Клятва

Глава 57. Марта

По приезде в Майами покупаю тест на беременность. Попыталась вспомнить день последних месячных — и не смогла. Первая мысль — я смертельно больна.

Это что-то очень серьезное и быстро развивающееся. Именно поэтому похудела и заимела странный аппетит.

Опустив крышку унитаза, сижу и жду. В инструкции написано ждать пять минут, и чтобы занять свои руки, крашусь. Руки слегка дрожат, стрелки выходят неровными, а на веках отпечатывается слишком много туши.

Когда звонит таймер, делаю нервный вдох. Прикрываю веки, и, раскрыв, вижу две полоски, которые врезаются в глаза своей яркостью и четкостью, словно их нарисовали фломастером по линеечке.

Я больна. Я умираю.

И в отражении цвет лица видится мне зеленовато-серым. Наношу румяна, чтобы хоть как-то замаскировать бледность, и выхожу, натянув улыбку до ушей.

— Ты в порядке? — Алекс стоит с напряженным лицом, облокотившись на стену напротив ванной.

— В полном.

Какое-то время гуляем взглядами друг по другу. Я умоляю себя не выдать своей тревожности.

— Я хотел тебе кое-что показать, — в его голосе продолжает присутствовать некое натяжение, будто он чего-то опасается или недоговаривает.

Алекс в джинсах и футболке-поло. Вырез выгодно подчеркивает накачанную шею и загорелую кожу. На его предплечьях поднимаются выгоревшие волоски, выдавая скрытое смущение. Хочется провести по ним, пригладить.

— Нужно будет кое-куда поехать. Ты согласна?

Кровь отливает от головы до легкого головокружения, и из-за испуга появляется тошнота.

— Далеко? — зачем-то спрашиваю.

Алекс не отвечает и загадочно улыбается. Поджимает губы и протягивает руку. Подхожу ближе и носом утыкаюсь в грудную клетку, пахнущую свежесваренным кофе. Воображение дорисовывает и запах корицы. И теперь я точно знаю, как пахнет счастье.

Через двадцать минут мы оказываемся в машине и движемся по шоссе на выезд из города на север вдоль океана. Проезжаем много небольших городов. Кажется, что у Алекса в планах покинуть Флориду.

До Саванны осталось совсем чуть-чуть, но мы проезжаем вывеску с названием одного из самых старых городов Америки. И через несколько минут останавливаемся у большого дома с черепичной крышей и большой верандой, где взгляд в сию же секунду улавливает плетеные из ротанга стол и кресла. Зеленый газон ровно подстрижен, а на заднем дворе виднеются цветущие кусты и огромный дуб.

— Добро пожаловать домой, Марта. Наверное… — Алекс становится позади меня, пока я смотрю на все это великолепие с разинутым ртом.

Слов не хватает. Я чуть зла, что Эдер выбирал его без меня. Наверняка и дизайном занимался, покупкой мебели… Но уже каждая частичка дома подобрана, сделана словно для меня. Под меня.

Чувствую тепло этого места, красоту и легкость. В воздухе — запахи цветов, океана и выпечки.

— Я купил его почти год назад. Для нас.

Снова его идеальный план…

— Но если тебе не нравится, — замолкает. Я чувствую и вижу, как это место, этот дом нравится Алексу.

— Может, покажешь, что спрятал внутри? — закатив глаза, прошу. — Надеюсь, обои в спальне фиолетовые, как я мечтала?

Шучу. Но в какие-то моменты господин Эдер становится типичным австрийцем, что не понимает шуток и не производит их в ответ. Алекс хмурится.

Большая деревянная дверь сделана под стиль дома. Вдоль веранды кашпо с цветами. От свежеокрашенных досок еще доносится запах краски. Не думала, что она так вкусно пахнет.

На первом этаже просторный зал, кухня, раз в десять больше той, которая есть сейчас в квартире Алекса в Майами. Пара хозяйственных помещений. На втором этаже две спальни, отдельная гардеробная и ванная комната.

— Ты правда хотела фиолетовую спальню? — Остановившись в дверях, Алекс осторожно кладет руки на мою талию.

Мне нравится все до мельчайших деталей.

— Здесь тоже уютно. Я просто куплю что-нибудь фиолетовое и поставлю, скажем, сюда, — захожу и плюхаюсь в огромное мягкое кресло. В эту минуту моя болезнь уходит на второй план и рождается желание бороться за жизнь. За такую жизнь, которую показывают в кино.

— Я думал, мне достанется какой-нибудь фиолетовый светильник на прикроватной тумбочке.

— Классная идея.

Алекс усмехается и качает головой. А замолкнув, поднимает на меня серые, светлые глаза, сердце искрит от нежности и благодарности, когда смотрю на моего гонщика.

— Здесь очень здорово.

— Правда?

— Угу.

— Если ты все-таки захочешь что-то изменить, то Серена с радостью поможет. У нее все контакты поставщиков и прочее.

Подскакиваю. По щекам брызгает жар, разливаясь и выкипая через макушку. В черепе гудит, будто едет высокоскоростной поезд.

— Кто?

— У нее свое дизайнерское бюро. Лучшее в Майами. Ты знаешь, я всегда хочу, чтобы было все четко, правильно. Мне нужно, чтобы нашим домом занимался тот, кому я могу доверить.

Я подхожу к Алексу и привстаю на носочки.

— Я передумала, — цежу гневно. Слова убегают с языка. — Мне ничего здесь не нравится. Я хочу все переделать.

Алекс цепляет мой подбородок и смотрит в глаза, прищурившись.

— Хотя бы не убегаешь. Мы продвинулись, Марта.

Фыркаю и открываю рот, чтобы пригрозить, что убегу. Но не успеваю. Алекс целует меня, касаясь моих губ своими. Мычу, вырваться пытаюсь, но гонщик успевает зажать в своих объятиях, и мне остается только стучать по его спине расслабленными кулаками. Сил нет, а голова набивается невесомой ватой и туманом.

Агентство Серены самое лучшее, видите ли!

— Она была здесь?

— Один раз. Когда я только купил дом. Помимо нее, была целая куча рабочих.

— Значит, документы на этот дом она передавала тогда после пробежки?

— Да. Вопрос правда был срочный. Я хотел закончить ремонт до… Того, как мой план завершится

Я понимаю, что продолжаю ревновать Алекса к его прошлому, к Серене, но разве что уверенности в себе и нашем с ним будущем прибавилось. У меня есть то, что, уверена, не было никогда у Серены. Клятвы. И такого дома, купленного для нас…

— А вот гардеробную планировала Серена.

Обиженно ахаю. И никогда не сознаюсь вслух, что гардеробная идеальная.

В Майами возвращаемся под вечер и останавливаемся у небольшого кафе. Фонари уже освещают улицы, а закатная лента вдоль набережной окрашивает все вокруг в оранжевый цвет.

— Пойдем?

— Выпьем кофе?

Напряжение Алекса передается и мне. Сюрпризы не закончились?

— Если захочешь.

Выбравшись из машины, Алекс берет мою руку и ведет к одиноко стоящему зданию. Мерцает неоново-розовая вывеска.

Проходим внутрь. Тихая, уютная музыка наполняет это место, но от шахматной мозаики на полу кружится голова. Сжимаю руку Алекса, боясь упасть в обморок. Запах горького кофе провоцирует рвотный рефлекс.

Серена сидит за угловым столом у дальнего окна. Как всегда, изысканно одета. Волосы забраны в высокую прическу, а нежно-голубое платье с белоснежным воротничком делает образ невинно-женственным.

Она неуклюже привстает и машет нам рукой. Как принцесса Уэльская, не меньше. Та, может, и вовсе брала у нее уроки.

Ее живот значительно вырос с нашей прошлой случайной встречи. Да она вот-вот родит. Надеюсь, не у нас на глазах.

Яркие две полоски предстают передо мной, и тихий голос шепчет: «А если я не больна, а просто беременна?» Ну это же возможно? Глупая Марта. Конечно же, нет!

— Алекс, — тяну его на себя.

Волнение перерастает в настоящую панику, когда не хватает воздуха и летают черные мушки. Готова потерять сознание от отсутствия кислорода в крови.

Алекс обнимает, поглаживает по голове, пока я насильно заталкиваю в себя воздух и борюсь с подступающими слезами. Понимаю, что рано или поздно наша встреча произошла бы.

— Нам нужно подписать документы, Марта. Что мы довольны и не имеем претензий. Это работа. Ее работа. А мы заказчики, так?

Киваю. Пальцами вожу по плечам Алекса, стремясь вырасти. Стопы уже отрываются от пола.

— Ты же такая смелая, отважная. У нас все получится.

Облизнув сухие губы, отхожу от Алекса и заглядываю ему за спину. Серена ждет и тоже несколько волнуется. Может, Алекс и прав. Пора поставить точку в этой затянувшейся истории.

— Привет, Марта. Алекс, — Серена кивает. Мы садимся за столик напротив нее, и она из большой папки вынимает кучу документов, — я надолго вас не задержу.