Дорога до городка была тяжёлой и долго тянущейся. Все молчали, кроме Шаэриса, который периодически ворчал себе под нос что-то вроде:
– Щит ему (непечатное)… щит (непечатное)… Оружию полагается убивать, а не защищать…
Кайден шёл рядом, и, хотя он держался ровно, я видела: тоже устал до предела. Не столько физически, сколько морально: слишком много неизвестного, слишком много ответственности.
Когда мы добрались до городка, солнце уже почти село. Тепло от огней на улицах казалось нереальным после рёва разлома.
Шаэрис остановился у таверны, оглядел всех с видом мученика и сказал:
– Так. Я иду связываться с деканом. Всем остальным – сидеть тихо, не дёргаться, не целоваться, не проводить эксперименты и… – он устало вздохнул, – вообще ничего не делать, – ткнул он пальцем в воздух, словно ставя точку. – Пока в академии эти дипломатические… особи… из обоих ковенов, вы двое туда возвращаться НЕ должны. Иначе нас всех запрут в политические протоколы, и я… – он закатил глаза, – вынужден буду разговаривать с чиновниками. – Вампир развернулся и добавил уже тише: – А я ненавижу чиновников. Почти так же сильно, как разломы. – И ушёл.
Я устало привалилась к стене здания, выдохнув. Кайден коснулся моей руки – медленно, осторожно. Впереди было неизвестно что. Но сейчас… Сейчас мы были живы. И вместе.
Мы только-только успели переступить порог таверны, как тёплый запах тушёного мяса, пряного хлеба и жарких углей окутал нас, смывая остатки страха и усталости. Я уже почти почувствовала себя… ну, не в безопасности, но хотя бы в месте, где можно отдышаться.
Хозяин таверны, толстоватый мужчина с красным носом, поднял глаза – и остановил их на мне. Вернее, на моих ушах. Он уставился так пристально, что я невольно поёжилась. В следующий миг мужчина рявкнул кому-то за спиной:
– Эй! Мика! Иди сюда!
Из кухни вылетел оборванный мальчишка лет двенадцати. Хозяин наклонился, что-то резко прошипел ему на ухо, и мальчишка сорвался с места, выбежал из таверны. Хозяин же продолжал коситься на меня, словно боялся, что я сейчас вырасту в три раза и начну разбирать стены на составляющие.
Я почувствовала, как рядом со мной сдвинулся воздух – это Кайден. Он уже был на взводе.
– Здесь что-то не так! – тихо, но угрожающе заявил ментор ближайшему к нему боевику.
– Похоже, хозяин куда-то послал пацана, – так же тихо ответил тот. – И весьма срочно.
– Вот только нам сейчас не нужны сюрпризы, – мрачно бросил второй. – Может, лучше выяснить всё сразу?
Кайден кивнул и дёрнул головой в сторону кабатчика. Пара боевиков тут же поднялись, звучно отодвинув лавки. Их взгляд был настолько угрожающим, что хозяин замер, будто его пронзили насквозь.
– Кай… – я коснулась его локтя, – может, не надо? Мы же…
Но договорить не успела. Дверь таверны резко распахнулась. Вбежал тот самый мальчишка, и не один. За ним уверенным шагом вошёл человек в тёмном плаще с глубоким капюшоном.
Боевики не сговариваясь развернулись к нему. Кто-то уже начал тянуться к оружию.
Человек остановился. Секунда тишины… и он снял капюшон.
– Дед!!! – заорала я, даже не успев вдохнуть. Взвизгнула так, что вся таверна вздрогнула, и буквально бросилась вперёд, едва не сбив пару столов.
Он распахнул руки, как делал всю мою жизнь, – крепко, надёжно, будто никакие разломы и политические интриги не могли этого разрушить.
– Эллириэль, солнышко моё, – его голос был мягким и одновременно встревоженным. – Я чувствовал, что что-то случилось, Светлый Лес мне свидетель, – произнёс дед, обнимая меня.
Я же висела у него на шее, вцепившись так, будто могла провалиться в бездну, если отпущу. Кайден остановился рядом – застывший, напряжённый, растерянный.
Хозяин таверны, увидев, что я обнимаю новоприбывшего как родного, чуть не сел прямо на пол.
– Как только получил твоё сообщение, сразу понял: надо идти. И быстро. – Дед устало погладил меня по волосам и бросил на боевиков и Кайдена внимательный, оценивающий, проницательный взгляд. – Вижу, ты нашла себе… весьма необычную компанию.
Кайден кашлянул. Боевики вытянулись. Арен попытался спрятаться так, что его было видно только наполовину. А я просто стояла, всё ещё обнимая деда, и впервые за последние дни чувствовала, что сейчас точно не сломаюсь. Дед приехал. А значит, теперь, что бы ни случилось, шанс справиться у нас точно есть.
Кельданел сел, но даже не притронулся к поданному трактирщиком напитку. Сцепив пальцы в замок, дед с таким вниманием смотрел на Кайдена, будто пытался считать его ауру без всяких артефактов. А когда взгляд скользнул на его шею, где в вороте показался чернёный кулон некроманта-фронтовика, глаза старика чуть прищурились.
– Значит, бывший военный, – пробормотал он себе под нос и уже вслух, тоном без возражений: – Рассказывай, что у вас тут случилось.
Кайден коротко, без лишних эмоций, пересказал всё: как его отряд неожиданно пополнился светлыми целителями, как все вместе пошли на выручку группе зачистки разлома второго порядка, как эльфийка, наплевав на указания, стала лечить его прямо в момент активного витка. Он говорил сухо, почти отчуждённо, но я видела: каждая фраза даётся ему тяжело.
Когда Кайден закончил, дед шумно выдохнул.
– Это плохо пахнет, – произнёс он, хмурясь так, что его густые брови практически сомкнулись. – Очень плохо. Лири, я считаю, тебе нужно вернуться в Светлый Лес хотя бы на время. Там ты будешь в безопасности.
– Не могу. – Я нервно повозила пальцем по ободку кружки с настоем. – У меня контракт. Магический. Запечатанный членами объединённых ковенов. Я, даже если захочу… нарушать его… не стоит. Ты же понимаешь, чем это обернётся… и на сколько я застряну с восстановлением.
Дед бросил на меня быстрый острый взгляд, будто проверяя, не скрываю ли чего. Потом… достал из внутреннего кармана свои старые очки. Те самые, с тонкими, филигранными дужками и линзами, отображающими магический спектр, что использовал в своей лаборатории. Надел их. А потом буквально уставился на Кайдена – так, что тот неловко сдвинулся на лавке.
– Ну-ка, молодой человек… – дед наклонил голову, всматриваясь. – Расскажи-ка мне, как ты ухитрился слиться с демоном. Такое не происходит просто так.
Кайден коротко дёрнул уголком рта – нервно, мрачно. Затем посмотрел на своих боевиков. Те быстро поднялись и, за шиворот подняв лаборантов, утащили их в другую часть таверны.
– Это случилось в тот момент, когда я ещё служил на фронтире. Обычный разрыв… правда, высшего порядка. Мы… почти справились. Большую часть тварей смогли загнать обратно в разлом или уничтожить. Но один из монстров… – Его голос стал глуше. – Он был сильнее, чем мы предполагали. Я был сильно ранен и истощён потерей крови. Остальные отвлеклись на закрытие, думая, что я уже вне опасности, как вдруг один из своих… предал… устроив призыв демона в самом сердце временного лагеря для раненых. И призванный попытался поглотить меня.
У меня ладони похолодели. Я слышала эту историю раньше, но не так. Не с такой мрачной честностью, а как весёлую байку, рассказываемую студентами на ночь.
– И? – дед тихо, но жёстко подстегнул его.
Кайден на мгновение закрыл глаза.
– Я… сделал что-то... Не уверен, что именно. Помню только: был уверен, что умираю. Но вместо этого… – он коснулся груди, будто чувствуя под кожей чужое дыхание, – я использовал кровь. Свою. И обратил процесс. Не демон поглотил меня. Я… поглотил часть его сущности.
Дед резко втянул воздух.
– Значит, кровью. Вот почему след такой грязный…
Он снял очки, протёр, снова надел – как будто надеялся, что зрелище исчезнет, если взглянуть повторно.
– Парень, ты понимаешь, что таскаешь с собой? Это не просто остаточный след. Это симбиотический отпечаток высшего демона. Он шепчет тебе?
– Иногда, – тихо признался Кайден.
Дед поднял на меня взгляд. Строгий. Острый. И тревожный.
– Лири. Рядом с таким – опасно. Очень опасно. Если отпечаток активируется…
Я резко покачала головой:
– Дед, я не могу уйти. Не сейчас.