подарка, что-то было не так. Почему внутри круга пахнет кровью Мавки и Демона? Он начал опускать вещи на землю; туша оленя соскользнула с плеч и глухо ударилась о траву. С хрупким ульем он обошелся куда осторожнее. Именно тогда Орфей посмотрел поверх головы Реи и увидел знакомого Странника, стоявшего на другом конце двора внутри соляного круга.

Он бросился вперед, по-хозяйски прижимая её к себе, защищая от всего мира.

Рея вскрикнула от его прикосновения — в этом звуке была острая, невыносимая боль. Он тут же отпрянул, а его глаза вспыхнули белым. Я сделал ей больно? Он не думал, что схватил её слишком сильно.

Она прижала ладонь к плечу, морщась и невольно отстраняясь от него.

— Рея? — спросил он, медленно делая шаг к ней. Она не убежала, и на её лице снова появилась улыбка — на этот раз натянутая, вымученная. — Что не так?

— А, ничего.

Когда он осторожно коснулся её руки, чтобы проверить, в чем дело, она пошатнулась и снова тихо вскрикнула. Красный цвет залил его взор; он схватил её за второе плечо, удерживая на месте, и осторожно, но решительно вонзил когти в вырез её платья.

Он рванул ткань. Глухое, утробное рычание вырвалось из его пасти — он не верил своим глазам.

Он не мог причинить ей эту травму — синяк был несвежим, кожа на всём плече налилась густой чернотой и фиолетом. Рея была ранена. С яростным оскалом он повернулся к Мавке, стоявшему на другом конце двора.

— Стой, Орфей! Всё не так, как ты думаешь! — взмолилась она, прижимая ладони к его груди.

Он не желал слушать. Рее больно. Он отодвинул её в сторону и шагнул навстречу врагу. Тот не отступил, но и не подошел ближе; его глаза тоже налились красным в ответ на угрозу.

— Ты тронул её? — Гнев бурлил в животе Орфея, как раскаленная лава. — Ты посмел причинить вред моему человеку?!

Орфей сорвался с места. Одежда начала впитываться в его плоть, пока тело трансформировалось. Ноги выгнулись, становясь звериными, мех густо пробился сквозь серую кожу, скрывая её. На полпути он уже несся на четырех лапах.

Второй Мавка тоже бросился в атаку, несясь на своих копытах. Они сошлись грудь в грудь; оба в ярости, оба рычали так, что эхо разлеталось по лесу.

Они столкнулись, но чужак был слабее и слишком изранен, чтобы противостоять Орфею на равных. Орфею было плевать на причины — его заботило лишь преимущество. Мавка даже не успел вонзить когти в его плоть: Орфей уже полоснул его по шее и груди.

Чужак хрипло вскрикнул, щелкая челюстями в попытке защититься. Орфей вцепился когтями в его плечи, приподнял и с силой впечатал в землю. Один раз, другой — пока не подвернулся момент схватить его за лисью морду.

Орфей начал поднимать его над землей, намертво сжав челюсти врага рукой.

— Я размозжу твой череп! — Орфей поднимал его всё выше, пока копыта чужака не повисли в воздухе. Глаза врага побелели — знак покорности и неоспоримого ужаса. — Я сотру его в порошок!

Он начал сдавливать почти несокрушимую кость. Когда рука Мавки метнулась вперед, пытаясь перехватить его запястье, Орфей впился зубами в его кисть, заставляя того визжать и скулить, как раненый лис.

— Орфей, стой! — закричала Рея и обхватила его сзади.

— Уйди!

Он не знал, что сделает, когда закончит мстить за её хрупкое, драгоценное тело, но он хотел, чтобы она была в безопасности и подальше от этого места.

— Он не трогал меня, Орфей! — Она сжимала его изо всех сил, отказываясь отпускать. — Если бы не он, я была бы мертва!

Он продолжал сжимать руку, пока Мавка отчаянно и безуспешно мотал головой.

— Пожалуйста, прекрати. — Она начала ласкать его грудь, пропуская пальцы сквозь длинный мех его монструозной формы, пытаясь успокоить. — Он защитил меня.

Ослабив хватку лишь на малую долю, он всё же не выпустил морду врага.

— С чего бы ему защищать тебя? — Что этот Мавка надеялся получить? — Ты планировал украсть её? Она МОЯ!

Орфей снова начал сжимать пальцы.

— Я… — начал было чужак, но Рея прервала его, втиснувшись прямо между ними!

Безумная. Она была просто безумна, раз решилась на такую глупость.

Он опустил голову, рыча на неё, чтобы она ушла. Она стояла между двумя Мавками, и один из них был прямой угрозой, находясь на расстоянии удара когтей!

— Он просто хотел поговорить! Хотел спросить совета, как ужиться с человеком. — Она потянулась вверх и обхватила его морду ладонями, заставляя замолчать. — Но летающий Демон пытался схватить меня, и он спас меня прежде, чем тот успел улететь. Без него, Орфей, меня бы здесь не было.

Её лицо прямо перед ним… её тревожный взгляд, её нежные руки, так смело сжимающие его морду — это погасило худший пожар его гнева. Но ярость тут же перекинулась с Мавки на саму Рею.

— ВОТ ПОЧЕМУ ТЕБЕ НЕЛЬЗЯ ВЫХОДИТЬ! — взревел он, и его челюсть распахнулась, подталкивая её ладони вверх. — Соляной круг защищает только от тех, кто идет по земле!

Её едва не отняли у меня… Она осталась здесь ради него, но её чуть не утащили, чтобы сожрать, чтобы она умерла страшной смертью. И он бы тосковал по ней, его сердце бы выло! Она моя. Я хочу, чтобы она стала моей невестой. Ему не нужен был другой человек. Ему нужна была Рея, его маленькая лань, его храбрая девочка, которая дарила ему надежду своей силой и своим желанием.

Мне не следовало уходить!

— Да, я уже как бы это поняла, — она указала рукой на притихшего Мавку. — Я тренировалась с мечом, когда он подошел поговорить. И пока мы болтали, меня сцапал летучий урод. Я бы в любом случае была на улице, и меня бы унесли, если бы не он. Ты должен его благодарить, а не калечить.

Её нижняя губа выпятилась еще сильнее в капризном жесте. Он достаточно ослабил хватку, но всё еще продолжал удерживать его.

— Это правда? — спросил он его.

— Да.

Орфей осмотрел его раны — те, что были старше, были нанесенны им самим. Затем его взгляд упал на Демонов, которые настойчиво звали Рею, как кусок мяса, шипя и завывая. Он остался, чтобы исцелиться. Орфей снова окинул его взглядом. Это случилось всего несколько часов назад.

— Орфей… — произнесла Рея тоном, полным сурового предупреждения, которого он никогда от неё не слышал. — Если ты причинишь ему еще больше вреда, я очень на тебя обижусь. Я тебя не прощу.

С рычанием он резко отшвырнул его, услышав её слова, и смотрел, как тот рухнул на землю от внезапного толчка. Периферия его зрения всё еще была алой. Он притянул её ближе, обхватывая руками, чтобы удержать и защитить на случай, если Мавка решит отомстить Орфею, навредив Рее.

— Не обижайся на меня, — взмолился он. — Видишь? Я отпустил его.

Он не знал, что будет, если она на него обидится, но понимал — ничего хорошего. Она позволяет мне касаться её. Она может перестать. Это причинило бы ему боль.

— Почему ты на улице с ним, когда он ранен? Ты же видела меня, когда я ранен.

Они пытались атаковать всё, что находилось в непосредственной близости.

— Когда это случилось, я была под защитой дома, как и обещала на случай опасности.

Красный свет вспыхнул ярче, и он прижал её к себе еще крепче, наблюдая, как Мавка слабо поднимается на ноги.

— Так он пытался?!

Она снова потянулась и обхватила его морду ладонями, словно её хрупкого тела было достаточно, чтобы удержать его.

— Но сейчас я в безопасности, верно?

Он раздраженно фыркнул, а затем издал короткое рычание, когда она развернулась в его руках лицом к Мавке и попыталась подойти к нему ближе. Орфей удержал её.

— Ты в порядке?

Тот прорычал что-то свое, прежде чем фыркнуть.

— Нормально. Я буду в норме.

Его белые сферы сверкнули красным в сторону Орфея, прежде чем снова стать зелеными. Орфей позволил своим глазам вернуть естественный синий цвет, хотя всё еще не сводил с него настороженного взгляда. Оба начали возвращаться из своих монструозных форм в первоначальные.

— Я принесу бинты, чтобы помочь тебе. — Она начала высвобождаться из его объятий. Послышался её тихий смешок; она пробормотала: — Такими темпами у меня скоро платья закончатся.

— Тебе не нужно его перевязывать, — отрезал Орфей. Мысль о том, что она будет касаться другого, была ему омерзительна.

— Конечно, нужно. — Она покачала головой, и её прелестные волосы рассыпались по плечам. У него возникло дикое желание пригладить их, чтобы другой Мавка не мог ими любоваться, как он сам. — Раз уж ты его ранил, мы должны позаботиться о его ранах.

— Но он сам исцелится.

Орфею на самом деле никогда не требовалась её помощь. Он бы залечил все свои раны в течение суток в любом случае.

— Если я остановлю кровотечение, он поправится быстрее.

Она нахмурилась, глядя на него, и он почувствовал, что снова её расстраивает. Орфею стоило бы объяснить ей, что хотя кровотечение и прекратится, Мавка остается раненым ровно сутки с момента получения травмы, а затем всё исцеляется мгновенно в течение минуты. Это было и благословением, и проклятием.

Он подавил раздраженный вздох и отпустил её, глядя, как она уходит в дом. Затем он резко повернулся к Мавке.

— Ты знал, что меня нет, и всё же остался, чтобы поговорить с ней.

— Почему я не могу говорить с твоим человеком? — Тот в замешательстве склонил голову. — Я не замышляю зла.

— Потому что она моя!

Она была его человеком: чтобы говорить с ней, смотреть на неё, касаться. Никому больше не позволялось владеть ей, особенно другому представителю его вида.

Странник поднял руку и постучал когтем по морде.

— Она не твоя невеста, но она твоя? Я не понимаю.

Впервые с момента прибытия Реи глаза Орфея вспыхнули ярко-зеленым. В его груди зародилось предупреждающее рычание, пылающее собственничеством и злобой.

Её легкие шаги зазвучали на земле, и он повернул голову, наблюдая за её приближением.

— Можешь сесть? — спросила она Мавку, держа в руках полоски разорванной ткани. — Так мне будет проще до тебя дотянуться.

Он тут же исполнил просьбу, ведя себя как дрессированный пес, и подогнул ноги. Когти Орфея впились в ладони, когда тот обнюхал её, пока она обматывала тканью его шею, плечи и грудь — на нем не было одежды.

Она касается другого. Зеленый цвет потемнел, превращаясь в иную эмоцию; ту, которую он не испытывал уже невероятно долго, и которая жгла горло, словно кислота.

По гудению, которое издавал Странник, глядя на Орфея, было ясно: он доволен тем, как близко она к нему находится, касаясь его и обрабатывая раны. Он прекрасно понимал, как сильно это не нравится Орфею.

— Наш череп можно расколоть, Мавка, — пригрозил он со злобой. — Она сказала, что расстроится, если ты убьешь меня.

Рея повернула голову и с хмурым видом оглянулась через плечо, явно не понимая, в какую игру он играет с Орфеем.

— Ты ему угрожаешь?

Он, не стесняясь, ответил:

— Да.

— Ну так перестань. Я делаю это только потому, что ты меня не слушал и ранил его.

Желтый свет радости вспыхнул в сферах Мавки, когда Орфей издал побежденное ворчание. Я хочу раздавить его. Это будет так приятно. Разбить на миллионы крошечных осколков.

Когда она закончила, в его голове вспыхнула идея.

— Рея, — позвал он, чтобы привлечь её внимание.

— Хм? — она обернулась к нему, уперев руки в бока и глядя недовольно.

— Я тоже ранен.

— Что? Где? — Рея сразу подошла ближе, ладонями ощупывая его, проверяя, нет ли ран. Эта мгновенная забота приятно кольнула его внутри. — Я думала, он тебя не задел.

— Эти не от него. — он показал ей голые руки; перчатки он больше не носил — раз Рея принимала его таким, какой он есть, скрываться было незачем. — Я получил их, добывая тебе мёд.

— Ох… тебя покусали пчёлы? — она провела большими пальцами по его ладоням, нащупывая крошечные жала, застрявшие под кожей. Цокнула языком. — Пойдём, сядем, я их вытащу.

Жёлтый блеск мелькнул в его глазах, когда Мавка разочарованно посмотрел на эту сцену: она не просто заботилась, она касалась его ран, держала его руки, гладила его.

Хотя на самом деле болело не так уж сильно.

— Останься, — предупредил Орфей, заметив, что Мавка тоже хочет последовать за ними.

— Нет, — Рея ткнула его пальцем в живот, строго, но по-доброму. — Пусть идёт. Не стоит оставлять его у круга.

Орфей тяжело выдохнул.

Надо вести себя прилично. Нельзя раскрошить ему голову, нельзя запретить ей. Главное — чтобы Рея была довольна…

Она усадила Орфея на ступеньки крыльца, сама встала между его колен, взяла одну из его рук и аккуратно, ногтями, стала вытаскивать жала. Мех и рубашка защитили его от большинства укусов — пострадали только пальцы.

Мавка с интересом расположился в двух шагах, наблюдая: голова то наклонялась, то резко поворачивалась, будто он пытался понять саму суть происходящего.

— Ещё есть? — спросила Рея, закончив с другой рукой.

Орфей приоткрыл пасть:

— Я попытался съесть несколько, чтобы избавиться от жала.

— Ты ужалил себе язык?

Он кивнул.

— Ладно. Только потому, что ты так старался ради меня.

Он высунул язык, чуть шире раскрыв пасть, и Рея стала осторожно вынимать застрявшие жала.

— Что ты делаешь? — голос Мавки прозвучал так, будто он не мог поверить своим глазам. — Ты суёшь руку туда, чем он ест!

— Она доверяет, что я не причиню ей вреда. Верно, Рея?

Она кивнула, не прекращая работу:

— Да. Иначе я бы не полезла в пасть Сумеречного Странника.

— Это невозможно, — пробормотал Мавка, стуча себя по морде пальцем.

Когда она закончила, Орфей убрал язык и проверил, скользнув им по нёбу.

— Спасибо, — сказал он и наклонился вперёд, быстро лизнув её под челюстью.

Рея хихикнула, а глаза Мавки потемнели до густо-зелёного — ревность вспыхнула так, что её почти можно было ощутить.

Орфей тихо рассмеялся — ему стало легче на душе.

Она — мой человек. Она доверяет мне. И я это доказываю.

Даже когда Рея мягко оттолкнула его морду, чтобы прекратить эти попытки, настроение у него не испортилось.

— Рея, я принёс тебе оленя. — он кивнул на тушу, лежащую рядом. — Разделать тебе придётся самой — я не могу находиться рядом с кровью. Но мясо — для тебя.

— Если я возьму только часть, вы оба сможете есть остальное? — уточнила она.

Орфей наклонил голову — и Мавка повторил жест в ту же секунду.

— Ты хочешь разделить еду со мной? — удивился Мавка.

— Я принёс это тебе, Рея, — напомнил Орфей.

— Но я не смогу столько съесть до того, как всё испортится. Я не умею сушить мясо. — она пожала плечами, будто это было совершенно логично. — И он — наш гость. У нас есть еда — значит, нужно поделиться. И тебе, Орфей, тоже стоит поесть.

Только это всё равно не насытит…

Сколько бы они ни ели — голод возвращался. Всегда.

— Он всё равно скоро уйдёт, — предупредил Орфей, чтобы оба поняли: он не позволит другому Мавке задержаться рядом с домом надолго.

— Вот об этом, — Рея надула нижнюю губу, и у Орфея снова возникло острое желание слизнуть её обратно, — он и хотел попросить. Об одолжении.

Орфей взглянул на Мавку. Тот поднялся и подошёл чуть ближе.

— Я хочу сделать то, что вы оба сказали. — он жестом указал на них. — Я хочу… вот этого. Своего человека.

— И я сказал тебе, с чего начать, — отозвался Орфей.

Мавка перевёл взгляд на Рею, заставив Орфея последовать за ним глазами:

— Она сказала, что мне нужен дом, потому что человеку не понравится пещера. А ещё мне нужны вещи.

— И что же ты просишь?

Разве он не сделал для него уже достаточно? — Орфей мысленно нахмурился. Он давал ему соль, семена укропа, советы…

— Я никогда не был в деревне Демонов. Я не знаю, что мне там делать.

— И ты хочешь, чтобы я отвёл тебя туда?

— Да. Ты был.

— Нет. — рычание сорвалось само. Орфей обхватил Рею руками, притянув ближе, так, чтобы она стояла увереннее между его колен. — Я не оставлю её на такой долгий путь.

Он бы и раньше не согласился на это, а после сегодняшнего дня — тем более, узнав, что на неё напал Демон прямо внутри круга.

Она была смелая. Слишком смелая — опасная сама для себя.

Орфей не собирался оставлять её одну на дни ради помощи этому Мавке.

— Тогда возьми меня с собой, — предложила Рея, глядя на него сверху вниз — он сидел, она стояла.

— Мы не готовы к этому.

На самом деле он не был готов. Ему нужно было быть уверенным, что она останется в безопасности — после того, как он был глуп с последней человеческой женщиной, которую привёл туда.

Существовал только один способ обеспечить Рее безопасность, и она ещё не была к нему готова.

— Это слишком опасно.

Она подарила ему маленькую улыбку.

— Но разве не было бы безопаснее, если бы вы оба были рядом и защищали меня? — она тут же повернулась к Мавке:

— Ты уже сделал это однажды. Сделал бы снова, правда?

Он прижал её крепче.

Она моя. Моя защищать.

— Да. Я помогу защищать Рею-человека.

— Он произносит твоё имя?

Почти рычание сорвалось у Орфея — его глаза вспыхнули красным, сменились зелёным, снова вернулись к алому и остановились.

Гнев. Собственничество. Ревность.

Все эти чувства были неприятны и нежеланны.

— Суть, Орфей. — она схватила один из его рогов и встряхнула его голову.

Впервые она коснулась их — и он возжелал, чтобы она делала это чаще.

— Разве не было бы безопаснее, если бы кто-то ещё держал за меня ушки на макушке? Два зайца одним выстрелом: я увижу деревню Демонов, а ты — поможешь ему.

— Но я не хочу помогать ему.

Он был до злости раздражён его присутствием.

— Это невежливо.

— Я Мавка, — усмехнулся он насмешливо. — Когда мы вообще славились вежливостью?

— Обычно — да, — возразила она и толкнула его в грудь, выскальзывая из его рук. — Я думала, ты хочешь, чтобы я была счастлива.

— Всегда.

Он опустил голову.

— Но туда я тебя пока не поведу.

— Но ты отвёл туда другую.

— Это было иначе.

Он был дураком — именно приведя ту женщину туда, он начал путь к её потере.

— Отлично, — бросила она и скрестила руки на груди. — Тогда иди без меня. Но я хочу, чтобы ты ему помог.

— Я уже сказал — не хочу помогать ему. И не хочу оставлять тебя одну — ты не умеешь сидеть в доме.

— А если я пообещаю?

Он покачал головой:

— Путь долгий. И я не верю, что ты сдержишь слово.

— Ты мне не доверяешь?

Она взмахнула руками, указывая под ноги, как будто на очевидное:

— Я пообещала остаться — и вот она я. Держу обещание.

— Здесь — да, — ответил он.

Он волновался всё время, но выбрал верить ей — и узнал в итоге, что она всё равно получила травму.

— Но ты никогда не там, где должна быть.

Она неизменно выходила наружу, когда он просил оставаться внутри. Всегда стояла слишком близко к соляному кругу, хотя он просил держаться подальше. Она даже встала между ним и этими Мавками, когда он требовал, чтобы она отступила.

— Ты всё равно выйдешь, даже если пообещаешь. Ты…

Он не успел договорить — Рея прошла мимо, поднялась по ступенькам, топая тяжело, злостно. Кулаки сжаты, спина напряжена, челюсть стиснута. Даже губы плотно сжаты.

Он никогда не видел её такой.

— Рея?

Он повернулся к ней, поднимаясь, чтобы последовать — но вздрогнул, когда она посмотрела ему прямо в глаза…

…и захлопнула дверь.

Она… злится на меня?

Он почти физически ощутил, что да — злится. Он резко повернулся к Мавке и щёлкнул челюстями, издав громкий щёлк.

— Это из-за тебя.

— Что я сделал? — искренне удивился тот. — Я не говорил «нет».

Он склонил голову на бок.

— Я уже просил её пойти со мной в деревню Демонов.

— Ты ЧТО?! — взревел Орфей, глаза вспыхнули ярко-красным.