Клятва

Глава 30. Алекс

Жду Марту у ее дома. Нервничаю. Уверенности в том, что она выйдет сейчас, нет, сядет ко мне в машину и поедет туда, куда я ее повезу. Совсем нет.

Смотрю на ее окна с замиранием сердца. Въедаюсь взглядом и представляю, как Марта вечером стоит и смотрит на улицу, держа в руке горячий кофе.

Она выходит неторопливо. Каюсь, успел прозевать, как открылась дверь, и из нее показалась Марта. Длинные, широкие брюки и короткий черный топ. Прямые волосы распущены. На плече болтается крошечная сумочка.

— Привет, — на ее лице играет вежливая улыбка.

Эй! Мы вчера провели в постели целый день. Целовались, трахались. А в эту минуту, с ее пустоватым взглядом, все напоминает мне встречу чужих людей.

Но Марта здесь. Она не стала выдумывать нелепую историю, в которую не поверил бы ни секунды. Приоделась, надушилась, ее губы накрашены.

— Расскажешь, куда позвал? — прикусывает нижнюю губу. Пялюсь и вспоминаю, как целовал.

Марта цыкает, пряча улыбку за наигранную рассерженность.

— Сюрприз.

— Я говорила, что не фанат сюрпризов? — подозрительно косится на машину и на пассажирскую дверь. Я берусь за ручку и открываю.

— Этот понравится.

Хлопок. Машина блокируется, и Марта даже при большом желании не сбежит. Из-за жара за ребрами скоро придется обращаться к пожарным, чтобы те начали тушить. Внутренности сгорают в предвкушении запланированной мной встречи больше года назад.

Выезжаю, впервые сев за руль, чертовски волнуясь. Это не гонки, не важный Гран-при, а обычная трасса, по которой я проезжал сотни, тысячи раз.

В салоне пахнет ее духами. Новыми. И мне хочется сказать, что очень нравится этот аромат, только страх спугнуть настрой Марты равен страху облажаться.

— Больше никто не пытался вломиться?

— Ты это спрашивал совсем недавно, — безразлично отвечает, но расслабленно откидывается на спинку.

— И буду спрашивать еще. У тебя то воры сумочек, то домушники, то подсыпатели стекла.

— И что? Переживаешь за меня? — от ее взгляда правую щеку покалывает. В голосе пустячный флирт, но я цепляюсь за него, как за спасательный круг, будучи не умея плавать.

— Очень, — оборачиваюсь. Улыбка сходит до нуля, в глазах серая дымка строгости.

— Больше никто не ломился. Ну, кроме одного настырного гонщика.

Своенравная кошка.

— Он продолжит ломиться, — переключаю внимание на дорогу.

Воздух пузырится от острого кислорода до отвала. Марта замолкает после глубокого вдоха. Сильнее обхватываю руль, приклеивая свой взгляд к лобовухе, но до скрежета зубов хочу смотреть сейчас на Марту.

Паркуюсь через несколько минут и, заглушив мотор, быстро выхожу. Марта смотрит на остров развлечений ошарашенно. Ее шок отражается в глазах, которые теперь на пол-лица.

— Я рассчитывала на ресторан, — с наездом говорит.

Хмыкаю. Я же вообще ничего не говорил про планы на этот вечер. Лишь просил ее выделить мне несколько часов после работы. Это Марта надела выходной наряд и вбила себе в голову идею с рестораном.

А я планировал нам развлекательную программу. И чертового льва.

Протягиваю руку своей строптивице. Марта смотрит недоверчиво, но, мазнув по моему лицу режущим взглядом, сдается.

— Это не страшно, — сжимаю тонкую женскую ладошку.

— Это опасно, — шепчет.

— Есть пожелания? — не обращаю внимания на ее тараканов.

Марта морщится от вида высоких горок. Крутит головой в разные стороны. Я терпеливо жду. Снова. Мне как бы не привыкать.

— Здесь есть трек с машинками, — тяну за руку, вынуждая прильнуть ко мне.

Мой шепот покрывает ее макушку, тело Марты в сию же секунду напрягается. Оставляю короткий поцелуй.

— Что скажешь?

— Ты же победишь. А я так не хочу, — капризно надувает губки.

— Я поддамся. Или сядем в одну и сделаем всех, м?

— А можно?

— Мне — да.

— Самоуверенно.

Марта чуть ослабляет хватку за свою независимость, и нотки флирта поселяются в ее взгляде. Она смотрит на меня снизу вверх с хитринкой и также, как и я, самоуверенно.

Дойдя до аттракциона с тачками, оплачиваю одну и пропускаю Марту первой. Пусть поведет. Она фырчит, тыча меня в бок локтем.

Крутит руль, смеется. Музыка дурацкая, как из автоматов с игрушками.

Огни мигают, спаливая роговицу своей яркостью. Картинка вокруг меня мерцает, как кто-то фотографии перелистывает передо мной. В ушах играет ее смех, голос, визги, когда машина сталкивается с другим картом.

Я поправляю, когда нашу машину заносит или Марта бросает руль, как настоящая трусиха. Потом стыдливо утыкается носом в мое плечо. В этот момент целовать ее губы хочется до посинения. Сердце растапливается и капает сиропом с ароматом ее духов.

Крепко сжимаю пальцы, чтобы желание не вырвалось вперед.

— Там еще карусель. Идем? — спрашивает с горящими глазами.

Киваю.

— Конечно, — подтверждаю.

Сейчас это та Марта, которая водила меня по различным развлечениям в Абу-Даби. Легкая, простая, упертая в своих «хочу».

Спина только ровнее, а подбородок задран. Вид такой, что один ее взгляд невзначай нужно заслужить.

Одиночество в глазах Марты сменяется восторгом.

Потом я покупаю нам сахарную вату. Эта дрянь прилипает к зубам. Запиваем все газировкой. Тренеру говорить о такой инсулиновой бомбе не стоит.

— Там тир. Идем? — голос предает. У меня получается просипеть от волнения.

Лев, мне нужен, наконец, этот лев!

— Ладно, — чуть мрачнеет, но быстро берет свое настроение под контроль, и улыбка освещает поникшее лицо моей кошки.

Вижу того паренька, к которому бегал, без преувеличений, раз в неделю. И считать не хочу, сколько оставил ему денег. За эту сумму можно было забить игрушечными львами всю квартиру Марты.

Но мне нужно выиграть!

Беру в руки винтовку, целюсь. Напряжение Марты летит в меня как ледяной душ. Перевожу дыхание, прикрываю веки и считаю до трех. На старте гонки не испытываю столько страха, сколько сейчас. А это всего лишь дешевый тир.

— Раз! — говорю вслух.

Марта прикрывает ладонью рот. Смотрит на лопнувший шар с надеждой.

— Два!

Вдох и выдох. Если не получится в этот раз, я буду зол. Сейчас нельзя ошибиться и плевать на сбитый прицел. Просто нельзя.

— Три!

— Ваш выигрыш, — парень протягивает лохматого рыжего льва размером с декоративную подушку.

Марта цепко берет его дрожащими и побелевшими пальцами. В мои глаза не смотрит, изучает каждую ворсинку львенка.

— Спасибо. Он чудесный.

— Выпьем кофе?

Марта соглашается, слегка покраснев от набежавших воспоминаний.

Мы выбираем дальний столик. Пока ждем заказ, быстро прохожусь глазами по ленте новостей. Тут же на Марту кошусь. Пока она занимается рассматриванием льва, я разглядываю наши фотографии, сделанные папарацци. Вот мы на набережной, вот мы в «Полезных вкусняшках», черт меня дернул туда позвать Марту. Последняя опубликована час назад: мы катаемся на картах.

Разные заголовки, разные тексты. Я прошу Себа по возможности подчистить контент.

— На колесо обозрения пойдем? — быстро убираю телефон и снимаю с себя сосредоточенное выражение лица как маску.

— Ты хочешь?

Поджав губы, много раз кивает.

Мы выпиваем кофе, делаем круг на чертовом колесе. На часах почти одиннадцать вечера.

Беспечная Марта устремляется к звездам, когда мы садимся в машину и пристегиваемся. Вновь чувствую натяжение между нами, словно натянули тетиву. Что говорить и спрашивать дальше — не знаю. Мне не нравится резкая смена настроения Марты.

Слишком много наших воспоминаний было сегодня, ей тяжело вынести этот груз. Вместе с радостью накрывает и моим предательством.

Fuck!

— Благодарю за вечер, — услужливо говорит и улыбается той улыбкой, с которой встречают незваных гостей.

— Всегда пожалуйста, — тянусь к волосам строптивицы и поправляю.

Марта не отскакивает, но застывает и даже не дышит, пока я не забираю свою руку.

— Послезавтра я улетаю, — сообщаю.

— Гонка, я помню. Конец летнего перерыва.

— Тогда до встречи? — с надеждой спрашиваю и пригвождаю свой взгляд к черным, как шоколад, глазам Марты. Последнее время сложно по ним читать ее мысли. Шифр изменился.

Нет ни ответа, ни привычного кивка.

— Марта? Стой!

Выбегаю из машины. Марта останавливается спиной ко мне, как вкопанная. Знаю, что она не обернется. Поэтому кладу руки на ее плечи и нетерпеливо сжимаю. Делаю шумный вдох, заталкивая в рецепторы ее запах. Колотит, как при высокой температуре, от близости и невозможности взять свое.

Марта боязливо поворачивается, и я целую ее. По венам заиграл алкоголь, в мозг ударило.

Эгоистично признавать, но в этом есть свой кайф: догонять, когда от тебя убегают.

Но, вернувшись в машину, подмечаю оставленного на сиденье льва…