Модистка Ее Величества (СИ)

Глава 14

Именно в таком печальном и нервном состоянии застала меня няня Манон, войдя в мою спальню чуть позже.

— Доченька, почему ты всё ещё не разделась? И где горничные?

Я подняла на неё глаза и тихо сказала:

— Наверное, я совершила ошибку, няня. Граф оказался не тем человеком, которого я представляла себе.

Говорить с Манон о той мерзости, которую я только что наблюдала в одной из гостевых спален, я не хотела.

— Как же не тот, милая? Он даст тебе защиту, титул, богатство.

— Но он бабник! Няня, почему ты раньше не рассказала о его любвеобильности?

— Но разве это грех, доченька? Все мужчины изменяют.

— Не правда.

— Правда, я прожила долгую жизнь и знаю, — закивала няня. — Давай, я помогу тебе раздеться. Вот, я принесла тебе мешочек со специальными ягодами. Положи несколько в интимное место и граф увидит кровь и

— Няня! — перебила я её нервно.

Неужели все считали это нормальным? Что муж изменял в правый же день, а невеста подкладывала ягоды, имитируя девичью кровь. Похоже, что так. И это общество было точно нездорово. Хотя и я изначально согласилась на обман мужа, но отчего-то сейчас начала жалеть обо всем. Ведь моя первая мысль была верна — сбежать от мачехи и замуж не выходить. Но я заглушила в себе этот порыв.

— Пойми, Сесиль. Ты его жена, это важно. А любовницы — так развлечение. Это как нужду справить.

Она говорила о каких-то жутких вещах, которые были неприемлемы для меня, но Манон точно не считала их омерзительными или гнусными.

— Няня, прости, но ты все же не права. Спасибо за ягоды, но прошу оставь меня одну.

— Ох, ты! Деточка, неужто ты собралась мужу перечить? — испуганно спросила она. — Не дело это.

— Няня, я люблю тебя, но тебе лучше уйти, иначе мы поссоримся.

— Я то, уйду. Но зря не слушаешь меня. Я ведь тебе добра желаю.

Такого «добра» в виде блудника — мужа мне точно было не надо.

Охая и причитая, няня Манон все же ушла, предварительно положив мешочек с ягодами на столик, в надежде, что я передумаю.

В своих напряженных мрачных раздумьях я сидела не долго. В какой-то момент раздался скрип двери и в спальню пожаловал граф де Бриен. Его нетвердая походка и блуждающий взор говорили о его сильном опьянении.

Я быстро поднялась на ноги и расправила плечи.

— Зачем вы здесь, сударь? — спросила я с вызовом, едва муж громко захлопнул дверь.

Он подозрительно молчал, приближаясь ко мне. Я едва не зажала нос, от него невыносимо воняло какими-то едкими духами, или его собственными или его последней пассии.

— Что за глупый вопрос, Сесиль? Я твой муж и..

— А! — перебила я его, прищурившись. — Пришли выполнить свои нудные супружеские обязанности?

Он на миг замер, оглядывая меня подозрительным взглядом.

— Да, за этим.

— Однако, я думаю мадам Лили уже выполнила их за меня. Потому прошу вас покинуть мою спальню, ваше сиятельство.

— Ты что шпионила за мной?! — взвился он, повышая голос и наконец понимая, что я всё знаю о его шашнях с дамой в розовом.

— Этого и не нужно. Вы блудите со своими любовницами прямо во время свадебного бала. И даже не закрываете дверь. Наверняка все слуги видели это.

— Как ты смеешь так говорить со мной, наглая девчонка?!

Он сделал два стремительных шага ко мне и наотмашь ударил меня по лицу. От силы удара я неуклюже шлепнулась ягодицами на кровать и тут же схватилась за горящую щеку. Это была уже вторая пощечина за день, сначала мачеха, а теперь муженек считал возможным бить меня по лицу. И для меня было это дико. Неужели все аристократы в этом времени вели себя гнусно?

Только на миг я растерялась. Гордо подняла голову и холодно заявила:

— Я хочу, чтобы вы ушли из моей спальни.

— Никуда я не уйду! Ты моя жена и обязана принимать меня в своей постели.

— Этого не будет.

— Значит мне придется наказать тебя за твое непослушание, — пригрозил он.

Жёстко схватив меня за локоть, он дёрнул к себе. Попытался поцеловать, но я начала яростно отталкивать его.

— Пойдите прочь!

— Нищая потаскуха! Решила показать свой норов? Так не выйдет. Я хочу тебя и возьму тебя, — прохрипел злобно Рауль.

Наконец мне удалось вырваться, и я отбежала от него на безопасное расстояние.

— Тогда вам придется брать меня силой, — твердо заявила я.

— И возьму, не сомневайся.

— Вы гнусный человек, граф. Я требую, чтобы вы ушли.

— Требуешь? Вижу как чудесно воспитала тебя мачеха… ну ничего… пара недель в моих руках и ты станешь покладистой и послушной...

Это прозвучало как угроза.

Весь лоск и нарочитая вежливость слезли с де Бриена и он был похож на некоего трактирщика или грузчика, красного он гнева и бранящего по пьяни свою нерадивую жену.

Он начал надвигаться на меня, а я попятилась назад. Оглядывалась на письменный стол и искала глазами нож для бумаг. Я точно не собиралась становиться безропотной жертвой этого мерзкого типа. А де Бриен неумолимо подкрадывался, словно голодный шакал, не желающий упускать свою жертву.

Все же мне удалось разглядеть нож и я бросившись к столу, схватила холодное оружие. Вытянула перед собой небольшой серебряный предмет, и пригрозила:

— Не подходите…

Мне совсем не нравилась эта жуткая потасовка, но выхода у меня не было, потому что мой муженек похоже не собирался отступать.

В тот момент, когда разъяренный граф бросился на меня, я выкинула руку вперед, чтобы поранить его, но он умело схватил мое запястье, и отвел холодное оружие от своего лица. Тут же прижал меня к себе, и завел мою руку с ножом за спину, сильно выкручивая ее. Я застонала от боли, а он злорадно ухмыльнулся мне в лицо:

— Думала, одолеешь меня, маленькая дрянь? Сейчас я покажу тебе, как это быть послушной женой.

Я выронила нож, а граф тут же поволок меня к кровати. В этот миг из моего подсознания всплыло некое воспоминание, точнее инстинктивное движение. Я подняла ногу и со всей силы пнула его коленом в причинное место. Да так сильно, что де Бриен громко взвыл, и я тут же оказалась свободна. Он же даже упал на колени, сжавшись от боли и согнувшись.

Быстро отбежав от него за кровать, я вперила в мужа испуганный взгляд, пыталась успокоить свое бешеное дыхание. Я сама не понимала, что на меня нашло, но чувствовала, что все сделала правильно. Пусть знает, что я не безропотная жертва и подчиняться не собираюсь.

Когда де Бриен поднял на меня глаза, я подумала, что он сейчас точно убьет меня. Взор его был невменяем.

— Ты пожалеешь об этом, Сесиль, — сквозь зубы процедил он.

Де Бриен тяжело поднялся на ноги и, поплелся, пошатываясь к двери.

Когда он ушел я, наверное, минуту стояла в оцепенении, и не верила в то, что этот мерзавец все-таки оставил меня в покое.