Модистка Ее Величества (СИ)

Глава 49

Все же мне удалось скрыться от своих преследователей. Выйдя из-за укрытия, я поспешила обратно домой. Няню решила не искать, надеялась, что Манон сама вернется, поняв что мы потерялись.

Опасливо озираясь по сторонам, я следовала по шумным улочкам и ругала себя на чем свет стоит. Ну зачем я пошла на этот праздник? Да еще и в таком ярком наряде. Отчего не осталась дома? Однако было удивительно, что в такой многолюдной толпе меня все же разглядел муж.

На днях я опять наведывалась в Ратушу и говорила с начальником ведомства. Написала бумагу, что желаю развода. Он обещал дать ход делу, а именно передать мое прошение королю через королевскую канцелярию.

Как уведомил меня чиновник, мое прошение будет долго рассматриваться, так как заявителем выступала только одна я, если бы и Рауль написал подобное прошение, то дело точно бы решилось положительно и довольно быстро. Но я знала, что де Бриен вряд ли захочет сам развода. Я столько раз просила его об этом, но он и слушать ничего не желал. Потому я надеялась только на то, что король внемлет моим мольбам и решит дело положительно, ведь в прошении я указала, что терплю от мужа насилие и побои. Жестокое обращение мужа в браке, как уточнил мне служащий Ратуши, являлось достаточным поводом для законного развода.

Пришлось правда дать начальнику взятку в десять франков, чтобы он не распространялся о месте моего проживания теперь Я боялась, что де Бриен, узнав о моем прошении, точно наведается в Ратушу, чтобы выяснить, где я сейчас нахожусь. Чиновник обещал сохранить все в тайне.

Потому сегодня, наткнувшись на Рауля на улице я гадала, знает ли он, что я живу на улице де Жуи или же это только случайность.

Уже подходя к дому мадам Арабель, на соседней улице я заметила юную девушку. Она одиноко стояла у магазина женского платья на углу Риволи и горько плакала. Прохожие безразлично обходили стороной ее бесформенную фигурку в невзрачном темном платье. Черная шляпка с большими полями на русых волосах сидела чуть на бок. Было заметно, что девушка сильно расстроена чем-то. Возможно у нее украли кошель или же ей было плохо.

Что-то толкнуло меня подойти к ней.

— У вас что-то случилось, мадемуазель? — участливо спросила я у бедняжки.

— Нет, — всхлипнула она в ответ.

Юная лет шестнадцати, девушка только мельком бросила на меня голубой печальный взор и отвернулась, вытирая платком слезы.

— Как же нет? Вокруг такое веселье, а вы плачьте. Вас кто-то обидел или болит что?

Девушка нервно вскинула на меня голову и вдруг выпалила:

— А чтобы вы сделали, если бы ваш жених не обращал на нас внимания? И считал деревенской монашкой.

— Эээ, не знаю даже, — протянула я. Слова незнакомки огорошили меня. Я выдала предположение: — Может и не нужен такой жених, если не смотрит на вас?

Девушка была красива, с лазурными глазами, нежной чистой кожей, русыми волосами с золотистым отливом и чувственными губами. Розовощекая и чуть пухленькая. Как говориться кровь с молоком и пышащая здоровьем.

Как раз такие пользовались успехом у мужчин в нынешние времена. Единственное, что портило ее совершенную красоту это жуткое старушечье платье с глухим воротником: темно-коричневое с безвкусными черными рюшами, пришитыми по широкой юбке совершенно не к месту. Широкополая шляпка, еще времён революции, также словно появилась из бабушкиного сундука.

— Но я люблю его! — продолжала нервно девушка. — Он такой красивый и мужественный. И наши родители благословили наш союз. Но Франс совсем не увлекся мной. Правда, мы увиделись только вчера, но я сразу поняла, что люблю его! А он никогда не будет смотреть на меня, ведь его окружают такие блестяще дамы.

— А вы не пробовали одеться по-другому? Модно, например?

— Я не знаю как, — опять всхлипнула девушка. — Последние семь лет я жила в монастыре. Я попросила помочь мадемуазель Лафилет, а она убедила меня купить это платье. А теперь я вижу какое оно страшное! Все дамы вокруг одеты так шикарно, ярко, а я как чёрная ворона! И Франс даже не заметил меня теперь среди них. Я очень расстроилась, оттого и убежала.

Я внимательно слушала девушку и искренне хотела помочь. Похоже у неё совсем не было друзей и оттого сейчас она чувствовала себя такой несчастной.

— Как вас зовут?

— Луиза.

Слова девушки были пронизаны горечью и страданием. Хотя я начала уже понимать, что случилось. Бедняжка, прожив долгое время в монастыре, теперь вернулась в свет, чтобы выйти замуж. Но совсем не разбиралась в нынешней моде, нравах и в людях. Потому попросила помощи в поиске наряда некую злую завистливую дамочку. Только такая могла убедить бедняжку купить это жуткое платье. Может завидовала красоте Луизы или тому, что у неё прекрасный жених?

— Меня Сесиль. Я могу помочь вам, Луиза. Вы же сегодня гуляете здесь на празднике?

— Да. Все мои знакомые и родственники отправились теперь на раут в ближайший парк. Там будет небольшое торжество. Но я не пошла и убежала. Не хочу, чтобы мой жених видел меня в этом безобразном наряде.

— Да-да, что то слышала о празднике в Тюильри, — сказала я, вспомнив что по утру говорила мне мадам Арабель.

— Спасибо вам, Сесиль. Но вряд ли вы сможете мне помочь. Видите, модные лавки сейчас закрыты, я уже обежала их все. И я не могу купить другое платье. Да и денег у меня с собой нет. Всё у слуги брата. Хотела взять наряд в кредит.

— Модные лавки нам не понадобятся. Я сама исправлю ваш наряд, — заверила я Луизу. — И сделаю это так, что ваш жених обязательно заметит вас на прогулке.

— Вы правда сможете?

— Долго ваши знакомые будут в парке?

— Пару часов, наверное, не меньше.

— Мы управимся за час! Обещаю. Пойдёмте со мной. Я живу неподалеку, на соседней улице.

— Я право не знаю, — тут же стушевалась Луиза. — Зачем вы помогаете мне?

— Хочу, чтобы ваш жених влюбился в вас и вы больше не плакали.

Луиза хоть и нехотя, но все же пошла со мной. Сказала, что всё равно в парк не пойдёт в этом дурном платье. Оттого три часа времени свободного у нее есть, чтобы вернуться к няне и брату, пока они не хватились ее.