Штабс-ротмистр Романов

Глава 11

Глава одиннадцатая

Корабли Тихоокеанской эскадры, к счастью, уже покинули места своих стоянок, вышли в открытое море, значит, Японии не удастся, как в прошлый раз, застать нас врасплох. Флот обеспечит поддержку сухопутных сил, пехотных и механизированных дивизий и корпусов, на плечи которых ляжет основная тяжесть ведения войны. Их задача — разрезать Квантунскую армию на части и заставить покинуть территорию Маньчжурии и Китая. Надо надежно запереть японцев в Корее, а если получится — то вообще сбросить в море и утопить.

В этой военной кампании нашими боевыми товарищами и соратниками станут не только монголы — дивизии и эскадроны Верховного правителя страны, барона Унгерна, но и, что гораздо более существенно, китайцы. На нашей стороне будут армии Чан Кайши и партия Гоминьдан. Пусть сейчас маршал проигрывает сражения, постепенно отходит в глубь Поднебесной (недавно сдал японцам новую столицу Китая, город Нанкин), но, как только мы пересечем границу с Маньчжурией, он начнет большое контрнаступление и откроет второй фронт.

Тайные переговоры об этом уже давно ведутся (мы предусмотрели этот вариант — предвидели, что столкновение с Японией, скорее всего, будет), и маршал твердо пообещал нам оказать в случае чего полное содействие. Что, если разобраться, является его святым долгом и союзнической обязанностью. Зря, что ли, мы столько лет поставляли ему (и до сих пор поставляем) наши самолеты, оружие, бронетехнику, артиллерию, боеприпасы, помогаем деньгами, военными специалистами (особенно летчиками¸ танкистами и техниками), снабжаем горючим, продовольствием, фуражом, амуницией, медикаментами и всем прочим?

Открытие второго фронта станет для генерал-полковника Уэда, командующего Квантунской армией (и всеми японскими частями в Маньчжурии) весьма неприятным сюрпризом. Воевать одновременно и в Маньчжурии, и в Центральном Китае он просто не сможет — не хватит сил. Сейчас численность его войск — примерно сто тысяч человек. Максимум, что он сможет собрать, — двести-двести пятьдесят тысяч. Это с учетом всего, что у него есть в Маньчжурии и Корее, а также резервных полков и дивизий, которые доставят на транспортных кораблях из Японии и других мест. Но все равно это будет намного меньше, чем общая численность наших союзных армий — русских, монгольских и китайских. У нас, по предварительным подсчетам, в строю окажется не менее полумиллиона человек. Прибавьте к этому еще триста-триста пятьдесят танков (столько же броневиков), порядка полутора-двух тысяч артиллерийских орудий, несколько сот современных самолетов и вы поймете, что это немалая сила.

По техническому же вооружению мы (особенно по самолетам и бронетехнике) намного опережаем Страну восходящего солнца. Это на море самураи имеют некоторое преимущество (и кораблей больше, и оснащены они лучше), а вот на суше дело обстоит прямо наоборот: наши танки и броневики без особого труда смогут справиться с любой японской бронетехникой, а наши истребители и бомбовозы — быстрее и мощнее любых аналогичных машин микадо.

Вот и следует воспользоваться этим нашим преимуществом. В качестве первого шага — уже сейчас ввести в действие боевую авиацию. У нас есть целый ряд хорошо оборудованных военных аэродромов на границе с Маньчжурией, можно подготовить еще несколько полевых прямо в Монголии, в степи, и в срочном порядке перебазировать на них бомбардировочные и истребительные эскадрильи из глубины страны.

Благо, крылатых машин у нас много и большинство из них — это последние разработки Игоря Ивановича Сикорского (за что ему огромное спасибо), а также молодых, но очень талантливых авиаинженеров из его конструкторского бюро. Помимо вполне еще годных для современной войны полуторапланов С-101 («Стриж»), мы можем перебросить в Монголию новейшие монопланы С-112 («Сокол»), оснащенные четырьмя пулеметами и способные брать в полет бомбы и неуправляемые ракеты, НУРы. Это самая последняя, новейшая разработка наших оружейников: ракеты способны поражать технику и живую силу противника на большом расстоянии, а запускаются они как с земли, со специальных установок на грузовых автомобилях, так и прямо с самолетов.

«Стрижи» и «Соколы» не только могут драться на равных (даже лучше!) с самыми лучшими японскими истребителями Ки-27 и Ки-43, но и выполнять еще другую важную и полезную работу в воздухе. Например, проводить разведку, наносить бомбовые и ракетные удары по позициям и складам противника, скоплению его войск и техники, а также, само собой, способны догонять и уничтожать любые японские бомбардировщики. Главной их целью, разумеется, будут тяжелые Ки-21, «Мицубиси ТБ-97». Эти японские бомбвозы, конечно, неплохие машины, мощные и хорошо вооруженные, но по нынешним меркам — уже недостаточно быстрые, наши истребители без труда их догонят и собьют. В этом можно даже не сомневаться.

В свою очередь, российские бомбардировщики обладают достаточно высокой скоростью и защищенностью, чтобы успешно отбиваться от чужих истребителей. Это касается и наших старых, проверенных временем одномоторных «Орланов», и совсем новых двухмоторных «Горынычей». По принятой классификации эти самолеты считаются средними бомбовозами, однако каждый способен взять на борт (точнее, под фюзеляж и под крылья) до сорока пяти пудов смертоносного груза. Это почти столько же, сколько у японского тяжелого Ки-21! А стоят они на порядок меньше, да и производить их намного легче и быстрее.

Что ж тогда говорить о нашем прославленном четырехмоторном «Святогоре», который способен нести до ста двадцати пудов бомб и ракет? Его по праву считают лучшим ночным бомбардировщиком в Европе (а может быть, во всем мире). По крайней мере, у нашего противника ничего подобного нет и еще не скоро, судя по всему, будет.

Поэтому уже сейчас нужно предпринять следующие меры: нанести несколько авиационных ударов по только что прибывшей к Халкин-голу японской пехотной дивизии и бронетехнике, пока они еще стоят скученно и практически в одном месте, показать японцам силу российской авиации. Этим мы, во-первых, существенно поможем генерал-майору Бобрянскому, создадим для него выгодные условия для перехода в наступление, а, во-вторых, заставим японских генералов задуматься, стоит ли вообще начинать с нами большую войну?

Мы окажем на них военное давление, и, надеемся, они нас правильно поймут и не станут усугублять этот конфликт. Тогда, в качестве главного условия для примирения и возвращения к прежнему статус-кво, мыпотребуем немедленного возвращения Дмитрия Романова. Это с их стоны будет как бы жестом доброй воли и первым шагом к урегулированию. Ну, а если они не поймут наших намеков, тогда придется перейти к более активным и масштабным действиям: мы будем бомбить японские войска уже по всей Маньчжурии и Северному Китаю (куда сможем дотянуться). Разведка маршала Чан Кайши сообщит нам их координаты (прежде всего — аэродромов и мест сосредоточения бронетехники, артиллерии и пехоты), и мы нанесем по ним авиационные бомбовые удары. И еще — по железнодорожным узлам, морским и речным портам, мостам, переправам и пр.

Это, по сути, станет прелюдией к полномасштабной войне — подготовит вторжение наших войск в Маньчжурию. Однако, как бы ни сложилась ситуация, активные наземные действия должны будут начаться не ранее, чем через полтора-два месяца, когда наши дивизии и корпуса полностью развернутся и завершат все необходимые приготовления.

На этом заседание Государственного совета было закончено. Министры и депутаты Госдумы расходились в большой задумчивости: все чувствовали, что страну ждут большие трудности и суровые испытания, но это, похоже, было уже неизбежно. Большинство, как и прежде, в душе не хотели большой войны, однако понимали, что сделать уже ничего не смогут, события вышли из-под контроля.