Гостиница для попаданки "Незабудка" (СИ)

Глава 23

Леди Бассет оказалась не так страшна, как рисовала фантазия. Да, она была предвзята, чопорна и регулярно поджимала без того тонкие губы, но платила наперёд, снимая две комнаты, одна из которых была люксом, и за размещение слуги-извозчика вместе с экипажем, — белоснежным новеньким ландо, — что позволяло мне облегчённо выдохнуть. Зарплата в этом месяце будет выплачена. Хоть это и не отменяло других трат, но всё же позволяло дышать спокойнее.

И вот с дыханием во второй половине месяца стало совсем плохо, точнее с воздухом.

Лето было в самом разгаре. Это для учащихся академий время отдыха вышло, ведь им давалось всего пять недель на каникулы, а где-то даже и четыре; в остальное время они грызли гранит науки. Для нас же, чья жизнь зависела от палящего лета, начиналось самое тягостное время.

То тут, то там вспыхивали пожары. Горели прерии. Вставая по утрам, я отчётливо ощущала запах гари, доносящийся до поместья с порывами ветра.

Как только я видела на горизонте новый очаг возгорания, сердце сжималось от страха. Пожары редко доходили до леса, но, бывало, и он горел… От одной этой мысли становилось дурно, ведь тогда отдельные пожары превращались в стихийное бедствие. Он будет гореть волной, и никто не сможет этому помешать. Только когда катастрофа достигнет пика, и наш король посчитает, что пора вмешаться, вот тогда на тушение отправят магов-аристократов. Они с помощью своей магии будут усмирять стихию, а до тех пор тушение пожаров остаётся на волю природы и тех, кто непосредственно страдает от них — владельцев земли и отдельных конных пожарных обозов. Никто дикие прерии тушить не будет… Радовало только, что жара в этом году встала рано, потому трава была скудной. Огонь вспыхивал, но не мог перекинуться далеко. Другое дело — наша сторона, здесь травы всегда были гуще, взращённые близостью заповедного леса. Если огню удастся перебраться через изрядно иссушенное русло реки…

Деревенские были напуганы, подготавливая дома и хозяйства к возможной беде.

Я же съездила в Эсперанс, на волне ажиотажа прикупила по завышенной цене дюжину стеклянных огнетушителей и расставила их в комнатах. Вряд ли они смогут помочь, если стихия возьмёт своё, но так мне было легче, да и постояльцам тоже. Проект водонапорной башни назойливой мыслью летал по краю сознания.

Почему Гораций её не построил? Почему бабуля не задумалась об этом? Потому что они были истинными детьми этого мира и полностью полагались на магию, к тому же у них всегда была возможность сбежать на побережье, которой у меня не было…

Выловив Билли и показав набросанный впопыхах рисунок, я поняла, что моя затея сейчас не выгорит. Нужно было искать кого-то, кто сможет сделать чертежи с точными расчётами, да заодно решить, будет ли этот запас воды предназначен только для пожарной безопасности или заодно и подавать воду в дом. Это требовало времени, подсчётов и денег… Но я обязательно этим займусь к следующему году, пока же мне оставалось молиться, чтобы нас миновала огненная стихия, и пожар не разгорелся около моего дома.

— Ну где же господин Тортон? — возмутилась леди Бассет, проходя ко мне в кабинет. Свою компаньонку — пухленькую госпожу Марту — она как всегда где-то потеряла. — Как можно заставлять юную леди работать? Ужасно, ужасно безответственно с его стороны! Невежественный тип! Вам следует обратиться к своему поверенному и требовать немедленно заменить управляющего! — выразительно воскликнула она, присаживаясь в мягкое кресло напротив.

Она была женщиной беспардонной, которой не требовалось разрешение ни для того, чтобы зайти, ни для того, чтобы присесть. К тому же, узких взглядов. Мне повезло, что я учла это с самого начала и выдумала господина Тортона, моего управляющего. Именно его именем были подписаны объявления в вестниках, и именно ему направлялись письма по бронированию номера. Хотя я рассчитывала, что по приезду клиентам будет не важно, кто их встречает.

Предыдущие постояльцы невозмутимо отнеслись к тому, что их встречала сама хозяйка, но не леди Бассет. Пришлось сказать, что это вынужденная мера, и в связи с болезнью матери господин Тортон был вынужден экстренно покинуть нас, а так как я всё равно решила отдохнуть в своей гостинице, то взяла на себя заботу и о постояльцах.

— Ну что вы… я уверена — как только его матушке станет лучше, он вернётся.

— Вы слишком добры! Прислуга расслаблена, так не должно быть! — грозно барабанила она пальцами по подлокотнику.

— Вас кто-то обидел или проявил неуважение? — встрепенулась я, искоса взглянув, пока сама медленно закрывала потрёпанную книгу.

— Что вы?! Глупости не говорите! Я бы их быстро на место поставила, — отмахнулась она, а я облегчённо выдохнула. — Что вы читаете?

— Ничего серьёзного! Легенды о заповедном лесе, — попыталась казаться беззаботнее, чем была. На самом же деле я нашла в книжном стеллаже на нижней полке труд по проектированию городских сооружений и сейчас пыталась разобраться с водонапорной башней, но об этом ей знать не обязательно.

— Помните! Мужчины не любят, когда женщины умнее их. Потому не стоит занимать свою головку ненужной ерундой! Кстати, напомните мне, почему вы не были представлены свету, я что-то запамятовала, — кинула она на меня острый взгляд из-под опущенных ресниц.

«Как же!» — мысленно усмехнулась я, чувствуя её требовательный, не терпящий возражения взор, что скользил по моим чертам лица. Казалось, что в голове у женщины мелькают сотни молодых девичьих лиц в стремительном поиске совпадения.

Врать мне ей не хотелось, потому я все эти дни старательно избегала её внимания. Выяснить правду не составит труда.

— Моя бабушка последние годы провела здесь в заточении, вспоминая дедушку Горация. Мне же не хотелось оставлять её, мы были с ней близки. Она оставила мне это поместье, и я решила продолжить её старания, чтобы дело деда не забылось. Тем более траур пока не закончился, и я не могу предаваться праздным посещениям светских мероприятий.

— Похвально, что столь юная особа чтит предков, — выражение её лица расходилось со словами, она не разделяла идею траура, но ничего не могла сказать, ведь это значило бы пойти против традиций. — В наше время это становится редкостью, но и про себя всё же забывать не стоит. Вам нужно создать семью, годы бегут, и, увы, для брачного рынка вы — далеко не самый свежий лот. А ведь вы красивы и магически одарены, но теперь будете вынуждены хвататься за любое предложение. В такой ситуации нужно тщательно оберегать свою репутацию. И компаньонка в этом деле вам бы пригодилась…

Стук в дверь прервал её речь, заставляя женщину недовольно скривиться, а меня — облегчённо выдохнуть.

— Леди Софи, ваше внимание требуется на кухне, — сдержанно произнесла Лея, изо всех сил давя хитрый блеск в глазах. У нас с ней была договорённость не оставлять меня больше чем на десять минут в компании нашей достопочтимой гостьи.

— Ну вот, что я говорила?! — возмутилась леди Бассет. — Беспардонная прислуга. Видит же, что леди занята, а беспокоит! Не говоря уже о господине Тортоне; он не имел права взваливать на вас такой груз ответственности!

Женщина говорила, совсем не скрываясь и не стесняясь Леи, отчего мне было стыдно за неё, вот только моя горничная оказалась не по годам мудрой и даже хитрой; слова леди Бассет отскакивали от неё, не доставая.

— Леди Бассет, вернулся господин Броуди, он сейчас пьёт чай на террасе, — между прочим произнесла она, вот только глаза… смеялись.

— С этого надо было начинать! — подобравшись, женщина встала и плавной, но достаточно активной походкой направилась на террасу.

— Он действительно там? — поинтересовалась я у Леи, глядя, как целеустремленно она идёт к гостиной.

Женщина была в активном поиске будущего супруга, хоть и была уже трижды вдовой, регулярно возвращаясь в лоно семьи своего старшего брата-барона. И, кажется, в эту поездку леди Бассет присмотрела кандидата на роль своего благоверного, выбрав на эту почетную должность ещё одного нашего постояльца.

— Конечно! Ей врать опасно для жизни! А я себе не враг… Может, пока на кухне спрячетесь? — участливо поинтересовалась она.

— А Лили где?

— Она с Джимми в конюшне. Они читают книгу. Мальчишка говорит, что вы ему разрешили… — пронзительно посмотрела она на меня.

— Верно. Разрешала. Спасибо, Лея, и спасибо, что присматриваете за малышкой.

— Ой, одно удовольствие. Вот мои младшенькие брат и сестра были теми ещё занозами, а юная госпожа не по годам умна и воспитана.

Кивнув, принимая похвалу горничной, я решила от греха подальше действительно перебраться на кухню. Туда леди Бассет за мной не рванёт.

От мысли о Лили у меня сердце обливалось кровью. То, что у меня родилась дочь, мои родные тщательно скрывали, и в нынешних условиях я решила не врать, а полагаться на правду, а следовательно, мужа у меня не могло ни с того ни с сего образоваться, тем более почившего, и я не нашла иного выхода, как попросить дочь поиграть в прятки. Она восприняла эту игру чрезвычайно легко, а вот я каждый день себя за это корила. Нужно было придумать что-то другое, но правильных мыслей в нужный момент в моей голове не оказалось. Только одна — нужны деньги! С каждым днём расходов всё больше, а леди Бассет может оказаться козырем в моём рукаве. А ведь ещё совсем недавно я ни перед кем не скрывалась и гордо показывала дочурку клиентам, но деньги, а точнее — их ощутимая нехватка, заставили затолкать свои принципы куда подальше и пойти на поводу у общества.

Звук колокольчика заставил Лею, идущую рядом, свернуть на террасу.

— Ну где же слуги?! — донёсся возмущённый голос леди Бассет, отчего я незамедлительно ускорилась, желая оказаться от неё как можно дальше.

Пройдя кухню, через неё я насквозь вышла во внутренний двор и направилась к конюшне.

Рорри вместе с кучером леди Бассет азартно резался в карты в тени фигового дерева. Я не стала их беспокоить, отодвинув особенно вредную ветку, что лезла мне в глаза, и, сорвав фигу, поспешила дальше.

Мы уже вовсю наслаждались налитыми золотистыми плодами, обобрав нижние ветки, но вот самые красивые и крупные плоды были сверху, они купались в жарких лучах солнца и радостно спели. Надо бы отправить пацанов обобрать дерево. По такой жаре мы моментально высушим часть плодов, а часть можно отправить на варенье… Качая головой, я уже представляла чан парящего сладкого варева, когда входила на конюшню.

Запах свежего сена, что Донни косил на нашем небольшом лугу, смешивался с лошадиным потом и запахом кожи. Хоть за нашей конюшней и её обитателями тщательно следил Рорри, запах животных чувствовался. Но он был не отталкивающий, а наоборот. Вместе с тёплым сеном рождался уютный аромат, располагающий к тому, чтобы забраться по лестнице под крышу, туда, где хранилось сено, и, раскинувшись, упасть в него, закусив травинку, и лежать наслаждаться. Или подойти к Лакки, что радостно косила глаз при моём появлении, и с упоением запустить руки в серебристую гриву, прижавшись своим лбом к её.

Услышав тихий бубнёж, доносившийся из-под потолка, я с азартной улыбкой полезла по лестнице. Лили уже близко!

Малышка вместе с Джимми лежала на животе, размахивая ножками. Их лбы почти соприкасались, а глаза с жадностью бегали по тексту.

— Теперь моя очередь! — заявила малышка, передвигая книгу так, чтобы ей было удобно читать, и, к моему удивлению, достаточно сносно продолжила чтение. Она была одарена, и, похоже, мне следует перестать это отрицать. Казалось, ещё пару недель назад мы доучивали с ней последние буквы, а теперь девочка уже бегло читала, превосходя в умениях хмурившегося Джимми.

Приглушённый звук шагов заставил меня взглянуть вниз; я хоть и забралась наверх, но к детишкам идти не спешила, наблюдая и оставаясь около края пола сеновала.

Господин Броуди, озираясь, зашёл в конюшню.

Бедный мужчина! Мне было его искренне жаль; леди Бассет была весьма навязчивой. Вот так приехал отдохнуть, а тут — засада….

Ссутулившись, он нервно дёрнул головой, услышав возглас женщины, а после и вовсе прислонился спиной к стене. Мужчина был весьма неразговорчив, мне так и не удалось узнать, кто он и чем занимается. Но, с другой стороны, зачем лезть в душу к тем, кто к этому не расположен?

Он оплатил пять дней пребывания наперёд, предпочитая большую часть дня прогуливаться по окрестностям и не лезть в душу к окружающим. Ему было около сорока, морщинки лучиками скопились в уголках карих глаз, а среди тёмных волос виднелась серебристая прядь, напоминая, что наш век скоротечен. Особых магических примет в нём я не наблюдала, да и за колдовством не видела, отчего могла предположить, что магией он не одарен, зато положение в обществе и деньги у него явно были. Есть неуловимые простому глазу признаки: гордый разворот плеч, повелевающий взгляд и темп речи, когда человек не спешит, не старается перекричать, будучи в полной уверенности, что другие затихнут, прислушиваясь к его словам, стараясь уловить каждую букву, каждый вздох… К тому же одежда выглядела просто, но явно дорого. Сшитая на заказ, она идеально сидела на его фигуре.

Время шло, мужчина отмер. Он медленно отклеился от стены и стал обходить конюшню. Я же затаила дыхание, присев. Неудобно будет, если он заметит меня. Нет ничего хуже для мужчины, чем уязвлённая гордость.

Господин Броуди же совсем осмелел, с любопытством осматривая добротное помещение, подходя ко второй двери, что выходила от поместья как раз в сторону луга. Нервно ударив кулаком по стене, он недовольно качнул головой и даже выругался, хотя слов я и не расслышала, но с такой интонацией собеседник явно ничего хорошего произносить не может.

В это время голос леди Бассет раздался совсем близко, отчего он вновь дёрнул головой. Она вышла прогуляться под руку с компаньонкой, но я бы сказала — на разведку, и, влекомая превосходной интуицией, уверенно шла к конюшне.

Я же буквально распласталась на полу, отчего дети, наконец, меня заметили.

— Ма… — удивлённо пискнула Лили, но я тут же приложила палец к губам и носу в жесте молчания. Отчего она понятливо кивнула, а после вместе с Джимми они с любопытством вытянули шеи, пытаясь рассмотреть, что же происходит внизу, где леди Бассет всё-таки поймала мужчину.

— У вас чудесный конь! — хвалила она лошадь, около которой он остановился.

— Благодарю. Думаю прокатиться по окрестностям…

— В такую-то жару?! — воскликнула женщина. — Может, лучше прогуляться пешком под сводами леса? Я бы с удовольствием посмотрела на него вблизи, но всё никак не могу решиться… Боюсь, я весьма невнимательна, а Марта и вовсе слепа как крот, а потому мы можем не найти дорогу обратно, вот если бы с нами был надёжный проводник, настоящий мужчина, джентльмен, на которого можно было бы положиться…

— О, да! Это было бы чудесно! — подхватила её компаньонка, после чего они вдвоём уставились на мужчину, которому резко стало жарко. Он ослабил шейный платок, что щегольски затянул утром, и с надеждой бросил взгляд на проход, который ловко перекрыла госпожа Марта своей пухлой фигуркой. Не пройдёт! Позади же раздались шаги.

— Хорошо! Не будем терять времени! — решительно проговорил он, подхватывая женщин под руки и ведя в сторону леса.

Они такой вольности не ожидали, но явно против не были. Я же хмуро постукивала пальцами по полу, глядя им вслед.

Поллианна с огромным тазом, в который были сложены чистые простыни, зашла через задние двери. После того, как одежда пропахла жареной рыбой от того, что девушки сушили бельё рядом с кухней на заднем дворе, я велела им развешивать его около луга. Идти дальше, зато ароматы свежие.

Девушка за то время, что провела в моём поместье, изрядно похорошела. Она и раньше обещала стать красавицей, вот только измождение, голод и страх давили на нее, не давая расцвести. Сейчас же у нее был здоровый румянец на появившихся щёчках, да и фигурка округлялась на глазах. Красотка! В последнее время у нас с ней не ладилось, я видела в её глазах затаённую обиду, но в чём моя вина? Но не это меня беспокоило сейчас, а мелькнувшая мысль: «Проверяющего-то не было! Может, это он?! Ходит, внимательно всё осматривает…»

— Мама, а почему ты прячешься? — поинтересовалась дочь, когда конюшня опустела.

— Играю в шпиона, — ответила ей, подмигивая.

Новое слово тут же вызвало бурю интереса не только у неё, но и у Джимми, отчего я ещё долго не спускалась с сеновала под крышей.