Тимур
Смотрю на малышку свою и задыхаюсь от нежности и умиления. Потрясающая. Девочка-фантастика.
Лада спит на моей руке, забавно обхватив предплечье ручками и ножками, прижимаясь к нему животиком, словно маленькая пандочка. Пока что для неё это самое предпочтительное место для сна, не считая груди мамы.
Осторожно прижимаю малышку к себе и спинку крохотную поглаживаю.
Мои бесподобные девочки. Для них обоих путь появления дочки на свет был нелегким. Сначала тяжело протекающая беременность Эммы. На четвертом месяце её почки приказали долго жить и обе почти что приостановили свою работоспособность. Долгое щадящее лечение, а после — полный покой. С рождения Лады прошло почти четыре месяца, но тот ужас, который висел в воздухе всю беременность, я навряд ли забуду. Ругал себя каждодневно за то, что подверг Эми испытанию. После свадьбы мы оба горели мечтой обзавестись маленькой косолапенькой девочкой. Я так увлекся этой идеей, что плохо соображал и не рассчитал последствия.
Лада родилась совсем крошечной. Меньше трех килограммов. Оно и понятно, за семь месяцев, три из которых её мамочка жизнью рисковала, малышка не смогла набрать веса и сил. Когда впервые брал её подержать, руки дрожали от переполняющих душу эмоций. Сердце колотилось где-то под глоткой, когда смотрел на маленькое личико, крошечные пальчики.
Я думал, что сильнее, чем Эмму, любить никого не смогу, даже близко, но, когда Лада открыла глазки и посмотрела на меня двумя угольками горящими, совсем как у мамы, случилось чудо. Жизнь за её мягкие щечки готов отдать.
Два месяца назад мы переехали в Крым. У малышки есть небольшие проблемы с лёгкими. Здешний климат и воздух благоприятно сказываются на её организме. Эмме тут тоже нравится. Плюс ее профессии — работать, да и учиться она может удаленно из любой точки мира
Дом на берегу небольшого пруда, за которым реликтовые леса начинаются, идеально девочкам подошел. Много гуляем по можжевеловым рощам, дышим чистым воздухом, о котором в Москве можно было только мечтать.
Для нервов моих тоже полезно. Снижается возбуждение после перенесенного стресса. Если бы знал, каково это с маленькой девочкой связывать… Нашёл бы Эмму пораньше.
Поднимаю глаза и вижу жену. Плывет к нам своей летящей-парящей походкой. Нет, определенно понятно, почему мужики гимнасток предпочитают. Слюноотделение за считанные мгновенья усиливается, как и эрекция.
Мы с Ладой ждали, когда Эмма вернется с экскурсии по гроту завода шампанских вин. Дождались. Глаза Эммы светятся любовью такой силы, что я даже смущаюсь, охваченный гордостью нереальной.
— Как вы тут, зайки мои, — Эм тянется губами к моей щеке и поглаживает спинку дочурки. В ответ кроха чмокает губками, немного пуская слюнок на мою рубашку. — Я так соскучилась! Хотелось побыстрее закончить, хотя и было очень интересно.
Несколько дней назад Эмма узнала, что старинный завод собираются пустить с молотка. Резко стал нерентабельным. Удивительно, правда? Двести лет непрерывной работы прекращаются после того, как земля под ним кому-то понадобилась. Быстрое банкротство. Скорые торги. Экскурсии в подземные хранилища в скором времени прекратятся.
Мы постарались приехать быстрее, чтобы Эм посмотрела. Впервые её отпустил от себя. Но с дочкой спускаться на сто пятьдесят метров под землю по старым металлическим лестницам не решился. Споткнусь ещё на старости лет. Сорок четыре скоро, как никак.
— Понравилось? — интересуюсь у жены, крепко прижимаю её к себе, обхватив талию.
— Очень, — ладошка Эми опускается мне на плечо. — Мы так чудесно попали. Мне показали, как девочки-дегоржёры осуществляют ремюаж. Тим, это фантастика! Стенд огромный, куча бутылок, а она их меньше чем за минуту все успевает вручную прокрутить. Представляешь?
— Хочешь сказать, ты печатаешь медленнее?
Скромнее и воспитаннее человека, чем Эмма, я не встречал. Она замечает и отмечает достоинства всех людей окружающих, кроме своих. «Я ведь не жизни спасаю». Единственное, чем она гордится, — случай в метро.
— Это другое, — хлопает меня ладошкой по плечу. — А ещё… — многозначительную паузу делает. — Я видела, как дегоржаж происходит. Специалисты всего за шесть секунд удаляют временную пробку и удаляют осадок.
— И куда они его сливают? — бровь вскидываю.
— Ну попробовала я язычком капельку, и что? — Эмма игриво сжимает губки, бровки вскидывает. Выглядит максимально игриво при этом.
Зрительный контакт удерживаем, пока Эми смеяться не начинает. Хохочет заливисто. Восхитительная моя. Не знаю, как выразить свои чувства к ней. Происходящее трогает меня нереально. До Эммы я не был действительно счастлив.
— Дай проверить, — касаюсь её губ своими, постепенно углубляя поцелуй. Она в такие моменты смущается, но с нежной покорностью себя перебарывает каждый раз. — Брют что ли пила? — смех сдерживаю, видя, как она краснеет.
— Какое пила? Я буквально чуть-чуть. Думаешь кормить Ладу нельзя теперь? — жена нервничать начинает, того и гляди запаникует. — Не надо было соглашаться. Сильный запах?
Неподдельный страх в любимых глазах — словно удар под дых.
— Эми, малышка. Не глупи. Я пошутил. Ничего не случится с принцессой от одной капельки.
Лада, как чувствует, что мама пришла. Просыпается и хныкать начинает. Огромные глазки слезами наполняются.
Боже, дай сил.
Пока Эм кормит, рядом сижу. Столько раз уже видел эту картину, и каждый раз нахожусь на изломе чувств, когда маленькая ладошка касается мягкой груди.
Эми поворачивается и нежнейше мне улыбается.
— Жалко, что с заводом так вышло. Столько людей без работы останется. Экскурсовод сказала, что у них винные технологи в трех поколениях работают на производстве. Послезавтра торги… — День поистине уникальный. Запомню на всю жизнь. Кажется, жена впервые готовится у меня попросить о чем-то. — У них световой зал есть. Тиль бы прекрасно вписалась туда. Можно было бы игровой центр сделать…
Вау! Для Эм это подвиг. Моя самостоятельная девочка почти что озвучила свои желания.
— Можешь чемоданы паковать своей подружке. Считай, что завод твой, — пытаясь сдержать страсть, во мне бушующую, наклоняюсь и целую мягкие влажные губки.
Очень сложно жить рядом со своею мечтой, особенно когда она порывисто дышит в твой рот. Но я буду стараться, любить и беречь.