Как воспитать вундеркинда

КРИТИЧНОСТЬ ДУШИ ЧЕЛОВЕКА

Оно — инструмент отображения и деятельности. Чтобы делать дело хорошо, человеку нужно отражать предмет действий. А чтобы по-человечески его отражать, нужно его осмыслить: как и что делать, понять те или другие качества и признаки предмета, нужно умело пользоваться орудиями. А если их нет, создавать новые, предвидеть последствия действий, которые ведут к цели.

Если предмет, с которым взаимодействует человек, всегда имеет бесконечное количество свойств, то и мышление должно охватить эту бесконечность, определяя границы и мерки — правила изготовления желаемого. И главное — не ошибаться.

В процессе мышления и действия человек и предмет не только взаимодействуют, как это кажется на первый взгляд. Волей-неволей и переплетаются, и взаимопревращаются: человек мыслью погружается в предмет, а он, воздействуя на нас, определяет и корректирует наши действия — и свой образ в нашей душе — структуру целостности предмета наших действий и систему своих качеств.

В акте мышления и действий человек опять, хочешь — не хочешь, приходит к самому себе. То, что он сделал, исполняет роль зеркала, в котором человек имеет единственную возможность посмотреть на себя. В сделанном предмете — рассматривать себя, как в зеркале. Потому что человек — мера всех вещей. А они — зеркало, в котором человек может увидеть себя в натуральную величину: узнать свои недостатки и свои достоинства. Это зеркало не искажает и не добавляет лишнего к сути того, кто создал данную вещь, предмет или процесс, Они — непредубеждённые свидетели реализации способностей души — её состояния. Хорошо сделано, хороший предмет, мы можем сказать и какой человек его смастерил — с гармоничной душой. И наоборот — сделан предмет так-сяк: такова и душа человека — дисгармонична.

Что бы человек ни делал, куда бы ни шёл, о чём бы не мыслил — он переносит в себе процессы: работу, пройденную местность, изготовление предмета, прочитанную книжку. Всё это независимые от него явления: человек отражает это всё и носит его в себе. Что это такое? Название ему — опыт.

Мыслящий разум, углубляясь в предметы, учится и укрепляется в действиях над ним. Это происходит точно также, как и изучение продуктов ноосферы: человек проходит мышлением, переживаниями, чувствами и воображением процесс их создания талантами и гениями человечества, открытия законов природы. Поскольку это богатейшее содержание мыслится, приоткрывается и переживается как действительный процесс его выработки, то, став усвоенным, оно превращается в средство развития таланта.

Отсюда, технология развития механизма мышления может быть построена на изучении ходов мысли, ведущих человека к получению нового знания, зафиксированных в истории ноосферы. В частности, известных человечеству:

● процессов создания новых мыслей;

● открытия новых чувств или их сочетаний в искусстве;

● конструирования техники и технологии промышленного производства, образования и воспитания подрастающего поколения.

Лишь такой метод развития механизма таланта — метод изучения ходов мыслей, работы чувств, конструктивности воображения — способен обуздать мышление ученика и вести его мысли в глубину неведомого в предметах и явлениях вне нас. Такой технологический путь есть не что иное, как воссоздание учеником теории в своей учебной деятельности, теории предметов и явлений. метод, благодаря которому мысль не будет убегать и прятаться при встрече с неизвестным: а как же! Неизвестное страшное и пугает слабых. А кто на это шёл, то проявлял глубокую волю духа.

Некритическому мышлению достаточно уловить высказанную мысль, идею. Оно мало сомневается в точности и глубине смысла, не подозревает, что находится в факте — и оказывается неспособным даже повторить идею или факт.

Это мышление не останавливается перед чужой мыслью — даже более интересной, не касается факта — удивительного потому, что объединяет в себе:

● раз и навсегда запечатлённый в памяти стереотип;

● возможность подозревать, будто «что-то» можно мыслить иначе.

Наивность закоренелого стереотипа мышления приводит к тому, что встреча с фактом или оригинальной чужой мыслью поражает человека, полная рассогласованность с собственным образом вызывает дискомфорт. Почему? Потому что он и не подозревает о существовании и применении другого способа мышления, чем тот, которым он пользовался, потому он не может мыслить иначе, чем раньше.

Вот почему так важно изучать историю открытия мыслей о предметах, отражающих его знаковыми системами.

Если мышление и правда отражает действительность и имеет смысловой характер, то оно должно иметь своего носителя. Смысловые законы и ансамбли общественных отношений, существующие в действительности, воплощаются в человеческое «Я». Но «Я» существует не одиноко.

Его возникновение фиксируется существованием противоречий между мыслящим «Я» и не-«Я» — природой. Они — противоположные, но не враждебные стороны взаимодействия. При помощи чего решаются противоречия между ними?

«Я» и не-«Я» объединяются и взаимопроникают одно в другое при помощи действий и деятельности. Активность человека, его действия, деятельность имеют цель:

● сохранение не-«Я» в формах и проявлениях, созданных самой природой;

● преобразование не-«Я» — природного вещества в другую форму и придание ей новых свойств;

● создание того, чего не существовало в природе или обществе.

Преобразование не-«Я» и создание нового — продукты действия — предметы культуры.

Итак, вещество природы после переработки приобретает ценность и самодостаточность. Создавать новое — значит, прежде всего, открывать принцип конструирования новых предметов или явлений. А этот принцип становится непосредственным руководителем действий, способом создания предмета.

И, наоборот, такое «Я», которое не способно превращать или сохранять не-«Я» соответственно своей или естественной цели или у него вообще отсутствует цель, — не может быть деятелем культуры. А без этого невозможно развитие в человеке ни культуры мышления, ни культуры вообще. 

Труд, целесообразные действия, способность мыслить не-«Я» — послужили условием самопознания человека — мышления себя самого как отдельного предмета.

Подобно мышлению, самопознание позволило человеку осознать не только окружающее, других людей, но и самого себя. Самопознание проходит те же этапы в своём развитии, что и мышление. Соответственно, кто плохо мыслит, тот и сам себя не знает, не имеет власти над собой.

Итак, парадокс человека не только в мышлении, ной в самопознании.

Представьте себе, сколько нужно было времени, сил, умения сосредоточиться, чтобы в действиях с предметами, которые человека окружали, научиться различать чувства, которые:

● идут от предмета, вдохновляя душу разноцветной гаммой чувств;

● появляются в сознании от собственного тела;

● разграничивают и создают два отражения: своего «Я» и своих действий над превращением не-«Я».

Опредмечивание чувств и накопленный человеком опыт связались и скрепились в одно целое — самосознание.

Что же нового принёс человеку механизм самосознания?

Человек приобрёл способности:

● сосредоточиваться на собственном внутреннем мире;

● познавать самого себя как внешний предмет;

● перестраивать себя изнутри на основе забытых знаний.

Владея этими тремя способностями, человек не просто приобрёл возможность мыслить и преодолевать себя самого. Появились и другие способности:

● знать себя не вообще, а человеком действующим;

● осознавать и пользоваться тем, что знаешь;

● знать о своём незнании и осознавать его как задачу.

То есть если ты знаешь себя, то должен знать и то, что находится за границей твоего знания. А за ней находится огромный слой незнания. И чем больше знает человек, тем с большим незнанием он сталкивается — и переживает состояние дискомфорта. И так до бесконечности, потому что человек обречён познавать, чтобы мочь; мочь, чтобы лучше действовать; лучше действовать, чтобы ярче жить и оставить свой след на земле.

Итак, сознание человека — сфера, наполненная предметным смыслом, продуктами чувств в том же содержании, приобретениями воображения, способная заглядывать в будущее и создавать цель — созданный предмет. Предметное содержание этой сферы — количественная характеристика сознания, а продукты чувств и воображения — качественная, которая обеспечивает беспредельность поэтической души человека, взгляд в бесконечность.

Чем же можно этого достичь? Мышлением, обогащённым информацией и энергией чувств; силами критичности воображения, разрушающими привычные стереотипы и выходящими за пределы сознания, чтобы проложить путь действиям.

Человеческие чувства — инструмент поэтической души человека. Животная душа (по Аристотелю) — это уровень эмоций и властвующих над ней инстинктов.

Что же не оставляет человека равнодушным, что касается его чувств, что приносит грусть и что вызывает радость? Безусловно, встречи с предметами гармоничными, с неизвестным, проявления добра и зла.

Человек не может быть беспристрастным наблюдателем происходящего вокруг, автоматом, который механически воспроизводит вложенную раз и навсегда в него программу.

Этим человек отличается от «братьев своих меньших» — животных. Действуя, он вызывает те или иные изменения не только в природе, но также и в себе. Воздействуя на окружающее, сам испытывает его влияние. Всё это вызывает в человеке бурные переживания — чувства; он переживает то, что с ним происходит, то, что он делает, добиваясь поставленной цели. Он определённым образом относится к тому, что происходит вне его, испытывает влияние от своих действий и поступков.

Чувства человека — наиярчайшее выражение той мыслящей части природы, которая стала поэтической или творческой душой человека. Отсюда вытекает и разгадка того волнующего очарования, которое излучается сильными и истинными чувствами деятельного человека.

Из материала чувств рождается мысль.

Мысль — уже осознанное, зафиксированное словом, материализованное чувство. Вы уже знаете: чувство возникает при нашем контакте с явлением, процессом, предметом. Чувства — плывущий поток и неосознанное, трудновыразимое словами содержание. Но когда мы даём ему имя — это уже мысль. То есть материализованный субстрат, который может выполнять продуктивную работу. Мысль может быть выражена внешне словом, знаком, действием, запечатлена в рукотворном предмете. Значит, оставляет на глине жизни свой реальный отпечаток.

Возьмём, например, совесть. Совесть — это наше отношение к миру, которое материализуется в морали. Как и мысль, совесть сама по себе не существует, она возникает в момент отношений с другим человеком, группой, природой, обществом. Значит, совесть всегда возникает как знак прокрустова ложа, как боль в том месте, где творится зло. Понятно, совесть неотделима от морального чувства, ведь чувство — это язык совести, её голос. Нет чувств — совесть молчит. Но если существует прямая связь, то должна быть и обратная. Как же в таком случае чувства зависят от совести? Ответ находится на поверхности: совесть — это призма, которая делает так, что чувства становятся видимыми; это камертон, благодаря которому чувства приобретают размер и имя; это пространство, в котором чувства живут и действуют.

Моральное чувство отмеряет размер действия, объём, в котором оно происходит. Отмеряет с таким расчётом, чтобы тому, на кого действие направлено, не было больно, чтобы не создать угрозу жизни. Значит, моральное чувство — мерка наших действий и эталон оценки действий и поступков других. Мысль тут — инструмент, превращающий отмерянное пространство для действия, в собственность человека. А пространство, как вы уже знаете, отмеряется и контролируется совестью.

Итак, чувства человека — механизм, продукт переживаний и система мерок для оценки окружающего. Мерки для оценки уровней гармоничности того, что влияет на душу человека, в частности: 

● истины — того, что существует, а не является продуктом воображения или заблуждения;

● добра, благ: душевных, духовных, телесных и материальных;

● гармонии — возвышенного, прекрасного — или наоборот.

Воображение — ключ к созданию будущей формы и содержания желаемого, того, что нужно создавать, и инструмент, которым мы ломаем самые стабильные стереотипы жизни и науки, чтобы расчистить путь к творчеству. Итак, воображение — первоначало цели.

Наше прошлое в каждый данный момент, то есть память, существует для нас в связи с нашей потребностью и её направленностью на будущее. Прошлое, если оно претендует на действенность, а не исполняет роль укрытия для опыта (позитивного и негативного) — всегда существует лишь в форме будущего. Как это понять? Ведь в воображении желаемый предмет — цель — предполагается как уже существующий.

Здоровое воображение, незамутнённая фантазия, вне деятельности не существует. Действуя, человек трансформирует предмет не просто воображаемо, а на самом деле. И при помощи воображения, причём в согласии с его природной меркой, которую в нём определяют чувства и мысли. Понятно, если они её точно, а не ошибочно, определили. В этом отношении воображение — «проявитель» гармонии. Воображение отыскивает и уточняет вместе с чувством мерки предметов и действует, пользуясь ими; вырабатывает вместе с мышлением правила работы с предметами и явлениями.

Продуктивное воображение впервые само создаёт предмет, разрушая старое, стереотипное представление о нём. Конструирует его до того, когда он будет реальным. Воображение предвидит то, чего ещё не существует. Оно помогает делать открытия, находить новые пути решения задач и проблем. А каждому из нас — целесообразно работать.

Сказанное о функциях продуктивного воображения в полной мере касается и выработки человеком собственного жизненного пути. Для самих себя, субъективно, потому что человек неизбежно — центр видения мира. Сегодняшнего и будущего. И себя в нём. Кто не желает смотреть на себя сквозь время и ясно видеть перспективы и планы на будущее? Не меньшую силу имеет воображение в попытке увидеть в нём и себя. Требование к себе — видеть себя не только таким, как теперь, — значит добиваться полноты и яркости жизни. Попытка видеть себя большим и лучшим — это не каприз, не любознательность, не роскошь. Это не отрыв от реальности, а наоборот — шаги к самому себе, к своему совершенству.

Так вот, когда в длительном онтогенезе человек впервые увидел себя в собственном зеркале — продуктах, предметах и явлениях, созданных собственными руками, — весь мир преодолел ещё одну ступеньку. Человек в себе нашёл душу, а Земля «сменила кожу»; возникла ноосфера — сфера разума.