На выходе из просторного зала, где состоялась встреча с супругами Айвори, меня ожидал Брэдли и повел по другому коридору, пока мы не дошли до комнаты, разительно отличающейся по стилю от всего дома. Стены здесь были тревожного красного цвета, а одна, за черным письменным столом, – белая. Очень необычный интерьер, такого я никогда не видела.
– Что это? – указала я на помпезную стену, обернувшись к Брэдли, который деловито выравнивал на столе стопки бумаг.
Тот промолчал, и я, почувствовав себя неловко в повисшей тишине, откашлялась. Села, разглядывая массивное вычурное кресло с другой стороны стола. Натуральная кожа, металлическая отделка… Стена за его спинкой притягивала взгляд как магнитом: составлена она была из рельефных, тщательно подогнанных друг к другу небольших фрагментов – белых с желтоватым оттенком, и светилась тусклым блеском.
Ее странная красота зачаровывала.
– Скоро придет Конрад – с ним вы обсудите подробности заполнения документов, – наконец удостоил меня вниманием Брэдли.
Радужка глаз у него была бледно-зеленая, практически сливающаяся с белками.
– Надеюсь, вы окажетесь лучше, чем предыдущая девушка.
Бросив на меня последний изучающий взгляд, он цокнул языком, испустил долгий театральный вздох и пошел к выходу. Я сидела, рассматривая его бесшумно скользящие по полу ноги – толстая подошва практически полностью поглощала звук.
– Кто такой Конрад? – крикнула я вслед, однако он уже шагнул за порог.
Немного постояв, сверкнул холодными глазами и медленно закрыл двери.
Я проглотила комок в горле и встала. Полки стеллажа в другом конце комнаты были заполнены аккуратными рядами медицинских книг. Я провела пальцем по корешкам и, прищурившись, начала вслух читать названия:
– Основы ортопедической хирургии позвоночника…
Попыталась вытянуть том из ряда, когда за спиной раздался голос:
– Привет!
Подпрыгнув от неожиданности, я отпустила уже наполовину извлеченную с полки толстенную книгу, и та с грохотом упала на пол. Я замерла, уставившись на неслышно подошедшего мужчину.
Высокий, широкоплечий, светло-русые волосы, глаза цвета золотистого виски, контрастирующие с белой кожей…
Если остальные обитатели дома носили исключительно белое, незнакомец был одет в обтягивающий темно-зеленый джемпер с треугольным вырезом и потертые джинсы. Такие персонажи обычно позируют на яхтах для рекламы парфюма «Армани».
– Я Конрад Айвори, – представился молодой человек, протянув мне руку, и слегка нахмурился, видя, что я стою в ступоре. – Вы Деми, правильно? Наша новая домработница?
– Д-да, – пробормотала я и пожала дрожащими пальцами его твердую теплую ладонь.
– Уверены, что вам нужна эта работа? Вы не похожи на девушку, которая… – вновь заговорил он, задержав мою руку несколько дольше, чем требовали приличия.
Наконец отпустил, и я смущенно сплела пальцы в замок, внимательно рассматривая парня. Похоже, мы почти ровесники.
– Так что вы хотели сказать?
Он пожал плечами и быстро оглядел меня с головы до ног. Я слегка поморщилась, скрестив руки на груди.
Конрад снова посмотрел мне в глаза, усмехнулся, и я подавила зарождающуюся улыбку.
– Слушайте, я не собираюсь вас ни на чем подловить – просто подумал, с чего девушке в костюмчике от известного дизайнера взбрело в голову драить туалеты и стирать белье, тем более здесь.
Я отметила, что последние слова он выделил особо, и, не находя себе места от смущения, промямлила:
– Это… это не моя одежда.
Кстати, сам Конрад был одет довольно просто, однако подобные вещи наверняка стоили больше, чем получает в месяц обычный американец.
Парень кивнул и улыбнулся уголками губ.
– Хорошо, а то я уж решил, что вы ограбили модный магазин.
Он смешно вздернул брови, и я не смогла удержаться от смеха, разглядывая белый костюмчик, в котором и вправду выглядела переодетой авантюристкой.
Конрад расплылся в широкой улыбке.
– Это было и вправду остроумно, – продолжая смеяться, пока не запершило в горле, ответила я.
– Ага, спасибо… Знаете, обычно девушки заставляют меня сводить их в приличный ресторан, а потом им якобы внезапно становится плохо, и над моими шутками они смеются, потому что так надо, а не потому, что смешно.
Он сунул руки в карманы и слегка приподнял плечи.
Я потерла друг о дружку влажные ладони и попыталась собраться с мыслями. Заметив валяющуюся на полу книгу, я быстро наклонилась и, осторожно подняв ее, разгладила страницы. Пока сидела на корточках, обратила внимание, что обувь Конрада, хоть и напоминает кроссовки, тоже на обычной для Айвори-хауса мягкой и толстой подошве.
Нахмурившись, я медленно встала, аккуратно поставила том на место и обернулась.
– Наверное, вы тоже хотите стать доктором?
Спросила первое, что пришло на ум, лишь бы не задавать дикие, не дающие покоя вопросы.
– Хочу не хочу – придется, – пожал плечами Конрад и откинул волосы со лба.
– Придется? – приподняла брови я.
Довольно странный ответ для человека, который полностью управляет своей жизнью.
– Ну, я блудный сын, но рано или поздно все равно должен принять дела. – Конрад замолчал, криво ухмыльнувшись.
О чем он? О врачебной практике? Что ж, глядя на роскошное поместье, вряд ли следует винить его за подобный компромисс.
– Как насчет вас? Вы ведь на мой вопрос так и не ответили. С чего бы такой девушке подряжаться на грязную работу?
Я обвела глазами комнату, обдумывая ответ. Врать я никогда особо не умела. Да и где научиться врать девушке, годами жившей в большом шкафу вместе с сестрой, над которой ежедневно издевались, а она делала все, чтобы я не подверглась насилию? Девушке, прятавшей крошки еды в носовом платке на случай, если ее забудут покормить…
И все же я солгала, чувствуя, как заливаются краской щеки:
– Я коплю деньги на колледж.
– О, вот как? – улыбнулся Конрад. – А я учусь в университете Северной Каролины, приехал домой на летние каникулы. Вам тоже стоило бы туда поступить. Может, свозить вас, показать, что там да как?
Он озабоченно почесал затылок, а я плотно сжала губы, не дав вырваться глупой ухмылочке.
В комнате вдруг раздалось громкое жужжание, и я слегка вздрогнула.
– Конрад, ваш отец желает, чтобы вы как можно скорее подписали бумаги и принесли их ему. Он уже в нетерпении. Еще просит захватить книгу, которая упала на грязный пол – собирается ее заменить. К тому же, скорее всего, она помята.
Я зашарила глазами по комнате. Откуда доктору Айвори знать, что я уронила книгу? Как…
Я нервно обхватила себя руками, быстро сообразив, что к чему.
За нами наблюдают.