Брачные ошибки

Глава 58

- Госпожа, я хотела бы поговорить с вами.

Лотта была девушка старательная и не глупая, но до сих пор с личными просьбами не обращалась, однако сейчас Эльза была совершенно свободна и потому кивнула:

- Говори.

- Месяца полтора назад я познакомилась с интересным мужчиной, он представился лавочником…

Выслушав доклад Лотты, Эльза некоторое время раздумывала, потом уточнила:

- Значит, он хочет, чтобы ты впустила его ночью в дом?

- Да, госпожа. Объясняет, дескать, к нему в номер я подняться отказываюсь: это скажется на моей репутации, и я буду опозорена. А вот ежели в вашем доме, хоть и под покровом ночи, то ничего страшного и не случится.

- Понятно… – задумчиво протянула Эльза. – Спасибо, Лотта. Я не забуду, не волнуйся. Ступай.

Ещё немного подумав, Эльза встала и отправилась к Эрику: «В конце концов он мужик. Вот пусть и придумает, как из такой ситуации выворачиваться!». Даже самой себе она пока не хотела признаться, что всё ещё продолжает недоверчиво присматриваться к собственному мужу.

Новость от жены Эрик выслушал совершенно спокойно, с несколько даже скучающим видом, и заявил:

- Не переживай, я знаю.

- И что ты собираешься с этим делать?

- Думаю, тебе понравится! – Эрик подхватил Арта на руки и, таща тяжёлую тушку на улицу для прогулки, сообщил: – Конюх говорит: через несколько дней можно будет снять лангетку. Главное, чтобы Арт не прыгал первое время.

Волей-неволей Эльзе пришлось идти следом за мужем. Ей показалось, что он пытается заговаривать зубы, отвлекая её сообщением о здоровье Арта. На крыльце она остановилась, раздражённо топнула и потребовала:

- Эрик! Немедленно мне объясни…

- Не шуми, дорогая. Ты же видишь, Арт нервничает. Сегодня я съезжу в гости, а завтра вечером обещаю тебе интересное представление!

***

Рынок, где обычно встречались влюблённые, гудел размеренно и монотонно, как тяжёлый солидный шмель. Столичный лавочник мэтр Осберт, который вот уже почти три недели ухаживал за Лоттой, вскружив ей голову, привычно стоял у входа, придерживая рукой небольшую плетёную корзинку. Каждый раз, когда горничной удавалось в послеобеденное время вырваться с поручением из дома баронессы, она находила красавца на одном и том же месте. И обязательно с каким-нибудь приятным подарочком.

Ухаживания мэтр Осберт вёл солидно и несуетливо, в углах тискать горничную не пытался, рассуждал о браке и совместной будущей столичной жизни, а к тому же проявлял редкую щедрость. Он каждую неделю дарил Лотте какое-нибудь милое украшение: то очаровательную серебряную брошку с тремя жемчужинками, то серьги с голубыми камешками. И это не считая ягод и фруктов, которыми угощал будущую супругу каждый раз.

Сегодня первые минуты на свидании Лотта нервничала так, что мэтр Осберт даже спросил, не заболела ли она. Любуясь мужественным профилем своего кавалера и с удовольствием поедая булочку с кремом, которую он купил для неё в кондитерской, Лотта печальным голосом сообщила, что немножко простыла:

- С утра было прохладно, мэтр Осберт, а госпоже потребовались свежие цветы. Пока рвала букет в саду, промочила ноги.

- О, моя бедняжка! Позволь мне навестить тебя сегодня вечером, и я принесу тебе замечательный декокт, рецепт которого получил от своей бабушки. Этим декоктом можно вылечить всё, что пожелаешь, а главное, он совсем не противный на вкус.

- Ах, мэтр Осберт, всё же я девушка честная. И принимать мужчин по ночам – не лучшая идея. Я боюсь, что вы воспользуетесь моей слабостью и поведёте себя недостойно! – Лотта кокетливо улыбнулась и потупилась, давая возможность мэтру начать её уговаривать.

- Как ты могла такое подумать, Лотта?! - он укоризненно покачал головой. - Как только я закончу дела у вас в городе, мы тут же обвенчаемся, и я увезу тебя в столицу. Ты станешь лучшим украшением нашего дома! Неужели ты думаешь, что я способен обидеть свою будущую жену?!

- Я вовсе так не думаю, мэтр Осберт, но...

- Не волнуйся, голубка моя, я помню, что красивой девушке требуются красивые подарки, - ласково улыбнулся мэтр, пытаясь приобнять горничную. - Сегодня жди сюрприза, моя милая птичка!

Лотта серебристо рассмеялась, лукаво поглядывая на красавца лавочника.

***

Вечером, однако, ей было уже совсем не так и весело. Лотта почти с тревогой наблюдала, как гаснут огни в доме. Вот потухли свечи в спальне госпожи, следом в спальне барона. Вот старший лакей Петтерс привычно прошёл по коридору, проверяя, все ли окна на первом этаже закрыты и все ли двери заперты. Последний огонёк потух на кухне: припозднившаяся кухарка ставила тесто на утренние булочки.

Комната самой Лотты находилась на втором этаже, недалеко от покоев баронессы. Горничная, как и договаривались, отодвинув штору, поставила свечу на окно. Подождала несколько минут, чтобы убедится, что сигнал увиден. После этого девушка на цыпочках спустилась к боковому выходу для прислуги. Несколько мгновений постояла, держась за засов, а потом решительно отодвинула его, чуть толкнув уличную дверь и позволив сквозняку просочиться в дом. Затем по длинному коридору быстро вернулась к лестнице на второй этаж и застыла там в ожидании...

Мэтр Осберт пришёл навестить свою возлюбленную без привычной корзинки, в которой всегда приносил лакомства. Так и не закрыв дверь на засов, он позвал Лотту к себе, гулко прошептав:

- Иди ко мне, моя птичка. Ты увидишь, какой подарок я тебе припас, и вылечишься мгновенно!

Держа перед собой свечу, Лотта лукаво улыбнулась и помотала головой, пальчиком поманив мэтра Осберта к себе. Он сунул руку в карман и, держа что-то в горсти, опять громко зашептал:

- Иди ко мне, моя девочка и посмотри на это замечательное украшение.

Лотта слегка нахмурилась и приложила пальчик к губам, показывая, что разговаривать нельзя. Мэтр Осберт помрачнел и, как ей показалось, слегка занервничал. Она же стояла на первой ступени лестницы и по-прежнему манила его к себе.

Мэтр направился к ней решительно, но успел сделать только два шага, когда она вдруг заговорила:

- Мэтр Осберт, вы забыли закрыть за собой дверь.

Казалось, кавалер её совершенно не слышит...

Девушка машинально отступила на две ступени вверх. Тут мэтр не выдержал и сделал рывок, пытаясь нагнать ускользающую добычу...

Через несколько секунд все было кончено: Осберт стоял на коленях, рука мэтра была жёстко зафиксирована за спиной одним из солдат. Голову, крепко держа за волосы, оттянул назад другой служивый. Господин барон, царапая остриём кинжала крепкую шею мэтра, негромко говорил:

- Крикнешь – умрёшь сейчас же.

Ещё один из служивых, торопливо шаря в карманах, достал приготовленную тряпку и, не слишком церемонясь, резко надавил на щеки Осберта. Затем запихнул ткань в раззявленный рот и отошёл на шаг, давая возможность господину барону начать разговор.

- Лотта, ступай к себе, закрой дверь и больше не высовывайся, – строго наказал Эрик, на мгновение отвлёкшись от пленника.

Чувствуя на лице испарину и боясь уронить свечу из трясущихся рук, Лотта отправилась в собственную комнату, вспоминая все молитвы, которые знала. Горничная всегда была особой рассудительной и достаточно быстро поняла, что вьется вокруг нее Осберт не случайно. Она прекрасно представляла, что сделал бы с ней мэтр, если бы не помощь солдат.

Разумеется, спать она не могла. Напротив, потушив свечу, тихонько отодвинула штору и пронаблюдала, как по слабо освещённой лунной дорожке, пригибаясь и прячась за растущими по обочинам кустами, двигаются несколько теней. К сожалению, окна у неё выходили не в сторону двери. Потому, чем завершилась стычка, она узнала только через несколько минут, когда внизу раздались громкие голоса, среди которых выделялся громкий и уверенный хозяина:

- Заприте их в кладовку. Главное, проверьте, чтобы были хорошо связаны.

– Господин барон, а этого куда?

– Хромого оставьте здесь…

Только после этого горничная почувствовала, как отступает напряжение. Перекрестилась и хрипловато пробормотала:

- Слава тебе, Гос-споди...

Аккуратно выглянув из комнаты и убедившись, что все спокойно, она торопливо направилась к госпоже: нужно было зажечь свечи и уточнить, не нужно ли баронессе чего-либо.