( Не) ошибка по совместимости

52 Алиса

Она снова не спала. Которую ночь подряд.

Как только проваливалась в дрему — снился Артём. Такие нежные видения. Его руки. Его запах. Его кожа. Иногда — как он смотрит. Иногда — как прижимает к себе, вжимается всем телом, как будто боится отпустить.Иногда сны были полны страсти. Горячее дыхание Артёма на её шее. Его пальцы, скользящие по бедру. Как он смотрит в глаза перед поцелуем, будто пытается прочитать в ней что-то важное. И каждый раз всё заканчивается одинаково. Он уходит. Нет — падает. С высокого обрыва, в пустоту. Она кричит — и просыпается. Всегда в четыре утра. Сердце стучит в горле. И сна больше нет. Только пустота.

Она просыпалась с влажными глазами и ноющей грудью. Живот сводило, как после слишком долгого напряжения.

А потом снова — утро. Холодная вода. Кофе без вкуса. Люди вокруг — слишком громкие, слишком яркие. Мир раздражал.

На работе всё стало... жёстче. Не хуже — нет. Просто Алиса будто включила в себе режим автопилота: действовать, не проживая. К Петру — исчезло сочувствие. К подчинённым — выросла требовательность. Даже Маргарита Сергеевна пару раз косо посмотрела. Наверное, думала, что у неё ПМС.

Письмо от Артёма пришло в тот же день. Уточнения по немецкому проекту — чёткие, выверенные. Никаких эмоций. Ни одного «здравствуйте», ни «надеюсь, вы хорошо добрались». Просто рабочий текст. Словно между ними — ничего никогда не было. Ни того поцелуя в лифте, ни той ночи три года назад. Ни Златки.

Вечером она позвонила Кате. Разговор получился нервным. Катя выслушала, влезла с типичными «ну ты, конечно, загнала себя». Алиса попыталась объяснить:

— Мне не по себе… Он снится мне каждую ночь. Я не могу это остановить. Я не понимаю, что со мной происходит. Мне кажется, я разваливаюсь.

Катя помолчала, а потом выдала:

— Знаешь, тебе бы фокус сменить. Ну, переключиться на кого-то другого. Мужчину. Не обязательно влюбляться. Просто… внимание перенацелить. Ты зациклилась.

Алиса сначала хотела возразить, но потом задумалась. Да, на неё посматривал сисадмин, казалось, не прочь был бы пойти на кофе. Финансовый тоже что-то недоговаривал в разговорах. Но они все — женатые. И это автоматически ставило на них крест.

И тут всплыл Вадим. После возвращения из Мюнхена он отстранился. И это… логично. Она поехала с Артёмом «смотреть город», а потом он впервые вообще за всё время работы за границей приехал провожать их в аэропорт. Со стороны — это выглядело однозначно. И Вадим, похоже, сделал свои выводы.

Надо показать, что всё не так. Что она — свободна. Что с Артёмом — ничего, кроме рабочих задач.

Это почти правда. Почти. Если не считать ту ночь и Златку.

Алиса не хотела играть чувствами. Не хотела использовать Вадима. Просто… вернуть всё в прежнее русло. Шуточки. Подколы. Совместные обеды. Не более. Просто отвлечь себя. Спастись.

Через несколько дней она набралась решимости — пригласила Вадима на обед в «Васильки».

Он согласился без особого энтузиазма, но пришёл вовремя. Заказали оливье и драники. Говорили легко — о рабочих моментах, шутили. Алиса старалась держаться как раньше. Легко. Немного флирта. Немного иронии. И вот в конце, когда официант убрал посуду, Вадим потёр пальцем край чашки и вдруг сказал:

— Слушай, Алиса, я не хочу лезть не в своё дело… правда.

Он поднял на неё взгляд.

— Но ты знаешь, я давно в компании. И за всё время работы за границей я ни разу не видел, чтобы Артём Александрович провожал нас в аэропорт. Это было… необычно. Ну и та ваша прогулка по Мюнхену…

Он замялся.

— Короче. Мне просто важно понимать, это что-то личное было или просто совпадение?

Алиса чуть улыбнулась, откинулась на спинку стула. Сделала глоток кофе.

— Артём Александрович — интересный и умный человек. Мы хорошо сработались.

Она выдержала паузу.

— Но между нами ничего нет. Ни интрижек, ни флирта. Только рабочие вопросы.

Вадим смотрел внимательно, будто хотел убедиться, что она не врёт.

Потом кивнул.

— Ясно. Просто… зная картину целиком, мне проще выстраивать общение. Без недопониманий.

Он улыбнулся.

— Я рад, что мы можем по-прежнему обедать вместе, без напряжения.

Алиса кивнула, улыбнулась в ответ. Но внутри — всё гудело. Она солгала. Не Вадиму. Себе.