Девочка. Книга вторая

Глава 12

На экране высветилось короткое "ты ошиблась", и черное окно исчезло.

Я блуждала глазами по пустому монитору и лихорадочно соображала, включив последние остатки логики и пытаясь усмирить сошедшие с катушек эмоции. Нет, я не хотела верить этому "ты ошиблась", я, как маленький ребенок, желала моей сказке хорошей развязки и требовала свои "долго и счастливо". Но нужно было признать, что строить свои умозаключения на таких мизерных фактах было абсурдным. Я могла опираться только на свои ощущения и написанное Другом имя "Лили". А ощущения были болезненно странными и противоречивыми. Моя душа уцепилась за эту маленькую фразу, как за последнюю надежду, и не хотела ее отпускать, желая верить, что это мой Ричард, что с ним все в порядке, что он жив и здоров. Но мой холодный разум резал на куски мои иллюзии безжалостной действительностью, выдвигая весомый аргумент: сам факт этой переписки был не в характере моего Дьявола. Я никогда не питала иллюзий на его счет, Барретт был жестким холодным человеком, и этот поступок был слишком сентиментальным для него. Даже если на секунду представить, что Ричард не в коме, ему не было никакого смысла выходить со мной на связь. Он легко мог удостовериться, что я в полной безопасности, физически здорова, и ему этого было бы достаточно.

Но мое сердце не хотело слушать зова разума и выставляло свой сентиментальный контраргумент: Ричард подставился под пули из-за меня, а это выходило за рамки его холодной логики. И последняя фраза Друга "это не предмет для обсуждения" крутилась в голове, не давая уступить доводам рассудка.

Когда, наконец, эмоции немного улеглись, я закрыла крышку лэптопа и, откинувшись на подушку, задумалась. Кто бы ни был этот Друг, он вселил в меня сомнения относительно состояния Ричарда.

Допустим, он вышел на связь инкогнито, при этом для всех окружающих и в первую очередь для врагов он официально находится в коме. Информация о реальном положении дел известна только избранному числу лиц, и я не вхожу в их число. Почему? Да потому, что Барретт мне не доверяет. В порыве эмоций я ослушалась его, тем самым поставив под угрозу и свою, и его жизнь. Он меня считает слишком эмоциональной и импульсивной. Даже я понимала — доверие нужно заслужить.

Сейчас, имея на руках это предположение, я должна была докопаться до истины. И начать нужно было с Эльзы. У меня не было оснований не доверять этой женщине. Я видела ее искреннюю заботу и беспокойство обо мне. Но она тоже воспринимала меня, скорее, как эмоционального ребенка, не умеющего скрывать свои чувства. Она бы не доверила мне столь опасную информацию, раскрытие которой ставило под угрозу всю операцию, жизнь Ричарда и многих других, кто в ней задействован. Нет, Эльза будет молчать до последнего, как бы она меня ни любила. Даже я понимала, что мое беспокойство о Ричарде ничто по сравнению с реальной угрозой жизни любого из этих людей.

Если Друг прав, и я ошибаюсь, мне нужно было получить доказательства того, что Ричард лежит в больнице, но если по реакции Эльзы я пойму, что она от меня что-то утаивает, я буду знать на все сто процентов, что со мной разговаривал мой Призрак.

Я не спала практически всю ночь и только к утру задремала, полностью выбившись из сил от эмоционального и нервного подъема, в котором я пребывала вот уже несколько часов. Утром, когда Эльза пришла меня будить, я была во всеоружии, чтобы начать разговор.

— Что-то ты выглядишь невыспавшейся и бледной, — поцеловала она меня в лоб.

— Все хорошо, — успокоила я Эльзу, внимательно изучая ее открытые добрые лицо.

— Надо тебе прописать кислородные коктейли… скорее бы все это уже закончилось… — бурчала она под нос. — Кошмары больше не беспокоили?

— Нет, не беспокоили, — ответила я, наконец дождавшись нужной темы, — но мне снился сон… хороший сон.

— Это приятная новость. И о чем был этот сон?

— Мне снилось, что Ричард здесь, на базе, жив и здоров, — начала я издалека.

Эльза, совершенно никак не отреагировав, кивнула и тут же пояснила:

— Это неудивительно. Ты желаешь этого больше всего на свете.

— Да, вы правы, — согласилась я с ней. — Я очень по нему скучаю, Эльза.

Она отрицательно покачала головой, понимая, куда я клоню.

— Нет, Лили, мы уже об этом говорили.

— Я не прошу поехать к нему, но у меня нет даже его фотографии, может быть вы мне его сфотографируете или покажете по камере в телефоне…

— Нет, моя хорошая, об этом не может быть и речи, — спокойно ответила Эльза.

— Почему?

— Во-первых, это противоречит медицинской этике. А во-вторых, и для меня это даже более важно, я не хочу, чтобы ты смотрела на Ричарда в таком состоянии. Это только усилит твой стресс, — в ее тоне ничего не изменилось, и пока она заплетала мне косу, рука ее не дрогнула.

— Я бы выдержала… — нахмурилась я, понимая, что и здесь я наткнулась на глухую стену.

— Эльза, его жетон… где он? — тихо спросила я, все еще надеясь докопаться до истины.

— С ним, конечно, — не раздумывая, ответила миссис Хоуп и посмотрела на меня.

Осознав, к чему я веду, она отрицательно покачала головой и спокойно произнесла:

— Жетон солдата передается в руки близким только в одном случае — когда тот погиб. Второй кладется с ним при погребении. Я очень суеверна в этих вопросах и жетон я тебе не передам, сама понимаешь почему.

— Да, конечно, пусть он остается при Ричарде. Простите за глупый вопрос, — покраснев, ответила я, и вновь задумалась.

Эльза своим поведение никак не дала мне понять, что на связь со мной мог выходить Ричард. И я в очередной раз склонилась к выводу, что, вероятнее всего, я принимаю желаемое за действительное, и Друг был прав — я ошиблась.

— Предлагаю позавтракать и посмотреть один из фильмов моей юности, — прервала Эльза мои размышления. — Надеюсь, я тебе еще не надоела со своими далеко не современными вкусами.

— Нет-нет, — успокоила я Эльзу, — мне нравятся старые фильмы, в них есть некая романтика и утонченность. Моя мама очень любила старые фильмы и мы с ней пересмотрели их огромное количество.

— Какой ее любимый фильм?

— "Завтрак у Тиффани", — тут же ответила я, вспоминая мамины радость и переживания за Холли Голайтли, и как каждый раз, когда Пол произносил свое знаменитое "люди хотят принадлежать друг другу, потому что это единственный шанс стать счастливыми", мама сжимала мне руку.

Эльза перевела взгляд на семейное фото, стоявшее на тумбочке, и грустно улыбнулась.

— Вот кого вы с твоей мамой мне напоминаете. Одри Хепберн. Тот же открытый взгляд и детская улыбка. Сочетание хрупкости и характера. Женщина-ребенок.

Я воссоздала в памяти мамин образ, ее нежную улыбку и ласковый взгляд.

— Да, насчет мамы вы правы, — кивнула я. — Вы знаете, она часто мне пела "Moon River", как колыбельную.

— Уверена, у нее был красивый голос.

— Да, мягкое сопрано, — кивнула я, вспоминая "Лунную реку" в ее исполнении. — Она любила петь и, наверное, передала эту любовь к пению и мне. Каждое рождество мы разучивали какую-нибудь песню и устраивали маленькое представление. Это было нашей семейной традицией.

— Уверена, ты хорошо поешь.

— Меня хватает только на душ, — пошутила я.

Эльза на это ничего не ответила и лишь некоторое время молчала, внимательно изучая мое лицо.

— Ты интроверт по натуре, — наконец прокомментировал она. — Очень стеснительная и любишь закрываться. Но это неправильно. Нельзя всю жизнь прятаться в своей раковине. Ты должна научится жить в гармонии с внешним миром, не только с внутренним.

Я удивленно посмотрела на нее и вновь улыбнулась, отмечая, как причудливо играла со мной судьба, послав мне Эльзу Хоуп.

— Мама мне говорила то же самое. И всегда старалась "вытащить меня из раковины во внешний мир", как она это называла.

Как только Эльза уехала в больницу, я тут же включила ноутбук в надежде увидеть заветное черное окно, но Друг "молчал". Я глушила в себе мысль, что на связь мог выходить Ричард, но иногда даже мой разум воспалял мое воображение, мучая меня одним вопросом: если это не враг, и не Ричард, то какой смысл был в этой переписке?

Ответа я найти не могла.

Днем Зет принес обед, и я заметила, вернее даже почувствовала какую-то искру в его глазах — внешне в его поведении ничего не изменилось, но все же, что-то было не так. "Может быть он и есть этот злополучный Друг", — усмехнулась я, провожая парня взглядом.

Но скоро "загадочности" Зета был найден ответ. Через час ко мне зашел Сандерс и с места в карьер удивил меня.

— Сегодня у миссис Хоуп день рождения — юбилей, она не любит отмечать, но мои бойцы организуют что-то типа вечера с сюрпризом, — проинформировал Сандерс, как всегда немного отрывистыми фразами.

— Что же вы мне раньше не сказали!? — воскликнула я с досадой. — Я могу помочь в организации праздника! Вы только скажите, что от меня потребуется, и…

— Не стоит беспокоиться, мисс Харт, — коротко ответил Сандерс, — от вас требуется только ваше присутствие ровно в девятнадцать-ноль-ноль.

Я кивнула, не зная, что еще я могла добавить к его лаконичной информации.

— Единственная просьба, — сказал он, и я внимательно посмотрела на мужчину, — мои парни просили, чтобы вы заняли Эльзу на вечер и привели ее к назначенному времени в комнату отдыха.

— Конечно, — кивнула я, — пусть это будет моим вкладом в организацию праздника.

— Благодарю, — сказал Сандерс и вышел, закрывая за собой дверь.

Я проводила его взглядом и с досадой вздохнула, понимая, что в этих условиях я не могла подготовить для Эльзы даже жалкое подобие подарка.

Вечером, ровно без пяти минут семь, я отложила "Театр" Моэма в сторону, который читала вслух Эльзе, и предложила немного прогуляться по штабу в качестве зарядки.

Коридор был пустынным и, как обычно, ярко освещенным, но я чувствовала праздничную энергетику в атмосфере базы. Мы шли, не торопясь, я держала Эльзу под руку и вела беседу, стараясь быть естественной, чтобы миссис Хоуп ничего не заподозрила. Наконец, повернув за угол, я ей предложила зайти в комнату отдыха под предлогом того, что оставила там недавно свой учебник по французскому, когда искала Тигра.

Пропустив Эльзу вперед, я щелкнула выключателем и отпустила руку Эльзы, отходя на несколько шагов назад в тень.

Свет озарил комнату с толпой улыбающихся людей, и в ту же секунду из динамиков полились мелодичные аккорды гитары "Lucero", и хрипловатый голос Бена Николса запел "Мама, твои мальчишки, мы могли бы делать некоторые ошибки…"

"С Днем Рождения, Эльза!" — услышала я дружное поздравление, и толпа мужчин окружила невысокую женскую фигурку, закрывая ее от меня своими исполинскими крепкими фигурами. Среди них было много людей, которых я уже видела, в их числе я заметила и доктора Митчелла, который искренне улыбался Эльзе. Обнимая, мужчины приподнимали маленькую пухленькую Эльзу, поздравляли, немногословно, по-мужски, пытаясь выразить ей свою благодарность, но по их глазам можно было понять, что они бесконечно любят и ценят своего Шмеля. Она стала для них Мамой, частью их жизни, добрым и верным ангелом-хранителем. Сейчас она купалась в заботливых лучах любви своих Мальчиков.

Когда первые поздравления и теплые слова были сказаны, на передний план на небольшом столике выкатили шоколадный торт, и Эльза, загадав желание, задула горевшие на нем свечи. В руках Сандерса появилась бутылка шампанского, которое красиво выстрелило в умелых мужских руках, и искристым пенным водопадом полилось по бокалам. Эльза, обернувшись, посмотрела на меня взглядом "ты все знала, но не сказала", я же пожала плечами ей в ответ с видом "что поделать: ведь это день вашего рождения", и ее опять отвлекли, вкладывая в ее руку бокал с налитым шампанским. Наконец все немного расступились, оставляя Эльзу, словно на пьедестале, а в авангард выступили Сандерс, доктор Митчелл и Макс. Мне показалось это символичным, словно они воплощали три основных оттенка любви Эльзы: любовь к сыну, любовь к мужчине и любовь к другу.

— Ну и зачем было так пугать женщину! — произнесла она немного недовольным голосом, но ее глаза светились от счастья, она потянулась к сыну и ласково его обняла. Он бережно, словно боясь причинить вред, обнял маму в ответ и шепнул ей что-то на ушко, отчего Эльза закрыла глаза, вероятно желая предотвратить накатившие слезы, и прижалась к сыну, уткнувшись лбом в его широкую грудь. В этом жесте было столько ее любви и некой интимности, словно сейчас нам дали подсмотреть отношения мама-сын, но Макс быстро отстранился и отошел в сторону, давая другим поздравить их любимицу.

Следующим за Максом был доктор Митчелл. Он внимательно рассматривал черты лица Эльзы, сжимая ее ладонь в своей, слово хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Миссис Хоуп мягко ему улыбалась, но ее взгляд был спокоен, она смотрела на доктора Митчелла, как на коллегу, не более, но я почему-то была уверена, что спокойствие стоило ей больших сил.

— Любой хирург мечтает о такой помощнице, как ты, — наконец произнес он с волнением, и склонившись, поцеловал ее руку.

Она опустила глаза, думаю, чтобы скрыть свои эмоции, и ничего не произнесла.

За Генри шел Стивен Сандерс: он смотрел на Эльзу и улыбался. И надо признать, я первый раз видела его улыбку: он будто помолодел и выглядел озорным мальчишкой.

— Я не знаю, кого мои орлы боятся больше — меня или твоего грозного взгляда, — сказал он, приобнимая миссис Хоуп, — но одно могу сказать с уверенностью: любят больше они, однозначно, тебя.

Эльза тепло поблагодарила Сандерса, и в ее взгляде я увидела задорных бесенят.

— А теперь подарки! — и в комнату внесли огромный букет нежно-розовых чайных роз на длинном стебле, которые тут же заполнили своим душистым сладковатым, как и духи Эльзы, ароматом всю комнату.

Букет был настолько большим, что Эльза еле обхватила его руками. Мне понравилось, что розы не были обернуты красивой подарочной бумагой с яркими ленточками и не составляли собой икебану из разных цветов и растений — все это было ненужным. Эта охапка роз, без дополнительной мишуры и вычурных изысков, смотрелась так же естественно и прекрасно, как и сама Эльза — такая же настоящая, такая же ласковая, но притронься к ее стеблю неправильно — и тебя уколет острый шип.

— Мальчики, вы, как всегда, в своем репертуаре, — бережно пыталась уложить цветы на журнальном столике миссис Хокп. Вид у нее был растерянный и немного хмурый — как и говорил Сандерс, Эльза не любила отмечать свой день рождения, и даже букет роз не смягчил ее. Как только я подумала, что розы все-таки лучше бы поставить в воду, как увидела Джино, который нес две внушительных размеров вазы кубической формы, в которые и разместили цветы. Надо же, были продуманы и такие нюансы, учитывая что мы находись пусть и на частной, но военной территории.

— Тебе придется потерпеть нас с нашим репертуаром еще немного, — сказал Сандерс и, словно факир, достал из-за спины маленький кожаный футляр темно-красного цвета.

Эльза устало покачала головой, будто говоря "с вами бесполезно спорить" и, бережно приняв подарок, аккуратно открыла крышку. Не знаю, как Эльза, но мои брови поползли вверх от удивления. Внутри на красной бархатной обивке лежал ключ от автомобиля.

— "Toyota RAV4" к вашим услугам, мэм, — по военному приосанившись и коротко кивнув, произнес Сандерс.

— Господи, это же стоит целое состояние! — удивилась Эльза и попыталась вернуть коробочку с ключом обратно Сандерсу. — Вы что, с ума все посходили такие подарки дарить! — негодовала она.

Сандерс строго посмотрел на Эльзу и четко произнес, выговаривая каждое слово:

— Эльза, этот подарок был подготовлен для тебя "Barrett Shipbuilding Industries" еще месяц назад. Отрицательный ответ не принимается, — добавил он и опять вложил футляр в руки миссис Хоуп.

Эльза долгое время буравила Сандерса взглядом, и мне показалось, что между ними идет бурный молчаливый диалог, понятный только им двоим. Наконец, Эльза вздохнула и, опуская глаза, приняла подарок.

— Ну зачем… у меня же есть мой нежно любимый "Ford Focus", — сдавшись, произнесла она.

— Ты уже несколько раз глохла с ним на трассе, — резонно ответил ей Сандерс и затем уже более шутливым тоном произнес: — Скажи спасибо, что это "Тойота", а не "Порше".

Эльза со вздохом покачала головой и, по-дружески сжимая руку Сандерса, обвела всех присутствующих взглядом.

— Спасибо, родные мои, — тихо поблагодарила она. — Я тронута до глубины души вашим вниманием и заботой.

Чтобы не мешать всем остальным общаться с виновницей торжества, я отошла подальше в сторону и оперлась на стену, краем глаза отмечая, что мой верный "нянь" Мэттью все это время не отходил от меня ни на шаг. На меня то и дело бросали заинтересованные взгляды, но со мной никто не знакомился и близко не подходил. Лишь знакомые мне ребята официально улыбались и, поприветствовав меня коротким "Здравствуйте, мисс Харт", предпочитали быстро ретироваться. Я была не против одиночества, но все же мне было дискомфортно от такого отношения — будто я кусалась.

В динамиках зазвучал "Dire Straits" с успокаивающей темой "Brothers in Arms", я держала в руках бокал с апельсиновым соком и рассматривала сменившуюся обстановку комнаты отдыха. Гостей было немного, максимум человек двадцать, в основном мужчины крепкого телосложения, с серьезными непростыми лицами, и практически у всех виднелась кобура с оружием, что добавляло основательности в их и без того авторитетный вид. Среди присутствующих я заметила нескольких женщин. Одна из них была афроамериканка лет тридцати, крепкого спортивного телосложения, одетая, как и многие здесь, в джинсы и футболку с логотипом. Она разговаривала с Зетом, что-то ему доказывая. Еще две молодые женщины, одетые все по той же моде, только что отошли от Эльзы к закускам и обсуждали что-то с сосредоточенными лицами. А чуть в стороне, опершись бедрами о стол, стояла Стелла, ее темно-каштановые немного вьющиеся волосы были тщательно уложены, а ее губы подчеркивала красная губная помада в тон маникюру. Попивая шампанское, она разговаривала с одним из мужчин, и я в очередной раз отметила, что ее одежда, прическа и она сама были совсем не в "стиле" этого места, отчего казалось, что она относится к тому типу людей, которым нравится внимание. Она также осматривала комнату и в ее взгляде я ловила некую амбициозность — она вела себя по-хозяйски, будто все на базе должно было быть подчинено ее уму и красоте. Девушка была эффектной, знающей себе цену, мужчины в комнате обращали на нее внимание, но если бы на моем месте сейчас была Джули, она бы назвала ее китчевой. Иногда Стелла кидала взгляд на Эльзу, все еще принимавшую поздравление от своих Мальчиков, и мне казалось, что девушка ее недолюбливает.

Я перевела взгляд на доктора Митчелла, который с серьезным видом о чем-то разговаривал с Сандерсом. Вид у него был встревоженный, он хмурился и неуверенно отвечал что-то своему собеседнику, как врач, который не мог поставить диагноз. От его настороженности я тоже немного нервничала, хотелось подойти и спросить о состоянии Ричарда, но, посчитав нетактичным вклиниваться в разговор, я решила подождать, когда Генри освободится.

А немного поодаль у журнального столика Макс, прищурившись, словно пытаясь вникнуть в проблему, внимательно слушал, что ему говорит Джино, но я обратила внимание, что все это время он не выпускал из вида Эльзу в окружении Генри и Сандерса.

Можно было заметить невооруженным взглядом, что, несмотря на праздничную обстановку, никто не веселился, все были серьезны и собраны, будто наготове по первому сигналу отреагировать на опасность, что и было понятно — ситуация с Ричардом и Дугласом радости не способствовала. Но такое торжество, как юбилей Эльзы Хоуп, должно было состояться, как дань уважения за долгие годы ее верной службы и искренней заботы.

Я не хотела мешать Эльзе в окружении ее друзей, которые продолжали подходить, и решила поздравить ее позже, когда ее внимания хватит и на меня, но только я об этом подумала, как услышала свое имя.

— Лили, милая, иди сюда, — громко позвала миссис Хоуп, и все взгляды сразу обратились в мою сторону.

Краснея от всеобщего внимания, я улыбнулась Эльзе и медленно начала свой вояж под пристальными взглядами. Как и ранее, мужчины расступались, будто некое силовое поле выдавливало их из моего личного пространства.

— С днем рождения, Эльза. Здоровья, мира в душе и женского счастья, — тихо поздравила я ее, целуя в щеку. — За мной подарок.

Эльза хотела мне что-то ответить, но в ее кармане раздалась трель сотового и она, высвобождаясь из моих объятий, ответила на звонок.

— Лили, добрый вечер, — услышала я негромкий голос Генри и обрадовалась такой удаче.

— Здравствуйте, доктор Митчелл, — поздоровалась я и тут же спросила: — Как себя чувствует Дуглас?

— Дуглас крепкий парень, выкарабкается, — с уверенностью в голосе ответил доктор, и я улыбнулась хорошей новости.

— А Ричард? Он ведь тоже крепкий мужчина, — подобралась я к главному вопросу и, внимательно рассматривая лицо доктора, пыталась найти ответы на мучавшие меня вопросы.

Генри положил руку на мое плечо и повторил слова Эльзы, сказанные ранее:

— Наберись терпения, Лили.

Я опустила глаза, понимая, что ничего нового он мне не сказал, а дальнейшие вопросы задавать было нетактично — у меня по-прежнему не было ни единого факта. В его взгляде я не нашла ничего такого, что могло мне подтвердить, что Друг — это и есть Ричард. Внезапно музыка из динамиков прервалась, и я услышала со стороны дивана звучание живой гитары. Я резко повернула голову и увидела, как Джино настраивает инструмент.

— Если Джино или Макс взяли в руки гитару, нас ждет красивое шоу, — тихо прокомментировал Генри мне на ухо.

— Макс тоже играет на гитаре? — удивленно спросила я.

— О да, он в этом хорош, — прошептал Генри, улыбаясь, и я увидела, как на пороге комнаты появился Макс со своей гитарой.

— Они красиво играют дуэтом, — продолжил свои комментарии Генри.

Макс сел напротив Джино и мягко прошелся по струнам, настраивая свою красавицу-гитару в унисон.

Эльза сидела чуть в стороне на пуфе и улыбалась в предвкушении концерта, который ей подготовили ее мальчики.

Ребята переглянулись, Макс кивнул и уверенными движением прикоснулся к струнам, наполняя комнату мелодичными звуками.

Он начал тихо, и мелодия из-под его умелых пальцев лилась и переливалась как радуга. Через полминуты к Максу присоединился Джино, вплетая узором свой виртуозный мотив, и уже через полминуты они вместе вырисовывали красивый и сложный музыкальный "арабеск", завораживая людей в комнате.

И Джино запел:

"Мы близко друг к другу независимо от расстояния…"

Его голос на первых строчках звучал тихо, но, как и музыка, набирал мощь по нарастающей. В отличие от Хэтфилда [прим. автора: солист группы "Металлика"], в голосе Джино чувствовалась хрипотца, но она придавала неповторимость и правильный настрой, а также некую воинствующую агрессию, что только усиливало впечатление от этой темы.

Все стояли и слушали, практически не шевелясь, а Эльза, чуть склонив голову набок, любовалась своим сыном и наслаждалась пением Джино, который продолжал выводить очередной голосовой пассаж, напористо вытягивая гласные и уверенными движениями кисти терзая струны с помощью медиатора.

"Мы близко друг к другу независимо от расстояния.

Эти слова не могли бы быть более искренними.

Наше доверие друг другу вечно,

А остальное неважно."*

— пел Джино, делая упор голосом на "доверие, а остальное не важно", вкладывая в эту фразу особый смысл. Я слушала это послание и понимала, насколько оно верно в исполнении Джино. Доверие — это как личное оружие, которое ты вкладываешь в руки своим близким, друзьям, любимым. Мгновение — и они могут использовать его как на твою защиту, так и против тебя самого, наведя дуло и выстрелив.

Я вспомнила дни в резиденции, когда Барретт удерживал меня силой и вытравлял из меня любовь. Как тонко порой играет нами жизнь, жонглируя черным и белым: мое доверие — оружие, которое я вложила ему в руки, он использовал мне во благо — защищая меня из соображений безопасности.

Макс исполнил очередной виртуозный пассаж, а я краем глаза заметила, что Стелла с бокалом шампанского, протиснувшись вперед, встала недалеко от игравших, не отводя взгляда от Макса. Определенно, она была неравнодушна к парню и смотрела на него, как заинтересованная женщина, а не как почитательница талантливого гитариста. Макс же тем временем был сосредоточен на игре, подчиняя струны своим умелым пальцам. Его гитара то вибрировала, то агрессивно рычала, покоренная и уступающая натиску искусного музыканта.

На последнем куплете Джино запел совсем тихо, почти шепча, как молитву, сокровенные слова о доверии, будто прося не использовать это оружие против него.

"А остальное не важно", — прошептал он, и они вместе с Максом мастерски исполнили музыкальный орнамент, с которого начали, тем самым прорисовывая всей композицией идеальный круг, возвращаясь в исходную точку. Раздался последний аккорд, и комната погрузилась в звенящую тишину, как опустевшее поле боя после сражения.

Через несколько секунд Эльза негромко захлопала в ладоши и ее поддержали все собравшиеся.

— Спасибо, мои хорошие, — благодарила Эльза ребят, ласково приобнимая их.

— Талантливо, не правда ли? — спросил Генри.

— Очень, — согласилась я, аплодируя, и в то же самое время наблюдая за девушкой, которая в это время крепко сжимала бокал и смотрела на Эльзу с Максом. Она уже решительно шагнула вперед, но перед ней появился улыбающийся ей Джино. Стелла задорно усмехнулась и, показывая жестами "это было супер", перевела все внимание на него.

— Я слышал, твой Тигр навел здесь свои порядки? — и Генри бросил взгляд на Зета, подошедшего к Эльзе с Максом.

— Да, — подтвердила я, рассматривая расцарапанное лицо парня. — Теплым это знакомство никак нельзя было назвать. До сих пор удивляюсь, что мистер Сандерс не отреагировал.

— А что он мог сказать? — пожал плечами Генри. — Тигр — эмблема "MPD Group". Так что можно считать, твой хищник прошел боевое крещение и стал талисманом базы.

Я вспомнила эту аббревиатуру под логотипом на футболках парней и спросила:

— Что означает "MPD"?

— "Military Professional Defense", — расшифровал доктор Митчелл.

— То есть это отдельная от судостроительной компания?

— Верно, — подтвердил Генри. — Это частная военная компания.

— Я в этом ничего не понимаю, — покачала я головой, — чем конкретно она занимается?

— Оказывает различного вида военные услуги.

— Звучит серьезно.

— Так и есть, — подтвердил доктор Митчелл, — вы быстро ухватываете суть, юная леди.

— А вы с Эльзой тоже являетесь работниками этой компании?

— Не совсем. Все сотрудники "Barrett Shipbuilding Industries" и "MPD Group" имеют частную страховку, по которой предоставляет услуги и наш медицинский центр в том числе. Но ребята из "MPD", где бы они ни находились, предпочитают приезжать лечиться или восстанавливаться у нас в больнице. С уверенностью могу сказать — это из-за Эльзы.

— Персональный Ангел-Хранитель, — улыбнулась я.

— Совершенно верно, — кивнул Генри.

— Лили, иди сюда, — внезапно громко позвала меня Эльза, отвлекая от разговора с Генри, — ты опять спряталась.

— Не любите шумные компании, леди? — тихо предположил доктор Митчелл.

— Вы даже не представляете, насколько, — призналась я.

Он взял мою руку и, прикрывая собой от всеобщего внимания, пошел к Эльзе, стоявшей в окружении Макса, Сандерса и Зета.

— Спасибо за красивую игру, Макс, — сказал он, вкладывая мою ладонь в руку Эльзы.

— Это было талантливо, — добавила я, глядя на Макса. — Я бы назвала это вызовом.

— Вызовом? — переспросил Макс, пытаясь понять мою логику.

— Я не профессионал. Но уверена, что сыграть такую сложную тему непросто. А у вас с Джино это получилось виртуозно и со своим подтекстом о доверии, как мне показалось, — пояснила я.

— Ребята старались, — кивнул Сандерс, соглашаясь со мной.

— Изысканный подарок ко дню рождения, — добавил Генри.

— Я все-таки надеюсь, что это был подарок только от Джино, но не от тебя, — улыбнулась Эльза.

— Ты же не любишь получать подарки, — парировал Макс в ответ, усмехаясь уголком губ.

— Все претензии к Стивену — это не я решила отметить день рождения, — выставила свой аргумент Эльза.

— Споры с женщиной бессмысленны, — улыбаясь сказал Генри Максу, отрицательно качая головой.

— Они всегда побеждают, — подтвердил Сандерс. — Поверь мне, отцу двух дочерей.

— Слышал? Так что иди и настраивай гитару, — шутя скомандовала Эльза.

Макс слегка усмехнулся ей в ответ и пошел к дивану, где он оставил инструмент, а Эльза, взяв меня под руку, тихо вздохнула.

— Я люблю смотреть на него, когда он с гитарой, — шепнула она мне.

— Кто его научил играть?

— Его отец… еще с детства, — сказала она, и я услышала, как Макс дал несколько аккордов, тем самым привлекая к себе внимание гостей. В зале в ту же секунду воцарилась тишина, и парень нежно начал перебирать струны, создавая красивую и печальную мелодию Стинга.

— Ммм, мне нравится эта песня, — прошептала Эльза, немного сжимая мою руку. — Когда я услышала ее первый раз, то сама попросила сына разучить ее. Наверное поэтому он ее выбрал в качестве подарка.

Наконец Макс тихо запел. Его голос был спокойным, без агрессии, как у Джино, скорее наоборот, умиротворяющим. "Но не таков силуэт моего сердца", — выводил он ровным тенором, никого не оставляя равнодушным.

Может быть оттого, что тема была грустной, играл Макс совсем в другой манере. Его пальцы, до этого напряженно диктующие свои условия, сейчас ласкали струны, прося у них позволения, и гитара, поддаваясь энергетике и просьбе музыканта, печально пела с ним в унисон, нежно вибрируя и тая от его умелых прикосновений.

Стелла, стоявшая поодаль рядом с Джино, не отводила взгляда от Макса. Она крепко сжимала бокал, ее глаза блестели, щеки разрумянились, а грудь взволнованно вздымалась. Если раньше мне казалось, что она неравнодушна к Максу, то теперь я видела, она откровенно была в него влюблена и не скрывала этого. Скорее всего, мужчины не ошиблись, говоря в свое время Максу, что Стелла его "заждалась".

"Я знаю что пики — это мечи солдат.

Я знаю что трефы — оружие войны.

Я знаю что бубны — это деньги для этого искусства.

Но все это не является формой моего сердца."

— талантливо создавал Макс образ игрока в покер, который играл не ради выигрыша, а чтобы познать закон жизни и удачи, и мягкие вибрации его проникновенного тихого голоса в унисон с плачущей гитарой наполняли комнату неповторимой завораживающей энергетикой.

Эльза, затаив дыхание, с нежностью смотрела на сына и ловила каждое его движение и слово.

"Но если я скажу тебе, что я люблю тебя

Ты, возможно, подумаешь, что то-то не так.

Я не человек с очень большим количеством обличий.

Маска, которую я ношу — одна." **

— "признавался" Макс в наличии маски игрока, словно позволяя всем присутствующим немного приоткрыть этот покров и увидеть его настоящее лицо.

Он пропел последние строки, искусно выводя спокойным голосом "силуэт моего сердца", и тихо завершил композицию, как искусный игрок, который закончил игру и вскрыл карты с "Роял Флэшем" из масти червей.

Первой зааплодировала Стелла и уверенной походкой пошла к Максу. Одаривая его обворожительной улыбкой и похвалой, она прижалась к нему и провела пальцами по его груди. Мне показалось это немного нетактичным с ее стороны, но что я могла знать об их отношениях. Макс цепко посмотрел на нее, но ничего не сказал. Я тут же почувствовала, как предплечье миссис Хоуп под моей ладонью напряглось, и Эльза решительно направилась к сыну, увлекая меня за собой.

— Сын, это был достойный подарок, спасибо, — с гордостью в голосе сказала она, вплотную подходя к Максу и целуя его в щеку в знак благодарности.

Девушка отошла чуть в сторону, и я увидела, как в ее глазах промелькнула досада.

— Я рад, что тебе понравилось, — ответил Макс, бережно ее приобнимая, но уже через несколько секунд он извинился и отошел к Сандерсу с Генри, оставляя нас втроем.

— Стелла, дорогая, я и не знала, что ты тоже пришла, — немного официально произнесла Эльза, обращаясь к девушке.

— Как же я могла пропустить такое событие, как ваш день рождения.

Сейчас, когда мне не нужно было "обороняться" со скальпелем в руках, я отметила, что ее голос был немного грудным, я бы сказала чувственным.

— Что же ты не подошла и не поздравила меня лично? — тут же "ужалил" ее Шмель с очаровательной улыбкой на губах.

— К вам было не протолпиться, — парировала Стелла, кидая мимолетный взгляд на меня.

— Логично, что ты решила передать свои поздравления через Макса, — ослепительно улыбаясь, продолжала жалить Эльза, чуть загораживая меня от девушки, словно защищая меня от нее.

Обстановка накалялась. Определенно, между этими женщинами был конфликт, и с этим нужно было что-то делать — только ссор не хватало на дне рождении.

Стелла хотела что-то сказать, но я ее опередила.

— К сожалению, я не принимала участие в организации праздника, но к подготовке торжества подошли со всей серьезностью, — попыталась я разрядить обстановку, подчеркивая, что если она лично не поздравила Эльзу, то определенно планировала этот вечер.

Но она не воспользовалась моей помощью, вернее, даже не попыталась.

— Да, вы правы, наши ребята умеют организовать душевную вечеринку, — ответила она немного по-хозяйски.

Я мысленно схватилась за голову, а Эльза усмехнулась и пошла по новой в наступление.

— Не сомневаюсь, для тебя каждый день на базе — одна сплошная вечеринка, — мягко произнесла она с улыбкой убийцы на лице.

— Когда вы на базе, это всегда праздник для всех нас, — оборонялась Стелла.

— Ты, как всегда, меня порадовала, дорогая, — растянула губы в радушной улыбке Эльза, но по ее глазам я поняла, что сейчас Стелле сделают контрольный в голову. — Я тебя не разочарую и постараюсь и впредь доставлять тебе удовольствие каждый день своим присутствием, чтобы ты приходила на работу, как на праздник.

Стелла никак не отреагировала, но судя по тому, как она сжала бокал, ее наполняла злость. Ее выпад последовал незамедлительно — развернувшись к группе мужчин в нескольких ярдах от нас, она громко сказала:

— Макс, ты не нальешь мне бокал шампанского? — и протянула почти пустой фужер.

Макс, надо отдать ему должное, оценил обстановку мгновенно, быстро и цепко пройдясь взглядом по нашей троице.

— Конечно, Стелла, — спокойным тоном сказал он, подходя к нам и принимая бокал из рук девушки. — Ма, — обратился он к Эльзе, — ты будешь шампанское или сок?

— Пожалуй, сок, — улыбнулась миссис Хоуп.

— Лили? — продолжил он свою игру в галантного кавалера, навязанную ему Стеллой.

Я показала ему свой почти полный бокал с соком, давая понять, что я в порядке.

Хотя, если честно, чтобы снять напряжение последних нескольких дней, я бы выпила шампанского, но скорее всего все знали что мне еще нет двадцати одного года, и никто алкоголя не предлагал, а Мэттью, следовавший за мной тенью, уверена, был строго проинструктирован на этот счет и протягивал мне только сок, даже не спрашивая.

Стелла была зла. Плотно сжав губы, она вновь готовилась к наступлению, но нужно было признать, это сражение она проиграла. Я не знала всей ситуации в целом и старалась быть объективной, но мне показалось, что девушка, претендуя на позицию рядом с Максом, повела себя неправильно в отношении Эльзы.

Внезапно в коридоре послышался какой-то шум, и я под предлогом того, что хочу отлучиться к себе в ванную комнату, предупредила Эльзу.

— Пошли вместе, — подхватила она меня под локоть, и уже через минуту в сопровождении Мэттью мы вышли в коридор, где я тут же обнаружила, что у дальних металлических дверей, куда меня не пускали, равно как и у лифта, стояла вооруженная охрана.

— Почему они здесь? — спросила я.

— Правила безопасности. Так положено, — пожала плечами Эльза, и в ее взгляде я не увидела ни настороженности, ни опаски.

Приведя себя немного в порядок, я вышла в коридор, но Эльза была еще у себя в комнате, и я зашла к ней.

— Ты присядь пока, а я освежу прическу, — выглянула Эльза из ванной. — Кстати, я тут дочитала один интересный роман "Ешь, молись, люби" Элизабет Гилберт. Ты о нем слышала?

— Кажется, по нему был снят фильм, — ответила я ей, припоминая это название, — но книгу я не читала.

— Если хочешь почитать, возьми у меня в тумбочке.

Открыв ящик, я обомлела от удивления — на деревянной поверхности рядом с книгой лежал черный пистолет в кобуре. Я осторожно взяла его в руки, ощущая как тяжесть и основательность оружия тут же придали мне чувства свободы и защиты от моих страхов.

— Макс с Сандерсом настояли, — услышала я сзади голос Эльзы.

— Вы умеете им пользоваться? — удивленно спросила я, но тут же поняла, что задала странный вопрос — Эльза побывала на войне, почему бы ей не уметь пользоваться оружием.

— Умею, но не люблю, — скривилась Эльза. — По иронии я на удивление метко стреляю.

— Научите меня… — затаив дыхание, попросила я, чувствуя приятную тяжесть металла в руках. Вспомнив свой недавний ночной кошмар, я мысленно улыбнулась — с пистолетом руках мне совсем не было бы страшно.

— Нет, — моментально отреагировала Эльза, — даже не проси.

— Но…

— Лили, об этом не может быть и речи, — спокойно отрезала Эльза, забирая из моих рук оружие.

Я опустила глаза и нахмурилась — почему меня все воспринимают как Малька, которому нельзя давать в руки спички? Я уже взрослая женщина, с девяти лет я сама принимала решения, сама заботилась о себе и отце, и никто мне в этом не помогал.

Внезапно раздался стук в дверь, прерывая мое мысленное негодование, и на пороге появился Макс с двумя вазами в руках.

— Отнеси один букет Лили в комнату, — попросила Эльза.

Я хотела отказаться, но миссис Хоуп отрицательно покачала головой и добавила, вновь направляясь в ванную:

— Возражения не принимаются.

От досады и какой-то душевной тяжести я опять опустила глаза. История моей жизни: "это не обсуждается", "возражения не принимаются", "к Ричарду нельзя", "снаружи опасно", "сюда не ходи" и далее по списку, уже не говоря о том, что от меня могли утаивать истинное положение вещей. Я понимала, Эльза хотела мне добра, она беспокоилась обо мне и желала защитить, но ее отказ и последние безобидные слова переполнили чашу моего терпения. Господи, как же я устала от всех этих запретов и ограничений, от этого тотального контроля, когда уже наступит тот момент, когда я вновь стану хозяйкой своей собственной жизни!

Я подняла глаза и, увидев Макса с вазой в руках, повела его в свою комнату.

— Спасибо, — поблагодарила я, не поворачиваясь к парню лицом, чтобы он не увидел внезапно накативших эмоций.

— Что произошло? — услышала я его тихий голос, но так и не обернулась к нему лицом.

— Ничего, — отрицательно покачала я головой, желая, чтобы он поскорее ушел.

— Тебя кто-то обидел на вечеринке? Повел себя грубо? — и в его голосе послышался металл.

— Нет, — тут же замотала я головой, — все крайне вежливы со мной. И предельно официальны. У меня иногда складывается ощущение, что ко мне боятся подойти, будто я кусаюсь, — усмехнулась я.

— Тогда в чем проблема?

— Нет проблемы.

— Ты расстроена, и я должен знать причину, — тем же спокойным тоном продолжил он, а я прикусила щеку от досады, что он все-таки заметил мое состояние.

— Ты ошибся, я просто устала, — ответила я ему ровным голосом. — Спасибо за праздник, — добавила я, уверенная, что парень сейчас уйдет и оставит меня одну.

Но он не ушел, просто стоял и молча ждал, а я не могла произнести ни слова из-за спазма в горле.

Я посмотрела на пустующую кобуру, видневшуюся из-под подушки, вспомнила ощущение защиты и контроля ситуации с оружием в руках, и вдруг мне стало все бесконечно неважно. К черту все! Мне не к кому больше обратиться — я хочу покончить с этими страхами и хочу контролировать свою жизнь хотя бы в отношении снов, если во всем остальном мне выдвигаются сплошные запреты. Мне было нечего терять: я уже привыкла, что все мне говорят "нет", значит получу еще один отказ.

Набрав в грудь воздуха, я резко повернулась и решительно произнесла:

— Я хочу научиться пользоваться оружием и приемам самообороны, ты мне поможешь в этом?

Макс цепко, но спокойно посмотрел на меня, принимая решение, и коротко ответил "да".

* Перевод песни "Nothing else matters" группы "Metallica" https://www.amalgama-lab.com/songs/m/metallica/nothing_else_matters.html

** Перевод песни "Shape of My Heart" Стинга http://mirdosuga.com/sting-shape-of-my-heart-perevod-tekst-pesni/