Памир, покоритель холмов

Глава 23

К этому моменту мы как раз прошли городские стены и на площади увидели первых студентов. Их было немного — человек десять. Одни ходили по площади, другие сидели на скамейках, листая книги, третьи о чём-то тихо беседовали. При этом у каждого можно было заметить существенные отклонения во внешности, которые никак не спишешь на простые особенности.

Сразу бросались в глаза очень подтянутые и дёрганные парни, будто они одновременно были на жёсткой «сушке» для обретения рельефа и одновременно «сидели» на белке, кофеине и энергетиках. При этом выглядели они внушительно, худые, но мускулистые.

Прямо противоположные впечатления складывалось от группы из трёх массивных, можно даже сказать толстых парней и одной такой же девушки. Однако они не выглядели несчастными, наоборот, улыбались и весело переговаривались.

Ещё одна парочка, похоже во всех смыслах, казалась если и не больной анорексией, то предельно тощие. Они не шли по площади, пружиня с каждым шагом. И казалось, будто на мгновение зависают в воздухе. На секунду-другую.

И только в углу сидел угрюмый мужик лет сорока, с густой бородой. Если бы он время от времени не переворачивал страницы толстого тома, я бы сказал, что он спит сидя, или и вовсе превратился в статую. От этой мысли меня аж передёрнуло.

— Почему они… такие? — удивлённо и с некоторой неприязнью спросила Софья, которая, впрочем, с интересом уже смотрела на мускулистых парней.

— Это ученики первого года, — охотно пояснил Жиль Рене. — Их главная задача — обретение контроля над стихией в своём теле. И вам это тоже предстоит. Но не беспокойтесь, это лишь внешние и краткосрочные симптомы, которые после подготовки уходят, оставляя только положительные эффекты.

— Это какие же? — уточнила Софья. — Что в таком может быть хорошего? Ну кроме… кхм…

— Отличный вопрос, — лукаво усмехнулся преподаватель, поймав её заинтересованный взгляд. — Маги огня никогда не толстеют, сколько бы ни ели. Правда, у них большие проблемы с набором массы. Одарённые воздуха, после обретения полного контроля, могут становиться легче, независимо от веса. Но приятнее всего с нашими братьями и сёстрами. Ведь вода — это изначально наша стихия.

— Но они же толстые и противные… — поджав губы, пробурчала Софья.

— Милая моя девочка, — снисходительно рассмеялся Жиль Рене. — Вы, я и любой другой человек на восемьдесят процентов состоит из воды. Не только жир, но и мышцы, связки, мозг. Да и жир тоже может быть очень привлекателен… особенно у женщин.

Произнося это, он проводил оценивающим взглядом вышедшую на балкон синей башни девушку с очень впечатляющими формами. Пожалуй, даже у Милославы не было таких достоинств. А вот у Софьи такой вид вызвал лишь раздражение, вплоть до зубного скрежета.

— Увы, у девушек нашей стихии в первую очередь худеют как раз самые привлекательные части, — вздохнул грандмастер, от чего у Софьи дёрнулся глаз. — Но не волнуйтесь, кому-то и худые девушки очень нравятся, на каждую жемчужину найдётся свой ценитель.

— Да причём тут вообще это⁈ — уже на грани срыва воскликнула девушка.

— Пожалуй, действительно, оставим эту тему, — покосившись на меня, быстро сказал Жиль Рене. — Итак, о перспективах обучения мы поговорили, ступени магического развития обсудили. Думаю, пора приступать к зачислению. Сейчас я представлю вас кураторам ученических групп… Кристиан! Подойди-ка.

— Да, грандмастер? — подбежав к нам, отозвался тот дёрганный парень.

— Позови вашего старосту, — махнул Жиль Рене. Тот кивнул и убежал, а буквально через минуту вернулся с вполне нормально выглядящим мужчиной лет тридцати пяти. — Здравствуй Огаль. Знакомься, это твоя новая ученица, София Гаврасова.

— Княжна Гаврасова, — спокойно уточнил я.

— Кхм? Княжна? — поднял бровь грандмастер. — Ну, это дела не меняет.

— Верно. Я — Огаль Жижель, адепт стихии огня второй ступени, — представился атлетически сложенный мужчина с несколькими красными прядями в русой шевелюре. — Буду вашим наставником в первый год, пока вы осваиваете своё сродство.

— О-чень приятно, — слегка смутившись, сказала девушка, и мне оставалось только закатить глаза. Впрочем, пусть занимается чем хочет, лишь бы подальше от меня.

— Идите, заселяйтесь, обсуждайте расписание, а нам ещё о многом нужно поговорить, — махнул я, и девушка, возмущённая таким отношением, фыркнула и отошла в сторону. Огаль удивлённо выгнул бровь, но тоже задерживаться не стал.

— Ловко, но не стоит увлекаться, — усмехнулся Жиль Рене. — Идёмте, молодой человек, вам тоже нужно познакомиться с куратором.

— Увы, но меня вы так и не убедили, — остановил я старика, и он с удивлением обернулся.

— Как же так? Ну хотите, я перечислю обычные ступени развития водной стихии? Адепт — это Туман и Грязь, — произнёс наставник, создав на ладони серое облачко, а затем, под ногами лужу. — Даже освоив эти базовые заклятья, вы сумеете в корне поменять рисунок любого боя. Как ближнего, так и дальнего.

— Да, прикрыть туманом свои огневые позиции или превратить землю под сапогами противника в грязь.

— Именно! — обрадовался Жиль Рене. — И это только первый год-два. Дальше — интереснее! Волна или Струя, которыми можно и камень разрезать, и корабли переворачивать и топить. Водяной щит, спасающий от стрел, болтов и огненных заклинаний. Цунами!

— И всё это по большей части полезно во время морских сражений.

— Не скажите, — слегка покачав головой, парировал грандмастер. — Большая часть дервишей владеют стихией огня. Которую я так расхваливал вашей подруге. А Вселикославия — это страна многочисленных озёр, полноводных рек и бескрайних равнин. Никогда Османы не возьмут Царицын, пока мы здесь. Пусть они даже пригонят сюда всю свою орду, мы смоем её в Аральское море, погасим их заклятья и накормим их телами рыб.

— Очень впечатляюще, правда, я нескольких ступеней недосчитался, — заметил я, и наставник сдвинул брови. — К слову, сколько вы собираетесь стоять под Царицыным? Возможно, я смогу заниматься удалённо.

— Пф. И как вы себе это представляете, мальчик мой? — хмыкнул грандмастер. — Приходить, чтобы посидеть у фонтана с ядром стихии, а затем возвращаться на поверхность и заниматься своими повседневными делами?

— Именно так. Их за меня никто не сделает, — спокойно ответил я, пожав плечами. — К тому же меня не совсем устраивает пожизненная служба государству. Наверняка какие-то клятвы нужно будет приносить, возможно, лично царю. А я к этому отношусь крайне серьёзно.

— Вот как? Не хотите служить? Знаете, это же прямое признание государственной измены, — тут же нахмурился Жиль Рене. — Любой магик обязан…

— Я не говорил, что не собираюсь защищать Великославию. Тут мой дом, мои близкие. Но вот приносить клятву, а тем более служить кому-то официально, увы, не могу себе позволить. Поэтому предпочту заниматься факультативно. Можно сказать — экстерном. Если необходимо, готов даже оплачивать такое обучение.

— Первый раз вижу, чтобы добровольно отказывались от столь сладких перспектив, — с недоумением покачал головой грандмастер, скрестив руки на груди. — Где это видано, чтобы человек не хотел стать сильнее и могущественнее!

— Я очень хочу, но — без принесения вассальных клятв. Моя верность принадлежит не какому-то царю или заведению, а в первую очередь своим близким. Можно сказать, что государству, но не персонифицированному.

— Весьма необычно, — хмыкнул помощник магистра. — За всю жизнь ни с чем подобным не сталкивался, а я живу долго.

— К слову, вы ведь и в самом деле долгожитель, — чуть прищурившись, посмотрел я на него. — При этом явно не получаете пилюли долголетия. А ещё вы назвали всего шесть стандартных заклятий из девяти. Можно подумать, что остальные три напрямую связаны с излечением. Возможно…

— Тише, тише, не так громко, — перейдя на шёпот, остановил меня грандмастер. — Не знаю, откуда вы это взяли, но это полнейшая чушь.

— Конечно, — усмехнулся я, давая понять, что об этом думаю. — Конечно.

— Хм. Вы, безусловно, догадливый и уверенный в себе молодой человек, даже слишком, — проговорил Жиль Рене, по-новому меня разглядывая. — Но, увы, у нас есть стандарты, по которым проходит обучение. Если вы не готовы служить Великославии, то вряд ли вам позволят тут учиться, как бы талантливы вы ни были.

— Даже если я в самом деле могу достигнуть ранга грандмастера, или даже магистра? А если сумею освоить не одну, а две стихии?

— О, этот юношеский максимализм, как иногда хочется его почувствовать вновь. — с улыбкой вздохнул преподаватель. — Помнится, я и сам мечтал о подобном. Лет двести назад. «Вот освою до конца силу воды, закреплю её и стану изучать воздух…» Увы, мечтам суждено остаться мечтами. Мы живём в суровой реальности.

— Хотите сказать, никто не в состоянии освоить две стихии?

— Ну почему же? Рождаются уникумы, обычно от родителей с разными аспектами, — скептически проговорил Жиль Рене. — Вот только на каждого выжившего младенца с таким набором приходится тысяча умерших в утробе матери или ставших мутантами. В простонародье — «изуверами». Учитывая, как редко вообще появляются маги, можете представить шанс появления такого двуединого. Увы, это даже не один на сто тысяч, а один на сотню миллионов…

— И что же будет с вашей школой, если ей вдруг удастся воспитать такого уникального магика? Она прославится?

— Безусловно! Станет известна во всём мире! А уж если он доберётся до сродства стихий. О таких личностях ходят легенды! Они создают собственные государства, начинают и заканчивают войны, становятся героями! — наставительно произнёс синебородый. — Папа римский, Нострадамус, Сулейман, Вахамеди! Их имена гремят словно приближающийся шторм. Жаль только за прошедшие сто лет ни одного нового мага с двойной стихией не появлялось.

— В таком случае у меня есть чем вас заинтересовать. Но я не готов заниматься на общих основаниях и просто так тратить своё время.

— И что же вы можете нам предложить «этакого»? — насмешливо поднял бровь Жиль Рене.

— Пусть в этом и нет особого секрета, да и Софья разболтает гарантированно, но давайте продолжим в каком-нибудь более укромном месте, — попросил я, и гранд-матер, явно заинтригованный, повёл меня в башню воды, где мы зашли в небольшое учебное помещение. Убедившись, что никто за нами не подглядывает, я активировал каменную кожу.

— Что⁈ — ошалело проговорил преподаватель. — Этого не может быть! Артефакт работал правильно, я могу в этом поклясться! Нет-нет-нет… это какая-то глупая шутка. Могу я проверить?

— Конечно, — я выставил руку вперёд. Грандмастер быстро её пощупал, пытаясь продавить, а затем ударил водяным лезвием, которое сформировалось прямо в воздухе так быстро, так что я не успел среагировать. Несколько слоёв каменной кожи осыпалось на пол, но в целом она выдержала.

— Нет. Это бред. Не может такого быть. Разве что я ошибся. Или проверяющий шар сломан? — бормоча себе под нос, продолжал смотреть на меня преподаватель. — Просто нелогично. Земля, у нас здесь? Да ещё и на таком уровне… Нет. Так, молодой человек, оставайтесь на месте, я скоро вернусь.

— Сегодня я никуда не тороплюсь, — легко согласился я, присаживаясь на ближайшую парту.

Необычайно оживлённый Жиль Рене выскочил в коридор, хлопнув дверью, и убежал куда-то по лестнице. Я же остался в пустом классе. Надо сказать, помещение было очень характерным, и без слов говорящем как о положении в школе, так и в стране в целом: шестнадцать парт, и не парных, а одиночных, рассчитанных на взрослых людей. Книжный шкаф без дверец, с крохотным набором учебников и справочников. Письменные принадлежности, лежащие прямо в стаканах на партах.

Вывод можно было сделать лишь один: во всей школе очень мало учеников. Но об этом грандмастер и говорил — сто двадцать человек всех стихий и ступеней обучения. Делим на два, потом на четыре, получается по четырнадцать-шестнадцать учеников на весь год. Учитывая размеры Китежа, я бы сказал, что он легко вместит и тысячу, и полторы. Так что тут было пустынно.

Я подошёл к шкафу и начал изучать книги. Ничего особенного, почти всё то же самое я уже видел, когда моим наставником был Нострадамус. Общая теория стихий, расслоение миров и планов, магические аспекты и нарушение законов физики. Правда, на полках лежали лишь учебники по стихии воды для первого года.

— … прежде чем что-то утверждать, мы должны провести тщательную проверку, — послышался голос из коридора и быстрые приближающиеся шаги. — С подобным нельзя шутить, это неприемлемо.

— А если всё окажется правдой, а не сбоем? Вы ведь понимаете, какие это шикарные перспективы? Какой потенциал⁈ — горячо отвечал ему Рене, а через мгновение дверь распахнулась, и в комнату вошли трое. — Прошу сюда. Молодой человек, познакомьтесь это…

— Чёрные волосы, серая кожа, возможно, метис, — с хрипотцой в голосе перебил самый широкоплечий из вошедших, невысокий мужчина с густой кудрявой чёрной шевелюрой и окладистой короткой бородой. — На арабов не похож, но это не значит, что они не могли его послать. Пустынники способны и не на такое.

— Думаю, этому юноше таки нужно дать шанс, — возразил ему другой кучерявый, но совершенно седой, если не считать синих прядей, мужчина. — Не волнуйтесь, мальчик мой, я Моисей Иоанович Китеж, один из основателей города и магистр стихии воды.

— Польщён, что привлёк такое внимание. Думал, обойдёмся менее представительным уровнем.

— Не верю… — проговорил богатырь. — Не бывает.

— Илья Добрыневич, не стоит вам так наседать, прежде чем всё выясним, — мягко прервал его магистр воды и повернулся ко мне. — Прошу прощения за проверку, но не могли бы вы положить руку на наши сферы.

— Если бы такое предложила девушка, я бы точно подумал на что-то пошлое, — хмыкнул я, но от проверки не отказался.

— Камень, — с мрачным удовлетворением констатировал богатырь, когда в центре кристалла появилась быстро разрастающаяся чёрная область. — Неплохой уровень, я бы сказал выше среднего. Может даже… А потенциал неплох, всё расширяется… Да нет, почему она не останавливается?

— А вам говорили! А вот и вода, — кивнул магистр, когда посреди черноты проступила синяя лужица.

— Нужно сделать изолированные тесты, — не сдавался Илья.

— Таки да, — улыбнулся Моисей Иоанович, положил свою руку рядом с моей, и вода исчезла из кристалла. — Ваша очередь.

— Попробуем, — кивнул богатырь, и его лапища едва поместилась с другой стороны. Чёрная область начала медленно отступать, сузилась до середины сферы, но застопорилась, то чуть уменьшаясь, то вновь вырастая.

— В чём дело, Илья Добрыневич? — с лёгкой ехидцей поинтересовался магистр. — Разучились делать фазовую изоляцию стихии?

— Нет, — ещё более охрипшим басом произнёс богатырь, и сфера стала светлее. Чуть-чуть. — Да как это возможно⁈ У него что, потенциал больше моего?

— Простите? — ошалело посмотрел на него Жиль Рене. — Больше, чем у вас?

— Не шутите так, дорогой друг и коллега. Если устали или отвыкли — просто скажите, — куда серьёзней воспринял информацию магистр, но бородач лишь поджал губы и покачал головой. — Значит, вы серьёзно. Молодой человек, кто вы такой?

— Это имеет значение? — быстро перебирая варианты, спросил я. Ситуация из благоприятной резко стала опасной и непредсказуемой. Я уже убедился, что одним заклятьем грандмастер может рассечь мою защиту, а ведь он был не самым сильным из тройки. Вместе они меня закопают, сотрут в пыль. — Меня называют Фёдором Ивановичем, я защитник княгини Гаврасовой, из рода Феодоро-Крымских. Но главное — вам я не враг.

— Это очень похвально, но очевидно. Вы либо союзник, либо полный идиот. Иначе вы не рискнули бы появиться в нашем городе. А на идиота вы, несмотря на вызывающее поведение, не похожи, — спокойно проговорил магистр. — Поэтому я спрошу ещё раз. Кто вы такой?