Мы убиваем убийц

Глава двадцать вторая

Агент Валлери Роуз

— Мы работаем над этим без остановки, сэр, — произнёс МакКорт голосом, приторно вежливым и почтительным, как это принято с вышестоящими или перед публикой. Он сидел за своим массивным махаоновым столом — барьером между ним и агентом Валлери Роуз.

— Я сделаю всё возможное, чтобы поймать Роберта Кирби, прежде чем он причинит ещё кому-нибудь вред, — продолжал он, кивая. — Да… угу. Да, сэр. Можете на меня положиться, сэр. Я понимаю. Спасибо, сэр. Спасибо.

Он повесил трубку, задержав взгляд на телефоне. Затем, тяжело вздохнув, процедил:

— Вот же срань.

— Полагаю, это был не директор Брукс? — уточнила Роуз.

— Конечно, нет. Хелен закончила. Удержалась довольно долго, учитывая, что её партия проиграла выборы два года назад. Надо отдать старушке должное. Но теперь главный вопрос — кто займёт её место, когда это станет официально?

Роуз выпрямилась на стуле.

— Я… думала, Ваша работа делает вас сильным кандидатом на эту должность, сэр.

— Так все и думали. До того, как всё это дерьмо вылезло наружу. — Его голос оставался удивительно спокойным. — Роберт Кирби скрывается уже почти неделю. Целую, блядь, неделю. И вся страна задаёт один абсолютно справедливый вопрос.

Роуз ждала продолжения. Когда он не заговорил, она клюнула на удочку.

— Какой вопрос, сэр?

— Какого хрена, агент Роуз! — взорвался он. — Страна хочет знать, какого хера Кирби до сих пор на свободе, наводя страх на всё побережье! Чем вы, мать вашу, там занимаетесь? Снимаете ролики для ТикТока? Ловите покемонов в офисе? Потому что выглядит это совсем не так, будто вы заняты его поимкой!

Роуз могла бы возразить, что каждый доступный сотрудник из всех подразделений правоохранительных органов сейчас работает над этим делом, проводит ночные смены и пропускает семейные выходные. Но она знала, что лучше промолчать.

— Если бы Рихтер только послушал меня… — покачал головой МакКорт. — Или если бы тот, кому я, как дурак, доверял, сообщил о нём до того, как он выпустил Джейсона Брауна из тюрьмы, мы бы сейчас не оказались в этой заднице. По крайней мере, не в разгар выборов в двух колеблющихся штатах в моей юрисдикции!

— Джейсон Браун был невиновен, сэр, — осторожно вставила Роуз.

— Конечно, был. Но его слишком скорое освобождение вынудило настоящего Жнеца Залива действовать. Как только этот реднек вернулся к своей бутылке и жене, которую он поколачивает, Роберт Кирби понял, что мы очень скоро выйдем на его след. Мы не оставили ему выбора, и всё это при том, что о нём мы почти ни хрена не знали. А в результате — один человек изрезан на пристани, четверо агентов в больнице после взрыва. Один из них без руки и ноги!

Всё, что говорил МакКорт, могло быть правдой. Но могло быть и полным бредом. В делах подобного рода невозможно заранее предугадать ход событий. Некоторые телеканалы даже хвалили ФБР, утверждая, что быстрая идентификация Кирби позволила предотвратить более масштабный теракт. Но теперь даже эти же каналы обрушились на бюро, обвиняя его в том, что Кирби пропал, и размахивая очередными кликбейтными заголовками.

— Сэр, могу я ещё чем-то помочь? — спросила Роуз.

— Дай подумать… да, пожалуй, есть, — протянул МакКорт, словно действительно задумался, но тут же со всей силы ударил ладонью по столу и подался вперёд:

— Найди! Роберта! Ёбаного! Кирби!

Он откинулся в кресле, уставший.

В комнате повисла тяжёлая, удушающая тишина. МакКорт был по-своему прав: вся страна требовала найти Кирби. Неделя безуспешных поисков, и давление росло до масштабов Эвереста. Это ощущалось всеми, не только ею. Но для Роуз ставки были личными. Её значок, её место — всё висело на одобрении сидящего перед ней человека. И сейчас это одобрение балансировало на грани его ярости.

В извращённом смысле она понимала МакКорта. Если его повышение оказалось под угрозой из-за действий его агентов, вполне логично, что он начнёт копаться в самом близком союзнике — в ней. Логика ясна, даже если моральные принципы в таких делах давно уже стёрлись.

Звонок телефона прорезал тишину, дав Роуз передышку.

МакКорт глубоко вдохнул и взял трубку, вернув свой показной дружелюбный тон:

— Ассистент-директор Клиффорд МакКорт на связи.

Его фальшивая улыбка тут же исчезла, и он закатил глаза:

— Господи, Бонни, я же просил — не звони мне на работу, если это не настоящая срочная ситуация.

Из трубки донёсся приглушённый женский голос.

— Тео — агент ФБР, Бон, а не член Конгресса. Ему, в отличие от них, реально приходится работать.

Приглушённый голос стал громче.

— Нет, я не могу забрать Джен из детского сада, — рявкнул МакКорт. — Я, на минуточку, ассистент-директор ФБР. Пусть твой доктор Хуепростыня отпустит тебя пораньше, или я закажу его клинике проверку от Medicare.

Женщина на том конце зашумела истерично.

— Я не кричу на тебя, Бон, — с усталым раздражением сказал он и, делая жест к Роуз, дал понять, что она может уходить.

Она поднялась, в душе поблагодарив сестру МакКорта за спасение, но едва вышла за дверь, как груз ответственности вновь обрушился на плечи.

Нужно было найти Кирби. Любой ценой. Или же начинать искать другую работу.

А это, после всего, что она пережила, чтобы пробиться сюда, стало бы для неё настоящим поражением — тем, что преследовало бы до последнего вздоха.