Beautiful Trouble. Пособие по креативному активизму

Убейте их добротой

Эндрю Бойд

Доброта — превыше всего.

Курт Воннегут

СУТЬ

Доброта, улыбки, подарки, единороги (ладно, можно без единорогов) — это мощное оружие в борьбе против злодеев.

В некоторых случаях нужно проявлять гнев (см. принцип «Гнев работает лучше, если у вас есть моральное превосходство» ). В некоторых — необходимо быть сдержанным (см. принцип «Используй силу ритуала» (Use the power of ritual)). В некоторых случаях стоит быть смешным (см. принцип «Сделайте это забавным» (Make it funny)). А ещё бывают случаи, подходящие для того, чтобы быть милым, очаровательным и щедрым. На самом деле такие случаи нередки.

Ядро философии ненасилия — способность обнаружить в каждом что-то человеческое и почувствовать свою связь с ним.

В 2011 году работа аукциона по продаже заложенного имущества в Бруклине, США, была прервана песней, которую исполняли протестующие. Песня не была ни злой, ни агрессивной, она была полна света, добра и сострадания, даже по отношению к аукционисту. Акция произвела сильное впечатление, потому что исполнители были полны решимости и сознавали свою правоту. Они продолжали петь эту трогательную песню, даже когда полицейские выводили их из зала.

Если ты руководствуешься добротой, то более вероятно, что о тебе хорошо напишут в новостях (см. принцип «Используйте сопереживание» (Lead with sympathetic characters)). У тебя добрые намерения. Ты стараешься сделать мир лучше. Ты приходишь с улыбкой, подарками и открытым сердцем, а тебя встречают равнодушием, насмешками и оскорблениями. В глазах общественности и прессы ты хороший и действуешь правильно. Это не тактический приём, это выражение твоей человечности, направленной против негуманных и несправедливых общественных институтов.

Богота (Колумбия): демонстрант обнимает полицейского во время студенческого протеста против правительственной реформы образования. Когда на агрессию наших оппонентов мы отвечаем добротой, люди вокруг, да и сами агрессоры, начинают относиться к таким действиям критически. Фото Вильяма Фернандо Мартинеса / АП.

Вспомним классическую картинку из истории антивоенных протестов в 1960-е годы: демонстрант подходит к солдату и вставляет цветок в ствол его автомата. Или возьмём более свежий пример — «Оккупай Уолл-стрит», которое проводило акцию «Оккупай Совет директоров». Была организована переписка по электронной почте с руководителями крупнейших банков. Когда охрана не позволила участникам акции лично доставить банкирам свои эмоциональные послания, они сложили из писем самолётики и запустили их по направлению к штаб-квартире банка через головы полицейских. Когда некоторые люди видят машины, припаркованные в местах, отведённых для велосипедов, у них возникает желание проколоть им шины. Но участники движения «Клоуны за освобождение велосипедных дорожек» (Bike Lane Liberation Clowns) думают иначе. Они подходят к водителям и очень вежливо просят их переместить свою машину. Тем, кто отказывается это сделать, они выписывают «штраф» и объясняют, что вместо этой бумажки они могли бы получить настоящее административное взыскание, поскольку нарушили правила парковки.

Наивно думать, что власть изменится из-за вежливых просьб, знаков уважения и бумажных самолётиков. Однако в центре философии ненасилия лежит идея о том, что в каждом есть что-то человеческое и с этим человеческим необходимо установить контакт. Чем сильнее мы очеловечиваем политику, тем больше у нас шансов победить. Если бюрократ втайне соглашается с вами, то вполне вероятно, что он покинет свой пост и предложит свою помощь революции. Если на акции «Бабушки против войны» полицейских угощают кофе и булочками, то, вероятнее всего, они откажутся распылять перцовый газ на студентов, вставших в сцепку. Аукционист, которого тронула песня, в другой раз будет уже не так уверенно стучать молотком. А публика, которая наблюдает за этим, возможно, тоже захочет действовать. Сами по себе все эти акции не нарушают функционирования системы власти, но на человеческом уровне они имеют значение; это семена, которые могут прорасти в самых неожиданных местах, в виде новых сторонников и новых очагов сопротивления.