Тёмная Академия. Руководство по выживанию для светлых (СИ)

Глава 42

Но Кайден вдруг наклонился ко мне ближе – так близко, что весь мир будто сузился до его дыхания у моего уха. И тихо, почти неслышно, так, чтобы никто, кроме меня, не разобрал, прошептал:

– Тем более… – его голос потеплел, стал почти нежным, – никогда и не хотел этого.

У меня перехватило дыхание. Мир качнулся. В голове вспыхнуло что-то, похожее на светлячков, и сердце забилось так сильно, что я испугалась: вдруг это услышат все, стоящие рядом.

Кайден выпрямился и посмотрел на собравшихся так, что даже боевики отступили на шаг.

– Эксперимент прекращается. Здесь и сейчас. На этом месте.

И тени за его спиной поднялись, будто дали этому клятву.

Шаэрис тихо выдохнул. Светлые целительницы хлопали глазами. А я… всё ещё стояла у него в руках, не уверенная, перестали ли дрожать мои колени, или это просто он держит слишком крепко.

Шаэрис дёрнулся так резко, будто ему кто-то подлил уксус в бокал с кровью.

– Что значит «прекращается»? – взвыл он голосом тоньше обычного. – Морр, ты, похоже, оглох во время боя? Ты понимаешь, что сейчас декларируешь прямое нарушение указа обоих ковенов?!

Он нервно провёл рукой по волосам, оставив в них пепел от разлетевшихся монстров.

– Это не обсуждается! – продолжал вампир, уже почти визжа. – У нас месяцы работы! Отчёты! Комиссии! Светлое Королевство, Тёмное, независимые алхимики! Я что, должен объяснить всем, что главный испытуемый решил удариться в романтику и…

Он осёкся, потому что Кайден посмотрел так, как будто собирался стереть его в пыль одним магическим импульсом. А я почувствовала, как руки Кайдена чуть сильнее сжимают меня, защищая и притягивая ближе. Как будто боялся, что кто-то попытается отнять.

И, честно, я этого хотела, чтобы не отпускал.

– Профессор, – сказала я мягко, но голос сорвался на дрожь, – мы… не можем больше так. Нас разлучили на месяцы. Нас…

Я сглотнула, потому что что-то горячее и слишком живое подкатывало к горлу.

Шаэрис шумно выдохнул. Потом второй раз. Потом третий. Похоже, максимально пытаясь не сорваться на истерику.

– Прекрасно! – выплюнул он наконец. – Конечно. Конечно! В самый разгар практики! На поле боя! Просто замечательно, Морр! Почему бы ещё прямо сейчас не разрушить половину страны? Или не провести свадьбу над трупом монстра?!

Он явно был на грани нервного срыва. Уголок его глаза дёргался так активно, будто пытался улететь. И в этот момент воздух рядом с нами вспыхнул белёсым огнём. И прямо на поле боя, среди пепла и трещин земли, раскрылся личный портал. Из него выбрался Найрос. Без мантии. Без рубашки. Без привычного ледяного спокойствия. Мокрый… В одних домашних штанах.

Он выглядел так, как будто вылетел из душа, активировал первый попавшийся портал и, если бы его не держал статус, уже бы разнёс половину поля в поисках виноватых.

– Что… здесь… произошло?.. – спросил он таким тоном, от которого рядом стоявшие светлые целительницы синхронно присели, а из рук одной из них декан резко вырвал тревожный маячок, который та всё ещё судорожно нажимала.

Шаэрис вскинул руки.

– Лорд Найрос! Прекрасно, вы как раз вовремя, чтобы лично увидеть, как ваш лучший ученик…

– Помолчи! – рявкнул декан, и вампир замолк.

Щёлкнул челюстями так, будто кто-то захлопнул крышку саркофага. Лорд Найрос окинул взглядом поле, остатки разлома, боевиков… светлых девиц… меня и Кайдена, прижавшегося ко мне почти вплотную, и нахмурился.

– Морр, Фальмирэ... – отчётливо проскрежетал декан. – Немедленно объяснитесь.

Кайден вдохнул. Я отзеркалила вздох. Но говорить ментор начал первым:

– Разлом прорвался следом за нашей эвакуацией. Ни одна из светлых целительниц не срезонировала со мной. А Лири… спасла всем жизнь своими эликсирами. Но прорвался высший великан. И… я не мог дать ей умереть.

– Ты приблизился к ней, и вы активировали резонанс? – прищурился декан.

Тут я покраснела так, что могла бы нагреть ближайший котёл с лечебным отваром.

– Да, – прошептали мы с Морром эхом.

– Это же нарушение всех… – профессор захлебнулся воздухом.

– Помолчи, Шаэрис... – повторил декан, и вампир снова захлопнул рот.

Найрос подошёл ближе. Пригнулся почти на уровень моих глаз. Смотрел долго, изучающе – как на опасный, но хрупкий артефакт.

– Вы двое… – он выдохнул, – невозможно оставить друг друга в покое, да?

Кайден тихо фыркнул. Я почувствовала, как его плечи чуть расслабились.

– Ладно… – выпрямился декан. – Раз вы оба живы, остальные вопросы потом. Сейчас… нужно немедленно вернуться в академию. Морр – под наблюдение. Лири – под охрану. Шаэрис – отчёт на триста страниц.

Шаэрис издал звук, похожий на «хргх».

– Но, – добавил декан, – пять минут у вас есть.

– Пять минут? – пискнула я.

– Да. Чтобы… отдышаться. Убедиться, что оба целы. И… – он смял воздух рукой, словно не знал, как подобрать слова, – учитывая обстоятельства… просто… поговорить.

И ушёл к раненым, притянув Шаэриса за шкирку. Мы остались стоять вдвоём среди пепла, тишины и далёкого шума лагеря. Кайден выдохнул и не спрашивая притянул меня ближе, ещё ближе. Магия обвила нас мягко, как защитное одеяло.

– Я… соскучился, – прошептал он в мои волосы. – Так, что думал, сойду с ума.

Моё сердце подпрыгнуло к горлу. Я обняла в ответ. Просто потому, что больше не могла иначе.

– Я тоже, – сказала тихо, – каждый день.

Он почти беззвучно рассмеялся – облегчённо.

– Пять минут, да? – шепнул он. – Тогда я хочу потратить их правильно.

Он прикоснулся своими губами к моим. Дыхание смешалось. Сила внутри нас дрогнула – но мягко, нежно, без вспышки. И мы поцеловались… Впервые за долгие месяцы.

Теперь же я стояла у стены конференц-зала – вроде бы та же комната, в которой нас в прошлый раз разрывали ковены и родители, но теперь воздух стал гуще, тяжелее. Как будто сама магия решила прижаться к стенам и слушать.

Лорд Найрос, как обычно, расположился посередине, опираясь руками о стол, но на его лице читалась усталость… и едва заметное раздражение. Похоже, сегодняшний день у него был ещё хуже нашего.

– Итак, – начал он, когда собрались все: родители с обеих сторон, представители светлого и тёмного ковенов, Шаэрис (с нервно подрагивающим глазом) и даже несколько преподавателей. – То, что произошло на практике, полностью меняет ситуацию. Мы имеем фактическое доказательство: симбиотический демонический отпечаток ментора Морра реагирует исключительно на Эллириэль Фальмирэ.

Первые возмущённые вздохи раздались со стороны моих родителей.

– Это невозможно! – воскликнула мама. – Это же… нездорово!

– Это опасно для неё! – добавил папа. – Раз реагирует только на неё – значит, угрожает только ей! Мы уводим дочь домой!

Я сглотнула и опустила глаза. Ковены переглянулись. Представитель тёмного поднял руку:

– Совет Дарфана вынужден заявить: прекращение общения этих двоих поставит под угрозу исследование, которому посвятили годы. Наши расчёты, анализы и наблюдения однозначны: симбионт стабилен только при резонансе с эльфийской целительницей, конкретно – с Лири.

– Светлая сторона подтверждает, – нехотя произнесла строгая эльфийка в бело-золотом. – Другие целители не дают реакции. Риск для проекта – критический. Мы просим родителей не препятствовать… умеренному контакту.

«Умеренному контакту». О, я бы предпочла не уточнять, что именно они имеют в виду.

Мои родители вспыхнули, как костёр из сухих веток.

– Мы уже говорили: никаких контактов! – выкрикнул отец. – Она не инструмент для тёмных!

– И не игрушка для демона! – добавила мама. – Мы забираем её домой.

Я открыла рот… чтобы сказать… что я не хочу? Что я хочу остаться? Что мне больно уходить?

Но в этот момент Кайден шагнул вперёд. Прямо в центр зала. Прямо под взгляды десятков людей. И… опустился на одно колено. У меня сердце провалилось в пятки.