Вниз головой

Глава двадцатая

Хью стучит в дверь.

– Секундочку! – кричу я и торопливо натягиваю футболку. – Заходи.

Хью протискивается в каюту.

– Сегодня ты одета куда скромнее, – язвит он. – Совсем другое дело.

– Послушай, – я резко разворачиваюсь, уперев руки в бока. – Во-первых, хватит дурацких намеков, будто я пыталась тебя соблазнить. Я не караулила специально у душа. Во-вторых, как ты мог ожидать, что я не расстроюсь из-за твоей статьи?

– Я просто думал, что ты знаешь мое мнение по этому вопросу. – Он проводит рукой по волосам и тихо добавляет: – Я не хотел тебя обидеть. Мне казалось, нам хорошо вместе.

– Ага, было.

Я подчеркиваю прошедшее время. Лучше не оставаться с ним наедине в крошечной каюте. Здесь пахнет парфюмом Хью, и я сама не понимаю, чего мне больше хочется: обнять его или растерзать. Я сейчас взорвусь.

– А теперь все кончено? Навсегда?

Я молча пожимаю плечами.

– Ну… мне нужно заниматься делом – искать губана-бабочку.

– Я мог бы тебе помочь, – в голосе Хью слышны умоляющие нотки.

– Не понимаю, с какой радости. Все это с самого начала было ошибкой.

Хью часто моргает.

– Понял, – вздыхает он.

– Извини.

Я обхожу его и выскакиваю из каюты. Скорее на свежий воздух!

Я долго ворочаюсь и в конце концов засыпаю на платформе под гамаком, в котором качается Пиппа. Через пару часов у нас следующее погружение, затем обед и подготовка к последнему, вечернему дайву. Надо бы заняться делом – просмотреть заметки Милли или фотографии, а я не могу заставить себя открыть галерею. Того, что я ищу, там нет.

Я уже почти отключаюсь, убаюканная мерным покачиванием яхты, как вдруг слышу слово «губан-бабочка». На секунду думаю, что мне это приснилось. Приоткрываю глаза, пытаясь понять, откуда идет звук. Узнаю голос Ванессы, но ее не вижу. Потом понимаю: Ванесса разговаривает с кем-то в кубрике, иллюминаторы которого выходят на платформу. Люди внутри, вероятно, меня видят, однако вряд ли догадываются, что я их слышу. Я опускаю веки и замираю.

– Не видела, – говорит Ванесса.

– Уверена? – спрашивает Хью.

«Вот гад, – думаю я. – Собирает материал для своей статьи. Ищет доказательства, что губана-бабочки больше нет». У меня сжимается сердце… Милли вовсе не нужны свидетельства от очевидцев, что этот вид уже вымер. Я борюсь с желанием вскочить, ворваться в кубрик и припомнить Хью, что он обещал помочь мне искать губана-бабочку, как вдруг он задает еще один вопрос. Я улавливаю слова: «Где бы ты стала искать?» – и придвигаюсь ближе к иллюминатору.

– Если их в последний раз видели на рифе Нормана, то, разумеется, там, – говорит Ванесса.

– А мы можем перенести туда послеобеденное погружение? – спрашивает Хью.

Сегодня у нас еще два дайва: в полдень и после обеда.

– Могу спросить у Аарона… – Тишина. Я замираю. – Разве не Милли искала губана-бабочку?

– Я просто хотел бы ей помочь.

Кулак, сжимавший сердце, немного расслабляется. Через несколько секунд я слышу, как Ванесса окликает Аарона.

– Риф Нормана? На послеобеденное погружение? – переспрашивает он.

Я так и вижу, как он водит пальцем по карте. Раздаются шаги. Я зажмуриваюсь, делая вид, что сплю. На секунду думаю, что это Эндрю, потому что у меня над головой качается в гамаке Пиппа. Я приоткрываю один глаз. Рядом со мной сидит Хью. Увидев, что я не сплю, он прочищает горло. Пиппа вылезает из гамака:

– Оставлю вас вдвоем, – говорит она и смывается под навес.

Я опускаю взгляд на свои ноги. Спасибо Милли, что заставила меня сделать педикюр перед поездкой.

– Ты не умеешь притворяться, – говорит Хью.

– Я и не собиралась. Ты меня разбудил, – бормочу я, но меня выдает голос. – Напрасно ты это затеял.

– Что именно?

– Спрашивать у Ванессы и Аарона про губана-бабочку.

– А вот и нет.

Я сажусь и выпрямляю спину.

– Не надо мне доказывать, что хочешь помочь. Поздно.

«Почему на него так трудно злиться?» – думаю между тем я, глядя на загорелый профиль.

– Никогда не поздно, – просто говорит Хью. – И я делаю это не только ради тебя.

– Правда? – я поднимаю брови. – А мне кажется, что ты сначала врал, потом попытался сгладить ситуацию, а еще позже понял, – я понижаю голос до шепота, – что Эндрю не такой хороший напарник, как я, и хочешь все исправить, помогая мне искать эту рыбу.

– А тебе не приходило в голову, что я просто привык все делать по-честному? Мне важно, чтобы ты получила реальный шанс найти губана-бабочку, даже если это докажет мою неправоту.

Я тереблю край футболки.

– Нет.

– Вот видишь, – вздыхает Хью. – И да, ты гораздо лучший напарник, чем Эндрю. Я надеялся, что ты согласишься поменяться обратно.

– Ты меня жутко разозлил, – шепчу я, пряча улыбку.

Хью вскакивает.

– Эндрю, дружище, нам надо поговорить.

– Все в порядке, – говорю я, проверив регулятор и давление, и подтягиваю ремень компенсатора. – Готов.

– Теперь моя очередь, – хрипит Хью, проводя пальцами по молнии моего жилета.

По спине пробегает дрожь. Я стараюсь не думать, правильно ли согласилась стать его напарницей. Вместо этого мысленно настраиваю себя на успех: я обязательно достигну цели…

Когда я извинилась перед Пиппой за то, что так быстро бросила ее ради Хью, та лишь рассмеялась и махнула рукой:

– Я знала, что вы помиритесь.

– Дело не в этом, – упрямо ответила я, а Пиппа лишь усмехнулась.

Теперь она спорит с Эндрю, сколько груза ему нужно, чтобы не всплывать, как пробка. Хью, похоже, их слышит: усмехается исподтишка.

– Ну что, вперед?

Он протягивает руку и помогает мне встать. Мы подходим к борту. Хью принимает привычное положение – спиной к воде, готовясь к кувырку назад. Я стою рядом, собираясь прыгнуть как обычно.

– Хочешь попробовать веселый способ?

– Нет, – поколебавшись секунду, решаю я. – В другой раз. Сейчас есть дела поважнее, чем преодолевать страх перед прыжками вниз головой.

– Увидимся в воде, – кивает Хью и делает сальто назад.

Я делаю шаг. Вода смыкается надо мной, и все звуки исчезают.

Мы повторяем утреннее погружение – Ванесса и Мигель сказали, что видимость сегодня просто идеальная. Вода по-прежнему кристально чистая, течений практически нет, песок со дна почти не поднимается. Дайвинг в знакомом месте приятно расслабляет. Я знаю, где нахожусь, и понимаю, что делаю. Океан без течений спокойнее, проплывающих мимо косяков рыб меньше. Вот и знакомые ориентиры: резкий подъем дна ближе к рифу, плавный изгиб справа от первой крупной коралловой структуры.

Я останавливаюсь над скоплением стагхорнов, Хью зависает рядом. К моему удивлению, он тоже достает фотоаппарат и показывает мне большой палец. Мы вместе щелкаем затворами. Потом он медленно плывет к кораллу поменьше, ярко-синему, и продолжает фотографировать.

Если так проходят научные экспедиции, где вся команда выполняет одну задачу, то я определенно хочу в них поучаствовать. Меня переполняет энергия наших слаженных действий, даже если наши конечные устремления немного различаются. Как же приятно, что я не одинока в своих поисках.

Мигель ведет нас к следующему изгибу рифа. По дороге под нами неспешно проплывает гигантская манта – гладкая, серая, она машет широкими плавниками, словно океанская бабочка. Вся группа ошалело плывет за ней, пока Мигель не подает сигнал возвращаться. Мы буквально зачарованы.

Я думала, что со временем восторг от дайвинга пройдет, что с каждым погружением все станет привычнее, но нет. Мы всякий раз открываем для себя что-то новое: то мой взгляд притягивает не замеченная раньше трещина, то вдруг появляется цвет, которого я до сих пор не видела, или новая рыбка, вызывающая любопытство.

Губана-бабочку мы так и не находим, зато встречаем еще одного лобстера. Мы с Хью дразним парочку рыб-клоунов, охраняющих свою актинию. Ванесса обнаруживает еще один коралл, втягивающий лепестки, если проплыть близко, и мы по очереди наблюдаем, как появляются и исчезают фиолетовые щупальца. Эндрю думает, что нашел что-то интересное, и зовет всех, но его находка оказывается комком водорослей в расщелине скалы.

На обратном пути мы проплываем сквозь стаю рыб-ангелов со сверкающими в солнечных лучах плавниками. Меня вдруг охватывает тихая паника: я чувствую, что никогда больше не смогу спокойно сидеть в своем офисе.