Горничная с проживанием

Глава 9

– Мисс Рао, меня зовут Брэдли. Доктор Айвори с супругой ожидают вас в зале Орхидей.

Мужчина с аккуратно причесанными, платинового оттенка волосами не сводил с меня ярких зеленых глаз.

– Спасибо, – кивнула я.

Зал Орхидей? Что еще за чертовщина? Никогда не слыхала, чтобы комнатам в доме давали имена.

Я поспешила за Брэдли, быстро зашагавшим по длинному коридору. По пути поглядывала по сторонам. Все сразу охватить не удалось, но одно я заметила наверняка: весь интерьер был выдержан в разных оттенках белого – кремовом, белоснежном, цвета слоновой кости и светло-бежевом. Первый раз видела настолько странный дом. Какое-то отталкивающее великолепие… Мы на полном ходу свернули в узкий коридор, где стены будто надвигались на идущего. На обеих стенах ровными рядами висели черно-белые фотографии в красивых рамках, однако ни лиц, ни людей на них мне разобрать не удалось – так, какие-то размытые образы. Я даже замедлила шаг, пытаясь рассмотреть подробнее.

– Что это за…

– Вас сейчас должны интересовать вовсе не фотографии, – слегка раздраженно бросил Брэдли, остановившись у закрытой двери.

– Извините, я просто… Хм… Что это значит?

Я указала на ближайший снимок. Вроде бы на нем был изображен бегущий человек с закрытым светлыми волосами лицом, хотя я могла и ошибаться.

– Послушайте, мисс Рао, вопросы здесь задаете не вы. Доктор с супругой спросят вас обо всем, что им нужно, а ваша задача – не произвести впечатления назойливой и неприятной особы.

Брэдли покачал головой, разглядывая меня в упор.

– А, хорошо.

Кто он вообще такой? Чем здесь занимается? Дворецкий, возомнивший себя персонажем из игры Cluedo?[4]

Пришлось сдержать готовую расплыться по лицу улыбку. Брэдли взялся за ручки дверей и медленно открыл обе створки.

– После вас!

Он окинул меня таким высокомерным взглядом, что захотелось выцарапать ему глаза.

Я сделала шаг вперед. Брэдли вздохнул с настолько явным облегчением, что меня передернуло. Вот козел…

Очутившись внутри, я едва не зажмурилась – так ярко светило солнце в огромные окна на противоположной стене. Но солнце – полбеды. Пара, сидящая в центре зала, заставила меня замереть.

При моем приближении мужчина и женщина встали с дивана и одновременно улыбнулись. Женщина, взглянув на застывшего у меня за спиной дворецкого, тихо сказала:

– Брэдли, ты больше не нужен.

Тот пошел к дверям, а я, заметив кое-что странное, оглянулась.

Его туфли… Белые, на толстой подошве – точно такие, как у Джакса. Совершенно бесшумные.

– Мисс Рао… – прервала мои мысли женщина, и я медленно повернулась к ней.

Айвори здорово смотрелись бы на обложке известного журнала о дизайне интерьеров, настолько оба они поражали глаз невероятной, сверхъестественной красотой.

Миссис Айвори – коротко стриженная блондинка с забранными в аккуратный пучок волосами. Бледно-розовая помада, кремового оттенка платье. Доктор Айвори – высокий широкоплечий мужчина. Тоже блондин, почти альбинос. Загорелый, в отличие от жены. Контраст сразу бросался в глаза, и немудрено: миссис Айвори выглядела так, словно никогда не видела солнца. Эти двое вполне могли бы быть родителями Эдварда Каллена[5].

– Э-э… привет, – пробормотала я, нервно облизав пересохшие губы.

– Проходите, присаживайтесь, милая, – предложила миссис Айвори с улыбкой, хотя ее лицо странным образом осталось безэмоциональным.

Двигаясь словно в замедленной съемке, я уселась на дизайнерский стул напротив дивана, на который снова опустились супруги. На столике между нами были аккуратно расставлены фарфоровый чайник с чашками и блюдо с разнообразной выпечкой.

– Мисс Рао, я – Дафна Айвори, а это мой муж, Иэн Айвори. – Тот выразительно откашлялся, и женщина, всплеснув руками, быстро исправилась: – Я хотела сказать – доктор Иэн Айвори.

– Приятно познакомиться. Можете называть меня просто Деми, – ответила я, сцепив руки на коленях, чтобы унять дрожь.

– И ко мне можно обращаться по имени, – улыбнулась миссис Айвори и, налив чашечку чая, протянула ее над столом. – Попробуйте, это прекрасный напиток. Марго готовит его из растений в нашем саду.

Я приняла чашку, хотя пить не планировала – все же белый костюм, белый стул… Впрочем, супруги явно ждали, когда я сделаю глоток. Помолившись, я отпила немного темной жидкости. Крепкий чай оказался на удивление сладким.

– Ого… Ничего себе! Правда, очень вкусно!

– Я очень рада, что вам понравилось!

Дафна улыбнулась мужу, однако тот сидел с каменным выражением лица.

– Деми, мы хотели задать вам несколько вопросов.

Доктор выпрямился и разгладил на коленях светло-бежевые брюки. Слава богу, в их одежде все же были живые оттенки, иначе я, пожалуй, решила бы, что попала в какую-то секту.

В мотеле я иногда смотрела короткие криминальные сериалы, поэтому всегда предполагала наихудшие сценарии развития событий. Да, собственно, моя жизнь и сама представляла собой ужасный сюжет.

– Да-да, конечно.

Я скрестила ноги и аккуратно поставила чашку на блюдечко.

– Пожалуйста, назовите ваше полное имя и месяц рождения.

Вопрос показался мне странным, да и тон был необычным для собеседования.

– Деми Рао, месяц рождения – июнь.

Кивнув, доктор заглянул в лежащие на столике бумаги. Интересно, что у него там? Никакой информации обо мне у них быть не могло. Последние четыре года я вообще пользовалась вымышленным именем.

– Где вы родились? – бесстрастно продолжил доктор.

– Родилась в Индии, но переехала сюда совсем маленькой, поэтому родину почти не помню, – пожала плечами я.

– Сюда – это куда именно? – нахмурился доктор, уставившись на меня пронзительными зелеными глазами.

Надо же, всегда думала, что зеленоглазые люди – редкость, а между тем тут все были как на подбор – и Брэдли, и Дафна, и сам доктор.

– В Гатлинбург, штат Теннесси.

– О, мы обожаем Гатлинбург! Такой живописный городок среди гор! – просияла Дафна.

– Ну да, – пробормотала я, взглянув на доктора.

Тот все еще пристально меня изучал, будто пытаясь разгадать головоломку.

В чем дело? Я ведь претендую на вакансию домработницы, а вовсе не на место хирурга в его клинике…

– Что привело вас в Шарлотт? – спросил он, отложив бумаги и сплетя пальцы в замок.

– Теннесси так и не стал для меня домом.

Можно сказать, что ответила честно. Я провела в Гатлинбурге четыре кошмарных года, и ни о каком доме речь не шла. С этим местом меня связывали страшные воспоминания. Там я боролась за жизнь и чудом осталась жива. Хотя это неправильное слово. Живой я себя чувствовала очень редко.

– Расскажите о своей семье, – попросила Дафна, переглянувшись с мужем.

– Хм…

Что за разница, какая у тебя семья, если устраиваешься домработницей? С другой стороны, если живешь в таком грандиозном доме, наверное, захочешь досконально выяснить, кого именно пускаешь под свою крышу.

– Мои родители… В общем, они уже умерли, а братьев и сестер у меня нет.

Я сильно прикусила язык, ощутив, что вот-вот расплачусь.

– О, милая… Мы вам очень сочувствуем.

Дафна приложила ладонь к сердцу, словно и вправду тяжело восприняла несчастье незнакомки.

– Да, спасибо…

Я потупилась и начала машинально ковырять лак на ногтях. Не хватало только расклеиться, когда пытаешься использовать последний шанс.

– Деми, у нас в Айвори-хаусе строгие правила, – резко заявил доктор. – Умение держать язык за зубами – одно из главных качеств, которые мы ожидаем от человека на вашем месте. Вам предстоит прибираться в определенных зонах, в которых не бывает никто, кроме членов нашей семьи. Жить вы будете здесь – вам выделят комнату с ванной и предоставят стол. Естественно, вам положено и денежное содержание. Мы всегда просим подписать некоторые документы и соглашение о конфиденциальности. Если вы станете болтать на любую связанную с домом тему без исключений, мы подадим на вас в суд. Вам понятно?

Оба супруга смотрели на меня в упор.

– Разумеется, – с готовностью кивнула я.

– Имеется ли у вас необходимый для подобной работы опыт? – вставила Дафна, опередив готового задать следующий вопрос мужа.

– Д-да, – промямлила я, проглотив комок в горле.

В принципе – опять без вранья. Меня и вправду заставляли убираться, готовить и так далее.

– Если чего-то и не умею – научусь. Я очень быстро приспосабливаюсь и…

Я запнулась от волнения.

– Деми… – поднял руку ладонью вперед доктор. – Во-первых, вы должны научиться говорить тише. Вам дадут униформу, и еще… Хм, вы немного…

– Немного отличаетесь от людей, которых мы обычно нанимаем, – подхватила Дафна, потянувшись к блюду с выпечкой.

Намекают на мою национальность? Или на смуглый оттенок кожи, который вызывающе контрастирует с их тихой белоснежной гаванью?

– Простите, я не совсем поняла.

– Деми, насколько вы нуждаетесь именно в такой работе? – осведомился доктор, и его глаза вдруг потемнели.

– Доктор, миссис Айвори… Я буду делать все, о чем вы попросите, потому что… мне действительно очень нужно это место.

– Что ж, тогда все решено. Вы приняты, мисс Рао, – быстро сказал он.

Ничего себе…

– Правда? Вы не шутите? – открыла рот я, уставившись на супругов.

Дафна встала и развела руками:

– Милая, мы с доктором Айвори никогда не шутим. Брэдли проводит вас в гостиную – там вы ознакомитесь с соглашением о конфиденциальности. Затем он отвезет вас забрать вещи. Нам хочется, чтобы вы переехали уже сегодня и в ближайшее время приступили к выполнению своих обязанностей. Завтра можете осмотреть наши владения.

Соглашение о конфиденциальности? Что это за зверь? Я снова осмотрелась вокруг и перевела глаза на доктора с женой. Оба уставились на мои руки, наблюдая, как я отковыриваю с ногтя облупившийся темный лак. Вот черт, совсем забыла, что ногти не должны быть накрашены…

Доктор бросил взгляд на пол, застеленный светлой полированной доской, и вдруг покраснел, а глаза Дафны возбужденно заметались.

Господи, да в чем дело?

– Брэдли! – взвизгнул доктор, и я невольно вскочила со стула.

– Иэн…

Дафна взяла мужа за руку, и в этот миг двери распахнулись. В зал ворвался Брэдли и, сердито глянув на меня, повернулся к хозяину:

– Да, сэр?

Иэн сглотнул, шумно выдохнул и, указав на пол у моих ног, процедил:

– Немедленно наведите порядок!

Его лицо стало красным, как помидор; сжатые в кулаки руки дрожали.

Брэдли снова посмотрел на меня, затем на пол и, упав на четвереньки, пополз вперед. Пополз, черт возьми! Взрослый мужчина подкрадывался ко мне, словно дикий зверь. У меня бешено заколотилось сердце, в ушах зазвенело. Я никак не могла сообразить, что происходит. Нервно обхватив себя руками, я попятилась и наткнулась на стул.

Брэдли поспешно принялся подбирать с пола темные кусочки лака, складывая их в ладонь, и я изумленно выпучила глаза.

Его платиновые волосы ничуть не растрепались – видимо, были уложены изрядным количеством геля. Он раз за разом проводил дрожащими пальцами по лакированной доске, стараясь, чтобы от мусора не осталось и следа.

Я смутилась так, что впору было выскочить за дверь. Увы, не решилась, поэтому стояла как приклеенная, пока Брэдли не поднялся, сложив ладони ковшиком, и не обернулся к хозяевам:

– Что-нибудь еще, доктор Айвори?

Доктор все еще напоминал спелый томат, а Дафна стояла, почесывая затылок.

– Нет, ничего, – прошипел доктор и отмахнулся от Брэдли, словно отгоняя муху.

Дворецкий коротко кивнул и выбежал из зала. Я наконец выпустила из легких воздух и облизала губы, чувствуя себя крайне неловко.

– Доктор Айвори, миссис Айвори… Мне очень стыдно. Знаете, когда нервничаю…

– На ногтях не должно быть лака! Никакого покрытия! – нахмурился доктор и уставился на жену. – Надеюсь, ты с ней не ошиблась.

Он покачал головой и пошел к выходу – только не к тому, через который сюда попала я, а к боковой двери. Проследив за ним, я увидела снаружи шикарный ухоженный задний двор.

– Иэн решил побыть в Саду безмятежности. Вам нужно быстро учиться, Деми. Вы должны освоить правила Айвори-хауса от и до – так, словно от этого зависит ваша жизнь.

Дафна бросила на меня серьезный взгляд, но, заметив, как внимательно я ее слушаю, улыбнулась.

– Добро пожаловать, милая.

Она раскрыла навстречу мне объятия, и я невольно задумалась: что, черт возьми, меня здесь ждет?

Увы, моя жизнь полностью зависела от этой работы.

Я еще не осознавала, во что вляпалась.