Наёмница Эйлинара

Глава 26

Можно себе представить, как меня обуздала жажда созидательной деятельности, если я встала утром, ещё до рассвета, без привычных мне стенаний и жалоб на коварную судьбу, заставившую меня в недобрый час согласиться на новый наём. Вещей у меня было немного, так что я быстро оделась по-походному, перекинула через плечо сумку со статуэткой и сочла себя готовой к дальнейшему путешествию. Эру Лаэринас, как водится, был деятелен и сосредоточен, расстелив мою многострадальную карту на столе, куда сонная подавальщица принесла плотный завтрак.

— В Мирин отсюда можно добираться двумя дорогами: Великим трактом, как делает большая часть путешествующих, или же пройти возле побережья. Пустоши практически не заселены, зато крюк делать не придётся, — Ларс вдумчиво жевал яичницу и тыкал пальцем в большое бурое пятно на карте — те самые Пустоши.

Кстати, названы они были не просто так — несколько поколений тому назад северные племена орков отчего-то вспомнили, что эти земли были исконно их, просто подлые людишки поселились на них незаконно. И теперь, мол, должны эти земли по праву вернуться к ним, к оркам. А люди, которые живут здесь, могут убираться туда, куда захотят.

На самом деле люди «отжали» чужую территорию или нет, сказать наверняка просто невозможно по вполне тривиальной причине — историю пишут победители. И в победительной истории людей о таком сказано не было. Собственно, если уж на то пошло, то с того момента, как стало известно, что Валент не является родным миром людей, появилась вполне себе… хм… рабочая версия, что боги призвали человечество для того, чтобы чуток облагородить этот мир. И именно они принесли прогресс живущим здесь расам.

Правда, оркам, свято убеждённым в своей правоте, слова людей были до лампочки. И они в качестве аргументов своих убеждений трясли древними записями, которые доказывали их правоту — изначально, тут жили и радовались всему сущему мирные кланы орков. Это, мол, потом уж люди пришли и заняли чужие земли. Правда, последние с пеной у рта утверждали, что таких писулек они и сами горазды наделать и вообще, даже последнему гоблину ведомо, что они пришли на пустые, ничейные земли. К сожалению, результата от взаимных «железных аргументов» особого не было — орки твердили: прочь из святой земли, а иначе священная война и гибель вашего государства. Люди же, успевшие за тысячу лет создать из каменистой пустыни цветущий сад, тоже упёрлись рогом. Не уйдём, и всё тут! И вообще, было ваше — стало наше! Это нам эти земли были подарены в своё время Первородными, мы тут корячились с мотыгами, а вы вернулись на всё готовое.

Правда, орки не были бы собой, если бы молча проглотили подобную обиду. В результате за клочок земли размером чуть больше Московской области разгорелся нешуточный конфликт, который длился несколько десятилетий, то затухая, то разгораясь вновь. Причём, борьба была серьёзная — за каждую горку, за каждую долину, за любое поселение. Тяжёлая конница вытаптывала посевы, деревья срубались для того, чтобы стволы использовать, как тараны, землю перепахивали могучие заклятия как со стороны шаманов орков, так и со стороны человеческих колдунов. Те использовали магию стихий для того, чтобы поворачивать реки вспять и разрушать склоны холмов, где притаился противник.

Стоит ли говорить о том, что вскоре крестьяне пришли к очевидному выводу: жить в страхе, что для них завтра может и не наступить, совсем не обязательно. Потому-то и стали сбегать, бросая свои дома и беря только то, что были в состоянии унести. Не помогало ничего — ни заградительные кордоны королевских коронеров, ни магические печати, которые навострились ставить человеческие колдуны на ключицы всем проживающим в зоне эскалации. Крестьяне бежали от войны, от карательных отрядов орков, которые те нет-нет, да и устраивали, дабы показать свою мощь. Конечно, большинство беженцев предпочитало спокойную и миролюбивую Бритоль, благо, что это было исключительно человеческое королевство, а то иной раз старались сбежать и ещё дальше, вплоть до заморских стран, но кого-то похлибче пугало длительное путешествие, и они оседали в Эйлинаре…

Постепенно конфликт сошёл на нет — бороться по сути, было уже не за что. Земле понадобится ещё не один десяток лет для того, чтобы восстановиться, а пока это снова пустыня. Его Величество это понял и велел отвести войска со словами: «Хотели? Подавитесь!». Очевидно, что оркам такая «исконная земля» тоже была без особой надобности, и они ушли, оставив территории своему противнику, как бельмо на глазу… Так и возникли нынешние Пустоши.

— Я бывала пару раз в Пустошах, но только тут, с краю, у Магрима был контракт на охрану и сопровождение нескольких травниц из храма Всех богов, — пожала я плечами, откусив внушительный кусок холодной говядины. — Унылое местечко, я тебе доложу. Неподалёку от старых склепов и на полях былых сражений растут барвинки и таволги, своими куртинами оживляя мёртвую землю. Но даже травницы предпочитали не задерживаться в этих местах подолгу, говорили, что чувствуют в этих местах какую-то злобу. Быстро собирали травы и возвращались в столицу обратно. Так что, если есть шансы избежать столь сомнительного пути, нам стоит ими воспользоваться.

— Возможно, ты и права, — задумчиво откинулся на лавке Ларс. — Не хотелось бы рисковать понапрасну, даже несмотря на то, что мы потеряем не менее десяти дней, огибая Пустоши. Великий тракт весьма оживлён и сравнительно безопасен.

Эльф выглядел достаточно напряжённо для того, чтобы я осторожно спросила его, в чём дело. Отмахнувшись от меня, Ларс только укрепил меня в своих подозрениях.

— У тебя есть какие-то сомнения в правильности того, что мы делаем? — осторожно поинтересовалась я. — Знаешь, не хочу показаться тебе странной, но я верю в предчувствия.

Я вцепилась в беднягу, как клещ, и Ларсу пришлось угрюмо признаться в том, что аранен Лирнелиэн, на розыски которого мы и отправились, слишком долго не выходил на связь. Это настолько не похоже на него, что Ларс с каждым днём волнуется всё сильнее. Оказывается, что у аранена характер всегда был не сахар, но про свои обязательства перед собственным народом он не забывал.

— Вот увидишь, с мальчишкой всё будет хорошо, — я легонько сжала запястье Ларса, в очередной раз поразившись его изяществу. — Мы приедем в Мирин, а аранен благополучно попивает вино на веранде с видом на океан и кружит головы местным красавицам. Да-да! А чем ещё ему заняться?

Я постаралась, чтобы моя речь была достаточно убедительной, но представила почему-то в яркой гавайской рубашке, с рюмкой текилы в руках не Его Высочество, а Ларса. Вот его роскошные волосы, собранные в хитроумную причёску, золотистым водопадом спускаются до лопаток, он скрестил ноги в плетёном кресле и рассеянно смотрит на лазурную гладь океана.

Фу, надо же, бред какой! А хорошо всё же, что Ларс не телепат. Позора иначе не оберёшься. И я в который раз пообещала себе, что при первом же удобном случае непременно посещу мужской бордель. Иначе я готова…

— Да, конечно, — донёсся голос Ларса. — Я тоже практически готов, осталось только проверить, как уложены наши вещи.

Ха… надеюсь, я сказала вслух только последнюю фразу.

Впрочем, совсем скоро у меня из головы вылетели все глупости: наш отъезд по степени пафосности легко переплюнул королевские скачки. Возле крыльца выстроился, поёживаясь от прохладного ветра, весь персонал странноприимного дома. Во всяком случае, я заметила среди незнакомых лиц и ту давешнею заспанную подавальщицу, укутанную в тёплую шаль, и невысокую кругленькую хозяйку заведения, и даже здоровяка-конюха, сейчас расцветшего радостной улыбкой.

— Ох, и раненько вы собрались в путь! — всплеснула руками хозяйка и озабоченно добавила: — Зари ещё и не видать ещё! Вы даже и представить себе не можете, как мы вам благодарны за избавление от дикой твари леса. Про того, кто науськивал её на вас, и говорить нечего. Слава всем богам, что вы откликнулись на призыв колдунов из Магконтроля! А вы, эру эльф, и вы, госпожа, приезжайте к нам запросто, коли рядом окажетесь. У нас для вас пара комнат завсегда найдётся. Можете к нам, а если что, так и в постоялый двор на северном направлении. Мы его вот, купили недавно. Случай представился.

— Вот как? — я старалась сохранять спокойствие, но смех буквально распирал меня, словно шарик, изнутри. — И что же за случай такой?

— Ну, так, вроде как родич у них погиб. Болел, наверное, — со вздохом призналась хозяйка. — Вот и сказали они, что не хочется им вслед за ним, значит… а уж как супруга тряслась, и не передать словами. Наверное, любила мужа очень. Эх, жаль, что они покинули наши места. Хорошие люди! Да вы их видели в то утро, когда мы от грохота проснулись! И ведь они самые первые всполошились и прибежали сюда.

На это мне оставалось только сделать сожалеющее выражение лица. Да, конечно, видели. Как же иначе? Сразу, сразу было понятно, что они добропорядочные граждане, дай им все боги хорошо устроиться на новом месте. Я, когда прощалась, выражала надежду на то, что ещё свидимся, украдкой поглядев на Ларса. У него было прилично каменное выражение лица, как и положено Высокородному, но глаза выдавали веселье.

Ну, что же, в добрый путь! Если всё пройдёт, как запланировано, то мы прибудем в Мирин дней через двадцать. А уж там, я думаю, не составит отыскать эльфийского принца. Это тебе, чай, не иголка в тоге сена — эльф в человеческом городе. Даже если он вполовину менее спесив, нежели мой наниматель, всё равно не затеряется в толпе.