Брачные ошибки

Глава 45

Парень удивлённо и несколько надменно заломил левую бровь и с иронией в голосе произнёс:

- Ваш венчанный муж, баронесса. Эрик Мария Эммануэль фон Герберт к вашим услугам, прекрасная госпожа, – он ёрнически поклонился и, выпрямившись, уточнил: - Вы не предложите мне сесть, милая дама?

- Берта… - я беспомощно посмотрела на служанку, а она в ответ с прежним недоумением пожала плечами, поясняя таким образом, что тоже ничего не понимает.

- Почему-то у меня создалось впечатление, что нам здесь не рады… - парень продолжал смотреть на меня с ухмылкой на лице, но ответа так и не дождался. Я действительно не понимала: он это или нет.

Неловкое молчание затягивалось, и уже даже с каким-то раздражением гость спросил:

- Может быть, милая баронесса, вы хотите выслушать отчёт о нашей первой брачной ночи? Что ж, я вполне могу покаяться…

- Не думаю, что наша с мужем брачная ночь осталась тайной для кого-либо в доме, почтенный гость. О том, как она прошла, наверняка знала не только Берта, но и горничная, и повариха. И всё это не считая наших опекунов и свидетелей. Так что даже самый подробный рассказ о том, сколько именно раз блевал мой юный муж, не будет доказательством.

Гость вздохнул, несколько картинно пожал плечами и ответил:

- Милая госпожа, вы забыли упомянуть ещё одного свидетеля, самого надёжного и верного. Я отлучусь ровно на минуту, приведу его сюда и уверен, вы немедленно признаете меня, – с этими словами он повернулся и вышел из комнаты.

Берта, привычным жестом прижав руку к груди, тихо спросила:

- Осподи… что делать-то будем, госпожа?! Как же ж оно так вышло-то?

- Из слуг его никто не видел? – больше всего я переживала почему-то о сохранении тайны. Ведь если это действительно Эрик и его увидят слуги, мне придётся признать наличие мужа и перестраивать всю свою жизнь. Но я совершенно не понимала, о каком свидетеле говорил парень. Может, приведёт фон Гольца, бывшего опекуна? Но ведь говорили пару лет назад, что старик умер, упившись вином... В голове у меня была настоящая каша из мыслей и опасений. Пусть я ещё не решилась на брак с маркизом, но…

- Да в кухне все они, госпожа. Всё, как вы и велели! Я и дверь снаружи стулом подпёрла, чтобы ежли выходить стали, нашумели.

Гость возвращался. И шаги в этот раз были каким-то странными: как будто человек шёл не один...

В распахнутую дверь парень вошёл не сразу. Сперва он сделал некий шутовской жест, обращаясь к кому-то невидимому мне, и скомандовал:

- Арт, проходи!

Вот пса я узнала сразу. Впрочем, как и он меня. Не могу сказать, что тогда, много лет назад, я успела с ним крепко подружиться, но всё же иногда гладила розовое смешное пузико и ласково почёсывала за большими ушами. Так что, когда собака положила мне голову на колени, подставляя лобастую голову под мои руки, я только вздохнула, признавая за этим незнакомцем право называться моим мужем.

- Что ж, Берта, ступай на кухню и посиди вместе со всеми. Заодно и присмотришь, чтобы никто не грел уши, – распорядилась я.

- А вы, – я взглянула на собственного мужа и вежливым жестом указала на второй стул у стола. – Присаживайтесь. Думаю, нам стоит поговорить.

Берта вышла, дверь захлопнулась. Арт, заметив, что я больше не почёсываю его, процокал когтями по полу и улёгся возле стула Эрика, одновременно тяжело вздохнув.

- И зачем ты приехал?! - вопрос я задала риторический, не ожидая ответа, и почти с тоской смотрела на этого молодого парня, понимая, что он только добавит мне всевозможных забот. Решение надо было принимать здесь и сейчас, потому я холодно сказала: - Хорошо… раз уж так… у меня есть к тебе предложение.

- Слушаю, – почему-то его улыбка снова показалась мне насмешливой, что только подогрело моё раздражение.

- Я предлагаю тебе исчезнуть ещё на полгода. Потом, когда дата, указанная в прошении об установлении даты пропажи, совпадёт с текущим временем, ты сможешь объявиться, и мы легко получим развод. Я обещаю достойно содержать тебя эти месяцы. То есть я буду оплачивать твоё жилье, еду и дрова. Ну и куплю всё, что понадобится из одежды. А после развода ты получишь от меня четыреста золотых. Договорились?

Три толстых свечи белого воска освещали лицо моего супруга достаточно ярко, но вот какую-то сложную эмоцию, которую он сейчас испытывал, понять я не смогла. Эрик молчал, задумчиво барабаня пальцами по столу, а я не решалась подтолкнуть его, опасаясь…

Сама не знаю, чего я опасалась. Просто чувствовала, что в эту минуту решается моя судьба.

***

Подъехав к старому дому, где он прожил так недолго, Эрик испытал некоторое чувство стыда. И постройки при доме, и даже сам двор не изменились ни капли. Пожалуй, только ещё больше обветшали. Когда-то, лет пять или шесть назад, дом явно ремонтировали. Но потом, похоже, у девочки кончились деньги и…

«Надеюсь, она хотя бы не голодает! Но я, пожалуй, дам за ней действительно хорошее приданое. Вряд ли ей весело жилось все эти годы… В конце концов, нас повенчали в храме, а даже на подарок Зангире я потратил полторы сотни золотых. Решено! Выдам ей четыреста монет и постараюсь найти хорошего мужа.», – мрачно подумал Эрик, стоя на крыльце и рассматривая позеленевшую медную ручку.

Сумерки наваливались все сильнее, но даже в полумраке он видел, что начищать до блеска замки, ручки и колокольчик в этом доме просто некому.

«Или она рассчитала всю прислугу, потому что нечем платить… Или же у неё просто очень ленивая служанка.», - попытался успокоить он сам себя. Тем более, что на его стук в дверь откликнулся какой-то мужчина, больше всего напоминающий лакея.

Вообще-то Эрик ехал спросить у новых владельцев дома адрес жены. Но лакей в окошке на вопрос о баронессе ответил так, что стало понятно: дом по-прежнему принадлежит Эльзе.

«Надеюсь, это не ее любовник…». Мысль была глупой. Эрик и сам понимал это. Но угрызения совести стали гораздо сильнее, когда он увидел эту едва прикрытую нищету.

Даже чёткое осознание, что та смелая девочка, которую он помнил, могла бы продать этот дом и спокойно жить на полученную сумму в скромной квартирке, не утихомирила совесть барона.

«Что может решить женщина?! Она была совсем ребенком…».

Тем временем лакей с кем-то разговаривал за дверью, но открывать не спешил. В доме явно поднялась суматоха, и ожидать пришлось довольно долго. Однако, когда дверь все же распахнулась, Берту Эрик узнал мгновенно. Она чуть поправилась, добавилось седины в волосы, но была вполне прилично одета. Это немного успокаивало, но взгляд, брошенный на холл, привёл его в недоумение.

«На служанке платье, отделанное бархатом, а на стенах треснувшая побелка. Интересно, женщины вообще могут думать о чём-нибудь, кроме тряпок?!», – подумал он почти с раздражением.

Берта держалась почтительно, но весьма отчужденно.

Первый взгляд на женщину, сидящую за столом в комнате, почему-то вызвал мурашки по коже.

«Она… она красивая!», – с удивлением подумал Эрик.

Ему было забавно наблюдать, как нервничают Берта и девушка, не узнавая его. Почему-то это казалось ему очень смешным. Но когда Эльза упомянула о том, что об их первой ночи знает не только Берта, а и куча других людей, это вызвало некоторое раздражение у барона. Впрочем, себя он быстро и легко оправдал: «Господи! Я был совсем ребёнком, да еще и ребёнком, которого старые идиоты напоили вином…».

Чтобы привести Арта, пришлось выйти за забор и открыть карету. К некоторой досаде Эрика, собаку девушка узнала сразу же и даже нервно улыбнулась, почёсывая лобастую башку. Но потом произошло невообразимое…

Она выставила компаньонку из комнаты и заговорила. Её короткая, очень чёткая и деловитая речь вогнали Эрика в некий ступор. Его жена не охала, не ахала и не пугалась. Она делала финансовое предложение таким тоном, как будто произносить похожие речи ей приходилось ежедневно! Как будто она была не нищей девочкой-баронессой, брошенной мужем, а прожжённым купцом. Даже не тем купцом, который пытается ласковыми речами охмурит покупателя, а тем, который зверски торгуется, имея что-то очень ценное и нужное для своего оппонента.

Эрик выслушал её, не перебивая, но ощущая, как сложенная в голове картинка, где он благодетельствует бывшей жене и уходит на волю свободным героем, разбилась на маленькие кусочки. Особенно потрясла его сумма, предложенная Эльзой. Даже для него, Эрика, четыреста золотых, которые он пообещал себе дать жене в приданое, были очень весомой суммой. Она что, присмотрела без него для себя богатого жениха?!

Жизнь при дворе раджана Лагара Справедливого научила барона не только мгновенно принимать решения, но и признавать моменты, когда выбор был сделан неправильно. Слишком долго Эрик не раздумывал. Он почти сразу понял, что все его планы по поводу обустройства Эльзы рассыпались прахом. Нужно было больше узнать о её теперешнем положении. Если она действительно нашла себе богатого мужа, ну что ж, пусть так и будет.

Но она по глупости и неопытности вполне может нарваться на жулика или афериста. Да, Эрик хотел расторгнуть этот брак и избавиться от жены. Но всё же не любой ценой. Прежде чем принять окончательное решение, ему нужно было собрать больше информации. Он посмотрел на сидящую напротив молодую женщину, невольно отметил, что та выглядит и держится совсем не так, как наложницы в хариме. Оценил её спокойную уверенность и даже почувствовал некое любопытство: «Интересно, что содержится там, в этой прелестной головке? Однако моя маленькая жена повзрослела!».

После этого он перестал барабанить пальцами по столу, выложил ладони на белоснежную скатерть рядом друг с другом, машинально отметив, что казавшийся вечным загар постепенно сходит, и спокойно ответил:

- Нет, Эльза. Меня не слишком устраивает твоё предложение.