Тёмная Академия. Руководство по выживанию для светлых (СИ)

Глава 31

Утро началось подозрительно мирно.

Я проснулась сама – без криков, хлопанья дверей, вопросов «Лири, ты точно не под контролем некроманта?» и без нависающих надо мной боевиков с желанием помочь. Даже зеркало на стене выглядело дружелюбным, что редкость.

После завтрака, окрылённая редким чувством нормальности, я забралась в угол гостиной, достала «карманник» – гладкий перламутровый артефакт с магосвязью – и набрала номер деда.

Экран вспыхнул мягким золотым светом. Я глубоко вдохнула и начала запись.

– Дедуль… – голос сорвался, и мне пришлось начать заново. – Дед, это Лири. У меня всё… относительно хорошо. Но… кажется, я попала в ситуацию, которую сама не до конца понимаю.

И… рассказала ему всё. Ну… почти всё. Про резонанс – да. Про лабораторию – да. Про взрывы – да. Про полевой лагерь – да. Про то, что я целуюсь на глазах всего персонала лаборатории, – нет.

Эта деталь деду точно не нужна.

– И теперь профессор Шаэрис собирается проводить эксперименты возле разлома, – продолжила я. – Мне… немного страшно. Но я справлюсь. Просто… если у тебя будет время, напиши. Или позвони. Ты – единственный, кому я могу это рассказать без опасений, что он побежит докладывать королю или декану.

Запись остановилась. «Карманник» мягко завибрировал в моей руке, подтверждая отправку. Я прижала его к груди и на пару секунд закрыла глаза, позволяя себе роскошь слабости. Дед точно ответит. Всегда отвечает. Пора на учёбу…

Пара по руноведению успокаивала. Тонкие линии, строгая симметрия, предсказуемость. Руны не меняют решения, не скрывают мотивы, не заставляют кровь кипеть, если кто-то слегка прикоснётся… Я мотнула головой. Нет, сейчас не об этом.

Профессор Теваль как раз объяснял новый тип защитных матриц, когда дверь в аудиторию аккуратно приоткрылась и внутрь протиснулся хмурый гоблин-ассистент.

– Эллириэль Фальмирэ? – спросил он, сверяясь с запиской. – Вас вызывают к декану. Немедленно.

Класс хором протяжно охнул, будто меня вызвали на казнь. Я собрала вещи под одобрительные подначки одногруппников и вышла.

Деканат всегда давил. Тёмные своды, мерцающие кристаллы в нишах, тишина – такая плотная, что собственный шаг казался громом.

Я вошла и сразу поняла, что дело серьёзное. Лорд Найрос стоял у окна, руки за спиной, мрачный, как сумеречный шторм. Профессор Шаэрис сидел в кресле, скрестив ноги и барабаня когтями по подлокотнику, – довольный, опасный, голодный до науки. Кайден стоял рядом со шкафом, будто пытался слиться с тенью, но я всё равно видела, как он напрягся, когда я вошла.

– Эллириэль, присаживайтесь, – сказал декан не глядя.

Я села, пытаясь выглядеть собранной. Внутри же всё скакало, как взбешённые светлячки. С чего бы это декан стал величать меня полным именем?

Шаэрис первым нарушил молчание:

– Мы рассмотрели результаты ваших… – он лениво улыбнулся, – полевых испытаний. Кайден глухо кашлянул, но промолчал.

– И пришли к выводу, что для изучения синтетической энергии, возникшей между вами и Морром, требуются условия более… насыщенные, – продолжил вампир.

Насыщенные? Это он про разлом? Про активный разлом?!

Лорд Найрос повернулся ко мне – его янтарные глаза были спокойными, но слишком внимательными.

– Я дал профессору Шаэрису официальное разрешение вывести вас к активному магическому разлому, – сказал декан. – Эксперименты будут проходить под строжайшим надзором, с защитой и всеми необходимыми условиями.

У меня пересохло в горле. Разломы. Место, где сама магия ведёт себя так, будто злится на весь мир. Притом тёмная магия… А я, на минуточку… светлая эльфийка!

Кайден шагнул ближе – почти незаметно, словно укрывая меня от мира. Он посмотрел на декана:

– Лорд Найрос, я ещё раз подчеркну: риск огромен.

– И потому, – ответил декан, – именно вы будете за неё отвечать, ментор Морр.

Наши взгляды встретились. И в его глазах был страх. За меня.

Шаэрис довольно хмыкнул:

– Сборы займут два дня. Чем скорее начнём, тем больше шансов понять природу этого феномена до того, как о нём официально узнают обе короны.

Я вздрогнула. Вот она – политическая ловушка, о которой мы говорили.

Найрос кивнул:

– Вы свободны. Подготовьтесь. И… будьте осторожны.

Мы вышли вместе – я и Кайден – и только за дверью он позволил себе выдохнуть:

– Я не позволю разлому тебя тронуть. На месте ни на шаг от меня.

Внутри стало тепло и страшно одновременно.

Сборы шли удивительно гладко. Настолько гладко, что я начала подозревать подвох.

Я успела сходить к профессору Мурксу – тот снова пытался порадовать лабораторию и предложил убраться… на добровольных началах («Науке нужны смельчаки, Эллириэль!»), потом чуть не взорвала стол для дистилляции, получила объятие от огромной пушистой химеры-помощницы и всё же умудрилась довести кое-какие свои маленькие алхимические опыты до приемлемого состояния. Шло… хорошо.

А потом в академию приехали они. Светлые инспекторы. Причём не один-два, а целый сияющий, слишком громкий, слишком пахнущий дорогими маслами и самодовольством десант дипломатического ковена Роувэна.

Я узнала об этом по визгу Милы. Она промчалась по коридору, размахивая своим крошечным рюкзачком, как боевым молотом.

– Лири!!! – вопила она. – Лири, мы спасены!

Сидя на подоконнике, я старалась запомнить руны, что мы использовали на некровскрытии.

– От чего… или кого… мы сегодня спасены? – спросила я обречённо.

Мила уселась рядом, но не могла успокоиться и аж подпрыгивала на месте.

– Я же написала письмо! Королю! Чтобы он прислал комиссию! Чтобы спасли светлых дев от совращения и морального разложения!!!

Я уронила фолиант по древним рунам, что держала в руках.

– Что ты сделала?..

– Ну… – гномка смущённо заёрзала. – Я написала, что тёмные… слишком активно интересуются светлыми девушками, а одна студентка особенно страдает… ну ты знаешь… – Она ткнула меня в бок. – Уж очень «опасный некромант» к ней неровно дышит…

Я закрыла лицо руками.

– Мила. Ты обвинила Тёмное Королевство… в… совращении эльфийки?

– Да! – гордо заявила она. – Чтобы нас спасли!

Я уже хотела начать лекцию о дипломатии, ответственности и здравом смысле, но в этот момент с улицы донёсся шум. Гул. Возмущённые возгласы. Крики.

А затем – глухое «Ох-ох-ох…» со стороны тёмных студентов. Я выглянула в окно и увидела: светлые инспекторы – самодовольные, яркие, на белоснежном внедорожнике – въезжают через покрытые снегом ворота академии.

С другой стороны – тёмные проверяющие в строгих чёрных мантиях на таком же, но только тёмном транспорте появляются из-за поворота, подъезжая к главному зданию.

И оба отряда, покинув машины, смотрят друг на друга с таким выражением, будто попытка культурного сотрудничества вот-вот умрёт в мучениях. Уровень катастрофы – сто из десяти.

Меня нашли через десять минут. Вернее – схватили. Селена втащила меня в пустой кабинет и прошипела:

– Лири, светлый ковен ищет тебя. Ты у них в списке как «особо нуждающаяся в защите от тёмных соблазнителей».

Я подавилась воздухом.

– Что?!

– А ещё, – хрипло добавил Риан, заглянув в дверь, – тёмные проверяющие тоже тебя ищут. Потому что ты «живой пример успешной интеграции и дипломатичной работы с тёмным ментором».

– Убейте меня. – Я упала лицом в стол. – Сразу. Быстро. Желательно без боли.