Признанный автор: второе пришествие

Глава 20. "С вещами на выход"

— Ну и чем, чем в итоге всё закончилось? — Гарри увлеченно расспрашивал подругу о произошедшем вчера после Святочного бала.

— Ну, профессор Макгонагалл вчера рвала и метала, сняла с факультета полсотни баллов и назначила мне две недели отработок. На утро мадам Помфри вызвала директора, потому что с Патил не сходила змеиная кожа. Ну а ещё бы она сошла, это все-таки не обычный сглаз — я его нашла в старинных проклятиях, в одной из книг, что ты мне приносил в прошлом году. Парвати сначала хотели отправить в больницу святого Мунго, но директор позвал профессора Аманду и попросил сделать какое-то зелье. Пока они её ждали, он осмотрел Лаванду и меня, да и сказал, что мы в общем то в порядке и можем уже идти в гостиную. Но попросил одного из домовиков проводить нас, чтобы мы не вернулись в Больничное крыло не дойдя до своих комнат, ну а чтобы избежать дальнейшего кровопролития, в башне Лаванде с Парвати выделили отдельную комнату. Видимо думают, что я там до них не доберусь — фыркнула девочка, подправляя ноготки пилкой.

— Да уж… — протянул мальчик, с опаской глядя на Гермиону. — И как, уже знаешь какие отработки назначат?

— Да без разницы, как я им и сказала — я ни о чем не жалею. Пусть хоть отправят с Филчем саженцы в запретном лесу высаживать. Сейчас вернусь, возьму сумку и можем идти на завтрак — Подруга встала с дивана и плавной походкой удалилась в сторону спален девочек.

— Напоминай мне почаще никогда больше её не злить. — Прошептал Рон, провожая взглядом Гермиону.

Как только девочка спустилась по лестнице, оба её друга одновременно поднялись с дивана и последовали за ней.

— Гермиона, хочешь я понесу твою сумку? — покорно предложил Рон, следуя за подругой слегка сгорбившись.

— Нет, она легкая.

— Да, да… конечно, как скажешь… — Сразу же сдался парень, склонив голову ещё сильнее и отступая чуть назад, чтобы идти у девочки за спиной.

Гарри в удивлении посмотрел на друга и вопросительно приподнял бровь, кивая на Гермиону. Рон в ответ только покрутил пальцем у виска, показал этим же пальцем на девочку, а потом перевел его на себя и продемонстрировал, как ему перерезают горло. Поттер понимающе кивнул.

— Вы кстати не рассказали! — копна каштановых волос резко развернулась на сто восемьдесят градусов, пролетев перед носами у ребят, и сменилась лицом их подруги. — Как у вас то вчера прошел вечер? А то я потеряла вас обоих в Большом зале, думала, что вы уже ушли. Но когда вернулась сюда, в гостиной уже был Невилл и он сказал, что вы ещё не приходили. Так где вы были?

— Ну…

— Эээм…

— Понимаешь…

— Там…

— Я…

— Да…

Начали по очереди вещать что-то невразумительное оба парня.

— Да? — требовательно приподняла бровь девочка.

— Мне показывали карету Шармбатона! — выпалил Рон под требовательным взглядом карих глаз. — Когда танцы подошли к концу и Макгонагалл начала разгонять всех по общежитиям, я предложил Флёр проводить её до их комнат. Ну, она отказалась, сказала, что ещё не собирается идти спать… Ну и тогда мы проскользнули мимо дежурных учителей и вышли погулять вдоль озера. А там и хижина Хагрида рядом, где карета стоит. Оказывается, кстати, их пегасов расположили в стойле с Инцитатом, мы когда проходили мимо — он выглядел жутко довольным. Я сперва задался вопросом почему, но Флёр мне подсказала, что оказывается все пегасы, которые тянули их карету — девочки. То-то Инцитату повезло, скажите же, да? — На лицах Гарри с Роном растянулись довольные туповатые улыбки, которые мигом сошли когда они перевели взгляд на нахмурившуюся Гермиону. — А, ну да, так вот… И потом я стал расспрашивать её про карету, мол, удобно ли так добираться. Рассказал как мы с Гарри два года назад летели в Хогвартс на папином фордике, его же жутко трясло — вон, Гарри не даст соврать. Ну а Флёр ответила, что в карете установлены какие-то стабилизаторы, и поэтому её, к большому сожалению, совершенно не трясет. Ну а когда я спросил? почему к сожалению-то? Это же хорошо, что не трясет… Так же комфортнее. Ну а она предложила мне посмотреть на карету изнутри. Ну, мы туда зашли, но она мне показалась какой-то тесной и вообще некомфортной. И как только они такой большой делегацией прилетели, когда там и вдвоем то еле уместишься, что Флёр было некуда подвинуться. Ну и меня как-то начало клонить в сон и я ушел.

Гарри внимательно посмотрел на друга… Нет, конечно у него бывали помутнения, когда он начинал сомневаться в умственных способностях своего рыжего собрата, но чтобы до такой степени…

Из размышлений Поттера вырвал окрик — Гарри! Зову-зову тебя, а ты не слышишь. — Гарри поднял взгляд на окликнувшую его девочку. — Говорю, а ты что делал?

— Да ничего, всё то же самое…

— То же самое? — девочка сощурилась. — Тоже решил сходить на экскурсию по карете Шармбатона?

— Нет-нет! — Гарри замахал руками у нее перед глазами. — Я имел в виду, что мы с Дафной тоже пошли пройтись, сначала поднялись на Астрономическую башню, но там уже были Диггори с этой… Ну в общем, с ловцом Когтеврана, не помню как её, и мы ушли. Дошли до теплиц и погуляли немного там, а потом просто сидели и общались во внутреннем дворе… Я, кстати, пока мы сидели во дворике видел Малфоя, он куда-то быстро шел, причем один. Он вчера вообще был на балу? — попытался мальчик перевести щепетильную тему, заставляя друзей задуматься.

— Кажется был, он вроде танцевал с Паркинсон…

— Был-был. — раздался сзади голос Джинни, которая, очевидно, подслушивала разговор. — Паркинсон ещё влепила ему пощечину после третьего танца, и он весь красный ушел и сел за стол. Зрелище было что надо!

— А что, ты думаешь, что Малфой что-то задумал? — Рон подобрался, слегка расправив плечи.

— Не знаю, он в последнее время не особо нам докучал. Да и что он сейчас может задумать? Его отец в тюрьме. А Сириус мне рассказывал, что сам он с матерью живет сейчас у тётки, которая после долгих уговоров согласилась их приютить.

— У какой ещё тетки? — в один голос спросили Рон с Гермионой.

— А, ну да… Вы же не знаете. В общем, мать Малфоя оказывается родственница Сириуса, и у нее есть ещё две сестры. Одна — сидит в Азкабане, а вторая — мать профессора Тонкс.

Над всей компанией нависла густая, гнетущая тишина, которую прервал Рон. — Надеюсь, они гостят у той, которая сидит в Азкабане?

Все трое звонко рассмеялись, продолжая свой путь на завтрак.

* * *

За столами преподавателей на завтраке сегодня было не слишком оживленно, многие места пустовали. Например, так и не пришли ни Хагрид, ни Флитвик, ни Слизнорт. От того Аманда Палмер сидела практически в одиночестве по правую сторону от пустующего директорского трона и с хитрой ухмылкой осматривала завтракающих детей, попивая чай. На другой стороне стола мадам Помфри, активно жестикулируя что-то рассказывала профессору Стебель, а Макгонагалл, сидящая подле них одобрительно кивала. Тут, все три женщины посмотрели на Гермиону, разговор на мгновение прервался. Девочка уверенно выдержала взгляды старших, после чего те отвернулись и продолжили разговор.

— Что-то директора сегодня нет. — протянул Рон, накладывая в тарелку молочные сосиски и поливая их томатной пастой. — Видимо, Гермиона, умаяла ты старика. Сначала затанцевала его, а потом ещё подняла рано поутру лечить Патил…

Сидящая через несколько мест индианка, услышавшая краем уха этот разговор, подавилась яичницей и с презрением посмотрела в сторону троицы.

— Да нет, думаю, что профессор уже уехал… — сказал Гарри, выискивая одновременно за столом Слизерина знакомую копну черных волос и улыбнувшись, сразу после её обнаружения.

— Уехал? Куда это? — Гермиона с интересом проследила за взглядом Гарри. — Я от него вчера не слышала ничего такого…

— Ну, он меня вызывал вчера к себе… Черт, он же вчера мне такое рассказал…! — Поттер сошел с лица, лоб его нахмурился а глаза заблестели. — В общем… Разговор не для Большого зала. Сейчас скажу только, что Дамблдор уехал как минимум до конца каникул, но может и задержаться. Он отправился в Швейцарию, на собрание Международной конфедерации магов…

Сразу после завтрака Гарри, Рон и Гермиона выбрались из замка и отправились в сторону хижины Хагрида, пробираясь через снежные сугробы и спотыкаясь о скрывающиеся под снегом камни.

— Ну, вот как-то так… — Закончил свой рассказ Гарри, поправляя сбившуюся у него на голове шапку.

— Абалдеть, Гарри! Целое пророчество! Отец рассказывал мне о таком. Он говорил, что в Министерстве есть целый зал со всякими пророчествами. Да только туда кого попало не пускают, а у тебя, значит, есть этот шарик, да? Как у нас на прорицаниях?

— Да, всё так. Но… Вчера я, понятное дело, смотреть его не стал. Мне если честно как-то… Боязно. — нехотя признался мальчик, останавливаясь на месте и поправляя запотевшие очки. — Ведь что, если это пророчество сбудется только если я его узнаю? Ведь не знай я о чем пророчество, то исполнилось бы оно? Или оно наоборот исполнится только если я не узнаю его содержания?

— Гарри, я уже говорила. — начала Гермиона своим нравоучительным тоном. — Прорицания — это очень неоднозначный, туманный предмет. Не нужно ломать голову над тем, что будет если ты узнаешь или не узнаешь о содержании пророчества. Может быть, что от этого и вовсе ничего не зависит. А если ты узнаешь о чем оно — то сможешь иметь его в виду.

— Дело в том, что директор мне и так сказал о чем оно, я просто… Просто не знаю его дословно.

— Тогда точно стоит его услышать! — Девочка подошла к парню и положила руку на плечо. — Тем более, тебе отдал его сам Дамблдор, а он ничего не делает просто так. Ты должен услышать его. А мы сделаем всё, чтобы помочь тебе. А ещё, тебе стоит написать об этом Сириусу. Может быть он тоже что-то об этом знает?

Гарри печально кивнул.

Вскоре ребята уже подходили к хижине Хагрида, в окнах которой отражался свет языков пламене, пляшущих в камине. Из косо собранного дымохода ввысь медленно поднимался белый дым. Слева от них раздалось протяжное ржение и троица перевела взгляд на засыпанное снегом стойло, некогда принадлежащее одному только Инцитату, а ныне ставшее приютом и для других постояльцев, а вернее постоялиц.

Инцитат мотнул гривой и словно подзывая к себе гостей заводил длинной толстой шеей из стороны в сторону, поднимая над туловищем огромные белые крылья.

— Может он голодный? — уточнил Рон, замерев на месте и разглядывая знакомое существо.

— Меня всё не покидают мысли о том, что мы тогда нашли в книге. Ну, про отношения пегасов и волшебников. Профессор Локонс ведь, ну… не знаю… Вроде как погиб опять, нет? — Гарри поочередно посмотрел на друзей. — А Инцитат вот он… Можно сказать, наслаждается обществом…

— Ну да, вид у него здоровый. Не считая того, что крылья затекли… — Гермиона подошла к стойлу и протянула руку к морде крылатого коня, который подался девочке на встречу, давая себя погладить. — Может его это, выпустить полетать? А то ведь Хагрид о нем так печется, редко выпускает. Мне кажется, он мне сейчас пожаловался, что ему тесно. — Грейнджер осмотревшись по сторонам в поисках свидетелей открыла воротце и пробралась в стойло под неодобрительными взглядами Поттера и Уизли.

— Гермиона, что с тобой произошло? — Гарри тоже подошел к стойлу и начал наблюдать за подругой, которая путаясь в кожаных ремешках пыталась разобраться как работает седло. Она подошла к Инцитату под недоумевающими взглядами собравшихся в кучу в углу пегасих и, подпрыгивая на месте, попыталась перекинуть седло ему через спину. Выходило у нее скверно, Инцитат был слишком высоким. Однако поняв, чего добивается его благодетельница, он радостно заржал и опустился вниз, ложась в сено и позволяя закинуть на себя седло.

— Ура, хорший мальчик, молодец Инцитат! — радостно завизжала девочка, когда ей наконец удалось нацепить седло ему на спину. — А теперь поднимайся, только медленно, не сбрось с себя седло, а то придется все начинать с самого начала. — Вкрадчиво объясняла девочка коню с крыльями. Инцитат послушно выполнял все команды. Как только Гермионе удалось с десятой попытки правильно вдеть все ремешки, они сами собой затянулись и зафиксировались на металлические заклепки.

Выведя пегаса из стойла, девочка поплотнее закуталась в плащ и демонстрируя чудеса акробатики попыталась поставить ногу в висящее на уровне её груди стремя. Нога запуталась и девочка чуть не упала, с трудом сохранив равновесие. — Вы чего стоите! — Наконец обратилась она к друзьям. — Помогите давайте, посадите меня в седло.

— А ты это… Помнишь, как он летает то? Уверена, что вообще этого хочешь? Ты же вроде как не особо любишь полеты… — с сомнением увещевал девочку Гарри, поправляя волосы. Рон же молчал, с одной стороны он не хотел перечить подруге, которая в свете последних событий видимо вознамерилась стать валькирией, а с другой — был полностью согласен с другом. Инцитат хоть и добрый, но летает он не очень безопасно.

— Помогите мне! — не сдавалась девочка, сдувая с лица выбившиеся пряди каштановых волос. Инцитат терпеливо дожидался свою всадницу.

Наконец уступив упрямой подруге, мальчики подошли к ней и кое как управились подсадить в седло. Отдышавшись, Гермиона пристегнулась специальным приспособлением, ремешок которого тут же защёлкнулся. Ещё пара ремней обхватила её бедра, фиксируя посадку в седле.

— Благослови тебя Мерлин. — протянул Рон, отходя от предвкушающего полет пегаса, который повинуясь легкому натяжению поводей сделал несколько скачков и взмыл в небо, постепенно набирая высоту под громкий крик и смех Гермионы.

Гарри опустил взгляд на то место, где снег был притоптан множеством следов Инцитата и скакавшей на этом месте подруги. Там что-то блеснуло.

— Рон, смотри. Там что то есть… Блестит.

Рыжеволосый парень сощурился. — Надеюсь, это не один из отвалившихся ремешков… — Ребята с опаской посмотрели в небо на проносящийся над озером силуэт пегаса со всадницей…

* * *

На большом деревянном столе стоял огромный глиняный чайник, несколько чашек и целое блюдо с кексами, об которые можно сломать зубы. Гарри с Роном уже наперебой рассказывали улыбающемуся Хагриду о том, как прошел бал, а он хвалил их за отличные танцы и за храбрость, что оба пригласили на бал «таких девиц». До этого лесник с энтузиазмом воспринял новость о том, что Гермиона полетела кататься на пегасе. Он прокомментировал это скупым, но эмоциональным комментарием: «Во даёт», после чего предложил просто подождать её за разговором.

— Кстати, Хагрид! Про пегаса. Ты не замечал за ним ничего такого… Чтобы он как-то грустил там, хандрил, отказывался от пищи? — Гарри решил издалека разведать состояние Инцитата. Не хотелось бы, чтобы он совершил суицид пока на нем катается Гермиона.

— Хто, Инцитат? Отказывался от пищи? — лесник заржал во всю мощь своих полувеликанских легких. — Экаю невидаль ты придумал, Гарри. Ну фантазёр. И про грустил тоже, ну вы ребята даете. Вы вот скажите мне, грустили б вы, если б вас поселили с шестью молодыми, статными, породистыми пегасих… девушками? То-то. — парни залились краской от необычно смачного комментария их старшего товарища.

— Эй! Кто ни будь! Помогите! — раздался с улицы крик Гермионы. Забыв про теплые мантии Гарри с Роном и Хагрид скопом вывалили за порог хижины. Верхом на счастливом Инцитате сидела растрепанная Гермиона с глазами по галеону. Её волосы, покрытые инеем, застыли в причудливой, но крайне аэродинамичной форме, а ресницы были полностью облеплены снегом. — Снимите меня отсюда, пожалуйста…

* * *

— Ну что, как прокатилась? — Ребята вели красную, отогревшуюся у камина Гермиону в сторону замка.

— Отлично. — пробухтела Гермиона, прижимая варежки к щекам и растирая их. — Несколько раз я думала, что вот он — конец. Но нет.

— Зачем ты вообще на него полезла?

— Захотела и полезла. — пробормотала девочка, неуверенно пожимая плечами, но решила все-таки ответить. — Я подумала, может быть у меня получится… Ну… привязать Инцитата к себе, чтобы он не того… — она тяжело вздохнула и продолжила. — Но теперь мне почему-то кажется, что он вне опасности. Выглядел он вполне здоровым.

— Хагрид нам сказал то же самое. — Подтвердил Гарри, активно кивая головой. — Он сказал, что Инцитат чувствует себя превосходно, и вообще… ну в общем, все у него отлично. На самом деле меня теперь немного беспокоит другое. — Гарри протянул Гермионе маленькую блестящую вещицу. — Мы нашли его в снегу после того, как ты взлетела. Видимо он выпал из седельной сумки… Но вот только…

— Вот только открыть седельную сумку пегаса никто не смог, кто бы ни пытался… Помните же, Хагрид рассказывал, что приходили даже невыразимцы из Министерства, всё было тщетно и её оставили в покое. Хотели забрать к себе в Отдел тайн, но Дамблдор не позволил. — Девочка с удивлением приняла от ребят маленький серебряный медальончик в форме ключика.

— А что, если ключик выпал потому, что кто-то из нас дотронулся до сумки? — Предположил Гарри, по очереди глядя на друзей. — Что, если Локонс оставил нам там какое-то послание?

— Мы должны всё выяснить, нельзя медлить.

— Я достану мантию. — кивнул Гарри, соглашаясь с умозаключением девочки. — Этой ночью мы проберемся в стойло и заберем сумку!

Рон только тяжело вздохнул.

* * *

— Барахло, барахло, барахло! — причитал Рон, выкидывая из седельной сумки Златопуста Локонса всё больше и больше вещей под усталыми взглядами Гарри с Гермионой. Они третий день запираются в старом классе Защиты от темных искусств, который больше не используется из соображений безопасности, и пытаются дойти до дна этого волшебного нечто. Класс уже давным-давно превратился в склад, но самым ужасающим было то, что в этой сумке были ещё сумки, и тоже с расширенным пространством. За них они ещё даже не взялись. С каждым часом, проведенным за этим занятием они всё больше убеждались в том, что не ищут послание, оставленное им бывшим преподавателем, а просто роются в его вещах, к которым по чистой случайности получили доступ.

— Может быть мы зря всё это делаем? Потом ведь придется все обратно запихивать. — Спросил Гарри у сидящей рядом с ним на парте девочки, сжимающей в руках разукрашенный голубой камзол. В воспоминаниях Гарри невольно всплыл момент, как в похожей ситуации он в прошлом году тоже поймал голубой предмет гардероба Гермионы. Помотав головой он попытался отвести это наваждение, но удавалось с трудом.

— Нашел! Я нашел! — наконец заорал Рон, заставляя Гарри с Гермионой вскочить с мест и помчаться к другу. — Еду нашел. — Наконец продемонстрировал им Рон большую сумку, доверху забитую банками тушенки, соленьями, колбасами, овощами, фруктами и сладостями. — Теперь то дело пойдет легче. — Заметил парень, закидывая в рот шоколадную лягушку и доставая из сумки большую бутылку с красивой этикеткой «Petrus» — А вот этим уже можно заинтересовать близнецов, у них есть отлично налаженный рынок сбыта подобных предметов. — Со знанием дела заметил рыжий, не глядя на удаляющихся обратно к парте Гарри с Гермионой.

* * *

На изучение содержимого сумки Локонса дети потратили все каникулы, но не нашли ни намека на какое бы то ни было скрытое или открытое послание. Собственно говоря — там было практически всё кроме него. Черновики некоторых книг Златопуста, за которые тут же засела Гермиона, целая сумка с продовольствием, с наложенным на нее мощнейшим стазисом, несколько сумок с одеждой и личными вещами, косметика, лекарства, внушительная библиотека самых разных книг, которые также мгновенно перешли во владение Гермионы, целых две зачарованных палатки, вроде той, в которой они жили в ожидании начала чемпионата мира по квиддичу, несколько сумок с кормом для Инцитата, наборы инструментов, большой комплект котлов, пробирок и ингредиентов для зельеварения, сказочная коллекция самых разных артефактов понятного и непонятного назначения, огромная гора галеонов и любовно обёрнутый в шёлковую ткань кулёк с подписью "сделано в Мьянме", который страшно вонял и был немедленно выброшен Роном в приоткрытое окно.

— Сразу видно, что профессор вдумчиво подходил к своим путешествиям… — Уже который раз за эту неделю протянул Гарри, всё ещё находящийся под впечатлением от увиденного.

— Главное не трогайте сумку с артефактами. — прошептала Гермиона сидящая в кресле напротив, поджав под себя колени и читая кипу исписанных прытко пишущим пером бумаг. Неожиданно Гермиона засмеялась, обращая на себя излишнее внимание других студентов.

— Что там?

— Тут перо записало целый диалог Локонса с хозяйкой какого-то уэльского трактира в 1993 году. Узнав его, она сватала ему свою пятидесятилетнюю племянницу, а он предлагал свести эту племянницу с «перспективным, молодым зельеваром без особых недостатков, но с единственным минусом — он сидит в Азкабане» — процитировала рукопись Гермиона своим друзьям. — Думаю, не трудно догадаться кого именно профессор имел в виду…

Все трое громко расхохотались.

* * *

Зимний Азкабан — был истинной пыткой для любого томящегося здесь заключенного. Холодные влажные камеры, покрывающиеся время от времени коркой льда от дыхания дементоров даже в летние дни, являли собой в зимние дни иллюстрацию к слову «бесчеловечно».

Как правило, заключенные сходили с ума именно первой зимой, но для томящегося в одной из камер верхних ярусов Северуса Снейпа эта зима была уже не первой. Преданный всеми, покинутый, он доживал остатки своих дней в черных стенах этой демонической цитадели под пожирающими взглядами тварей в черных балахонах. Известное дело, что в близи этих существ все хорошие воспоминания отходят на второй план. У Северуса их и так было не много, а сейчас и вовсе практически не осталось. Лишь мелькающее время от времени в его памяти лицо возлюбленной Лили возвращало его в чувства, тут же сменяясь картиной распластанной на полу девушки с разметавшимися по полу рыжими волосами, вновь погружая Снейпа всё глубже в пучины отчаянья.

— Это он… Это он… Это он во всём виноват. Он обещал, обещал, обещал. — доносились из его камеры невнятные всхлипы и крики. — Он обещал защитить её.

Именно во время одного из таких монологов к камере приблизился человек в шаркающих по каменному полу Азкабана черных лакированных ботинках. Одетый в строгий черный костюмчик, слегка выпирающий в области живота, он медленно подошел к камере заключенного и склонившись к отверстию, через которое дементоры время от времени закидывали заключенному еду, вопросил…

— Кхм… Мистер Снейп. А Вы часом не заинтересованы в помиловании?

Худая шея зельевара дернулась, поворачивая заросшую длинными, скатавшимися патлами голову в сторону посетителя. В черных глазах отразилась фигура говорившего человека.

Корнелиус Фадж, Министр магии Великобритании, заискивающе улыбался.