Горничная с проживанием

Глава 44

Остаток времени в свадебном салоне прошел до неприличия спокойно. Дафна разрешила мне выбрать фату на свой вкус. Сказала, что на свадьбу я надену фамильные драгоценности, а больше волноваться не о чем – все остальное организуют без меня. Итак, я собиралась замуж… Наверное, из всего пережитого в Айвори-хаусе предстоящая свадьба казалась самым легким испытанием.

Круг замкнулся, я приняла неизбежное. Варианты были ясны: хочешь жить – живи той жизнью, которую тебе определили.

Пока ехали домой, я не отводила взгляда от окна. Мне всегда нравилось наблюдать, как солнце пробивается сквозь густые кроны дубов, обрамляющих дорогу в ад.

– Миссис…

– Мама, – перебила меня миссис Айвори.

Я откашлялась и постаралась расслабиться.

– Мама… я могу пригласить на свадебную церемонию Райну с семьей?

Конечно, мне было не по себе от того, что Райна участвовала в жуткой постановке. О совпадениях тут говорить не приходилось: она очень вовремя притормозила возле меня в той части города, куда вряд ли заехала бы даже случайно, да еще и решилась подвезти, несмотря на ребенка на заднем сиденье.

– С семьей? – переспросила миссис Айвори, скрестив руки на груди.

Мы свернули на подъездную дорожку к дому.

– Ну да, с Джаксом и Каем.

Миссис Айвори криво усмехнулась, и я недоуменно нахмурилась.

– Хм, думала, тебе уже кто-нибудь сказал, что… Ведь ты теперь в курсе всех семейных тайн.

Вытянув из сумочки помаду нюдового оттенка – единственного, который был разрешен в Айвори-хаусе, она подкрасила губы.

– Впрочем, хорошо, мы ее пригласим.

Она снова недобро улыбнулась, и водитель открыл нам дверцу. Уже на пороге я оглянулась. Интересно, как далеко мне удастся убежать, если я прямо сейчас кинусь к еще не закрывшимся воротам? Быстро ли меня поймают? Бросят ли в бесцветную звукоизолированную пыточную комнату, которые здесь называют клетками?

Войдя в прихожую, миссис Айвори велела мне идти в спальню и отдохнуть, добавив, что свадьба назначена на завтрашний вечер.

– Разве не на пятницу? – ошеломленно уставилась на нее я.

– Нет, планы изменились. Сегодня тебе удалят внутриматочную спираль, завтра вы поженитесь, а в пятницу уже уедете на медовый месяц.

Оглушенная стуком собственного сердца, я побрела к прежней комнате Брэдли, на время ставшей моей, чувствуя спиной взгляд миссис Айвори.

Провела по замку карточкой, и дверь тут же открылась. Я осторожно вошла внутрь, включила свет и осмотрелась. От лужи крови не осталось и следа. Куда они дели тело Бекки? В комнате было прохладно. Я расстегнула белый комбинезон и скинула туфли с плоской подошвой. Впервые меня не заставили надеть нелепые тапочки на мягкой платформе.

Открыв шкаф, я присела на корточки и вытащила коробку с подарком Брэдли. Надев кроссовки, приняла гордую позу и залюбовалась ими.

Лучший момент свадебной церемонии – предстоящий приезд Брэдли, хотя ужасно, что он будет присутствовать при моем бракосочетании с Конрадом. Я ничего не знала о нормальных, здоровых взаимоотношениях, не имела представления о любви – ведь до сих пор мое сердце было свободно. Чувство, которое я испытывала к Брэдли, мне в жизни переживать еще не доводилось.

И вот я выхожу замуж за монстра, изнасиловавшего на моих глазах несчастную девушку. За чудовище, выдающее квитанции за живой товар. Буду притворяться, что считаю Конрада совершенно нормальным человеком?

Откинув одеяло, я забралась в постель, закрыла глаза и немного всплакнула, вспомнив нежные прикосновения Брэдли. В душе появилась тревога: как устроить небольшое кровотечение в брачную ночь?

Если крови не будет, Конрад запрет меня в клетку. Или вообще прикончит. А что хуже всего, убьет Брэдли.

Я уснула в чем была – в лифчике, трусиках и кроссовках. Некоторые засыпают с трудом, не в силах отключить мозг, но это не про меня. Я всю жизнь чувствовала себя в безопасности лишь во сне.

Моего живота коснулись холодные пальцы, и я вскинулась в кровати, задохнувшись от ужаса.

– Кто… кто здесь?

Попыталась оттолкнуть нависшего надо мной человека, и он зажег небольшой фонарик.

Иэн Айвори!

Задрожав, я отползла к изголовью и натянула на себя одеяло.

– Пожалуйста, уйдите!

Самой стало противно от собственного трусливого тона.

– Дочь моя, я пришел удалить тебе внутриматочную спираль. К сожалению, наш врач сегодня в отгуле, а уже завтра Конрад должен… хм… опылить чистый цветочек.

Доктор Айвори провел рукой по моей щеке, и я заметила в слабом свете фонаря его зловещую усмешку.

– Нет, вы… Конраду вряд ли понравится, если это сделаете вы.

Я проглотила ком в горле и попыталась отползти еще дальше, однако доктор крепко держал меня за лодыжку.

– Глупости! Все, что принадлежит мне, принадлежит и сыну, и наоборот.

Сжав вторую ногу, он рывком подтянул меня к себе, и я вскрикнула от неожиданности.

– Пожалуйста, не надо! Умоляю вас!

В комнате зажегся свет, и пронзительные зеленые глаза Иэна впились мне в лицо. Демон, настоящий демон.

– Ты, наверное, в курсе, что мне никогда не нравились кареглазые и смуглые женщины. Я большой поклонник чистоты и непорочности, прекрасная моя Деми. Белый цвет – самый чистый, благородный, самый изысканный. Знаешь, есть кое-какие средства, которые позволяют осветлить кожу. Превратим тебя в идеальную девушку.

Он вцепился ногтями в мои щиколотки, и я прикусила дрожащую нижнюю губу.

– Пожалуйста…

– Пока вы с Дафной занимались шопингом, я распорядился тут кое-что сделать.

Доктор запустил руку за матрас и звякнул закрепленной за ножку цепочкой.

– Нет, нет!

Я забрыкалась, отчего мое тело наполовину сползло на пол, и он грубо закинул меня обратно.

– Будешь сопротивляться – накажу, – зарычал он и пристегнул мою ногу к кровати.

Захлебываясь слезами, я судорожно скомкала в руках простыни, когда доктор сорвал с меня трусики.

– Это чисто медицинская манипуляция, а я врач.

Я попыталась сжать ноги, однако он, царапая ногтями кожу, силой раздвинул мне бедра, и трусики повисли на щиколотках.

Подняв вверх руку с расширителем, доктор вздохнул.

– Деми, пожалуйста… Я просто удалю спираль – ты ведь выходишь замуж за моего замечательного сына. Я не сделаю тебе больно, успокойся. Расслабь внутренние мышцы, иначе будут неприятные ощущения.

Теперь он говорил тихо, но так было еще страшнее.

Представила себя со стороны: лежу прикованная к кровати, а будущий свекор смотрит мне между ног, тяжело дыша, как собака…

Он облизал губы и что-то пробормотал себе под нос. Подняв мои ноги вверх, ввел в меня расширитель и быстро извлек спираль.

Я застонала от боли – мало приятного, когда в тебя тычут металлическими инструментами.

Иэн продолжал разговаривать сам с собой, не отводя взгляда от вагины:

– Ничего такого…

Меня охватил страх, когда я поняла, о чем он шепчет.

– Только попробовать…

Доктор высунул язык изо рта, и я, сомкнув ноги, несмотря на его сопротивление, заплакала в голос.

– Доктор Айвори, я должна сохранить чистоту для Конрада.

Он тяжело посмотрел на меня и подался назад.

– Да, ты права, Деми. Когда вернешься после медового месяца, я смогу взять тебя в любой момент, даже если будешь беременна. – Усмехнувшись, доктор продолжил: – Прости, совсем забыл. Надо сделать кое-что еще, а потом ты сможешь хорошенько выспаться перед свадебным торжеством.

Замурлыкав себе под нос, он вытащил еще одну цепочку и накинул браслет мне на запястье.

– Что вы… Прошу вас, позовите Конрада! – взмолилась я.

– Тсс. Не люблю женщин, которые позволяют себе болтать.

Я зажмурилась и попыталась успокоиться. Говорят ведь – если встречаешься в лесу с диким животным, нужно замереть и не шевелиться. Выдержка вас спасет.

Нет смысла бежать от того, кто запросто вас настигнет и убьет.

Не открывая глаз, я ощутила, как доктор нанес мне между ног что-то похожее на легкую пену. Не выдержав, слегка приоткрыла веки. Он стоял с бритвой в руке и тюбиком крема для бритья.

– Давай побреемся, красавица.

– Нет, нет, нет…

Доктор меня словно не слышал – тихо напевая что-то вроде псалма, обмакнул бритву в чашку с водой и принялся брить мне промежность.

– Конраду такой куст не понравится, – покачал он головой и поцокал языком.

Я вновь заплакала, на сей раз от унижения. Раздвинув мне ноги, доктор нанес еще крема и, размазывая его, похотливо трогал мою плоть.

– Пожалуйста, прекратите…

Он начал напевать громче, продолжая постыдную процедуру, а в какой-то момент засунул в меня палец. Я снова закрыла глаза и попыталась представить, как можно отсюда вырваться, однако ничего дельного в голову не пришло.

В доме царили темнота и тишина, и я почувствовала себя страшно одинокой.