Олимпиец. Том VI

Глава 31 Эпилог

Гора Олимп, средний уровень

Артемида вышла из зала совещаний, едва сдерживаясь, чтобы не зашипеть от злости. Мраморные коридоры здания отражали ее быстрые шаги, пока богиня старалась уйти как можно дальше от голосов, все еще доносившихся из-за массивных дверей. «Фестивали Присутствия»! Даже название звучало как издевательство. Боги, гуляющие среди смертных по расписанию! Мы что, по их мнению, цирковые артисты на гастролях? Нас можно ПОКАЗЫВАТЬ людям⁈

Артемида выругалась еще раз и свернула налево, на балкон, с которого открывался прекрасный вид на облака долины, и несколько раз вздохнула, стараясь успокоиться. Получалось… Так себе. Мысли так и норовили вернуться обратно в зал, где Агелай — Ну, конечно, кто же еще, проклятый служака! — высказал это идиотское предложение.

Она возразила. Громко. Возможно, чересчур громко и открыто, как постепенно осознавала успокаивающаяся девушка, но уж очень ее возмутило предложение смертного переиначить все ее идеи, над которыми она, между прочим, так старалась и корпела последние полтора месяца, на свой… Свой новый лад!

Гермес ее поддержал, конечно. Единственный из присутствующих, кто понимал, что нельзя обойтись полумерами. Но остальные… Афродите идея Агелая понравилась, ну а еще бы! Сразу придумала, как из встреч со смертными можно сделать целое шоу, с фейерверком, модным показом и… чем-то еще, этих слов девушка просто не знала. Арес тоже поддержал мысли жены, подкаблучник проклятый. Лидер Нового Олимпа, ага, как же! Ну и Гестия…

Артемида глубоко вздохнула. К Гестии на самом деле у девушки было меньше всего вопросов, Артемида все еще находилась в глубоком шоке от того, что древняя богиня согласилась стать частью Совета, когда та же Гера и не думала возвращаться на родину из Египта. Так что, тот факт, что добродушная, но скрытная старушка наотрез отказалась уходить с Олимпа и жить среди смертных, Артемиду вообще никак не удивлял. Впрочем, и не радовал тоже. А люди Императрицы вообще превратили обсуждение в фарс.

Артемида проводила взглядом мужчину с волчьей походкой, который как раз вышел из зала во главе небольшой делегации. Агелай! Его кривая улыбка не сходила с лица даже сейчас, когда он что-то шептал своему помощнику, толстоватому мужчине в римской тоге. Агелай, ближайший советник Императрицы, человек, который осмелился учить ее, как им следует вести себя со смертными. Ее? Артемиду⁈ Она ведь жила среди людей!

«Необходимо соблюдать протокол, госпожа», — мысленно передразнила она его манерную речь. «Четкие границы взаимодействия обеспечат стабильность Империи, госпожа». «Регламентированные встречи позволят избежать хаоса».

Бездна, да он говорил так, словно боги были опасными животными, которых нужно выпускать из клетки только под присмотром. От одной мысли об этом ей стало тошно. Не этого она хотела, когда первой предложила смертным зайти на Великую Гору.

Сзади послышались знакомые тяжелые шаги. Артемида не обернулась.

— В одном тебе не откажешь, — голос Ареса звучал с привычной насмешкой. — Ты всегда умела эффектно уйти.

Артемида обернулась и смерила бога войны холодным взглядом.

— Иди в Бездну, Арес.

— О, да кто-то совсем не в духе, — он оперся о перила рядом с ней, нарочито расслабленный. — Я думал, что ты уже успеешь остыть.

— Заткнись.

— Или что? Тоже пригрозишь выкинуть меня из окна, как того безобидного толстячка? — Арес усмехнулся. — Знаешь, сестренка, для богини, которая больше года жила среди смертных и постоянно об этом упоминает, ты как-то плохо разбираешься в людях. Агелай просто делает свою работу. Причем неплохо делает, надо признать.

Артемида резко развернулась к нему, и серебряные искры пробежали по ее пальцам. Арес только шире улыбнулся.

— Ладно. Так и быть. Можешь мне врезать. Именем Олимпа, я разрешаю. Но только один раз.

— Иди ты знаешь куда… — Она встретилась с кристально честными глазами Ареса, выдохнула и, плюнув, расслабила сжатые кулаки. Искры погасли. — Ну вот. Из-за тебя весь запал пропал.

— Так я еще и виноват получается? — хмыкнул бог.

Артемида не ответила, пустым взором уставившись вдаль.

— Я просто… Мы теряем время, Арес. Полгода прошло, а мы все еще спорим о том, как часто боги могут показываться людям на глаза. Мы погрязли в бюрократии, в выстраивании правил и протоколов. Еще немного, и Новый Олимп станет точной копией старого. Те же интриги, та же оторванность от мира смертных, та же…

— Стоп, — Арес поднял руку. — Погоди. Минуту. Не греби все в одну корзину. Ты серьезно думала, что все изменится за полгода? Мы боги, сестра. Были ими тысячи лет и останемся. Мы хотим перестроить Олимп. Такие вещи быстро не делаются.

— Но…

— К тому же… — не дал ей сказать Арес. — Агелай прав.

— Пф-ф-ф.

— Артемида, — терпеливо продолжил Арес. — Еще раз. Мы боги. И если хочешь, чтобы нас воспринимали как богов… И да, к слову, позволь тебе напомнить, но вся наша сила, особенно твоя и моя, все еще очень сильно зависит от мнения смертных… В общем, если ты хочешь, чтобы нас продолжали воспринимать как богов, то между нами и людьми всегда должна стоять грань. Иначе мы просто исчезнем.

Артемида промолчала, хотя внутри все кричало о том, что брат ошибался. Спорить с Аресом было бессмысленно. Он никогда не поймет. Для него власть и сила были естественным порядком вещей. И это ее пугало. Она не хотела снова бежать из своего дома.

— Может, так было бы лучше для всех, — буркнула девушка. — Чтобы наши силы просто исчезли.

— Прекрати, сестренка. Я знаю, что ты в это не веришь, — Арес нахмурился. — Подумай о том, чего мы уже достигли. Мы теперь даже отвечаем на письма!

Артемида хмыкнула и нарочито выгнула бровь.

— Ты хотел сказать, что наши сатиры отвечают. Братец, ты, как и я, жил среди смертных. Скажи мне, слышал ли ты что-то о Санта-Клаусе и его армии эльфов?

— Очень смешно, — буркнул Арес, но девушка заметила, что тот с трудом сдерживает смех.

— Кстати, пока я здесь, — продолжил бог войны, меняя тему, — Афина с тобой не связывалась?

— Нет. Она словно испарилась.

— Угу, это меня и беспокоит.

— Что? — Артемида напряглась. — Ты не думаешь, что…

— Я не знаю. Но… Наша сестра всегда была несколько… радикальной в своих методах. Боюсь, наши перемены могут показаться ей недостаточными.

Артемида кивнула. Мысль приходила ей в голову. Афина исчезла больше месяца назад, ровно после того момента, когда Новые Боги — идиотское имя, кстати! — окончательно финализировали первый договор с Императрицей Екатериной, зафиксировав свои права и обязанности, как защитников и покровителей Эллинов. И с тех пор Афина вообще не выходила на связь. Арес прав. Это… Настораживало.

Это и еще кое-что.

— Думаешь, он жив? — спросила она, наблюдая за вяло текущими облаками. — Отец.

Арес помрачнел.

— Не знаю. Тело мы так и не нашли. Но если да, то рано или поздно объявится. И не думаю, что Зевсу понравится то, что мы сделали с его Олимпом.

— Твоим Олимпом, — напомнила Артемида. — Ты же глава совета.

— Временно, — поправил Арес и выпрямился. — Пока не изберем постоянного. Но это уже совсем другая история.

Он отошел от перил и потянулся, разминая плечи.

— Ладно, мне пора. Афродита ждет. У нас сегодня… совместное мероприятие по укреплению отношений между божественными домами.

— Свидание, ты хотел сказать.

— Я сказал то, что хотел сказать, — слишком поспешно ответил Арес и внезапно сам ухмыльнулся. — Впрочем, кто бы говорил, сестренка. Твои планы на сегодня не изменились? Все так же собираешься навестить нашего любимого титаноборца?

Артемида не сдержала улыбку.

— Нет. Не изменились.

— Тогда передавай привет. И да, если Адриан уже очнулся, то передай, что я жду его божественную задницу в совете. От этой должности он у меня не отвертится.

Бог войны развернулся и зашагал прочь, оставив Артемиду одну на балконе. Она подождала, пока его шаги затихнут, затем протянула руку вперед. Серебряная энергия закрутилась вокруг ее пальцев, формируя светящийся овал в воздухе. Портал. Собственный портал, созданный ее силой, а не открытый чужой милостью.

Полгода назад она бы не смогла даже представить такое. Потеря божественности и ее возвращение изменили все. Богов Олимпа теперь вдвое меньше, и, что бы ни говорил Арес, недостатка в верующих девушка не испытывала, скорее наоборот. Она приняла новую мантию, богини Луны. И вместе с этим новое имя.

Селена.

Теперь она была сильнее, чем когда-либо. И каждый раз, открывая портал, Артемида не могла сдержать детского восторга от этого ощущения. Сила текла через нее, подчиняясь малейшему желанию, формируя реальность по ее воле.

Овал расширился, показывая знакомый пейзаж. Подземный Мир, но не мрачные залы Аида, а небольшая поляна, место, которое, она уже посещала множество раз. Артемида шагнула в портал, оставляя позади мраморные залы Нового Олимпа с их бесконечными спорами и протоколами. Впереди ждало то, ради чего стоило пережить все эти собрания.

Портал закрылся за ее спиной с мягким серебряным всполохом.

Поляна встретила Артемиду прохладой и запахом влажной земли, смешанным с ароматом ночных цветов, которые росли только здесь, в царстве теней. Высокие папоротники окружали пространство живой стеной, листья шелестели от невидимого ветра, а странные люминесцентные грибы кольцами росли вдоль поляны, излучая бледно-голубой свет. В центре поляны возвышался гигантский дуб, чей ствол был настолько массивным, что даже десять человек, взявшись за руки, едва смогли бы его обхватить. Ветви дерева уходили так высоко, что терялись в туманной дымке, весьма характерной для этой части Подземного мира.

Трава под ногами была мягкой, почти бархатной на ощупь, темно-изумрудного цвета с серебристыми прожилками. Там и тут виднелись примятые участки — следы многочисленных посетителей и паломников, которые то и дело приходили повидать своего героя. Артемида заметила, что у корней дуба кто-то оставил букет белых асфоделей, традиционных цветов для подношений мертвым, чуть дальше лежал потускневший от времени щит с гербом Дома Лекс, а на низкой ветке висел сделанный ребенком простой деревянный амулет.

Внезапно из-за массивного ствола раздался низкий, вибрирующий рык. Звук прокатился по поляне, заставив траву пригнуться к земле, а дерево неспокойно прошелестеть ветвями. Артемида же спокойно ждала, наблюдая, как из-за переплетения узловатых корней показалось массивное тело.

Первой вылезла голова — изящная, змеиная, с парой рогов, загибающихся назад, и яркими, словно пламя, янтарными глазами. Золотая чешуя мерцала и переливалась на солнце Подземного Мира, как будто каждая из чешуек была вылита из слитков благородного металла. Следом за головой появилось длинное, извивающееся тело, затем короткие лапы и хвост, пока наконец дракон полностью не выбрался наружу. Он казался больше, чем Артемида запомнила в прошлый раз, но богиня знала, что это просто иллюзия.

Рык стих, сменившись тихим шипением. Дракон склонил голову, изучая богиню немигающим взглядом, а затем его тело внезапно вспыхнуло и засветилось, одна чешуйка за другой. Сияние становилось все ярче и ярче, пока не затопило поляну, и Артемиде пришлось отступить на несколько шагов назад, прикрывая глаза. Она видела перевоплощение уже множество раз, и каждый неизменно вгонял ее в трепет. Это было поистине завораживающее зрелище.

Наконец свет погас. Артемида открыла глаза и невольно вздохнула, с трудом сдерживая подступающее к горлу разочарование. Магия исчезла, дракон пропал. На его месте стоял человек.

Рью Ватанабе вежливо поклонился, придерживая рукоять катаны на поясе. На нем был привычный строгий пиджак, безупречно черный, без единой складки, словно он только что достал его из стирки и погладил перед самым приходом богини.

— Госпожа Артемида. Рад вас видеть.

— Привет, Рью. — Она огляделась вокруг, с удивлением замечая все новые и новые следы прихожан, раньше ускользнувшие от ее внимания. — Вижу, у вас все так же людно.

Самурай проследил за ее взглядом и скупо кивнул.

— Всё так, госпожа. Каждый день кто-то приходит, иногда по нескольку раз. А те, для кого это действительно важно, навещают не меньше раза в неделю.

— У меня слишком много дел, Рью, — уловила в его словах упрек богиня. — Я приходила бы чаще, если бы могла. Но увы — не могу.

Самурай явно нахмурился, но возражать не стал. Его реакция слегка развеселила богиню. Безумно преданный Адриану при жизни, Рью винил себя в том, что не помог господину в храме Зевса, и все два года, пока Адриана не было, он не находил себе места. Наконец, к счастью Рью, его господин вернулся… только чтобы снова оставить его и всех остальных. С этим самурай уже смириться не мог. И так, один из немногих выживших в финальном сражении, Рью самолично спустился в Подземный Мир, чтобы охранять тело хозяина, как когда-то делал другой дракон с Золотым Руном. И потому, отринувший реальный мир, самурай не до конца мог понять, какие же проблемы и дела могли помешать жене господина его навестить.

Вот только дел и вправду хватало. С каждым разом ей становилось все труднее и труднее отыскать время в своем забитом расписании и… все труднее было встречаться с Рью. Подземный мир постепенно менял самурая, все больше отдаляя его от мира живых, так что даже речь Рью, обычно короткая и по-военному четкая, слегка прибавила в более подходящей мертвым грекам певучести.

— Сам-то ты как? — перевела тему богиня. — Не скучно тут одному? Делать-то нечего.

— Мне хватило приключений при жизни, госпожа. — В уголках губ мужчины появилась едва заметная улыбка. — Мой отец говорил, что для самурая нет лучшей участи, чем благородная смерть от клинка врага. Увы, как ни старался, я ее избежал. Но охранять господина и в жизни, и в смерти — не худшая судьба, с какой стороны не смотри. Я могу позволить себе отдохнуть.

Артемида вежливо улыбнулась и уже собиралась было оставить самурая самому себе и наконец сделать то, зачем она сюда, собственно, и пришла, как Рью внезапно добавил:

— К тому же я не один, госпожа. Семен и Тали меня навещают.

Артемида мысленно хлопнула себя по лбу, коря себя за забывчивость. Точно! Пару недель назад Тали окончательно перебралась в Подземный Мир к своему любимому русскому, и с тех пор парочка обосновалась на холмах Эллизиума в милом, хотя и слегка простоватом по меркам богини домике. Впрочем, каждому свое.

— И как они? — спросила она больше из вежливости, нежели реально интересуясь делами бывших соратников Адриана. Она никогда не была особо близка с чересчур резкой нерейдой, а Семена и вообще не знала. — Нравится им тут?

— Не то чтобы.

Ответ богиню удивил. Она удивленно взглянула на Рью, ожидая увидеть намеки на сарказм, но самурай был как обычно серьезен. Потому она решила уточнить.

— Да? И почему же?

— Господин Адриан давал Тали много… — Рью замялся, подбирая верное слово. — Креативной свободы. Поэтому более строгие порядки Подземного Мира и его… некоторая отсталость от современного мира действуют ей на нервы.

— Дай угадаю, она отправила Аиду письмо?

— Тридцать семь.

— Что?

— Тали отправила тридцать семь предложений господину Аиду, — ответил Рью с явным неодобрением в голосе. — И еще двадцать госпоже Персефоне. Об обустройстве сетевых башен, более удобных дорог из асфальта взамен каменных, санитарных нормах и…

— Погоди, погоди. И как же Аид это воспринял? — перебила Артемида мужчину. Разговор, завязавшийся случайно, пробуждал в ней все больший и больший интерес. — Разозлился, небось?

— Нет, госпожа. Хуже. Он направил ее к своей секретарше, Алекто. Той идеи понравились. Госпоже Персефоне тоже. — Внезапно Рью улыбнулся. — Через месяц мне обещали провести сюда кабельное.

Артемида рассмеялась.

— Ладно, Рью, я пойду уже. Он там? — спросила она, кивая в сторону дуба.

— Как и всегда, госпожа. Как и всегда. Прошу.

Рью отступил в сторону, пропуская богиню вперед, и деликатно отошел подальше. Артемида жест оценила и, благодарно склонив голову, стянула с себя кожаные сапожки и по траве, босиком, направилась к дубу, огибая его с запада легкой походкой. С другой стороны открывалось небольшое пространство, защищенное переплетением корней, словно беседка, а светящиеся грибы здесь росли гуще всего. Их голубоватый свет мерцал ярче, словно крошечные лампочки, создавая ощущение подводного грота.

И там, в этой уютной пещере из корней, под раскидистыми ветвями, прислонившись спиной к шероховатой коре, сидел Адриан. Он выглядел расслаблено, даже медитативно, и любой проходящий мимо мог легко подумать, что молодой мужчина просто устал и заснул. На его лице застыло выражение абсолютного покоя.

С прошлого раза черные волосы отросли еще сильней и сейчас падали на лицо, закрывая глаза. Артемида сделала мысленную зарубку на память: в следующий раз снова принести с собой ножницы. Кто-то вроде Рью слишком боготворил Адриана, чтобы позаботиться о таких банальных вещах, как гигиена. Хорошо хоть мужчине не нужна была пища — его поддерживал сам Подземный Мир — а то ее муж просто бы умер с голода.

— Ножницы и расческу, — пробормотала она, критически оглядывая мужчину.

Артемида подошла ближе, и как всегда ее взгляд зацепился за небольшую шкатулку из серебра и потемневшего дерева, которую Адриан держал на коленях. Ящик Пандоры. Древние символы на его поверхности едва заметно пульсировали, но сам ящик оставался без изменений. Увы.

Кроме шкатулки рядом с Адрианом на траве лежали и другие приношения. Простая деревянная чаша с остатками вина, охотничий нож с рукоятью из оленьего рога, маленькая вырезанная из дерева фигурка совы — символ Афины, хотя сама богиня ни разу не приходила. Для Адриана его сделала Мина.

Глаз богини зацепился за глянец журнала явно… эротического характера. Она покачала головой. Сюда, в святая святых, допускались только самые близкие друзья Адриана и его семья. Как сюда прокрался Гермес и почему оставил… такой подарок, девушка даже не смела представить. Перед глазами встал смеющийся бог: «А что? Будет что почитать, когда проснется».

Артемида опустилась на траву рядом с ним, аккуратно поправив складки хитона. Трава под ней, казалось, была теплой на ощупь, словно сам Подземный Мир стремился сделать пребывание принца как можно комфортнее. Она протянула руку, почти коснувшись его плеча, но остановилась. Боялась нарушить хрупкое равновесие, удерживающее Кроноса в заточении.

— Привет, — тихо сказала она. — Это я. Знаю, знаю, обещала прийти раньше, но Олимп… Сам понимаешь.

Она помолчала, наблюдая за игрой света на его лице. Казалось, он просто спит и вот-вот откроет глаза.

— У нас все такой же бардак, но постепенно все выправляется. Арес теперь даже лично проводит собрания. Представляешь? Арес и дипломатия. Он старается, правда старается, но ему явно неуютно в этой роли. Две недели назад чуть не вызвал на дуэль посла из Германии за косой взгляд в сторону Афродиты… Гермес еле успел вмешаться. А, ну еще он все так же пьет, хотя теперь уже меньше и только на приемах. Говорит, что пьяные дипломаты сговорчивее.

Она на секунду задумалась.

— Может, поэтому-то он и стал больше этих приемов устраивать…

Ветер зашелестел листьями над головой, хотя в этой части Подземного мира его быть никак не могло. Артемида подняла взгляд на переплетение ветвей, где между листьями мерцали странные огоньки — души светлячков, нашедших покой в кроне древнего дуба.

Артемида провела рукой по траве, чувствуя прохладу росы на пальцах.

— Я не сказала Аресу, но у меня были видения. Я засыпаю и вижу ливень, сплошной ливень. А потом наступает гроза. — Она рассмеялась. — Глупо, да? Бояться мертвеца. Но ты бы понял. Ты всегда понимал, что боги не умирают просто так. Они возвращаются. Всегда возвращаются. Ведь так?

Она взяла его руку, холодную, но не мертвую. В ней все еще теплилась жизнь, просто очень глубоко, очень далеко.

— Я…

Голос Артемиды дрогнул. Она сжала его руку крепче.

— Я скучаю, Адриан. Каждый день. Каждую минуту. Знаешь, я думала, после всего, что между нами было… после всех ссор, обид, недопониманий… я думала, будет легче. Что я смогу просто жить дальше. Но нет. Мне тебя не хватает, Адриан. Бездна, как мне тебя не хватает.

Она отвернулась, не в силах больше смотреть на его спокойное лицо. Слеза покатилась по ее щеке, но она быстро ее смахнула и вытерла лицо рукавом.

Артемида глубоко вдохнула, собираясь с силами. Хватит. Она богиня, а не плакса из человеческих романов. Она аккуратно положила его руку обратно на колени, поверх проклятого ящика, и поднялась на ноги. Трава под ней зашуршала, словно протестуя против ее ухода.

— Рью! — крикнула она громко, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я закончила! Можешь возвращаться.

Она отряхнула хитон от травы и листьев, все еще не оборачиваясь. Еще один взгляд, и она окончательно разревется, как в прошлый раз. А этого допустить нельзя. Где-то позади послышались торопливые шаги самурая.

И тут что-то коснулось ее запястья. Мягко, но настойчиво. Пальцы сомкнулись вокруг ее руки.

Артемида замерла. Сердце пропустило удар, потом забилось так быстро, что закружилась голова. Это невозможно. Это просто…

Она медленно повернулась.

Адриан смотрел на нее. Его глаза были открыты! Темные, уставшие, но они были открыты, а рука, державшая ее запястье, была теплой. Ящик Пандоры соскользнул с его колен на траву, символы на нем потухли окончательно.

— Ди… — его голос звучал хрипло, словно он не пользовался им целую вечность. — Ты… что… плачешь?

Позади раздался глухой удар. Рью упал на колени прямо в траву, не обращая внимания на то, что его дорогие брюки моментально промокли от росы. Самурай прижал ладонь к груди и склонил голову так низко, что его лоб почти касался земли.

— Господин… Вы вернулись…

Артемида не могла пошевелиться. Не могла дышать. Она смотрела в эти знакомые глаза и не верила. Полгода. Полгода она приходила сюда, разговаривала с пустой оболочкой, надеялась на чудо, которое, как она знала, никогда не случится. И вот…

— Ты идиот, — прошептала она, и слезы снова покатились по щекам. На этот раз она не стала их вытирать. — Невыносимый, упрямый идиот.

Адриан слабо улыбнулся. Его пальцы переплелись с ее пальцами.

— Я тоже рад тебя видеть, — прохрипел он. — И кстати… не надо… нести ножницы. Хочу снова… отрастить… косичку.

Артемида засмеялась сквозь слезы. Конечно, он все слышал. Она опустилась обратно на колени рядом с ним и обняла, прижимая к себе так крепко, словно боялась, что он снова исчезнет.

— Заткнись, — прошептала она ему в плечо. — Просто заткнись.

Светящиеся грибы вокруг них замерцали ярче, окрашивая мир в мягкий голубой свет. Древний дуб зашумел ветвями, приветствуя пробуждение своего гостя. А где-то далеко, в кабинете, полном дипломатов в одинаковых черных костюмах и с каменными выражениями на лицах, Аид первым почувствовал произошедшее изменение и громко расхохотался, жутко перепугав собравшихся в зале людей. Впрочем, бога это нисколько не огорчало. Сегодняшний день явно задался.

Принц Подземного мира вернулся домой.