Неукротимая попаданка. Ненавистная жена графа Туршинского

Глава 32

Чертежники, привыкшие к его вспышкам гнева, нервно переминались с ноги на ногу. Мы же, уборщицы, и вовсе старались стать невидимками.

— Известно мне, — начал Свиягин, и голос его был вкрадчивым и оттого еще более страшным, — что среди вас завелся... самонадеянный выскочка. Кто-то, чье мастерство, видимо, столь велико, что позволяет поправлять работы, утвержденные его сиятельством графом Туршинским! — Он ударил ребром ладони по чертежу, и от неожиданности я аж вздрогнула. — Так вот… сей виртуоз может не таиться. Я даю ему шанс выйти и признаться. Сию минуту!

В комнате повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь чьим-то сдавленным дыханием и криком ворона за окном.

Сердце колотилось у меня где-то в горле, отчаянно и громко, и мне казалось, что его стук слышен всем. И каждая секунда молчания тянулась как год…

Если бы я знала, что этот эскиз уже подписан Туршинским, разве посмела бы я к нему прикоснуться? Конечно нет! Но откуда мне было знать, что человек с безупречным вкусом как Арсений, останется доволен этой бездарной вазой? В ней же не было ни изящества линий, ни оригинальности — одна унылая правильность, где и глазу не за что зацепиться!

И тут у стоящей рядом со мной Феклы не выдержали нервы, и она вдруг запричитала нараспев жалобным голосом:

— Барин, пусть гром небесный покарает того нечестивца! Но мы-то тут причем? Мы ж по большей части на ваших полах половыми тряпками малюем, куда уж нам до ваших картинок?! Отпустите вы нас, мы ж ни сном, ни духом ничего не ведаем!

Я тут же потупила взгляд, машинально натягивая платок на лицо. Не хватало еще, чтобы в такой момент я ему приглянулась! И пусть для такого, как Свиягин, я всего лишь пустое место, лишний раз привлекать его внимание было смерти подобно.

Я кожей почувствовала, как по нам скользнул его тяжелый взгляд. И не успела я по-настоящему испугаться, как Свиягин, брезгливо махнув рукой, позволил уборщицам выйти. К моему неописуемому облегчению...

Жизнь постепенно вернулась в привычное русло. Страхи от той встречи с Свиягиным понемногу рассеялись, сменившись будничной рутиной. Я снова погрузилась в ритм своих обязанностей, где каждый день был похож на предыдущий. Но всё изменилось в одно мгновение, когда я по обыкновению наводила порядок в заводской рисовальной комнате.

Как обычно мой взгляд упал на разложенные на столе эскизы.

Это была хрустальная Богородица в полный рост — та самая, о которой в цехах ходили легенды. Шептались, что сам император заказал её в подарок Вильгельму IV, что было необычно. Ведь подобные заказы традиционно исполнял Императорский стекольный завод.

Здесь я уже не могла удержаться... Сердце забилось чаще, когда я рассматривала все варианты. При этом я убеждала себя, что не делаю ничего предосудительного — даже не беру в руки карандаш. Я просто выберу из всех самый лучший, самый достойный... Тот, где поза Богородицы была исполнена одновременно величия и нежности, а складки её одежд струились подобно живым.

И я его выбрала, аккуратно положив этот эскиз на самое видное место рабочего стола Свиягина. А уже на второй день по заводу пронеслась радостная для меня весть: граф Туршинский утвердил именно этот вариант хрустальной Богородицы. Что лишний раз подтвердило, что у Арсения всё же есть то самое чувство прекрасного, которое не обманешь…

Сегодня, когда на заводе царило предпраздничное рождественское оживление, я до того увлеклась разглядыванием эскизов для нового каталога, что и не заметила, как в кабинет вошел его хозяин.

— Диковина... Не случалось мне видеть, чтобы поломойка с таким прилежанием работы художников разглядывала, — раздался над самым ухом голос Свиягина, холодный и насмешливый.

Я вздрогнула. Подняла голову и встретилась с его пристальным взглядом.

— Батюшка-барин, — залепетала я, изображая из себя простушку, — это я так... показалось мне, што пылинка на чертеже. Хотела смахнуть, значит...

— Брось дурочку-то валять! — отрезал он, внезапно повысив голос. — Взгляд человека, разбирающегося в искусстве, я ни с чем не спутаю. Говори прямо: кто ты такая? И откуда у тебя такие познания?