Михаэль

13.

Михаэль ждалъ часъ. Онъ умылъ себѣ лицо. Онъ гулялъ по комнатамъ. Онъ зажегъ свѣтъ и снова потушилъ его. Онъ часто подбѣгалъ къ двери.

Но теперь.

Теперь это она. Наконецъ, пріѣхала.

Онъ схватилъ канделябръ и поклонился Люціи, стоявшей въ дверяхъ въ своемъ золотистомъ манто.

— Свѣту ея королевскому величеству! — воскликнулъ онъ — и по винтовой лѣстницѣ они поднялись въ спальню, гдѣ іюньскій мѣсяцъ простеръ свой серебристый свѣтъ.

— Садись, — сказалъ онъ.

И она сѣла въ лунный свѣтъ.

— Вотъ такъ, — сказалъ онъ, измѣнивъ наклонъ ея головы.

И онъ принесъ ей винограду, и онъ принесъ ей вина, и опа пила и ѣла, и онъ принесъ ей еще винограду — было тихо, когда они сидѣли другъ возлѣ друга въ лунномъ свѣтѣ.

— Возлюбленная моя, — шепталъ онъ.

— Да, да, — отвѣчала она.

Вдругъ онъ всталъ и откинулъ прозрачныя занавѣски, и могучая волна серебристаго свѣта обдала ихъ обоихъ; и молча, охваченный безумной радостью, онъ протянулъ лунѣ свой сверкающій бокалъ.

Люція поднялась. Оба они молчали и только тихо трепетали ихъ тѣла.

— Люція.

— Да, да.

— Люція, — и блѣдное лицо Михаэля повернулось къ лунѣ, и голосъ его едва замѣтно дрожалъ.

— Люція, если существуетъ вѣчность, то это и есть она…

…Люція лежала на кровати Михаэля и глядѣла на „Побѣдителя“, мерцавшаго въ полумракѣ.

— Михаэль, — крикнула она.

— Да, — отвѣтилъ онъ изъ раздѣвальной.

— Что можетъ стоить „Побѣдитель“?

— „Побѣдитель“, — воскликнулъ Михаэль, который уже прибѣжалъ на ея голосъ.

— „Побѣдитель“, — повторилъ онъ, и ухватившись обѣими руками за переднюю спинку кровати, онъ однимъ взмахомъ, какъ акробатъ, перекинулъ черезъ кровать свое освѣщенное луною, бѣлое тѣло и въ тотъ же мигъ уже сидѣлъ въ головахъ, на противоположномъ концѣ.

— „Побѣдитель“ стоитъ цѣлаго состоянія, — сказалъ онъ и засмѣялся. — Двѣсти тысячъ стоитъ онъ. Ну вотъ, теперь ты знаешь.

Люція лежала совсѣмъ тихо, она прислонила свою голову къ его колѣнамъ.

— О чемъ ты думаешь? — прошепталъ онъ.

Голосъ ея звучалъ такъ, — словно ея мысли витали далеко, далеко.

— Я думаю о счастьѣ.

— Люція, — прошепталъ онъ, — посмотри мнѣ въ глаза.