( Не) ошибка по совместимости

44 Алиса и Артём

Вадим не молчал, пока они шли. Говорил что-то о перелёте, о долгом дне, о Мюнхене. О проектах, о немецкой пунктуальности. Алиса кивала, поддакивала, играя в вежливую включённость. На деле — не слышала почти ничего. Внутри — напряжение, сжатая пружина, гул мыслей, где каждое имя звучало громче остальных.

И когда Вадим заговорил об Артёме — вдруг с особой теплотой, с уважением, даже с восхищением — она не выдержала.

— Он давно здесь живёт? — спросила она как будто между делом. Спокойно, не поднимая на Вадима взгляда. Будто просто вежливо поддержала разговор.

А внутри — пульс в ушах. Тысячи неозвученных вопросов.

— Кто?

— Артём Александрович, — всё так же невозмутимо.

Он выдохнул через нос, будто не сразу понял, зачем ей это знать.

— Скоро будет три года. Когда только переехал, мы, честно, немного буксовали. Он же раньше всё из офиса в Минске курировал, а тут — через видеосвязь. Но быстро всё наладилось. Он, знаешь, умеет команду подобрать и организовать так, что через пару недель всё шло как по маслу. Будто всегда так работали.

Алиса снова кивнула. Всё так же не глядя. И молча шла рядом, будто фиксируя маршрут к отелю. А на деле — ловила на лету каждое слово.

— А семья? Они тоже переехали?

Вопрос прозвучал как-то особенно тихо. Она понимала — под дверью отеля, под светом фонарей, это был её последний шанс узнать главное. И нельзя было прозвучать слишком лично.

Воздуха стало меньше. Ожидание стискивало грудную клетку.

— Он в разводе, — ответил Вадим, пожав плечами. — Не знаю точно, когда он развёлся. Так что никто не пострадал, — хмыкнул и коротко засмеялся.

У Алисы внутри щёлкнуло. Он один. Всё это время — один.

У входа в номер Вадим задержал взгляд. В нём была попытка, был вопрос. И намёк, и приглашение.

Но Алиса сделала вид, что не заметила. Легко попрощалась и вошла.

Как только дверь закрылась за ней — она облокотилась на неё спиной. Плащ скользнул с плеч и остался на полу. Она не подняла его. Просто прошла внутрь, и, не раздеваясь, легла на кровать. В платье. В туфлях. Молча.

С потолка струился мягкий свет. Комната пахла свежестью — стерильной, немецкой. Воздух чужого города обнимал слишком ровно. А внутри всё трепетало.

Она вспоминала.

Как он тогда смотрел. Как её кожа отзывалась на каждый его жест. Как будто он умел не просто прикасаться, а обнажать суть. Как будто снимал с неё не только одежду — страхи, напряжение, маски.

Именно с ним она ощущала себя настоящей. Такой, какой боялась быть. Но благодаря ему такой открылась и осталась.

Пролежав так минут двадцать, она вдруг поняла — сжимает пальцы. Горло пересохло. И не от усталости. Щёки пылали. В теле — огонь, вытеснивший сон.

Она вскочила, прошла в ванную, умылась холодной водой.

" Ты мать. Вспомни. Соберись " — мысленно приказывала себе.

Набрала Катю. На часах было ровно восемь — значит, в Минске девять. Калыханка закончилась. В самый раз звонить.

Катя не брала трубку.

Сначала один гудок. Второй. Третий.

Паника подступила резко.

Сердце колотилось в горле.

Что-то случилось. Почему не отвечает? Она ведь знала, что я буду звонить...

На четвёртом гудке Катя ответила.

— Прости, Алиса, — голос задыхался от смеха. — Мирон кинул его в корзину с бельём, прикинь? Не могла найти.

— Господи... — Алиса вздохнула. Паника отступила, будто обухом по лбу.

— Всё хорошо. Вот твоя звезда — бегает с Мироном, рассказывает сказки на ночь. Даже не вспоминает, что тебя рядом нет, — рассмеялась Катя.

На экране Алиса увидела Златку. Голос дочери звенел радостью. Не тоской. Не скукой. Радостью.

Это успокоило. Заодно и укололо.

Она поблагодарила Катю, пожелала спокойной ночи и отключилась.

Тут же зазвонил внутренний телефон.

— Вам сообщение с ресепшена, — по-английски сказала девушка. — Вас ожидают внизу.

— Кто?

— Артём Александрович… если вам удобно спуститься.

...

Алексей и Марьяна ещё что-то обсуждали. Но Артём их почти не слышал. Мысли были где-то в другом месте. В одной точке. Вернее в одном человеке. В ней. В Алисе.

Марьяна коснулась его плеча, попрощалась. У Алексея завибрировал телефон и он тоже, пожелав доброго вечера, ушёл. Он кивнул, не осознавая слов. Внутри пульсировала только одна потребность — говорить с ней.

Но не мог просто так, демонстративно, при всех. Встать и при всех пойти к ней. Не мог заявить свой интерес. Пока.

Он шёл по тёплой мюнхенской улице. Каменные стены отражали последние отблески дня. Воздух казался плотным от ожидания.

Он вспоминал её.

Как она тогда дрожала в его руках.

Как звенела от прикосновений.

Как долго лежала потом у него на груди — молча, будто боялась разрушить тишину.

Он вдохнул. Глубоко.

Он снова был живым.

Он снова чувствовал.

Вернувшись в отель, попросил с ресепшена позвонить в номер.

— Передайте, что Артём Александрович ждёт её в баре. Если ей удобно, конечно.

Он сел у окна. Лёгкий джаз, теплый свет, приглушённые голоса. Бар жил своей жизнью.

Пока она не вошла.

Она была всё в том же платье. И это почему-то поразило его сильнее всего. Она не переоделась. Не "сбросила вечер". Осталась — в моменте.

Волосы чуть растрёпаны. Жемчуг в ушах исчез. Больше никакого декора — только она. Настоящая.

Он встал.

И замер.

Слова — застряли где-то в груди. Всё, что хотел сказать, всё, что должен был — не находилось.

— Выпьешь что-нибудь? — выдохнул наконец.

— Минеральную воду, — её голос дрогнул. Совсем чуть-чуть.

Он заказал. Себе — виски. Надо было хоть немного заземлиться.

— Я тебя искал, — сказал он, наконец.

Она смотрела. Казалось, вот-вот ответит. Её губы дрогнули.

И в этот момент рядом появился Алексей.

— Вот уж не думал вас тут застать! Бар хороший, да?

Алиса тут же поднялась. Резко. Почти спасаясь.

— Артём Александрович, спасибо за вечер. Пойду. Спокойной ночи.

Он кивнул. Сдержанно. Хоть внутри всё сжалось.

Она ушла.

Он знал — сегодня разговора уже не будет. Лёша своим появлением словно выключил её. Она сжалась. Стала "начальником отдела". И он не мог её в этом винить.

Алексей сел рядом, потянул бокал.

— Интересно. Вы с Алисой давно знакомы?

Артём выдержал паузу. Смотрел демонстративно на часы.

— Ровно два часа, — спокойно сказал. — Зашёл к Вадиму, отдал документы. В холле встретил Алису. Пригласил на кофе.

Алексей кивнул. Типа понял. Но уголки глаз выдали: не поверил ни на секунду.

— Она у тебя давно работает? — Артём сам удивился, что задал этот вопрос.

— Ещё студенткой пришла. Около пяти лет. У нас тогда офис в "Аякс" на Институте культуры был. Помнишь?

— Нет. Я у тебя тогда ни разу не был, — сказал Артём. И вдруг ощутил, как в груди что-то сдавило.

Вот оно — как всё рядом было. Один визит. Один день — и он бы встретил её раньше. Всё могло сложиться иначе.

Как будто судьба специально разводила их по сторонам. Дразнила.

Он допил виски. Почувствовал, как тепло растекается по телу.

Больше он не позволит судьбе играть один на один. Теперь — он играет тоже.