Горничная с проживанием

Глава 23

– Привет, милая!

Я вошла в дом, и лицо миссис Айвори осветилось. По холлу разносился аромат шоколадной стружки.

– Я испекла для тебя особое печенье. Понимаю, что обосноваться на новом месте всегда непросто, так что пойдем со мной.

Миссис Айвори взяла меня под локоть и повела на кухню.

– Знаешь, что я вышла из самых низов, Деми? – ворковала она, снимая свежеиспеченное печенье с противня.

– Э-э… простите?

Я была ошеломлена ее откровенностью.

– Ты не ослышалась, милая. Я проделала тот же путь, что и ты. Поэтому теперь мы с Иэном нанимаем женщин, к которым жизнь была жестока. Возможно, Иэн показался тебе грубоватым, но он действительно меня спас. Он меня выбрал.

Миссис Айвори задумчиво улыбнулась.

Ее выбрали? Я уже слышала это слово от Брэдли.

– Что значит «выбрал»?

Я потянулась к печенью и ойкнула, когда она шлепнула меня по руке.

– Осторожно, горячее! Чуть-чуть подожди, дорогая.

За спиной пискнула духовка. Миссис Айвори быстро обернулась, споткнулась о табурет у кухонного острова и упала на пол. Вскочив со стула, я бросилась к ней и заскользила по гладкому кафелю. Хозяйка лежала у плиты, сверкая голым черепом, на котором лишь кое-где пробивалась коротенькая темная щетина. Взвизгнув, она встала на четвереньки, схватила отлетевший в сторону белокурый парик и принялась натягивать его на голову.

– Миссис Айвори…

Испугавшись за нее, я наклонилась помочь. Ее щеки пылали, пряди на парике торчали в разные стороны, она судорожно хватала ртом воздух. Опершись о мою руку, она поднялась и прошептала, схватившись за сердце:

– Господи, какое унижение…

– Вы не ушиблись, миссис Айвори?

Может, чем-то болеет, поэтому и облысела? Или, допустим, лечение дает подобный эффект…

– Я ничем таким не больна, если ты вдруг об этом подумала. Просто чертова алопеция, хроническое выпадение волос. Я не при смерти, Деми, и не надо на меня смотреть с таким испугом! Возвращайся к себе в комнату, прими душ и ложись спать. Завтра тебе предстоит полный рабочий день. Доктор Айвори расстроится, если увидит, что в Костнице прибрано не слишком тщательно. Брэдли тебя проводит. Все, иди.

Она махнула рукой в сторону коридора.

В желудке у меня заурчало, и я подумала – не попросить ли все же печенья. Нет, пожалуй, момент неподходящий. Интересно, что насчет ужина? Увы, узнать было не у кого – миссис Айвори ушла.

– Вот черт, – пробормотала я, сообразив, что не помню дорогу до комнаты.

– Пойдем, – раздался сзади голос неизвестно откуда взявшегося Брэдли.

Сама не ожидала, что его присутствие принесет мне такое облегчение.

– Деми, веди себя как положено, – произнес он, схватив меня за руку и вытащив в коридор.

Шел он так быстро, что мне пришлось перейти на легкую рысцу.

– Брэдли, отпусти! – раздраженно скрипнула зубами я и шлепнула его по кисти.

Он впечатал меня спиной в стену, уперся руками по обе стороны и приблизился настолько, что я ощутила на лице его теплое дыхание.

– Деми, доктор Айвори хочет от тебя избавиться, причем речь идет не об увольнении. – Брэдли зло выпучил глаза, и на висках у него вздулись толстые вены. – Если сбежишь, тебя найдут и убьют. Докажи им, что ты достойна доверия. Деми, я не шучу! – прошипел он и, глянув вверх, дернул меня в сто-рону.

Значит, я не ошибалась. Какие там галлюцинации? В Айвори-хаусе живут опасные люди.

– Брэдли…

– Делай свою работу и держи рот на замке. Ты засветилась, а быть на радаре у доктора Айвори – так себе удовольствие.

Во рту страшно пересохло, и я, кивнув, сглотнула слюну. Мне стало страшно. Умирать не хотелось, сидеть в этой западне – тоже. Девятнадцать лет, еще и пожить толком не успела…

Снова попалась в лапы к хищнику, как наивный зайчик. Первый-то раз деваться было некуда, а теперь сама пошла на зов.

Оттолкнувшись от стены, я побрела за Брэдли, пытаясь сдержать слезы, однако они неудержимо катились по щекам. Невыносимо, когда твоя жизнь превращается в сплошную черную полосу.

Оказавшись перед комнатой, я заглянула в лицо своему спутнику. Впервые его увидев, я решила, что он похож на персонажа научно-фантастического фильма. Светлые, идеально уложенные внушительным количеством геля волосы, серьезный хмурый взгляд, глаза цвета болотного мха – холодные, как у рептилии. Сейчас же, рассматривая Брэдли в упор, я несколько изменила свое мнение.

Он аккуратно вытер с моей щеки слезы и заговорил:

– Не плачь, Деми, все будет хорошо. Мы выберемся, только верь мне.

Криво улыбнувшись, он по-дружески сжал мне плечо.

– Есть хочу, – прошептала я, слыша в ушах частые удары собственного сердца.

Поверить не могла, что вдруг почувствую какую-то симпатию к этому типу.

– Ужин уже доставили к тебе в комнату. Поешь, искупайся – и спать. Завтра у тебя будет настоящая работа. Первый и последний шанс выжить…

Не оборачиваясь, я шагнула в распахнувшуюся за спиной дверь, и она медленно закрылась, пока мы молча смотрели друг на друга.

Шумно выдохнув, я обдумала все, что услышала от Райны и Брэдли. Черт его знает, кому верить, но одно я поняла: в этом доме нужно прикидываться всем довольной. Брэдли хотел сбежать, а ведь он провел здесь несколько лет. Значит, просто взять и выйти за ворота не получится, иначе он давно ушел бы.

Делай свою работу и держи рот на замке… Я уставилась на стоящую на туалетном столике накрытую тарелку. Сняв крышку, невольно улыбнулась: жареная курочка, запеченная спаржа, сладкий картофель со сливочным маслом. Рядом – бутылка воды и плитка темного шоколада.

Если я отсюда смоюсь, умру в любом случае. Вероятнее всего – от голода. Схватив тарелку, я присела на кровать и начала есть. Тот, кто побывал на грани смерти от истощения, никогда не оставит еду стоять на столе, слопает все до последней крошки, не веря своему счастью. А не съешь – вдруг отберут?

Заглотив ужин, я приняла горячий душ, почистила зубы и умастила тело разнообразными кремами и лосьонами, после чего накинула короткую белую ночнушку. Посмотрелась в зеркало: во-первых, с меня сошла застарелая корка грязи, во-вторых – я не воняла. И не было уже привычного тошнотворного привкуса во рту.

Да, страшно, но… В то же время я испытывала извращенную благодарность. Семья Айвори захотела, чтобы я очутилась в их доме; они во мне нуждались. У доктора явно сдвиг на почве чистоплотности. Прежняя их домработница то ли умерла, то ли уехала – а значит, мне никто вреда причинять не собирается, я ведь им нужна. Будем надеяться, что у Брэдли зреет какой-то план побега, потому что завтра я наверняка увижу то, что изменит мою жизнь.

Завтра придется изображать из себя довольную жизнью домработницу, которая ничуть не возражает сидеть под замком в опасном доме, населенном опасными людьми.