Брачные ошибки

Глава 19

Там, где камень пилили, заказывать я ничего не стала: мне необходим был скульптор. И такая мастерская нашлась. Я посмотрела образцы, поужасалась ценам, повздыхала над сроками изготовления, но уехала, оставив один золотой в качестве задатка.

Общая цена изделия вместе с перевозкой и установкой выходила около семнадцати золотых. Сумма, конечно, была аховая, но, точно понимая, что теперь без куска хлеба я не останусь, все же решила ее потратить: очень уж жалко мне было моего нелепого мужа.

Следующий месяц моей жизни больше всего был похож на каникулы в сумасшедшем доме: суматоха, бесконечные разъезды и грязь в доме.

Несколько раз мы с Бертой выбирались в город, докупая всё, что необходимо для нормальной жизни: новые тюфяки и одеяла для постелей, шторы и необходимую кухонную посуду, стриженые овечьи шкуры, чтобы не вставать на пол с кровати босыми ногами.

Пришлось потратиться на ткань для обивки мебели и большой резной буфет для трапезной. В доме иногда бегали мыши, и в застеклённый дорогущий буфет можно спрятать хлеб и сыр. Я подумывала завести кота, но не была уверена, что Арт уживётся с ним, и потому пока отложила эту идею.

Хотелось сделать всё один раз хорошо и качественно, чтобы потом спокойно жить в этом доме долгие годы. Довольно дорого вышли услуги местных маляров-штукатуров. В доме стояла грязь, и я даже попросила Корин нанять в помощь подёнщицу: горничная не справлялась одна.

Однако всё рано или поздно кончается. Ушли строители, унося с собой стремянки, мочальные кисти на длинных ручках и грязь. Корин с помощью подёнщицы отмыла окна. А я пометила для себя, что к зиме желательно поставить второй слой остекления, иначе дом будет не протопить. Почище стало в саду: нанятый Бертой работник выкосил сорную траву и даже очистил приствольные круги под деревьями, посоветовав по осени деревья обрезать:

- Оно ведь, госпожа, как?! Вроде бы висит сухой сук и никому не мешает. Ан нет! В ём всяческая живность вредная заводится и с дерева начинает соки пить. Оно и плодоносит хужей оттого. А меня завсегда можно пригласить. Я-то в ентом деле всю жизнь плюхаюсь, так кой-чего разумею.

Участок при доме был слишком мал, чтобы имело смысл брать постоянного садовника. Но этот пожилой крепкий дядька обещал сам прийти по осени и обработать деревья так, чтобы они перезимовали без проблем.

Бруно каждый день колол дрова, и под навесом, устроенным сбоку от конюшни, скопилась приличная поленница, которой точно хватит до осени. На зиму дрова придётся еще докупать. Складировать поленницу ему помогал Эрик. Я только радовалась, что он мне не докучает.

Одним из лучших моих решений оказалась покупка сравнительно дешевой кисеи, которой мы затянули окна. Не все окна: даже такая ткань стоила денег. Но в кухне, в трапезной и спальных исчезли надоедливые мухи. Пусть и было их не слишком много, но даже пара этих жужжащих грязнуль, лезущих в еду и лицо, способна была изрядно испортить настроение.

По совету Берты мы съездили за город к монастырю святого Андреуса. Братья этой обители традиционно держали пасеку. Там я запаслась свежим весенним мёдом. И увезла домой полсотни отличных восковых свечей. На обратном пути довольная компаньонка приговаривала:

- Вот это дело! Ежли в городе на рынке такое брать, вдвое бы пришлось переплатить! А когда своя лошадка есть, оно завсегда во благо.

Одна из покупок, которую Берта не поняла и не одобрила, была совершена в городе при закупке посуды. В моей компаньонке мне нравилось то, что, будучи женщиной опытной и разумной, она не пыталась слишком давить на меня своим авторитетом, признавая за мной некое старшинство по чину.

Для Берты мой титул баронессы служил этакой индульгенцией странным поступкам. Даже если что-то в моих решениях ей не нравилось, она не пыталась устроить скандал и надавить на меня. Неодобрительно поджимала губы, немного хмурилась, но смирялась. Для меня это было очень важно, так как компаньонка никогда не злилась долго, и если мне через минуту нужен был совет по поводу покупок или хозяйства, я тут же его получала.

Зачем я покупаю сита, да еще так тщательно выбираю много и разных, понять она не смогла. А на мое короткое «нужно» только нахмурилась и тут же махнула рукой на барскую прихоть. Сита я приказала сложить отдельно, в одной из пустующих комнат второго этажа.

Под мастерскую я выбрала себе ту самую комнату, где было два окна. Она располагалась над кухней. Здесь вместо камина часть стены занимала довольно большая кирпичная выпуклость, которая оказалась частью трубы от кухонной печи. Когда внизу Брунхильда готовила, эта кирпичная вставка становилась горячей и согревала комнату. Это было удачное решение. Ни дыма, ни копоти, но зимой всегда будет тепло, особенно днём.

Оставалось остеклить окна вторым слоем, но я отложила эту работу на осень. Сперва нужно заказать рамы, вставить их, а уж потом беспокоиться о стеклах. А поскольку все комнаты мы всё равно использовать не будем, то двойное стекло, как очень дорогая штука, будет только в нужных помещениях. К зиме как раз и выяснится, какие комнаты нам потребуются.

***

По совету Берты, дней через десять мы поехали в мастерские, чтобы проследить, как идет работа:

- Ежли не проверять, госпожа баронесса, то они сто причин найдут, чтобы дело в долгий ящик отложить. Вроде как вам расписку-то выдали, а только случись что: замучаешься по судам бегать. Лучше уж приезжать и на месте все смотреть. Хозяйский глаз во всяком деле необходим.

В этот раз мы брали с собой Эрика: он замучил меня вопросами: каким будет этот самый памятник. И я решила, что проще показать.

Вообще мальчик производил странное впечатление. Он был очень добродушный, мягкий, но при этом погруженный в какие-то собственные мысли. Иногда он выныривал из глубины этих раздумий и тогда казался обычным любопытным подростком: немного бестолковым, но весьма добродушным. Он много времени уделял Арту, но почти не наказывал пса, предпочитая добиваться своего с помощью ласки и лакомств. Большую часть дня проводил на улице с Бруно, помогая тому ухаживать за нашей коняшкой. Мне же, честно говоря, пока было немного не до мужа: слишком хлопотно оказалось привести дом в порядок.

Так что в этот раз я взяла с собой мальчика, чтобы он убедился: работы над памятником ведутся, и к осени мраморный ангел займёт свое место.

Там, в мастерской, когда ненадолго стихли стучащие молотки мастеров и управляющий почтительно застыл за нашей спиной, давая возможность полюбоваться на проявляющийся из мраморной глыбы силуэт, Эрик и задал этот странный вопрос:

- Эльза, а если со мной что-нибудь случится, ты поставишь памятник?

- Что за глупые вопросы, Эрик? Что с тобой может случиться?

Он как-то неуверенно пожал плечами и пробормотал:

- Ну, может, я заболею или умру… Ты обещаешь, что поставишь памятник?

Вопрос был настолько нелеп, что я раздраженно ответила:

- Не говори глупостей! У тебя что-то болит?

- Нет, я просто хотел узнать… – он смотрел на меня очень серьезно, явно не собираясь отказываться от своего дурацкого вопроса.

И я рассерженно ответила:

- Поставлю. Даже сразу два поставлю. Вот как помрешь, тебе такого же закажу.

Странным образом мой ответ заставил его почти успокоиться, но он всё же довёл дело до конца:

- А вот поклянись, что поставишь.

- Клянусь! – еще более сердито ответила я и почти со злостью добавила: - Убедился, что всё делаю так, как и обещала? Тогда поехали домой.

Как только вернулись домой, Эрик уже привычно отправился на конюшню вместе с Бруно. Я очередной раз подивилась странной дружбе, возникшей между мальчиком и конюхом. Хотя, с другой стороны, чему тут удивляться: в доме одни женщины. Не с кухаркой же ему дружить!