Руководство королевы красоты по убийствам

Тридцать пять

Мои ноги буквально подгибались в коленях. Каким-то образом, когда я надеялась перекусить и вернуться в свой коттедж, меня начали рвать на части в разных направлениях. Например, помочь Лэйси. И бежать с Дискомании 70-х на выступление членов актерского состава «Спасенных звонком»[32] в 1980-е.

Все это время в моей голове крутились вопросы, которые хотелось задать Савилле: помнишь, как тебя похитила Мисс 2001? Ты понимаешь, насколько похожа внешне на эту женщину? Ты испытываешь какую-либо враждебность к отцу и мачехе за то, что они все эти годы держали тебя вдали от твоей родной матери? Ты могла бы попытаться убить кого-нибудь из них из-за этого?

Наблюдая за улыбающейся Савиллой, я старалась увидеть трещину в ее броне, но она очень хорошо давала гостям и конкурсанткам именно то, чего они хотели: молодую наследницу – а теперь и временную судью, – готовую взойти на трон владелицы конкурса красоты.

Я поняла, что не смогу поймать Савиллу одну, и решила наконец-то ретироваться, воспользовавшись перерывом для посетителей. Его организовали, чтобы гости могли поужинать пораньше в одном из многочисленных высококлассных фургончиков с едой, припаркованных перед поместьем. Мы, участницы, в свою очередь, могли за это время подготовиться к грандиозному шоу. Прически и макияж, конечно, все будут делать в своих комнатах, но и за кулисами есть ряды хорошо освещенных зеркал с косметическими принадлежностями для перерывов между основными событиями: вступительным танцем в бальных платьях, демонстрацией таланта, купальника, интервью и вручением короны.

Добравшись до своего убежища, коттеджа, смогла наконец-то стянуть с себя платье Минни-Маус для сценки 50-х. Я бросила его на пол как раз в тот момент, когда вошла тетя ДиДи. Она была совершенно прекрасна в розовом платье на одно плечо.

– Дорогая, ты выглядишь измученной. Я думала, ты собираешься отдохнуть. – Тетя разложила мое платье и изучила содержимое своей косметички.

– Ты знала? – спросила я, положив голову на спинку дивана.

– Я знала – что?

– Что Мисс две тысячи один – биологическая мать Савиллы?

– Вижу, ты посетила двухтысячные, – сказала она, расправляя низ платья. – Никто больше не сказал ни слова об этой композиции. Я была почти оскорблена: шутка ли, потратить столько сил, чтобы дотащить его из задней части дома просто так!

Я ждала, что она скажет дальше. Но ДиДи этого не сделала, и мне пришлось задать свой вопрос снова.

– Так ты знала? – спросила я.

Тетя ДиДи включила в розетку выпрямитель для волос и щипцы для завивки и жестом попросила меня показать ей ногти. Она бросила на меня многозначительный взгляд, сжимая мои руки.

– Я не имею права говорить об этом, – твердо ответила моя тетя. – Я подписала соглашение о неразглашении, которое не могу нарушить.

– Что-что? – нахмурилась я. – Когда?..

– Я не имею права говорить об этом. Я подписала соглашение о неразглашении, – повторила ДиДи слова, звучавшие тревожным рефреном.

– Это одна из тех заученных фраз от юристов?

– Я не имею права…

– Ладно-ладно, поняла. Ты не можешь мне рассказать.

– Дакота, ты очень умная девочка. Все ответы находятся прямо перед тобой, тебе просто нужно сложить детали пазла воедино. – Она улыбнулась, несколько грустно, но с явной верой в мои умственные способности. – Понятия не имею, действовал ли доктор Беллингем в одиночку, но точно знаю, что в прошлом в «Розе» случались некоторые вещи, о которых в Оберджине только догадывались. Пропавшая королева конкурса красоты, тайный ребенок…

– Тогда Кэти Пибоди…

– Я не имею права об этом говорить, – снова решительно перебила меня тетя ДиДи. – Но именно по этой причине мистер Финч закрыл отель для публичных посещений более двух десятилетий назад – хотел сохранить все в тайне. Он намеревался открыть его снова, но так и не сделал этого.

Значит, ДиДи уже давно знала что-то, о чем приходилось молчать и хоронить в себе, чтобы сохранить работу и свое место в мире конкурса красоты. У моей тети были тайны, о которых я даже не подозревала.

Я сделала глубокий вдох, тщательно подбирая следующие слова, чтобы избежать того же отработанного ответа, который слышала от нее до сих пор.

– Но… что, если я… ошибаюсь и истолковала все неправильно? Такое чувство, что есть вещи, которые я до сих пор не понимаю.

Тетя ДиДи приподняла мой подбородок, и наши глаза встретились.

– В таком случае я верю, что ты поймешь все правильно в конечном итоге. Но сейчас самое время выиграть немного денег.

Она была права. Я хотела узнать правду, но в ближайшие несколько часов мне также нужно было занять призовое место в конкурсе. Начинать нужно с главного, как говорила мама.

Я села перед тетей ДиДи и позволила ей сделать из меня королеву. Она выпрямила мои волосы, прежде чем собрать их в высокую прическу с мягкими завитками, обрамляющими лицо, и тщательно нанесла макияж, используя все свои чары, чтобы подчеркнуть мои черты наилучшим образом. В течение часа она заставляла меня носить какое-то пыточное устройство, которое предшествовало пышному желтому платью, которое делало меня похожей на помесь Белль из «Красавицы и Чудовища» и «твинки»[33].

Просто совершенство для конкурса красоты.

– Стой спокойно, – приказала тетя ДиДи, застегивая шнурованный корсет вокруг моих ребер и начиная стягивать края вместе.

– Боже! – закричала я, когда она застегивала меня. – Как я должна дышать в этом?!

– Никак не должна, – ответила тетя. – Сможешь подышать после победы.

Подготовка продолжалась еще сорок пять минут, пока тетя ДиДи не распылила на мое лицо какой-то спрей, и это был финальный штрих.

– Боже мой, у меня глаза блестят, – сказала я, ошеломленная тем, как хорошо выгляжу. Я думала, что пик красоты был в начале этой недели, но сейчас вышла на совершенно новый уровень. Я была почти… королевой.

– Ты выглядишь как я в тот вечер, когда победила, – сказала ДиДи, и ее глаза наполнились слезами. – Я же говорила твоей маме, что ты сможешь.

Она шмыгнула носом и посмотрела на часы.

– Полагаю, что люди с минуты на минуту выстроятся в очередь у Главного бального зала, так что мне пора идти.

Тетя ДиДи смахнула слезы с глаз и провела руками по моим открытым плечам, а затем развернула меня к зеркалу, встав позади меня. Выглядело так, как будто она провожает меня на мою свадьбу. Очень желтую свадьбу.

– Ты прекрасна! – сказала ДиДи, прислонившись щекой к моей. – Твоя мама гордилась бы тобой.

– Мы не можем знать наверняка…

Тетя ДиДи заправила прядь волос мне за ухо.

– Я точно знаю, что она бы гордилась, – заявила она. – Ты восстановила связь с людьми, ты помогаешь вершить правосудие, и даже если ты не выиграешь главный приз сегодня вечером, мы со всем справимся вместе.

– Спасибо, тетя ДиДи! – воскликнула я. – Спасибо за все…

– Так, теперь мне точно пора в бальный зал, – к моей тете вернулась ее обычная легкая манера поведения. – Слава богу, я снова могу вернуться к роли ведущей этого мероприятия. Лэйси, наверное, обмочилась бы, если бы ей пришлось вести шоу, постоянно присутствовать за кулисами и быть в центре внимания.

ДиДи сделала вид, что целует меня в щеку, но не коснулась губами моей покрытой макияжем кожи. Я, к собственному удивлению, ответила ей воздушным поцелуем.

– У тебя все получится, я буду болеть за тебя. Неофициально, конечно, – сказала она на прощание.

Мне осталось пятнадцать минут для себя, прежде чем нужно было идти в бальный зал.

Я весь день размышляла о картонной фигурке Мисс 2001, о словах Кэти Пибоди по поводу дочери в библиотечной книге, о странной связи Савиллы с первоначальной победительницей. Также я вновь и вновь мысленно перечисляла потенциальные мотивы доктора Беллингема для убийства мистера Финча.

1. Деньги. Возможно, он хотел добраться до миллионов Финчей, но тогда пришлось бы еще обойти Савиллу и Гленду.

2. Месть. Он мог злиться на мистера Финча за то, что произошло много лет назад, то, из-за чего Кэти Пибоди исчезла.

3. Любовь, возможно.

Я вспомнила его пальцы, переплетенные с пальцами Кэти Пибоди на фотографии, которую мы нашли в заброшенной части поместья, но он может держать так за руку практически любую женщину. Ко мне вернулось неприятно знакомое чувство, что я упускаю нечто важное.

Я откинулась на диван настолько, насколько могла в этом платье. Я вспомнила свое прибытие во Дворец Роз, как меня высадила на крыльце Лэйси, как я забрела в особняк в тот самый первый день, как болтала с Савиллой, как встречалась и здоровалась с людьми, как трое судей поднимались на сцену.

Кажется, я вот-вот что-то нащупаю. Я прикрыла глаза, вызывая в памяти тот момент в бальном зале – до того, как вошла миссис Финч, упала в обморок и развернула все шоу на 180 градусов, – когда я беззаботно размахивала руками, танцуя рядом с Савиллой.

Ее глаза были теплыми от ностальгии, когда играла главная песня конкурса красоты и мы покачивались на сцене, репетируя хореографию.

«Я выросла, слушая эту песню снова и снова, пока мы с мамочкой бегали по поручениям», – кажется, так она сказала, и я пыталась представить себе детство, наполненное мелодиями для конкурсов красоты. Ни упоминание о мамочке, ни выполнение поручений не звучало правдоподобно с учетом того, как она обращалась к миссис Финч, которую она всегда называла исключительно мачехой. Не мамой.

Я мысленно прокручивала наши школьные дни. Выпускной, танцевальный вечер, вечер второкурсников, ретрит первокурсников[34]. На протяжении многих лет я участвовала во многих театральных постановках, хоровых пениях, художественных выставках, вечеринках в честь Дня святого Валентина и программы окончания учебного года и помню, что миссис Финч была на большинстве мероприятий и презентаций. Мистер Финч посещал примерно половину. Был ли кто-то еще? Кто-то, кого я упустила?

Мой разум перескочил вперед к цитате Кэти Пибоди. Я села и открыла книгу, которую ранее уронила на кофейный столик.

«Мой ребенок вырастет в другом мире, даже не в таком, в каком выросла я сама, – сказала мисс Пибоди. – И я здесь, на конкурсе, чтобы создать для нее этот лучший мир».

Мой взгляд снова скользнул по странице к единственному упоминанию этой женщины:

«На конкурсе Мисс 2001 я поговорила с молодой женщиной по имени Кэти Пибоди, которая выросла в близлежащих горах на ферме со своей семьей. Она не знатных кровей, а из семьи рабочих, но надеется когда-нибудь работать на парижских подиумах».

Я выделила информацию в уме:

1. выросла неподалеку,

2. ферма,

3. семья рабочих,

4. парижские подиумы.

Подождите. Последнее. Вот и ответ! Возможно, она мечтала не выступать на подиумах, как я поняла сначала, а работать в сфере моды! Скорее всего, недалеко от дома, что может означать, в Оберджине. В этом городе было всего два человека с чувством моды и стиля. Моя тетя и…

Мои глаза расширились. Все воспоминания последних лет вновь пронеслись в голове, вплоть до выпускного в детском саду. Я вспомнила, как мы с Лэйси нашли нашу классную фотографию в папке с документами по Мисс 2001 в офисе тети ДиДи, что-то, что тогда как будто не имело смысла. Но если победительница конкурса каким-то образом попала на эту фотографию, то смысл очень даже появлялся.

Ну конечно. Эта же самая женщина витала на заднем плане многих моих детских воспоминаний, пока Савилла не окончила среднюю школу десять лет назад и ее услуги перестали требоваться. Именно тогда она открыла свой собственный бутик, именно тогда стала судьей на ежегодном конкурсе красоты Дворца Роз. Я выронила книгу, когда поняла, что знаю Кэти Пибоди, настоящую Мисс 2001, почти всю свою жизнь.

Подавая Гленде Финч стакан за стаканом виски в самый первый вечер, я притворилась, что восхищаюсь картинами в комнате. А когда спросила об изображении Мисс 2001, женщины замолчали. Я думала, это потому, что Савилла и Кэти не хотели, чтобы я напоминала Гленде, что она когда-то была только вице-мисс, но нет. Они замолчали, потому что все трое знали, что настоящая Мисс 2001 находится в этой самой комнате.