Признанный автор: второе пришествие

Глава 25. "Темные времена"

— Ну и какого, блять, ебаного хуя? — эхом разнеслось по долине, отталкиваясь от переливающейся глади Черного озера и серых скалистых склонов.

На самом верху одной из уцелевших площадок полуразрушенной башни, возвышающейся над руинами, некогда гордо именуемыми школой чародейства и волшебства Хогвартс, стоял, озираясь по сторонам, знаменитый писатель, восставший из мертвых, сам Златопуст Локонс собственной персоной.

Виднеющиеся вдали кроны деревьев Запретного леса строго контрастировали с напрочь выгоревшей опушкой, которая уже поросла бурьяном и травами, и расположившимися на ней черными, обугленными стволами деревьев. Огромные каменные глыбы, валяющиеся по всей округе ещё не заросли мхом, но он постепенно уже начал заявлять права на новые объекты ландшафта. Руины длинного каменного моста хранила низина и протекающая по ней река, оставив на своих местах лишь каменные столбы, некогда служившие опорой монументальному сооружению. На обломках одной из башен, рухнувших прямиком в прибрежные воды Черного озера удобно расположилась троица загорающих русалок, опустивших хвосты в воду, по пояс высунувшись наружу. Это был отменный летний денек, солнышко ласкало тела юных пресноводных дам и искаженное в недоумении лицо самого признанного из всех признанных авторов магической Британии.

— Добби! — Писатель выждал пару секунд, а потом снова несколько раз позвал ближайшего сподвижника. От шока, имена остальных "сопартийцев" как назло вылетели из головы. Домовик на вызов не явился, погружая Златопуста в весьма меланхоличное настроение. Но он разберётся... Он со всем этим безобразием непременно разберётся.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув побольше воздуха, Златопуст выдвинулся к лестнице, у подножия которой некогда обитала каменная гаргулья, хранящая покой директора школы. Ныне же проход был совершенно свободен. Осторожно спустившись по каменным ступеням Локонс осмотрел хлипкую конструкцию из камней, некогда являющуюся коридором. Для него, как для большого знатока всех средств защиты этого древнего замка, тем более, что большинство из них он усовершенствовал лично, было совершенно очевидно, что какой-то уникум активировал разработанный им с таким трудом протокол самоуничтожения. Однако то, при каких обстоятельствах произошло это досаднейшее недоразумение оставалось для светоча магического мира загадкой.

Хваткий взгляд писателя и авантюриста зацепился за знакомый предмет, одиноко валяющийся на полу среди груды камней. Подойдя к нему поближе и склонившись, Локонс взмахнул над артефактом волшебной палочкой. Черный как ночь тетракисгексаэдр, исписанный белыми светящимися рунами взмыл в воздух и повис на уровне его глаз, вращаясь по часовой стрелке. Взяв предмет в руку и сосредоточившись на вращающихся в нем потоках маны, волшебник прикрыл веки. Спустя несколько минут он вышел из транса и разочарованно выбросил артефакт через брешь в стене.

— Да, круто я придумал оставить за себя этот патологичный, умалишенный, бездарный, нестабильный мусор. Говно, а не двойник, Добби справился бы лучше. Это же надо, почти месяц просидеть жопу на съезде старых пердунов, безответственная черная каменюка. А теперь ещё и Хогвартс ремонтировать, мать твою. А попахивает, бля, не косметическим ремонтом. Ну, хотя бы уйти смог достойно, не посрамил так сказать… Ну да.

Закончив бормотать себе под нос осуждения, адресованные неудачному плоду артефакторики, Златопуст наконец достиг конца коридора и спрыгнул вниз, пролетая все лестничные пролеты.

Мягко приземлившись в месте, которое раньше могло обозначаться, как лестничный холл, писатель побрел нетвердой походкой в сторону развалин Большого зала. Гордо возвышавшаяся над руинами каменная арка с навешенными в ней массивными дубовыми воротами, которые Локонс приоткрыл, заходя внутрь, осталась единственным уцелевшим элементом помещения. Кроме дверей, которые Златопуст аккуратно за собой прикрыл, ничего не сохранилось. Бредя по каменному полу и время от времени отпинывая небольшие куски кладки, он добрался до золоченого трона, нещадно раздавленного огромным куском обрушившегося каменного свода. Окинув печальным взглядом место, где когда-то пировали дети и преподаватели, где начинался и заканчивался учебный год... Где они с распределяющей шляпой распевали гимн Хогвартса, Локонс пустил скупую мужскую слезу. Вдруг его взгляд зацепился за обрывок какой то замысловатой вязи, выжженной прямо на полу. Отодвинув движением руки большой кусок глыбы, заслоняющий письмена, Локонс вчитался в них и скорчил недовольную гримассу.

— Мало того, что поломали мой замок, так ещё и оставили свои граффИти, проклятые плоды тролльей дефикации. И ведь не постеснялись же в выражениях. Сами туда идите...! И откуда только этим неучам известна помесь ранне-арабского и ханаанейского?

Златопуст, пребывая в задумчивости, двинулся в сторону выхода.

Время от времени копошась в горах хлама и мусора он наконец вышел к одиноко стоящим столбам, некогда являвшим собой главные ворота Хогварста. Спустившись к берегу Черного озера Локонс приблизился к загорающим на руинах русалкам.

— Юные дамы, могу я к вам обратиться?

Раздалось три всплеска и русалки исчезли в воде. Взмахнув волшебной палочкой писатель отправил в воду красный сгусток, который через секунду взорвался, поднимая на поверхность столб воды и трех оглушенных русалок, которые тут же были отлевитированы на берег и посажены в трансфигурированную купель. Достав из грудного кармана золотые часы на цепочке, писатель педантично нажал на кнопку, давая хвостатым женщинам время прийти в себя самостоятельно. Через три минуты, когда одна из них пришла в себя и начала более или менее здраво соображать бывший директор Хогвартса приступил к допросу.

Русалка знала довольно много, почти все обитатели окрестностей наблюдали за штурмом школы. Кто из воды, а кто из леса. К большому сожалению, в воспоминаниях двойника почти не было воспоминаний о ходе осады. Ну ещё бы, он же был занят чрезвычайно важным делом — сидел жопой в кресле на собрании конфедерации магов — Локонс чуть не сплюнул. Так вот какие эмоции испытывают родители, когда их дети обделены свойством, которым обладают даже иные обезьяны, именуемым «интеллект».

— Благодарю Вас, милая леди. И последний вопрос, это все произошло когда, в прошлом месяце?

— Да что Вы. — ошарашенно осмотрела пленителя с ног до головы русалка. — Уж лун тридцать назад это было, если не больше. Но уж точно никак не меньше.

— Простите? — Физиономию Локонса украсила очаровательная улыбка. — Вы верно ошибаетесь, я отсутствовал максимум месяц, ну в крайнем случае полтора-два, если сделать поправку на работу с рунами в одном занимательном месте. В каких лунах вы считаете, не можете прикинуть сколько это в человеческих мерках?

— Да… обычных лун. Этих… месяцев. По-вашему это вроде как выйдет где-то два с половиной года…

— Верно, верно. Два с половиной года назад это всё было. — подала голос вторая русалка, пришедшая в себя.

Насмешливая улыбка, выражающая искреннюю благосклонность, медленно сползала с приятного лица светловолосого мага. На правом глазу отразились первые признаки нервного тика, заставляя мышцу сжиматься и расслабляться. Снова глубоко вдохнув побольше воздуха и выдохнув его обратно, он движением палочки вернул трех ойкнувших русалок обратно в озеро и отправился к выгоревшей опушке Запретного леса, у которой некогда стояла хижина лесника Хагрида и загон Инцитата. И от первого и от второго остались лишь развалины. Постояв несколько минут на пепелище писатель с хлопком растворился в воздухе.

* * *

Силуэт в сером плаще, украшенном элегантной серебряной нитью и тонкой бархатной оборкой, медленно двигался вдоль прилавков и витрин магазинов косой аллеи. Некогда наполненная улыбками и беспокойным перемещением волшебников самых разных возрастов, ныне эта улица преобразилась до неузнаваемости. Яркие витрины заменили суровые и одноцветные. У некоторых магазинов толпились очереди из волшебников, одеждой которым служили неприглядные обноски. На месте, где некогда находился магазинчик мадам Малкин вывеска сухо гласила «Одежда». Внутри по всей видимости не было ни души. Большинство ресторанчиков и кафе закрылись. Лишь в мутных окнах одного кабака, разместившегося на углу улицы, мелькали темные силуэты. Пройдя дальше по аллее фигура в плаще уткнулась в здание с вывеской, «Лига темных сил». Согласно гениальной задумке дизайнера, такое наименование было достигнуто путем снятия с вывески слов «защиты от».

Заинтересовавшись достопримечательностью, фигура медленно поднялась по ступенькам и преодолела порог этой, без всяких сомнений, адаптивной организации.

Справа от входа красовалась стенгазета, на которой были вывешены статьи почетных членов Лиги, с характерными названиями «Как вывить светлого мага», «Светлой магии не существует», «Светлая магия — бичь общества», «Знай врага своего в лицо — список светлых магов Великобритании (с колдографиями)».

— Темнейший, могу Вам что-то подсказать? — обратилась к фигуре девушка, стоящая за столом ресепшена.

Проигнорировав обращение, фигура покинула здание Лиги темных сил и направилась к возвышающемуся над улицей зданию банка Гринготтс. Медленно поднявшись по ступеням некто в плаще просочился внутрь и направился к высокому столу, расположенному прямо напротив входа.

— Сопроводите меня в мой сейф и предоставьте информацию по всем финансовым операциям, проводкам и отчислениям. Статус всего имущества, в том числе недвижимости и будьте так любезны сообщить, достроили ли все-таки мой сраный дом в Хогсмиде? — разнеслись по холлу слова из-под капюшона.

— Подтвердите личность. — Не отрываясь от бумаг прокряхтел главный гоблин.

— Щас глаз тебе на жопу натяну, поставлю раком, и сможешь сканировать мою личность пока уши не отвалятся. — Фигура сняла с головы капюшон, поправляя растрепанные копны светлых волос и обращая взгляд голубых глаз на главного гоблина, который проглотил язык, завидев одного из крупнейших своих клиентов.

— О, господин Локонс! Да, да, конечно, проследуйте за мной в комнату ожидания. Признаться, не ожидали вас увидеть… сегодня. Так что нижайше просим вас немного подождать, пока все подготовим для вашего визита в сейф.

— Что это вы подготовите для моего визита в сейф? Вагонетку с мягким диванчиком? Быстро метнулся, и проводил меня к сейфу.

— Господин Локонс, простите, но я всё же вынужден настаивать. Понимаете… для личности вашего масштаба всё должно быть подготовлено на высшем уровне, лучшая транспортировка, лучшие сопровождающие. Это всё требует времени, будьте так милосердны, повремените всего каких-то… пару-тройку часов.

— Каких-то пару-тройку часов? Ну, это можно, конечно, мне же торопится то некуда. — Локонс задумчиво расправил полы мантии. — А хочешь… Могу в следующем месяце прийти, чтобы попасть В СВОЙ СОБСТВЕННЫЙ СЕЙФ! — Заорал под конец на лопоухого гоблина волшебник. — Немедленно — значит сейчас, в эту же секунду! Все документы. Проводки. Данные по имуществу. Налоговые выплаты. Сейчас же.

Покрасневший от напряжения банкир махнул рукой остальным гоблинам, сидящим в зале и они тут же скрылись в боковых проходах, оставляя клиентов в недоумении таращиться на неожиданного визитера этой респектабельной кредитной организации.

— Прошу Вас следовать за мной, мистер Локонс. — Гоблин кое как слез с высокого табурета и вразвалочку направился к высокой двери в конце зала. Проследовав по нескольким проходам, высеченным в горной породе, гоблин с волшебником добрались до вагонетки и усевшись в нее поехали к пункту назначения. Спустя десять минут шустрой езды Локонс зевнул и, достав из кармана мантии золотые часы на цепочке, сверил время. — Любезный, если мне не изменяет память, путь до моего основного сейфа всегда составлял не больше пяти минут, мы же с вами тут катаемся уже десять. В связи с этим я вижу всего два возможных варианта. Либо вы решили провести мне экскурсионную поездку по всем хранилищам банка… либо вы держите меня за совершеннейшего, абсолютного идиота. Чтобы через минуту мы были у моего сейфа, в противном случае как только я получу обратно свои деньги и имущество, а я будьте уверены, обратно их обязательно получу, переведу их через господина Рабиновича в другую, более отзывчивую и дальновидную организацию, а ещё положу хоть половину своей жизни на то, чтобы этот ваш так называемый «Гринготтс» канул в лету следом за другими предприятиями гоблинов.

Следующую минуту вагонетка ехала в кромешном молчании, только стук её металлических колес по рельсам отражался от сводов пещеры, преображаясь в отвратительнейший скрипучий звук. Вскоре впереди заслышались скрипучие голоса целой оравы гоблинов, которые методично забрасывали в один из сейфов мешки с золотом, драгоценными камнями, разнообразные художественные ценности, статуи и картины, ювелирные изделия и артефакты. Завидев прибывших, гоблины на секунду замялись, но по немому сигналу главного продолжили заносить ценности обратно.

Лицо Локонса скривилось в гримасе отвращения — уголки губ опустились а рот приоткрылся. На носу пролегла череда тонких морщинок. — То есть вы… — Волшебник поднялся со своего места в вагонетке и, перешагнув через бортик, подошел ближе ко входу в сейф, сощурившись наблюдая за работой маленьких недочеловечков. — Вот так вот нагло взяли, и обобрали безвременно почившего кавалера Ордена Мерлина I степени, Золотого руна и Национального ордена заслуг Франции, Медали почёта, почётного члена, прости господи, Лиги защиты от тёмных сил? Просто взяли, и вынесли нахуй всё из моего сейфа? А как же моё завещание? Я что, для вас какая то шутка? — Волшебник в недоумении обернулся к главному гоблину, который пожал плечами.

— Извините, мы больше так не будем. Мы… Мы компенсируем моральный ущерб.

— Конечно, конечно вы компенсируете… — Златопуст подобрал деревянный ларчик, валяющийся на полу, и безэмоционально приоткрыв его окинул взглядом коллекцию магических колец, инкрустированных рубинами. Любовно захлопнув крышечку ларчика, он выдвинулся вперед и перешагнул порог своего сейфа, аккуратно выставляя деревянную коробочку на каменный постамент.

За спиной раздался скрежет, ошарашенный Локонс обернулся на звук и увидел довольную физиономию главного гоблина, скрывающегося за закрывающимися дверями сейфа.

— Вот тебе наша моральная компенсация, высокомерный ублюдок! — Толстые стальные двери сейфа закрылись, навечно запечатывая внутри надежду магической Британии. — Ну вот и всё. А разговоров то было. — Продолжал кряхтеть главный гоблин, купаясь в лучах незабвенной славы и почитания своих соплеменников, принявшихся активно апплодировать начальству.

— Господин, как считаете, когда можно открывать сейф?

— Ну, давайте для верности подождем с десяток-другой лет. А то черте знает что за артефакты вы ему успели туда натаскать, бездари проклятые. Хотя не думаю, что что-то из этих побрякушек способно пробить нашу защиту. Гринготтс — самое надежное…

Многотонную дверь сейфа с грохотом, сотрясающим своды пещеры, сорвало с петель. Пролетая через всю площадку она врезалась в толпу гоблинов, которые разлетелись как кегли, выбитые шаром для боулинга, и полетела дальше. Оказавшегося непосредственно напротив двери главного гоблина раздавило о противоположную стену, а дверь сейфа продолжила свое свободное падение вниз, разрушая нависающие над пропастью опоры. Сверху начали беспорядочно падать сталактиты, обрубая гоблинам пути отступления и руша «транспортную инфраструктуру», которую ещё не разрушила дверь сейфа, падающая в бездну.

Из поднявшейся пыли на свет вышел запечатанный «навеки» в собственном сейфе Златопуст Локонс. — Ну вы и психи, однако. Это же надо до такого додуматься, добровольно пожертвовать мне всё имущество банка Гринготтс. — На лице мага растянулась предвкушающая улыбка. — Ваши извинения приняты.

* * *

— Клянусь Вам, начальник. Это определенно был Златопуст Локонс! Да и главный гоблин обратился к нему по имени, перед тем как нас всех выпроводили из банка! — Лебезил темноволосый волшебник с короткостриженой бородкой-эспаньолкой перед руководителем.

— Ну ладно-ладно. Верю. — протянул голос растягивая гласные звуки. — Но только где же тогда он? Уже пятый час ждем его у выхода из банка, начинает вечереть. Может кто-то сходит, поторопит их там? Или малыш Локонс увидел в окошко нашу маленькую компанию и наложил в штанишки? А денег, чтобы заплатить гоблинам за стирку, не хватает?

По рядам окруживших Гринготтс Пожирателей смерти прокатилась волна смеха над шуткой босса.

Ворота банка начали медленно распахиваться, открывая взорам собравшихся высокую светловолосую фигуру в белом мундире до колен и накидке небесно-синего цвета. Расставив руки в приветственном жесте, Златопуст Локонс словно одновременно купаясь в лучах заходящего солнца и приветствуя свою паству завел речь.

— Уважаемые соотечественники и соотечественницы. — Волшебник лучезарно улыбнулся. — Во-первых, позвольте горячо поприветствовать вас и поблагодарить за столь радушный прием! Мне лестно, что такие прелестные граждане…

— Да че мы его слушаем, он же мягкочленный пед… — выкрикнул было один из пожирателей, как сорвавшийся с волшебной палочки Локонса зеленый луч ударил его точно в голову и туловище навсегда обмякло.

— Так вот, мне лестно, что такие прелестные граждане являются моими горячо любимыми фанатами, преданнейшими читателями. — Продолжил Златопуст после хладнокровного убийства Пожирателя. — Во-вторых, позвольте донести до вас неутешительную информацию. — волшебник состроил печальную мину. — С прискорбием вынужден сообщить, что банк Гринготтс подает на банкротство. — Отойдя чуть в сторону оратор повел рукой, указывая на что-то за своей спиной. Подойдя чуть ближе зеваки наконец начали различать силуэты, всё это время расположенные за спиной известного писателя… На пяти длинных пиках, воткнутых у входа в банк, красовались окровавленные головы гоблинов-руководителей. — Все претензии и обращения касательно возврата вкладов и сохранности денег в сейфах могут быть представлены досточтимому Гройхуку, Главному гоблину банка Гринготтс. Его голову, сообразно занимаемой позиции, вы можете видеть в самом центре. Я ценю такие нюансы.

Чеканя шаг кожаными ботфортами, волшебник начал спускаться по мраморной лестнице, сближаясь с шокированными Пожирателями смерти. — Теперь вы, господа. Вам назначена со мной встреча? Погодите-ка… — Светловолосый маг вгляделся в лицо сидящего на стуле босса шайки, и пытающегося скрыть физиономию за капюшоном. — Люциус, дорогой! Я думал ты сгниешь по европейским тюрьмам! Вот это встреча. Что, выпустили под залог? Как поживает Нарцисса? А Драко? Всё такой же бездарный? Жаль, что мальчик пошел в отца. Видимо, после той пресловутой битвы за Хогвартс у вас совсем всё плохо с кадрами, раз ты у этих обоссышей главный…

— УБИТЬ ЕГО! — выкрикнул Малфой, резко вскакивая со стула и обнажая волшебную палочку.

* * *

Черная потрепанная псина в красивом, замысловато расписанном ошейнике, бежала по улицам Хогсмида, ловко лавируя между встречными компаниями крепко подвыпивших волшебников. В зубах дворняжки покоился свежий номер газеты «Ежедневный порок», которая стала издаваться вместо «Ежедневного пророка» после прихода к власти Волан-де-Морта. Подобравшись вплотную к большому зданию, возвышающемуся над всеми постройками в деревушке, собака обнюхала свежие следы и принялась накручивать круги вокруг выдающегося вперёд фундамента. Найдя наконец искомый лаз, который каждый раз менял своё расположение, собака протиснула внутрь сперва голову, сжимающую мятую газету, а за ней и все остальные части тела.

— Сириус! Ну наконец то, мы уже начали переживать! — раздался по большой гостиной голос девушки, которая подлетела к собаке и вырвала из зубов свежий номер Порока.

— Гермиона, сколько раз тебя просить, не читай без нас! — В зал влетел рыжеволосый Рон, поскальзываясь на блестящем лакированном паркете, натертом до блеска, а за ним, спотыкаясь, подлетел и Поттер.

— Хоть бы по загривку кто хоть раз погладил. — обиженно протянул Блэк, обратившись в человека и усевшись в кресло у окна. — Ну, че там пишут? А то меня чуть круциатусом не приложили, пока я от ларька бежал, даже не увидел чё на первой полосе.

Дети смотрели в газету как завороженные, не в силах выдавить из себя ни единого слова.

— Ну что там, Дамблдор наконец сформировал во Франции это своё «Правительство в изгнании», или выгорела затея Грюма с «Национальным освободительным фронтом»? Ну, не томите. — Блэк перевел взгляд на троицу и, не выдержав напряженного молчания, поднялся с кресла. Подойдя поближе он подбоченился и спустя мгновение, выпучив глаза, уставился на заголовок первой полосы:

«Зверское убийство доблестных защитников правопорядка, пытавшихся остановить вероломное ограбление национального банка «Гринготтс». Также смотрите связанную новость: «Некролог — памяти Люциуса Малфоя, начальника Бюро общественной безопасности».