Девочка. Книга вторая

Глава 26

Отъехав от ресторана, я увидела, как навстречу нам по правую сторону несется знакомый джип. Я резко отвернулась от дороги, чтобы меня не узнали, и только проверив, что за нами нет слежки, перевела дух, отмечая, что мы с Нари успели улизнуть как раз вовремя — потом бы точно не получилось.

Всему, что происходило потом, трудно было дать определение. Скорее всего, это можно было назвать фейерверком красок, шума, ярких огней и нескончаемого потока незнакомых лиц.

Первое, что я увидела на Патонге, это бесчисленное количество баров в неоновых огнях, откуда доносилась дискотечная музыка, а также колоссальное количество ярких девушек в откровенных нарядах, зазывающих выпить толпы туристов, смешавшихся с местным населением.

Нари завела меня в ближайшую лавку, где продавались недорогие вещи, и купила нам просторные футболки и кепки.

— Надевай, — кинула она пакет.

— Зачем? — непонимающе рассматривала я вещи.

— Лат сейчас будет прочесывать весь Патонг, мы должны затеряться среди туристов.

Кивнув, я без лишних вопросов надела розовую футболку и спрятала под бейсболкой растрепавшиеся волосы.

Убедившись, что мы совсем не похожи на тех, кто недавно сбежал из ресторана, Нари улыбнулась и, взяв меня за руку, повела вдоль улицы.

По мере того, как мы проходили вглубь этого островка яркого карнавала, мои глаза расширялись все больше и больше. По обе стороны этого цветного бульвара можно было наблюдать девушек в открытых нарядах, которые танцевали у шестов на барных стойках или у входа в очередное питейное заведение, зазывая неоднозначными позами посетителей.

— Это Сои Бангла, — пояснила Нари, — самая незабываемая улица Пхукета.

— Как здесь красиво и шумно. Столько девушек в бикини, — отметила я, проходя мимо очередной стайки зазывающих таечек в блестящих сценических нарядах.

— Это как раз не девушки, а катои, — засмеялась она.

— Кто такие катои? — спросила я, рассматривая очень красивую женственную девушку в блестящем костюме экзотической птицы, которая подошла ко мне и протянула флаер на шоу.

— Ледибои… По вашему транссексуалы… Правда не отличишь?

Я внимательно рассматривала девушку, ее утонченные черты лица, точеную фигуру, которой позавидовала бы модель, и не могла поверить.

— Не может быть! Они такие женственные и красивые!

Нари хихикнула и что-то сказала "Радужной Птице", которая, игриво мне подмигнув, произнесла мягким голосом с придыханием:

— Не верь ей, милая, я женщина на все сто процентов, — и, ласково взяв мою ладонь, внезапно приложила ее к своей груди.

От неожиданности я воскликнула "о Господи!", резко отдергивая руку, на что "Радужная Птица" мелодично засмеялась и пригласила нас на свое шоу в "Мулен-Руж".

— Только не перепутай наш "Мулен-Руж" с другим, по соседству, где русские девочки, — подмигнула она, — мы гораздо круче.

Сестра Лата что-то пропела на прощанье ледибою и повела меня дальше по Сои Бангла.

— Нари, это я запомню надолго, — засмеялась я, оглядываясь на "Радужную Птицу", которая уже очаровывала очередных зевак-туристов.

— О! Это еще скромненько. Ты в Бангкоке не была. Вот там бы я тебя не стала подбивать на побег, — хихикнула она, а мое внимание внезапно отвлекло массивное здание: оно было выполнено в стиле "Jungle" и обрамлено огромными скульптурами тигров, скалящихся на посетителей из "зарослей".

— Это новый дискотечный комплекс на три уровня, — пояснила девушка, — он был отстроен на месте старого, который несколько лет тому сгорел в пожаре.

— Впечатляет, — только и сказала я, рассматривая яркие неоновые огни и эскалатор, ведущий наверх.

— Наверху дискотека, а внизу сеть баров и Go-Go. Есть открытые, есть закрытые, как и по всей улице.

— Что такое Go-Go? — зацепилась я за незнакомое слово, вспомнив, как его упоминал и Лат.

— Что-то типа стриптиз-клубов со всякими эротическими шоу, — равнодушно пожала она плечами, а мне вдруг стало неимоверно интересно, что же такого в этом шоу.

Я вспомнила, как сказала в свое время Джулия "Ты не знаешь, насколько в сексуальном плане продвинута азиатская культура", и задумалась. Может быть, узнав об эротическом представлении чуть больше, я смогу понять, почему Барретт выбирает других женщин, но не меня?

Вероятно, увидев на моем лице любопытство, Нари кинула "пошли" и повела меня по улице к очередной яркой неоновой рекламе, гласившей, что здесь мы найдем самых сексуальных девушек. Мы поднялись наверх по широкой освещенной лестнице, и я остановилась, шепча Нари на ухо:

— Мне нет двадцати одного. Меня пустят? — но она лишь усмехнулась, делая уверенный шаг вперед, а услужливая таечка в коротенькой юбке приподняла тяжелую темную драпировку, приглашая нас окунуться в таинство.

Заведение было небольшим, но достаточно уютным. В центре возвышалась сцена с неоновыми шестами, на которых извивались девушки, как в любом стриптиз-клубе. Такое я видела и в кино, и внизу по Сои Бангла, так что это зрелище меня не впечатлило.

— Тут обязательно нужно заказать напиток, — перекрикивая музыку, проинформировала Нари и повела меня к бару. — Как ты относишься к Май-Тай?

— Я понятия не имею, что это, но я буду все то же самое, что и ты! — кивнула я.

Май-Тай, который оказался экзотическим сладким алкогольным коктейлем, мне понравился: он тут же ударил в голову, меняя тяжелые мысли на одно лишь желание — повеселиться.

Пока я потягивала напиток, у меня была возможность внимательно рассматривать барную стойку с прилегавшей к ней сценой, на которой танцевали полуобнаженные девушки, извиваясь у шестов под заводную дискотечную музыку. Посетители, в основном мужчины, с интересом поглядывали на откровенные позы танцовщиц, которые мило улыбались, заигрывая с гостями и завлекая их плотскими фантазиями.

Музыка сменилась, и Нари, заплатив за напитки, как мне показалось, гораздо больше, чем нужно, внезапно потащила меня дальше вглубь заведения.

Такому повороту событий я удивилась, потому что была уверена, что на этом и заканчивается мое сексуальное воспитание, но Нари, приподняв тяжелый полог, увлекла меня в очередной закрытый мир. В этой части клуба все было гораздо интимнее. Я увидела огромную прозрачную ванну, в которой плескались две девушки в одних тоненьких бикини. Вокруг этого шоу размещались удобные диваны с посетителями, в основном мужчинами, правда в полумраке "партера" я смогла разглядеть и женщин.

Девушки определенно изображали лейсбийскую пару. Плескаясь в воде, они нежно целовались, возбуждая друг друга откровенными ласками. Та, которая была в красном бикини и с татуировкой в виде розы на пояснице, проявляла себя более активно. Под ритмичную музыку, она эротично прильнула языком к груди девушке в синем бикини и начала возбуждать ее сосок, одновременно потираясь бедрами в такт музыке. Вторая купальщица застонала от таких горячих ласк и в ответ нежно начала ласкать сперва попу девушки в красном купальнике, а затем и вовсе проникла под бикини партнерши, и, не стесняясь, начала возбуждать ее пальцами. Внезапно ванная быстро стала наполнятся мыльной пеной и девушки, принимая сексуальные позы, принялись друг друга массировать. Извивающиеся тела, мокрая матовая кожа, по которой струилась белая пена, женские стоны, музыка — все это создавало соответствующий эротичный настрой. Я ждала кульминации этой сцены, но на самом интересном месте, когда девушки должны были возбудить друг друга до пика, все прекращалось, и они по новой заводили сексуальные игривые танцы, завлекая мужчин искупаться вместе с ними.

Приникнув в очередной раз к Май-Тай, я осмотрелась по сторонам и обнаружила еще несколько задрапированных входов.

— А там что? — кивнула я в их сторону, потягивая ароматный напиток.

— Это приватные кабинки, где ты можешь получить шоу гораздо откровеннее и интимнее того, которое ты сейчас увидела.

— Поэтому девушки и не доводят все до конца, их цель — возбудить публику? — уточнила я.

— Ты возбудилась? — в лоб спросила она, шутливо ткнув меня в бок.

— Определенно, — поддержала я ее шутку.

— Хочешь довести начатое до конца? — подмигнула она, показывая на кабинку.

— Безусловно! — усмехнулась я, наблюдая за игривыми танцами девушек в пенной ванной, — сейчас допью второй коктейль и пойду осваивать азы.

Нари задорно рассмеялась, но, посмотрев на часы, воскликнула:

— Нам пора! Мой друг освободился и сейчас начнется веселье!

— А это не веселье?

— Нет конечно! — махнула рукой на барную стойку с шестами Нари и повела меня в сторону выхода.

Пока мы пробиралась к двери, я еще раз кинула взгляд на сцену, где девушки в бикини демонстрировали свои прелести гостям клуба, и мне стало грустно — несмотря на миловидность и точеные фигурки танцовщиц, они выглядели как заводные куклы со стеклянными глазами, не было в этом зрелище ничего красивого и эротичного, одна шелуха и суррогат — без души, без сердца, без любви. Мне стало жаль этих девушек — клиент приходил сюда получить дозу удовольствия, и он получал ее сполна.

Эльза была права — на играх отношений не построишь, поиграется и бросит.

Выйдя из клуба, я вдохнула полной грудью теплый влажный воздух и на секунду закрыла глаза от шума в ушах — определенно Май-Тай пошел на пользу, голова была легкой, мысли притупились, и хотелось продолжить этот яркий карнавал.

Мы осматривались по сторонам — Нари в поисках знакомого, я — опасаясь увидеть наших общих знакомых — Лата, Макартура или Джино с Дугласом, которые могли нас искать, но к нам подходили только зазывалы и предлагали пинг-понг шоу.

— Нари, объясни мне, зачем вечером играть в пинг-понг? Это у вас самая популярная игра? — отвлеклась я от наблюдения улицы, но она лишь весело расхохоталась и отрицательно покачала головой.

— Это очередное эротическое шоу с шариками от пинг-понга… ну и не только шариками… рыбки, птички, иногда дротики и лезвия.

— А в чем эротика? — не поняла я.

Она прикусила губу, внимательно рассматривая меня, и наконец прошептала, склонившись над ухом:

— Девушки выстреливают этими предметами по целям… — я продолжала смотреть непонимающе, — ну прямо оттуда…

— Откуда?

— Откуда дети рождаются! — недовольно наморщила она носик.

Я на секунду зависла, представляя этот кошмар, и все же спросила:

— Предположим… пинг-понг… — и меня передернуло от картины, которое мне нарисовало воображение, — а рыбки с птичками тут причем?!

— Они тоже идут в ход!

— Живые?! — не поверила я.

— Ну да…

— И на это ходят посмотреть?! — в шоке выпалила я.

— Ходят… — сказала она и опять недовольно скривилась. — Есть шоу, правда совсем закрытые, где клиенты могут наблюдать, как парень с девушкой занимаются по-настоящему сексом, меняя позы и демонстрирую всю камасутру воочию. Иногда число выступающий варьируется от двух и больше.

Меня откровенно передернуло, а Нари, увидев мое выражение лица, кивнула:

— Грязь…

Внезапно, будто из ниоткуда, появился молодой симпатичный азиат, который наскочил на Нари сзади, закрывая ей глаза. Он был невысокого роста, как и Лат, но, в отличие от него, ультрасовременно подстрижен на один бок, с высвеченными прядями, которые придавали его виду модный лоск. Одет он был под стать прическе — в узкие облегающие джинсы "Versace" и шелковую рубашку с приподнятым воротом. Но больше меня удивили его манеры — они были немного необычными, можно сказать мягкими. Вспомнив "Радужную Птицу", я предположила, что знакомый Нари — гей, и подчеркивал этот факт.

Нари весело, но грозно отругала парня, указывая на часы, и наконец представила его мне.

— Лили, познакомься, это мой хороший друг, по совместительству кошмарно талантливый стилист и парикмахер, лучший на всем западном побережье Пхукета. К нему ходит стричься весь бомонд!

— Зови меня Алек, — улыбнулся он и протянул руку, здороваясь на европейский манер.

— Если стрижка Нари ваших рук дело, тогда звание лучшего стилиста определенно ваше, — протянула я ему ладонь в ответ.

Внимательно окинув меня взглядом профессионала, он снял с меня кепку, выпуская копну вьющихся от влажности волос наружу, и задумчиво произнес, аккуратно взяв меня за подбородок:

— Чистое Совершенство… — после чего провел по моим волосам и уверенно добавил: — Решено! Едем ко мне в салон! Эту Жемчужину нужно отшлифовать, и тогда она засияет.

Вспомнив неугомонную Эмми с ее желанием кардинально все поменять в моей внешности, я улыбнулась и сперва хотела отказаться, но сегодня моим девизом было отключиться от тяжелых мыслей и насладиться всем, что мне приготовит судьба.

— Что ты предлагаешь? — усмехнулась я. — Сразу налысо для блеска или челку все же оставим?

— А она веселая, мне нравится, — кивнул Алек и, подхватив нас с Нари под локти, повел на выход с шумной Сои Бангла.

Как оказалось, Алек водил небольшой лексус-кабриолет, который быстро мчал нас по вечернему ярко освещенному Пхукету под заводную тему Рианы.

— Куда мы после салона? — спросила Нари, придерживая волосы от теплого ветра.

— В Никки. Там сегодня Мартини-Пати, очень частная и очень закрытая. Приглашен Рэмми. А значит будет весело. Я вас познакомлю.

— А кто такой Рэмми? — поинтересовалась я.

Он не ответил, но посмотрел на меня в зеркало таким взглядом, словно все должны были знать, кто такой этот Рэмми.

Нари весело хихикнула и, повернувшись ко мне с переднего сиденья, пояснила:

— Алек из Бангкока, но долгое время жил в Европе. Тусовки — его жизнь. Знает многих мировых знаменитостей, а также обо всех нормальных вечеринках.

— Пхукет я люблю, но он все равно деревня по сравнению с Бангкоком, — кивнул Алек и тут же добавил: — Я бы назвал Пхукет азиатской Ибицей по части ночной жизни, но, безусловно, с разными корнями.

— О! — воскликнула Нари, обращаясь ко мне. — А ты знаешь, ведь вас хотели сперва отправить на юг Испании или в Ниццу или в Монте-Карло, но там сейчас прохладно, и море холодное — не покупаешься в ноябре, чему я ужасно рада — ведь вы приехали на Пхукет!

Сказав это, Нари внезапно приняла серьезный вид и, протянув руку, сжала мою ладонь.

— Тебе весело? — тихо спросила она.

— Да, весело, — улыбнулась я, осознавая тот факт, что вот уже полчаса не думаю ни о Барретте, ни о том, что будет дальше, после Пхукета.

Салон Алека можно было охарактеризовать одним словом — роскошь. Его можно было поставить в ряд с пятизвездочным отелем, в котором, собственно, он и находился. Здесь все блестело от отполированных стекол, мрамора и позолоты. Я неуютно поежилась, осознавая, что как раз от роскоши я и сбегала, но Нари, увидев мою робость, подхватила меня под руку и повела внутрь.

— Не бойся, здесь все свои, — прошептала она и улыбнулась ресепшионистке, как старой знакомой.

Услужливая хостес в дорогом костюме из тяжелого тайского шелка укутала меня своей заботой и лаской, предлагая бокал холодного шампанского. Но на этом гостеприимство девушки не закончилось — усадив меня в кресло, она неожиданно встала передо мной на колени с целью снять с меня балетки, от чего я, не привыкшая, чтобы люди стояли передо мной в такой позе, тут же подпрыгнула.

Алек с двумя девушками позади, как король со своей свитой, стоял напротив меня и в задумчивости потирал подбородок. Сейчас я видела перед собой профессионала. Он был похож на скульптора, который смотрел на камень и прикидывал, что нужно отсечь, чтобы получилась, как минимум, Афродита Книдская. Внезапно он щелкнул пальцами, давая указания по-тайски одной из девушек и та, улыбнувшись словам своего босса, куда-то удалилась. Я с тревогой наблюдала за маневрами Алека, но он, подойдя вплотную ко мне, погладил мои волосы, провел ладонью по моему лбу и, наклонившись перед лицом, тихо прошептал:

— Расслабься, Жемчужинка, ничего страшного с тобой здесь не произойдет. Стань хоть на одну ночь кем-то еще и насладись моментом.

Мне вдруг стало так легко и спокойно от этих его слов, что я, перестав бояться, пригубила еще шампанского и решила последовать совету Алека.

— Хорошо, — согласилась я, устраиваясь поудобнее в кресле, — тогда будешь на сегодня моей крестной-феей.

— Я скорее королева, — парировал он, — но фея тоже сойдет.

Усмехнувшись, я закрыла глаза, полностью отдаваясь в умелые руки мастера, и магический ритуал начался…

На меня из зеркала смотрела незнакомка, смотрела настороженно и недоверчиво. Ее голубые глаза казались совсем темными, глубокими из-за макияжа в стиле "смоки айс", а длинные пушистые ресницы только придавали выразительности взгляду. Ее губы, сверкающие от золотистого блеска, казались гораздо объемнее, чем были на самом деле, а ее матовая кожа, подрумянившаяся на солнце, отливала бронзовым оттенком. Я протянула к ней руку, и она ответила мне тем же, демонстрируя красивый маникюр, словно сделанный из золота.

Ее зачесанные наверх волосы были выпрямлены прядь к пряди и стянуты в тугой узел, что делало ее шею длинной и тонкой, словно у Клеопатры, а высокий лоб прикрывала ровная французская челка, выверенная до миллиметра.

— Остался последний штрих, — услышала я голос Алека и повернулась к незнакомке спиной.

Таец протягивал мне черное короткое платье в виде туники с глубоким вырезом и открытой спиной. Наряд украшал металлический позолоченный пояс и такие же кольца вместо бретелек. В другой руке Алек держал черные, с шелковыми лентами босоножки на каблуках.

— Я этого не возьму, — тут же отодвинула я вещи, в мгновение трезвея от реальности, — это стоит целое состояние! Я даже не знаю, как мне с тобой расплатиться за работу!

— Она мне, определенно, нравится, — усмехнулся Алек, а затем добавил: — Мне ты ничего не должна. Я оказывал услугу своей подруге. За вещи заплачено по кредитке Нари в бутике отеля, а он уже закрылся на ночь.

— Какая вы красивая! — услышала я восторженный голос Нари, которая вновь перешла на "вы".

Повернувшись, я увидела приближающуюся девушку — на ней был все тот же темно-красный сарафан до середины колена, но выглядела она совсем по-другому, взрослее и серьезнее — скорее всего из-за вечернего макияжа на милом луноликом лице.

Кинув взгляд на наряд в руках Алека, я уже хотела вступить в бой, но Нари меня опередила:

— Кун Лили, не беспокойтесь. У нас почти одинаковые размеры и наряд я заберу себе. Давно хотела что-то подобное.

— Но босоножки…

— Пусть это будет моим подарком вам за то, что согласились приехать в Таиланд вместе с Латом.

— Соглашусь только в том случае, — отрицательно покачала я головой, — если ты мне позволишь подарить тебе что-то в ответ.

Нари просияла улыбкой, а Алек, манерно закатив глаза с видом "ох уж эти женщины", протянул мне платье с туфлями.

— Главное, не упасть, — вздохнув, забрала я вещи, вспоминая, что еще одни шпильки, подаренные подругой, уже стояли в моем гардеробе.

Когда мы подъехали к клубу "Никки Бич"*, вечеринка была в полном разгаре, а перед входом толпился народ. Кинув ключи парковщику, Алек подхватил нас под локти и уверенно повел к ступенькам, покрытым красной ковровой дорожкой, ведшей к центральному входу с охраной.

— Ну что, Жемчужинка, познакомься с местным бомондом, — распахивая передо мной большие двери, улыбнулся он, и я шагнула вперед, попадая в оазис праздника жизни, зажигательной музыки и полного драйва.

В первую очередь, что бросилось в глаза — это излучающая веселье полуголая толпа на фоне огромного бассейна, разделенного широким деревянным мостом. По обе стороны от нас располагались круглые барные стойки, причем одна из них была погружена в бассейн, и многие, сидя по пояс в воде на высоких стульях, попивали коктейли. Гремела дискотечная музыка, толпа вокруг бассейна двигалась в унисон электронному ритму, демонстрируя загоревшие тела и яркие улыбки на беззаботных лицах. Некоторые из них не выпускали белых бокалов с шампанским, а некоторые, определенно находясь подшофе, ныряли в бассейн, создавая фонтаны брызг и радостного смеха. Иногда взгляд цеплялся за пары, которые, не стесняясь окружающих, страстно целовались у барной стойки или в воде, эротично обвивая друг друга. Чуть поодаль я увидела просторные белые софы с подушками, тоже занятые гостями вечера, вальяжно потягивавшими спиртное и курившие кальян.

Казалось, что толпа, разгоряченная ночным теплым бризом, драйвовой музыкой и алкоголем, создавала атмосферу радости, полного отрыва и вседозволенности, попадая в которую, ты становился частью этого праздника жизни.

Я обратила внимание, что среди этого бомонда то тут, то там мелькали красивые топлесс девушки европейского вида с подносами в руках. Модели были одеты лишь в облегающие белые бикини и ловко сновали среди гостей на высоких шпильках. Мило улыбаясь, они предлагали публике выпить мартини или шампанского, а некоторые из них эротично плескались в бассейне, дополнительно создавая определенный настрой для гостей.

Подняв голову вверх, я ахнула — на фоне ночного звездного неба мерцали миллионы красочных огней, образованных профессиональной цветовой установкой.

— Как здесь красиво, — отметила я, улыбаясь этому гедоническому гимну удовольствия и развлечения.

— О, ты не была здесь на белой вечеринке! — воскликнул Алек, тем временем приветствуя кого-то взмахом руки. — Шоу было еще то! Клетки, "Птицы", слоны!

К Алеку то и дело подходили гости разных возрастов и национальностей, да и Нари, как оказалось, здесь тоже знали многие, отчего меня непрестанно с кем-то знакомили, представляя гостьей, поселившейся на вилле мистера Барретта. К моему удивлению как только произносилось это имя, меня начинали рассматривать уже более тщательно, задавая один и тот же вопрос: "Приехал ли сам владелец виллы, расположенной на закрытом острове?" Я мило кивала, говорила сквозь натянутую улыбку, что мистер Барретт не осчастливил Пхукет своим приездом, и готова была наступить Нари на ногу за то, что она завышала мой статус, намекая флером таинственности о наших с Барреттом глубоких отношениях.

Пока я в очередной раз "отбивалась" от чрезмерного любопытства, мою руку внезапно схватил Алек.

— Он все-таки приехал на вечеринку. Я определенно самая счастливая королева на свете.

Сказав это, он демонстративно сжал руку у груди, вероятно, показывая счастливую эмоцию.

— Кто приехал? — не поняла я, выискивая взглядом человека, которому был так рад Алек.

В нашу сторону направлялся молодой парень — высокий загорелый брюнет крепкого телосложения. Он здоровался со знакомыми, улыбался гостям, и на его щеках каждый раз появлялись ямочки, что придавало его улыбке и лицу обаяние. Внимательно присмотревшись к парню, я задумалась — определенно, я его где-то видела.

— Кто это?

— Жемчужинка, ты меня в гроб загонишь, а я еще хочу побывать замужем, — недовольно пробурчал он, закатывая глаза, — это же Патрик Фостер.

Услышав это имя, я на минуту зависла, и наконец поняла, где я видела эту улыбку — в историческом фэнтезийном сериале, который я смотрела вместе с Джулией. Алек, все еще не выпуская мой локоть, стремглав потащил меня к знаменитости, да с такой силой, что я не успела опомниться, как уже была в группе людей, беседующих с Патриком.

Протягивая руку для знакомства, я искренне улыбнулась и произнесла:

— Удивительно талантливо передан образ героя. Именно так он и виделся в поступках и эмоциях, когда я читала книгу.

— Хорошо сыграть в команде профессионалов не сложно, — скромно улыбнувшись, ответил актер. — Я в этом убеждаюсь который раз.

— Как тебе Пхукет? — спросил Алек, чувствуя себя по-свойски со знаменитостями.

— Здесь круто, — усмехнулся Патрик, — сегодня я попробовал, что такое "флайборд", и скажу, что это было нереально классно.

— На сколько метров поднялся? — спросил кто-то из подошедших, и я заметила, что наша группа стала разрастаться.

— Футов двадцать, и ощущения — просто фантастика.

Я постеснялась спросить, что такое "флайборд", но Алек, видя мою растерянность прошептал:

— Это такая развлекаловка для любителей экстрима. На тебя надевают специальные ботинки и крепят к доске. А потом подают под напором воду, и ты взлетаешь в сальто мортале, — и Алек проделал забавный жест рукой.

— Да, как-то так и получился мой первый полет, — с улыбкой на лице произнес актер, одаривая всех обаянием своих ямочек на щеках.

Патрика кто-то окликнул, и он, попрощавшись с нашей компанией, перешел к другой группе, здороваясь с кем-то из знакомых.

— Мне сказали, что он приедет на вечеринку, но я не был уверен, — тем временем продолжал Алек, утягивая меня к очередным гостям, и наш вечер продолжился в рукопожатиях и новых знакомствах.

Музыка в какой-то момент стала гораздо тише, давая гостям вечера немного передохнуть, и все разбрелись небольшими компаниями, не выпуская из рук бокалов.

— О! Рэмми освободился! — воодушевился Алек и помахал рукой в сторону возвышавшегося над бассейном музыкального пульта, откуда вышел русоволосый мужчина средних лет, совершенно в моем представлении не похожий на ди-джея.

Мужчина улыбнулся Алеку и показал в сторону ресторана.

— Пошли, я тебя познакомлю, — схватил меня за руку таец, и мы направились ко входу в крытый ресторан.

— Объясни мне, кто такой этот Рэмми, чтобы я не опростоволосилась, — взмолилась я, пока мы пробирались сквозь толпу.

— Жемчужинка, Рэмми Деко один из самых крутых музыкантов мира! Стоит в первой десятке ди-джеев и сотрудничает с такими акулами как Мадонна, Питбуль, Риана и так далее.

Я с ужасом посмотрела на Алека и резко остановилась.

— Может быть, не надо меня с ним знакомить? С меня и Фостера хватило! Стояла, как вкопанная, и даже автографа не попросила.

— И правильно, что не попросила, — воскликнул он, резко остановившись, — что за моветон! Опозорила бы меня на весь Пхукет!

— И все же, — упиралась я, — с меня хватило и одной знаменитости. Пожалей мою нервную систему.

— Поверь, он не кусается, я проверял, — усмехнулся Алек и, подхватив меня за талию, потащил дальше.

Рэмми, француз по происхождению, оказался интересным эрудированным собеседником, повидавшим мир и знавшим как очаровать публику. Несмотря на то, что он был одним из самых известных диджеев мира, вел он себя просто и непринужденно, без снобизма и гламурного лоска, чем сразу завоевал мое уважение. Узнав, что я немного знаю французский, он тут же перешел на родную речь, и мне не оставалось ничего другого, как вспомнить все то, что я учила на факультативе.

— Завтра я улетаю в Бангкок, буду работать в воскресенье в "Bitec", так что если будет желание, приезжай с друзьями, будет весело, — пригласил он, показывая бартендеру на апельсиновый сок.

— Не думаю, что у меня получится прилететь в Бангкок, но спасибо за приглашение, — поблагодарила я, и перед тем, как Рэмми ушел отдыхать, пожелала ему "Bon Voyage".

— Какой очаровательный французский прононс, — внезапно услышала я сзади вкрадчивый голос и резко повернулась.

Передо мной стоял голубоглазый брюнет лет тридцати пяти в легком льняном костюме и мило улыбался. Определенно, в его жилах текла арабская кровь, а в его повадках и утонченных чертах лица прочерчивалась аристократичность.

— О, Жемчужинка, позволь представить мистера Амира Назари, — произнес Алек, и в его голосе почувствовалась серьезность.

— Лили Харт. Приятно познакомиться, — и пока мужчина сжимал мою руку, я отметила, как на его мизинце блеснула элегантная мужская печатка, будто выхваченная из моего давнего сна на базе.

Под пристальным взглядом араба мне стало неуютно, и я мягко, но настойчиво вытащила ладонь из его тонкой суховатой кисти.

— Вам кто-нибудь говорил, что помимо прочих ваших достоинств, — и мужчина на секунду замолчал, пройдясь взглядом по моей фигуре и лицу, — у вас очаровательно женственный голос. Я завидую мужчине, которого будят по утрам таким голосом, ласково нашептывая его имя.

Я растерялась от такого интимного комплимента, быстро соображая, как дистанцироваться от подобных слов, но внезапно меня отвлек шепот Алека.

— Жемчужинка, будь с ним осторожна, — заговорщицки протянул он, — под этой очаровательной внешностью скрывается пожиратель женских сердец.

Услышав слова Алека, Амир элегантно поклонился, словно ему сейчас сделали комплимент, а я в глубине души грустно усмехнулась — я уже давно скормила свою плоть моему персональному Хищнику.

Повисла неуютная тишина, и я, чтобы как-то увести разговор от женских сердец в другое русло, обратилась к арабу.

— Фамилия Назари… — задумчиво произнесла я, — вы случайно не являетесь потомком династии Назари, создавших Альгамбру?

Амир внезапно перестал улыбаться и внимательно посмотрел на меня — сейчас он изучал меня совсем по-другому, серьезно и без налета светской игры.

— Вы бывали в Испании? — так и не ответив на мой вопрос, спросил он.

— Нет, в Европе я не была. Но Альгамбра настолько царственна и красива, что ее величие можно ощутить даже с книжных страниц, — честно ответила я, все еще чувствуя на себе взгляд голубых глаз.

Мне стало как-то неуютно, будто наш разговор перестал носить светский характер, и я, чтобы дистанцироваться от этого человека, закрылась официальной улыбкой.

— Лили, наконец я тебя нашла! — внезапно услышала я голос Нари и облегченно вздохнула, радуясь, что нас прервали.

* Никки сменили хозяина и название, но я решила оставить прежнее имя.