Горничная с проживанием

Глава 42

– Доброе утро, красавица!

Я невольно зажмурилась еще крепче, затем медленно приоткрыла глаза. Господи, даже не помню, как уснула… Огляделась, насколько позволяла странная липкая корка на веках.

Кровать Брэдли, роскошное постельное белье… Откинув одеяло, я уставилась на Конрада и, вспомнив события вчерашней ночи, вскрикнула:

– Бекка!

Выбежала в прихожую и в недоумении остановилась, тупо уставившись на сверкающий белый пол.

– Где она?

Подойдя сзади, Конрад обнял меня, а я все не могла поверить своим глазам.

– Где Бекка? – обернулась я к нему. – Ну, ваша визажистка?

Конрад наморщил лоб и провел пальцем по моей щеке.

– Детка, здесь никогда не было девушки с таким именем. Макияж и прическу матери обычно делает Ким. Помнишь, это ведь она тебя так идеально постригла и покрасила?

Конрад развернул меня, и я, бросив взгляд в зеркало, обнаружила, что теперь у меня другая стрижка – короче, да и цвет волос изменился – стал практически белым.

– Нет! Вы здесь все больные на голову! Лжецы! Опять то же самое, что было с Мишей, девушкой, которую я встретила здесь в первый вечер. Бекка перерезала себе горло, точно так же как она!

Я попыталась оторвать от себя руки Конрада, однако он лишь сильнее сжал меня в объятиях.

– Деми, Деми! Прекрати! Прекрати немедленно! Присядь, милая, и я тебе все расскажу. Сейчас ты услышишь правду.

Говорят ведь, «как мед – так ложкой», но то для людей, у которых все идет как по маслу. Для меня же эта пословица всегда имела свое окончание – «смотри не захлебнись». Попав в эпицентр наводнения, никогда не знаю, спустит ли мне стоящий на берегу человек надежный плот, чтобы спасти, или кинет проколотый надувной матрас, чтобы еще помучилась.

Едва Конрад собрался начать рассказ, как в кармане у него завибрировал телефон.

– Ага, мать на проводе. – Он провел пальцем по экрану и поднес телефон к уху. – Что? Конечно, мама. Я принесу… Невероятно! Первый возврат за все время? – Он потер хмурое лицо. – Да, скоро буду. – Положив трубку, Конрад перевел взгляд на меня. – Можешь составить мне компанию, любовь моя. Тебе будет полезно увидеть, как мы оформляем возврат бракованного товара. Пора вникать в семейный бизнес.

В глубине души я, разумеется, понимала, о чем он, просто не хотела верить, что догадка верна.

Конрад сжал мою руку, и я вдруг передумала артачиться, не попыталась ни отступить, ни вырваться. Какой смысл сопротивляться? Мои родители продали дочь, как сдают в комиссионный магазин ненужную игрушку, Лейла помогла бросить младшую сестру в пучину ада. Никто меня не любил. Теперь, глядя на наши сплетенные пальцы, я решила: мне нравится быть желанной. Пусть даже меня желает сам дьявол. Члены семьи Айвори делали друг для друга все возможное. Семья – прежде всего. Они никогда не допустят, чтобы кому-то из их клана причинили боль.

Я собиралась стать одной из них. Членом клана.

Вероятно, именно это мне и требовалось.

Наверное, только так я и смогу выжить.

– Уж лучше смерть!

Женский голос эхом отдавался в комнате, в которой мне бывать еще не доводилось. Я невольно стиснула руку Конрада и изумленно вытаращила глаза, разглядывая инспектора Тейта и пытающуюся вырваться из его хватки стройную белокурую девушку.

– Изабелла, сбавь тон! – рявкнул доктор Айвори.

Что тут происходит?

Тейт встретился со мной взглядом, и его раздраженное лицо вдруг смягчилось.

– Так-так, кажется, кто-то сменил гнев на милость?

Он посмотрел на наши переплетенные руки.

Не переставая визжать, белокурая девушка впилась зубами в запястье Тейта, и тот вскрикнул от боли.

– Да, пожалуй, пора списывать эту сучку, – вздохнул доктор Айвори.

Спокойно подойдя к Изабелле, он щелкнул по игле шприца и сделал укол.

Задохнувшись в крике, девушка упала на колени к севшему на диван Тейту, и тот принялся ее гладить, словно собачку.

– Ну вот, так-то оно лучше.

Он подмигнул мне, а Конрад, отпустив мою руку, сел за стол и принялся рыться в бумагах, затем включил ноутбук.

– Так вы хотите получить компенсацию, Тейт? – откашлявшись, спросил он.

– Да. Конечно, было очень любезно с вашей стороны бесплатно отдать ее бедному старому полицейскому в обмен на… хм… неприкосновенность частной жизни, однако она оказалась не такой, как вы обещали. Вы ведь говорили, что Изабелла станет покорной спутницей жизни, но она с дефектом. Вдруг обрела способность говорить. Не позволяла мочиться на себя во время секса, а я от этого ловлю особый кайф. Короче говоря, жена Изабелла дерьмовая, и я страшно зол, потому что не получил того, чего ожидал.

Я ерзала на стуле, выслушивая его отвратительную, проникнутую презрением к женщинам речь. Выходит, мне не померещилось – инспектор Тейт бесплатно получил жену от семейки Айвори в обмен на молчание о творящихся в их доме ужасах. А теперь, значит, сдает обратно…

– Что ж, придется пометить ее как бракованный товар, – вздохнул Конрад. – Кстати, мы планируем открыть магазин подержанных моделей, будем продавать их с хорошей скидкой. Попробуем подвергнуть Изабеллу дополнительной обработке.

Он начал быстро печатать на ноутбуке.

– Инспектор, мы применим к ней интенсивную терапию белизной и шоковые методы, а через неделю посмотрим, придет ли она в себя, – сказал доктор Айвори, задумчиво почесав подбородок.

– Нет, я хочу другую! – скривил тонкие губы Тейт.

– Мы не можем истощить наши запасы! – взволнованно заявила миссис Айвори.

– Мы получаем миллионы долларов за единицу, и у нас очередь из клиентов на пять лет вперед, – произнес доктор Айвори и щелкнул пальцами. В комнате возникли два человека, которых я раньше не видела. Оба кивнули доктору, подхватили Изабеллу и вывели ее в коридор. – Извините, мне срочно нужно снять напряжение. Скоро вернусь.

Доктор бросил взгляд на жену, и та вдруг побледнела, прикусив нижнюю губу. Я почувствовала себя нехорошо. Похоже, он собирается изнасиловать несчастную девушку?

Тейт вскочил с дивана и вытер о штаны потные руки.

– Послушайте… Либо вы даете мне новую жену, либо ваш маленький бизнес накроется медным тазом.

– Вот квитанция о возврате. Пожалуйста, распишитесь.

Конрад протянул ему распечатанный листок, и у меня внутри все перевернулось. Я по очереди осмотрела всех присутствующих. Происходящее в этом доме не укладывалось ни в какие рамки. Неужели они не испытывают ни малейших угрызений совести?

– Когда я смогу заняться составлением портрета новой модели?

– Тейт, у нас все-таки есть лист ожидания. Здесь ведь не продуктовый магазин, где на складах лежит тонна яблок.

– Тогда отдайте мне вон ту, – усмехнулся инспектор, указав на меня.

– Следи за своим чертовым языком и не разевай рот на мою будущую жену! Это следующая миссис Айвори, так что соблюдай приличия! – резко осадил Тейта Конрад.

Глянув на него, я вдруг ощутила… благодарность? В кои-то веки меня пытались защитить.

Конрад встретился со мной взглядом и моргнул, заметив, как изменилось мое лицо. Наклонившись ко мне, приподнял пальцем подбородок и поцеловал в губы.

Я вздохнула. Что ж, Конрад вырос посреди этого безумия, однако его можно перевоспитать. Можно… Впрочем, посмотрев ему в глаза, я поняла: никакой симпатии на самом деле к сидящему рядом человеку я не испытываю, просто невольно перенесла свои чувства с Брэдли на единственный оставшийся вариант. Похоже, у меня стокгольмский синдром? Неужели я прониклась к своему похитителю?

Я проглотила комок в горле и перевела взгляд на заерзавшую на стуле миссис Айвори. На ее лице расплылась счастливая гордая улыбка.

Радуется за нас с Конрадом?

Значит, Айвори приняли меня в свою семью.

С этой секунды все вдруг изменилось.