Охотница. Книга вторая. Испытание Судьбы

Глава 26

* * *

Правда может сбить с ног. Ник всегда, на протяжении всей своей долгой жизни это знал, но хоть обычно и предпочитал горечь откровений, чем подслащённые сиропом вранья сомнительные факты, теперь готов был проклинать себя за собственную слепоту.

Как он мог не понять?

Разговор с ненавистным Роландом вышел занятный, ошеломляющий в своей простоте, и отголоски его каждую минуту продолжали звучать в голове Громова набатом, не дающим забыть всё, что было услышано. Даже побить Высшего за его слова уже не хотелось так сильно, как разорвать себя самого на куски, хотя по сути, как выяснилось тут же, ничего непоправимого не случилось. Рина напоила его своей кровью, чтобы он выжил, и если в первое мгновение Ник ощутил, как земля уходит из-под ног, то уже после следующих слов не знал, что вообще должен чувствовать.

«Не волнуйся ты так, она тебя не отравила. И сомневаюсь, что вообще когда-нибудь сможет... Кровь у неё особенная, и, возможно, ты уже понял, почему к тебе вернулись силы…»

Громов всё равно не мог до конца поверить в то, что именно его маленькая охотница является причиной таких изменений в нём, но что ещё невероятнее, так это знать, насколько она особенная. Однако отдавать Рину на растерзание целому миру, который она безусловно могла спасти, возвратив т’аррхарам их прежнее могущество, он не хотел – и вовсе не потому что она не справится, а потому что она сама пока не представляет своей уникальности. К тому же, она всё ещё остаётся лишь девчонкой, на которую слишком много свалилось, и если он как-то способен облегчить это бремя, вампир разделит его с ней…

Но если бы всё было так просто.

«… Тебе же лучше, если ты медленно начнёшь отдаляться от неё. С твоей вновь проснувшейся магией ты пригодишься в другом месте, и ты это прекрасно осознаёшь, а ей придётся не легче. Она доверяет тебе так сильно, что не ожидает твоего внезапного исчезновения. Но не переживай, она и без тебя прекрасно справится, вернее, так будет проще сделать её той, кем она должна стать».

Слова Роланда были до чёртиков правдивы, и этой неподдельной искренностью рвали сердце, но Ник отлично знал, что если он хочет защитить свою охотницу, в конце концов, ему придётся поступить именно так, как и сказал Высший. А от этого становилось не просто тоскливо – зверь пытался выбраться наружу и сразу же рвануть к пробудившей его девушке, потому что откровенно считал, что его носитель точно спятил, поэтому надо срочно пожаловаться.

Но одно дело просто уехать и совершенно иное – оставлять Дарину под присмотром того, кто превратил её жизнь в один сплошной фильм ужасов, который никак не закончится.

«Уж не с твоей ли помощью?»

«А как же иначе? Я знаю её способности, и помогу их раскрыть, в то время как ты начнёшь демонстрировать свои».

«Почему ты сам не можешь их продемонстрировать?»

«Ты сам знаешь, что я не воин, а учёный. Я, конечно, мог бы напугать парочку магов, но у меня не выйдет в одиночку, тогда как твой огонь – поистине разрушающая стихия, с который даже тёмным тяжело будет потягаться. Был бы ты постарше тогда, и вампиры бы выиграли войну, встань ты бок о бок с Повелителем».

Правоту Роланда Громов понимал, и тот разговор они закончили, не прощаясь. Безумец – Высший знал, что Ник выберет верное решение, а сам брюнет пока не мог это самое решение принять и как следует обдумать. А потом события дня закрутились в какой-то немыслимый круговорот, и времени, чтобы всё обмозговать уже не было.

Первым встревожился Крис, и как только Громов вернулся в библиотеку, где его ждали друзья, у Залесского начались странности с поведением, а догадавшись, почему ему так неспокойно, блондин тут же собрался к Нелл. А потом и Ника накрыло волнением по дороге в родной мир, поэтому оба вампира постарались сократить путь, как могли.

Когда они подобрались к дому Рины, возможности войти не представлялось, как бы они ни пытались сломать преграду. Более того, на втором этаже отчётливо ощущалась мощная энергия чужой тёмной магии, а после мужчины почувствовали и пламя, стремительно набирающее силу. Отчаяние не давало сосредоточиться, и Громов, не зная, как совладать с переполняющими его эмоциями, вцепился в собственные волосы.

Вампир попытался прожечь дверь собственным пламенем, но мощности не хватало – заклятие, наложенное на сам дом, было слишком могущественным, чтобы просто поддаться, а Верховная вновь отсутствовала в городе.

Кристиан же, осознав, что сейчас от них двоих зависит слишком многое, постарался взять ситуацию в свои руки.

─ Ник, ─ он схватил друга за напряжённые каменные плечи и развернул к себе, ─ помнишь, как ты вообще пробудил свой огонь тогда, в детстве?

─ Ещё бы, ─ успокаиваясь, ответил брюнет. ─ Я спас тебя, когда ты совсем маленьким по глупости свалился в священное озеро. Испугался за тебя даже больше, чем твой брат. Переместил… Боги, я же переместился!

─ Дошло наконец?

Лицо Громова сперва озарила невероятная надежда, а после непоколебимая решимость, какой Крис прежде не видел, и боевой рисунок так ярко проступил на коже вампира, что у Залесского не осталось сомнений: кто бы ни устроил эту ловушку, он нежилец.

─ На всякий случай звони пожарным, ─ напоследок бросил Ник, и не успел Кристиан опомниться, как мужчина исчез, чтобы в следующую секунду оказаться в эпицентре настоящего кошмара. Чёрное пламя плясало по стенам, будто забавляясь, от жары, которая расплавила бы все ледники разом, должны были лопаться стёкла, но они так и оставались целыми, накалившись до предела, а посреди всего этого хаоса и пробирающегося в лёгкие дыма неизменная троица боролась за свои жизни против ведьмы. Она, уже мокрая и растерянная, не верящая в то, что не сумела противостоять магии какой-то девчонки, стояла и с ужасом взирала на Высшего вампира, на себе ощущая ярость его природной стихии, будучи неспособной ей сопротивляться, а оттого смирившись со своей участью.

Ведьма даже не успела ничего толком осознать, как первородный алый огонь обхватил всё её тело, а крик, вырвавшийся из её горла, наверняка ещё долго будет преследовать услышавших его школьников. Вот только даже зная, что наказание эта женщина получила заслужено, а щадить таких врагов – не уважать себя, вампир всё равно не смог сразу справиться с нахлынувшими после убийства эмоциями. Ник не помнил, чтобы его огонь сжигал кого-то заживо, но уже не мог остановиться, и, дождавшись, пока дети покинут дом, призвал больше сил, чтобы уничтожить следы чёрного пламени, которое продолжало сжирать всё на своём пути.

А затем, убедившись, что всё закончилось, ушёл сам, не в силах выйти на улицу и посмотреть в глаза той, которая вскоре возненавидит его. Но по-другому не получалось, и план дальнейших действий уже созрел в голове.

Если уж сделал выбор, не смей поворачивать назад.

* * *

Поместье Залесских оказалось не самым худшим местом для временного проживания. Как только встал вопрос о поиске хотя бы квартиры, пока не приведут в порядок наш слегка подгоревший дом, Мастер тут же показал своё гостеприимство, заявив, что сам подыщет нам новое жильё. Позже выяснилось, что в месте, где мы жили, теперь сосредоточено слишком много неизвестной тёмной энергии, а по сему, туда мы больше не вернёмся, и пока Северьян не выберет для нашей семьи подходящий дом, мы будем его гостями. Вампир даже спросил у меня о моих личных пожеланиях, и почему именно у меня, я не знала, но всё равно их высказала, а мужчина пообещал сделать всё в лучшем виде.

Вообще-то, меня не сильно-то и волновал этот вопрос, поскольку все мои мысли были сосредоточены на Нике. Он так и не дал как-то о себе знать после пожара, а звонить и донимать его сообщениями я не могла, догадываясь, что мне попросту не ответят, поэтому оставалось надеяться на лучшее. В школе его уроков не ставили – по просьбе Яна, как я успела понять, и от того, что не видела учителя, становилось не по себе, а это ожидание лишь подтверждало все тревожные мысли, которых у меня было слишком много.

На третий день молчания я всё-таки не выдержала, и после занятий решила навестить упрямого самурая, просто чтобы удостовериться, что он в порядке. Нелл сразу сбежала к Кристианом Аристарховичем, едва закончился последний урок, а мы с Лексом, попрощавшись с девчонками, зашагали в направлении дома, и пока время позволяло побыть наедине с другом, я расспрашивала его обо всём, что меня волновало.

─ … Нет, некромантия и некромагия – разные вещи, ─ объяснял парень. ─ Некроманты, считай, просто гадают по внутренностям мёртвых, а я вроде как некромаг, но я бы не понял этого, если бы не случившееся с сестрой тогда. Говорят, у близнецов какая-то особая связь, но мы с ней это совершенно иной уровень. Бабушка рассказывала, что когда мы родились, то так крепко сцепились руками, что врачам пришлось прибегать к хирургическому вмешательству – настолько сильно мы не хотели разлучаться, хотя, это было опасно. Но мы родились здоровыми и вполне обычными, на первый взгляд, ─ делился друг. ─ В тот вечер нападения я как раз оставался у ба, но когда почувствовал себя жутко, сразу понял, что это из-за Нельки, вот только мне нельзя было покидать двор. Я не мог найти себе места, бабушки дома не было, а то тёмное чувство внутри всё росло и росло, делая из меня мальчишку-параноика… А потом я заметил кота. ─ Взгляд Лекса сделался затуманенным, будто он заново переживал те события и, скорее всего, так и было. ─ Он лежал на земле за нашим домом – видимо, машина сбила, и водитель или прохожий просто положил его туда. Когда я подошёл, он ещё дышал, и то ощущение горя, переполняющее меня, просто выплеснулось на этого кота, а затем он поднялся у меня на глазах и сбежал. Так как я сделал это на территории, защищённой от магов и их следилок, никто так и не узнал о случившемся, кроме Женьки, который и принёс окровавленную Нелл, а позже поговорил со мной и помог сохранить всё в тайне от бабушки. Она до сих пор обо мне ни сном, ни духом. ─ Брюнет извлёк из-под ворота куртки цепочку с маленьким чёрным камушком, очевидно, подаренным эльфом в качестве маскирующего магию амулета. ─ Магические близнецы – это огромная редкость, и стоит только Ковену о нас прознать, сама понимаешь, как будет невесело.

─ Да уж, кому как не мне это знать, ─ согласилась я, представляя перспективы. ─ Значит, ваш Люцифер не совсем теневой. Тогда ясно, почему у нет этой тёмной дымки вокруг тела.

Друг усмехнулся, явно вспоминая что-то весёлое.

─ Да, этот котяра пришёл к нам на следующую же ночь, попытавшись опустошить наш холодильник, да так и остался. Причём, я до сих пор и не понял, каким образом он это сделал, ─ сказал Лекс. ─ Я даже не уверен, смог бы я его спасти, если бы он окончательно умер… А, кстати, насколько я знаю, твой котэ будет расти, как обычное животное до определённого возраста, потому что теневым полагается быть сильными защитниками своих хозяев, ─ внезапно вспомнил он, когда мы подошли к дому близнецов.

─ Ещё раз спасибо за то, что сделал это для меня. Я бы не смогла пережить ещё одну такую потерю, ─ призналась я. Холодный ветер ударил в лицо, заставляя поёжиться от дурацкого предчувствия чего-то неприятного, и я спрятала руки без перчаток в карманах пальто.

─ Ладно тебе, ты тоже поучаствовала, ─ отмахнулся парень, а потом предупредил: ─ Ди, будь осторожна. Я не только про сейчас, а вообще. С этим маньяком, чёрными ведьмами и озабоченными упырями, ─ явно имея в виду конкретного вампира, зло произнёс брюнет, ─ тяжело сохранять бдительность, но нам нельзя быть невнимательными. Конец этому всё равно настанет, и надо быть готовыми к любому повороту.

─ Буду, ─ пообещала я, и мы распрощались до завтра.

С тревожно бьющимся сердцем я отправилась к дому Ника, по дороге размышляя над словами Лекса, но проблемы с моим преследователем и всем остальным вскоре покинули мою итак порядком опухшую голову, когда я добралась и увидела то, что не скоро забуду…

Стоило только оказаться рядом со знакомым каменным забором, мне пришлось остановиться, чтобы не выдать своё присутствие, потому что я точно стала бы здесь третьей лишней.

Рядом с ним была женщина. Потрясающе красивая, длинноногая шатенка буквально повисла на шее вампира, которую тот приобнял, а потом незнакомка подарила Нику звонкий поцелуй, характерный звук которого ещё долго будет отдаваться в моей голове звоном разбитого стекла. Я никогда не думала, что ревность – настолько отвратительное чувство. Оно как кислота выжигает всё у тебя внутри, заставляя превращаться в неизвестное доселе жалкое существо, подпитываемое собственными комплексами и страхом потерять. Я только что испытала это чувство.

Прошла пара долгих минут, показавшихся вечностью, и красотка, сев в свой «Порше», сорвалась с места, исчезая вдали. Я сделала пару шагов, останавливаясь недалеко от распахнутых ворот, в которых стоял учитель, но приблизиться была не в силах, поэтому просто застыла напротив одетого в одни домашние штаны брюнета.

─ Рина? ─ он выглядел удивлённым, но уже в следующую секунду принял невозмутимый вид. ─ Что ты здесь делаешь?

«Я тебя не звал», ─ добавила я мысленно, но уже в следующий миг взяла себя в руки.

─ А, извини. Я-то просто наивно считала, что ты тут чем-то страдаешь, а у тебя, оказывается, всё в полном порядке. Мог бы просто сказать глупой школьнице, чтобы она больше ни на что не надеялась. Я бы поняла. Не все мозги растеряла, знаешь ли.

Вампир устало вздохнул, словно ему всё на свете надоело, включая меня, поправил упавшие на лоб волосы и произнёс слова, которые в ближайшее время не дадут мне спать по ночам.

─ А что ты хотела, Дарина? ─ глядя прямо мне в глаза, спросил он так, будто я и правда пришла отстаивать право на что-то несуществующее. ─ Я взрослый мужчина, тебе ничего не обещал, и уж точно не собираюсь отчитываться за свои действия. Сколько по-твоему всё это могло продолжаться? Или мне хранить тебе верность, пока ты не избавишься от своих страхов?

О, это был настоящий нокаут! Из меня просто воздух вышибли одним точным ударом, а боль, пришедшая следом, едва не заставила утонуть в ней, но откуда-то нашлись силы хотя бы не молчать.

─ Класс, так дело всё-таки во мне, ─ усмехнулась я. ─ Спасибо за урок, сенсей. Я его на всю жизнь запомню. ─ Я даже изобразила шутливый поклон, как перед нашим обычным спаррингом, а затем не спеша развернулась и отправилась назад, совершенно не видя дороги из-за дурацкой пелены перед глазами.

Взгляд Ника обжигал спину, но ноги просто несли меня прочь, пока его дом не остался позади, а я наконец-то смогла дать волю хлынувшим слезам, которые больше не могла сдерживать. Я шла и шла, смахивая влагу со щёк, а заодно радуясь, что ветер такой холодный и может остудить пылающее от обиды лицо, но долго идти почему-то оказалась не в состоянии, так что вскоре добралась до автобусной остановки и просто присела на лавочку, не понимая, что вообще только что произошло.

Неужели это всё? Не могу поверить, что всё вот так вот и закончится… Он действительно так обо мне думает? Нет, всё неправильно. Что-то не так, потому что не могло его отношение ко мне так быстро измениться без причин! Но что тогда случилось?

Я бы ещё долго терзалась этими бесконечными вопросами, если бы рядом кто-то не присел и не протянул платок, который я приняла почти с радостью.

─ Даже не знаю, что должно произойти в твоём возрасте, чтобы так горько плакать, ─ послышался голос нашего школьного уборщика – Арсения Евгеньевича, ─ но твоя боль исходит из самых глубин сердца, что я невольно её почувствовал.

Я промокнула глаза, возвращая платок мужчине.

─ Спасибо.

─ Пустое.

Я только сейчас обратила внимание на то, что обычно бодрый и весёлый пожилой мужчина, знающий всё и обо всех, сегодня выглядит очень бледным и нет-нет, да прикладывает ладонь к сердцу.

─ Вы плохо себя чувствуете? Позвонить кому-нибудь?

─ Старость – не радость, девочка, ─ отмахнулся он.

─ Да бросьте! ─ не поверила я, точно зная, что этот загадочный тип хоть и притворяется старым дедом, на самом же деле кто-то очень могущественный, чью истинную личину я так и не смогла разгадать.

Он коротко рассмеялся, глядя на горизонт, где над вновь неспокойным морем пролетела пара чаек, а потом вздохнул. Я знала, что его история не будет короткой, но мне стало интересно её услышать, к тому же, всё лучше, чем сидеть и упиваться жалостью к себе.

─ Так уж вышло, что в том мире, где я когда-то жил, мне предстоял сложный выбор… ну, это тогда он мне казался сложным – сейчас-то приоритеты давно расставлены. Жаль время назад не повернуть, ─ с горечью произнёс мужчина. ─ Я всегда считал себя самым сильным и способным добиться всего, чего только пожелаю, и моя уверенность лишь росла с каждым днём, пока не встретил её. ─ Он так по-особенному выделил это «её», что у меня не было сомнений в том, насколько сильны были его чувства к этой женщине. ─ Она приехала к нам вместе со своим отцом – лучшим другом моего старика, и, увидев её всего один раз, я понял, что уже не смогу оторвать взгляда… Ей вовсе не была интересна придворная жизнь с вечными интригами, подлостью и коварством, а про замужество она и слышать не хотела, какие бы привилегии не нёс с собой выгодный брак. Всё, что её интересовало – это книги, с которыми она могла проводить дни напролёт, закрывшись в библиотеке, и мне оставалось лишь издалека следить за той, что даже не обращала на меня и толики своего драгоценного внимания. В один прекрасный момент я осознал, что сделаю всё, чтобы она осталась со мной, и начал постепенно завоёвывать эту крепость, поэтому принялся искать самые редкие фолианты, которые могли бы хоть чуть-чуть помочь мне в этом непростом деле, ─ с улыбкой делился Арсений Евгеньевич. ─ И знаешь, однажды получилось. У нас завязался нешуточный спор о возникновении одной расы, и во время него мы так разошлись, что даже не поняли, как поцеловались, и кто это вообще начал. Так стали проходить наши вечера – один лучше другого.

─ Но потом что-то случилось, ─ предположила я с горечью. ─ Как всегда и происходит.

─ Верно, ─ согласились со мной. ─ Я не мог поверить в то, что бывает вот так – легко и хорошо с кем-то, думал, что меня благословили, не представляя, что так на самом деле и было. Но вскоре отец серьёзно заболел, мне пророчили его место, и на меня легла огромная ответственность. Времени на любимую не хватало, однако я знал, что она поймёт и не будет требовать чего-то. Она и не требовала. Даже когда мне предстояло взять в жёны другую – нелюбимую, чужую и холодную, как лёд, но без которой я бы не смог укрепить мощь моего государства, меня не возненавидели. Я просто наблюдал, как она медленно чахнет, пока я решаю проблемы народа, при этом глупо надеясь на то, что мы всё равно справимся со всеми трудностями. Только вот не ожидал, что окажусь в окружении предателей, и все мои старания будут бессмысленными.

─ Так вас использовали?

Как это всё грустно. Сколько подобных историй чужих миров я ещё услышу?

─ Не буду вдаваться в подробности, но так и было, ─ ответил он. ─ Я потерял всё, что имел, включая самое дорогое. А потом Богиня Судьбы прокляла меня за то, что не сумел оценить такой подарок, как истинная любовь, променяв её на власть, и теперь я вынужден быть рядом с той, которую потерял, но даже не могу сказать ей, кто я. Мне позволено лишь видеть, как она рождается простым человеком, живёт, а потом умирает, и так по бесконечному кругу. Всякий раз, когда она приближается к своей кончине, я чувствую это и ничего не могу сделать – только быть рядом и наблюдать, разделяя с ней её боль.

Почему мне кажется, что он говорит про Изольду Львовну, нашего библиотекаря? Возможно, по этой причине он проводит всё своё свободное время именно в башне с этой добродушной женщиной?

─ Знаешь, что я понял за это долгое время? Когда любишь, надо быть эгоистом со всеми, кроме того человека, с которым идёшь рука об руку. Наплевать на весь мир и защищать вашу любовь до последнего, потому что это огромный труд, который создают двое. А если лишь один из вас будет бороться, пока другой бездействует, тогда всё бессмысленно, и никакая это не любовь, ─ заключил мужчина, глянув на меня глазами древнего мудреца, повидавшего всё на свете. Наверное, это был один из самых ценных советов, полученных мной от взрослого человека, хотя до этой встречи, я с уверенностью могла бы заявить, что уже не верю в любовь и не поверю никогда. ─ Спасибо, что выслушала мою историю, Даринушка. Мне даже немного полегчало. И у тебя всё наладится, вот увидишь. Жизнь, она всё расставляет по своим местам, рано или поздно.

─ Спасибо, что рассказали. И вообще, спасибо.

Мне по-отечески улыбнулись, а потом рядом с нами внезапно остановилась чёрная тонированная машина, из которой вышел высокий парень с необычными золотистыми волосами, собранными в хвост. Глаза у него тоже были не совсем человеческими, и напоминали кошачьи своим зелёно-жёлтым оттенком с вытянутым зрачком, а на его щеке прямо под глазом я заметила несколько золотых чешуек, прямо как у русалок. Дракон?

Золотоволосый тем временем поклонился, подал руку Арсению Евгеньевичу и помог ему дойти до авто, а сам загадочный мужчина обернулся ко мне и сказал:

─ Заглядывай к нам в библиотеку, Дарина. Кто знает, как скоро там сменится хозяйка?

Я кивнула, и вскоре осталась на пустынной остановке одна, ещё какое-то время обдумывая услышанное. Ветер нагнал откуда-то мрачные тучи, предвещающие снег, но погодка казалась как раз под стать настроению, потому что смотреть на сияющее солнце я была не в силах, и до сих пор пыталась осознать случившееся. А поняв, что окончательно теряюсь в лабиринте собственных депрессивных мыслей, решительно поднялась и отправилась к нашему дому. Не знаю, какие ответы я собиралась там искать, но когда уже стояла на лужайке, внимание привлекла странная активность, развернувшаяся вокруг.

Куча молодых магов, включая Аскольда, бродили по территории, что-то выискивая, измеряя и делая записи, и я не могла проигнорировать всё это безобразие. Они все копошились тут, как навозные жуки, и у меня, в довесок ко всему, возникло неприятное чувство, будто кто-то забрался ко мне в самую душу, не сняв грязные ботинки.

─ Что делаете? ─ махнув рукой парню, спросила я, наблюдая за процессом и пытаясь хотя бы выглядеть дружелюбной. Внутри завозилось чудище, борясь с глухим раздражением, но сдерживалось, видя отсутствие угрозы.

Мне приветливо улыбнулись, и маг оторвался на минуту от своего занятия.

─ Проверяем остаточную энергию, ─ ответил он, сверяясь с записью в планшете. ─ Интересная всё-таки магия...

Я-то надеялась, что хоть кто-то из Ковена сможет пролить свет на эту загадку, но раз уж Верховная не смогла, вряд ли матёрые «специалисты» сумеют что-то понять.

─ Здесь и правда теперь так опасно?

─ По крайней мере несколько месяцев точно придётся побыть отсюда подальше. Кто его знает, что ещё может произойти? Домовой вон едва ли не в спячке, никак не можем разбудить. Может, у тебя выйдет?

─ Думаешь? ─ удивилась я.

─ Знаю, ─ уверил Аскольд. ─ Пойди, попробуй. Я присмотрю.

И я, пожав плечами, отправилась внутрь под несколькими любопытными взглядами, но они меня вообще не беспокоили. Мне и правда стало интересно, смогу ли я справиться с этой задачкой, хотя, на самом-то деле мне просто катастрофически было нужно отвлечься, иначе даже не представляю, что произойдёт…

Мы с магом оказались внутри, где тоже работали несколько человек, и я едва не задохнулась от концентрированного запаха плесени с чуть сладковатой примесью. Я возмущённо взглянула на парня, который лишь весело улыбнулся, и мы завернули на кухню, где хранитель нашего жилища обычно появлялся чаще всего.

─ Значит, это ещё одна причина, по которой тут нельзя жить, ─ протянула я, намекая на аромат.

─ Ага, причём, как бы мы ни пытались обнаружить источник – бесполезно. Наверху запашок тоже не айс, но не так сильно чувствуется, ─ ответил он. ─ Кстати, если нужно что-то забрать из комнаты, забирай сейчас.

Я кивнула, принимая к сведению слова, а затем мы занялись тем, зачем, собственно и пришли.

─ Так что мне сделать?

─ Попробуй позвать его. Если он и тебя не услышит, значит, ничего уже не попишешь. ─ Аскольд пожал плечами, но я не была столь пессимистично настроена. Мне нужно было направить куда-то свою боль.

─ Любомир! ─ ничего не произошло, и тогда я разозлилась и вложила в голос силу: ─ Любомир, а ну просыпайся или я не знаю, что сделаю!

Через мгновение низенький мужичок и правда появился, действительно выглядя так, будто спал очень-очень долго. Он протёр глаза, увидел нас, с испугом уставившись на меня осоловелым взглядом, а потом обречённо упал на колени и взмолился:

─ Хозяюшка, прости! Я не ведал, что со мной творит ведьма, а теперь чувствую, будто сил совсем не осталось… Не серчай только!

Мне было жаль того, кто попал под эти тёмные чары, да и вид у домового был нездоровый, поэтому я присела перед ним, взяв за руки, и предложила помощь.

─ Что ты, я вовсе не сержусь, ведь это не твоя вина. Любомир, давай так: ты пока отдыхай и ни о чём не переживай, а потом, когда мы найдём новый дом, я позову тебя с собой. Если ты, конечно, хочешь.

─ Конечно хочу! ─ тут же воодушевился он, и даже глаза засияли. ─ Побуду тогда в своём подпространстве, наберусь сил и новых знаний, чтобы такого больше не случилось. Обещаю! ─ заверили меня и, поднявшись, наконец, с поклоном исчезли.

Я вздохнула с облегчением от того, что беспокоиться об этом мне не придётся, и обратилась к Аскольду:

─ Я тогда сбегаю наверх?

─ Конечно, я внизу подожду, ─ согласился он, и я, стараясь не смотреть на подкоптившиеся стены, отправилась в свою бывшую комнату. По мере приближения и правда дышать становилось чуть легче, а когда я оказалась внутри, спальня пахла почти так же, как и раньше – видимо защитные амулеты всё-таки удержали большую часть тёмной магии, не пропуская её внутрь. Что ж, похоже, здесь они выполнили свою задачу.

Я быстро собрала кое-какие вещи, побросав их в рюкзак, захватила яд для кинжала и, последний раз оглядев комнату, с тяжёлым сердцем спустилась к ожидающему меня у лестницы магу.

─ Слушай, может посидим где-нибудь? ─ предложил он. ─ Ты обещала со мной выпить, да и выглядишь так, словно тебе нужна пара стопок, уж прости.

Пить я категорически не хотела, но в кои-то веки оставаться в одиночестве мне не хотелось сильнее, поэтому согласилась.

─ Почему бы и нет?

─ Отлично.

И мы, оставив других работать дальше, пешком отправились в клуб к эльфу.

Где-то вдалеке я вновь услышала насвистывание, но впервые мне было на него плевать. Я пребывала как раз в том настроении, чтобы дать отпор даже самому страшному зверю, и если он ко мне сунется, сам виноват.